На следующий день разговор на эту тему продолжился, но без регента. Ибо не к чему августейшим персонам вникать в некоторые скользкие незначительные мелочи и специфические рабочие моменты, кои будут неизбежны при выполнении данного поручения. Федор Артурович сообщил, что официальным путем, действуя «в белых перчатках», там ничего не сделать, потому как все должностные лица давно уже сидят «на зарплате» понятно у кого, и поэтому поддержал меня в выборе сценария «ДРГ в тылу противника», как и предложил великий князь. Только тезис о том, что разведка за собой не оставляет свидетелей, приказал считать неактуальным, то есть действовать по обстоятельствам. В общем, все согласно классике – «Действуй строго по закону, то бишь действуй втихаря». И напоследок обрадовал новостью, что послезавтра как раз прибудет из земель архангельских на почти персональном дирижабле столь желаемый мной Илья Буртасов.

После этого, прокатившись за компанию с генералом до Николаевских казарм, я отправил начальство исполнять обязанности, а сам бодренькой рысью метнулся в расположение моего батальона, дабы набрать «группу поддержки» для предстоящей длительной прогулки. При этом очень большие надежды возлагал на старые проверенные войной кадры в лице сибиряка Гордея Ступкина, ставшего к тому времени командиром взвода и его благородием господином поручиком. Выше он расти не захотел, хотя возможности предоставлялись неоднократно, но вошел в очень немногочисленную когорту обер-офицеров, с которыми иные их высокоблагородия и превосходительства ну очень уважительно за руку здороваются и вопросы задают в стиле: «Как вы считаете, Гордей Иваныч, а возможно ли вот из этого ствола да на дистанции в полверсты попасть туда-то и туда-то». На базе своего взвода он сделал снайперскую школу, из которой в свою очередь за прошедшие пять лет выпустилось как минимум сотни три «бекасников», и десяток из них точно уж соответствовал экстра-классу. И он полностью оправдал мои надежды…

– Прошу разрешения присутствовать, Сергей Дмитрич… Здравия желаю, Командир! – Переведя взгляд с Оладьина на меня, Гордей широко улыбается.

– Ну, здравствуй, земляк-сибиряк! – Пальцы на мгновение будто бы в тисках сжимает дружеское рукопожатие.

– Ну, рассказывай, Гордей Иваныч, где и в чем провинился, что сам полковой командир пожаловал по твою душу, – подкалывает поручика Оладьин. – Безгрешен аки новоявленный младенчик, господин капитан, – не остается тот в долгу. – Это, видать, нашего командира на старое потянуло. Как там слово это бусурманское говорится?.. Ре-ци-див, однако.

– С чего ты взял, Гордей? А вдруг просто соскучился? – теперь приходится отшучиваться уже мне.

– С того, что больно вид у вас, господин полковник, с котом перед дракой схож. Глазищи горят, усы – в разные стороны, шерсть на загривке дыбом стоит…

Отсмеявшись и подождав, когда дневальный притащит на подносе горячий чайник, заполненный до краев отменным крепчайшим чаем, в компании трех чашек, продолжаем разговор.

– Ты прав, Гордей Иваныч. Взялся за старое. Точнее – собираюсь взяться, вот и ищу подходящую компанию.

– Кого похоронить надо? – Ступкин сразу становится серьезным. – Я – в деле. Ты ведь за этим приехал, Командир?

– За этим, но не только. Я тебе сейчас историю интересную одну расскажу, а ты потом присоветуешь, может, чего. Где-то через неделю мы с хорошо знакомым тебе Ильей Алексеевичем Буртасовым отправимся в экспедицию. Он в качестве инженера-горняка и начальника, я – его завхозом. Ну и еще человек десять-пятнадцать должно быть. Рабочих там, носильщиков, проводников.

– И чего искать будете?

– Узкие бесстыжие глазки с косичками сзади. Которые очень уж ненужными гадостями занимаются. Да и другой разной сволоты там тоже хватает.

– И где эти глазки-косички обитают?

– Далеко-далеко отсюда есть речка одна. Амур называется.

– Угу… А кроме речки что там еще есть?

– А еще там есть тайга, сопки, болота всякие. Села переселенческие, станицы казачьи. Кстати, где-то там и станичный атаман Григорий Михалыч Митяев со своими земляками обретается… Граница с Китаем есть… Контрабандисты всякие, и туда, и оттуда…

– Так… Сам-то я по-любому пойду, плюс три инструктора из моих артельных. Это две снайперские пары… Если батальонный четырех лучших выпускников отдаст, будет еще две…

– Отдаст, Гордей Иваныч, отдаст. Куда ж мне деваться? – усмехаясь, реагирует Оладьин, затем вкрадчиво интересуется: – Это случайно не те, которых ты на замену готовил?

– Они самые. – Сибиряк и не думает смущаться. – Зачтем боевой выход за экзамен.

– Ты думаешь, придется повоевать?.. Хотя да, о чем это я?.. – Сергей Дмитрич замечает гордеевский взгляд, брошенный искоса на меня.

– Так, господа офицеры! Хватит зубоскалить, разговор-то серьезный, – пытаюсь привести подчиненных в чувство. – Четыре снайперские пары, я с Буртасовым, итого – десять…

– Денис Анатольевич, как насчет пары боевых троек из «сверчков» разведроты? – предлагает Оладьин. – Вы же знаете и Паньшина, и Пилютина. Вот их группы и берите. Я полагаю, они с радостью согласятся.

– Дока возьмите. Пинягина, – «сватает» Гордей нашего земляка. – Даром, что чин гражданский. И вылечить сможет, и наоборот.

– Восемь снайперов, плюс мы с Буртасовым, плюс шесть боевиков. Плюс доктор… Семнадцать человек. Нормально!.. – произвожу нехитрый подсчет и перехожу к следующему вопросу: – Так, теперь по оружию. Твои с чем пойдут, Гордей Иваныч?

– Я свой «девяносто восьмой» ни на что не променяю. – Ну, кто бы сомневался, личный трофей от лейтнанта Венцеля. – Остальных поспрошаю… Надобно, чтоб разнобой был. Пару-тройку мосинок… и остальным – «американцев»…

В принципе, правильно. Единообразия быть не должно. И винчестеры «1895/1915» у нас прижились. Хорошие машинки, да под наш родной 7,62×54. Разнобой будет только с «немцами», но у них патроны свои, специально отобранные, каждый лично на аптекарских весах взвешен и по столу откатан.

– Сергей Дмитрич, что по разведчикам предложите?

– Нарезного много будет, я бы предложил пару берданок, тех, которые бронебойно-зажигательные, остальным – «окопные метлы» Браунинга, но необрезанные.

С одной стороны, берданки – это хорошо. Даром, что – каменный век и однозарядная. У нас патроны под них специальные, отдельно малой партией накрученные. Порох бездымный, и в пуле из двадцати четырех грамм веса пятнадцать – специального термитного состава «с вкраплениями фосфора». Что-нибудь деревянное точно подожжет. Но очень уж специализированное оружие. В простом бою толку от него чуть больше нуля. Бронебойно-зажигательными патронами калибра в четыре линии в мелких хунхузов стрелять? Это примерно, как из пушки по воробьям.

А вот дробовые автоматы Браунинга вполне подойдут для ближнего боя, ежели таковой приключится. Эффективность волчьей картечи на дистанции метров в десять при жизни никто еще не смог оспорить.

– Берданки – нет, насчет «метел» согласен. Теперь по короткостволу. Должен быть у каждого. Традиционно под патрон 9 Пара. Пока едем, полежит в багаже, а на месте, надеюсь, некому будет выискивать несоответствия во внешнем виде…

– А патроны где брать будете, господин полковник? Дальний Восток все-таки. – Оладьин ехидно улыбается.

Блин, вот тут чуть-чуть не обмишулился! Далеко не факт, что там те же калибры в ходу, что и здесь у нас. Надо этот вопрос провентилировать.

– Так, по коротким стволам пока решение отложим, узнаем, чем там стрелять любят, тогда и решим.

– «Льюисы» брать будете, Денис Анатольевич? – Сергей Дмитрич вполне серьезен.

– М-м-м… Вряд ли. Хлопот больше, чем пользы выйдет. Тем более скрытность к чертям летит. Геологическая партия с ручником… Обхохотаться!..

– Сами сказали, что особо некому будет к вам присматриваться. Пулеметчики из обеих троек составят расчет. Один будет таскать саму машинку в брезентовом чехле, другой навьючится дисками, тоже в брезенте.

– …Ну… Что-то в этом есть, Сергей Дмитрич… Хорошо, пусть будет так… Да, ножи – в обязательном порядке, можно парой – рабочий и боевой. Всем нужно подобрать цивильную одежку, ну да с этим нам помогут. Полевку, подменку и лохматки – обязательно…

– Кстати, господин полковник, вам тут посылочку небольшую прислали с фельдъегерями. – В улыбке Оладьина явно читается предвкушение какой-то хитрой пакости в адрес начальства. Наверняка что-то уже знает, но молчит.

– Из Ораниенбаума?

– Точно так, от генерала Федорова. Вот сопроводительные бумаги, ознакомьтесь. А я пока дам команду ящики сюда приволочь…

Вскрываю конверт с посланием от Владимира Григорьевича, шапку пропускаем, потом вчитываться будем… Ну да, Федор Артурыч, комбриг наш, оригинальными идейками фонтанирующий, не без помощи высочайшего административного резерва сумел поставить в позу пьющего оленя лежебок из ГАУ и ГВТУ, и они в качестве отступного добыли в разных странах, кто где смог, последние образцы стрелковки. Кою тут же передали в Ораниенбаумскую офицерскую школу генералу Федорову, который должен был провести испытания и составить заключение о целесообразности использования данных железяк в отдельных подразделениях Российской императорской армии. Чем оный генерал и занимается в данный момент. И ныне с подачи вышеупомянутого комбрига отсылает некоторые наиболее перспективные образцы, определенным образом доработанные, для обкатки в полевых условиях… Ага, и к каждому стволу прилагается подробное описание того, что с ним сделали и с какой целью.

Так!.. А вот это как понимать?.. Справка об используемых типах боеприпасов отдельно по каждой губернии. Совпадение, или кто-то знает больше, чем говорит?.. Ладно, потом… Смотрим… Приамурское генерал-губернаторство… Гладкоствол – понятно… Мосинский 7,62×54 – явный фаворит. Так мы и не против. У нас винчестеры им и стреляют… Пистолетные… 7,65×17 Браунинг, 7,63×25 Маузер и.45 АСР… Люгеровских почти нет. Хреново…

От чтения меня отвлекает шум, производимый дневальными при затаскивании достаточно габаритных и, судя по всему, увесистых деревянных ящиков. Это, типа, и есть «небольшая посылочка»? Появившийся Оладьин, шутливо вытянувшись во фрунт, протягивает мне пассатижи для снятия пломб и ключи от замков.

Так, смотрим и удивляемся… Ящик «нумер один». Открываем… И начинаем доставать подарки! И первыми на свет являются два 96-х «маузера» в традиционных деревянных кобурах. И что в них особенного? Где там бумаги?.. Угу-м, даже так?! Дабы проверить, что зрение у меня в порядке и прочитал я все правильно, достаю один из пистолей… Ну да, так и есть, утяжеленный и слегка оребренный ствол, отъемные магазины на двадцать патронов, и слева мы имеем переводчик огня. То есть свой «шнельфойер» мы уже сделали! Дас ист гут, майне хэррен, дас ист гут. Один мы точно берем, его Илья таскать будет. Большой пистолет – большой начальник, а тут еще и кобура деревянная и даже лакированная. Совсем по Фрейду…

Смотрим дальше. Ну-с, кто там у нас следующий?.. Так, кобуру долой… Вырез в затворной раме почти по всей длине и монограмма «ПБ» на щечках. Изобретение однажды уже обворованного мной итальянца. И называется сей миниатюрный шедевр «Беретта 418»… Ага, и глушак под него сконструировали!.. Калибр вообще детский, шесть – тридцать пять, как у Дашиного «Малыша». В батальоне ему делать нечего, странно, что Келлер им заинтересовался. Но вот у наших эринний из «Неуловимого» он будет пользоваться несомненным успехом… А вот и старшая сестричка, которая «Беретта 1922». Под патрон… Ага, семь и шестьдесят пять. Плоско-параллельно-прямоугольный пистолет для грубых вояк…

Дальше у нас кто? Дальше у нас испанская «Астра 400». И чего тут интересного Федоров нашел?.. Угу-м, даже так?! Калибр – девять мэмэ, но патроны ест… 23 мм Ларго, Байярд Лонг, Браунинг Лонг, Штайр, 9 Пара, 38 AСP и еще кучу! Причем жует все одним патронником! Охренеть, по-другому не скажешь!

Следующий ящик… Ну тут все – мэйд ин САСШ. Которые – ЮэСэЙ… Нет, я все понимаю, но блин!.. Каким, интересно, боком нас может касаться «Смит-Вессон» с двухдюймовым стволиком?! Где мы, а где все эти «Детектив спешиал»?.. А нет, стоп, машина! На него тоже ПБС придумали, сразу не увидел!.. А это что еще за зверь?! В девичестве, как понимаю, был «Смит-Вессон милитари энд полис». Пока и из него тоже тихий ствол не сделали!..

Я-то, дурень, когда-то поделился идеей интегрированного глушителя с Владимиром Григорьевичем, после чего он меня послал к своим молодым гениям, коих оказалось сразу четверо свежевылупившихся из студиозусов инженеров оружейников. А когда последний раз заезжал в Ораниенбаум, был взят ими в плен, и в течение двух часов эти юные (относительно) дарования под руководством Дегтярева пытали меня непонятными словами. После фразы «каморы рассчитываются согласно числовому ряду Фибоначчи» пришлось совершить побег из этого страшного места. И теперь, похоже, будем проверять их творение на практике…

Оп-паньки! Красотища-то какая! «Кольт 1911 Говермент модел», да с удлиненным стволом, да с резьбой под… ага, «сайленсер» по-америкосовски!.. Так вы говорите, под Благовещенском целые залежи патронов .45 АСР валяются? Теперь я знаю, с чем на экскурсию поеду…

Третий и четвертый ящики вызывают неубираемую с передней части головы идиотско-счастливую улыбку. В одном лежал уже ставший очень популярным за океаном «Томми-ган» с двумя дисковыми и десятью коробчатыми магазинами. И толстой трубой интегрированного глушителя на полствола! Дав Оладьину с Гордеем поиграться чемоданчик с этим разборным «конструктором», в некотором недоумении зависаю над последним ящиком… А это еще что и откуда?.. Так, не будем морщить мозги, посмотрим пояснительную записочку… Ну, так я сразу и подумал! Германский конкурент нашему «стеньке». «Бергман МП 1», только слегка переосмысленный. Герр Бергманн пару лет назад, дабы не попасть под Версальский договор, передал «Рудокопа» (Bergmann – шахтер, рудокоп с немецкого) соседям из «Швейцарише Индустри Гезельшафт», которые слегка творчески и переосмыслили конструкцию. Горловину магазина присобачили под прямым углом, а не под сорок пять градусов, вместо люгеровского барабанного магазина сделали плоский «пенал» на двадцать и тридцать патронов… Стоп, стоп, стоп! А дальше уже пошла наша русская самодеятельность! Магазин теперь вставляется снизу вертикально, а не сбоку, как у просвещенных европейцев (типа, чтобы солдат во время стрельбы меньше из окопа высовывался) и… Что?! Федоровские гении еще и перестволили его под штатовский патрон! Который опять же .45АСР! Вместо кожуха опять-таки интегрированный бесшумник на ствол надели и новую возвратную пружину ко всему этому благолепию подобрали! Из бериллиевой бронзы, между прочим!..

– Ну, что я вам хочу сказать, господа офицеры, а не послать ли нам гонца в ближайший оружейный магазин за патронами? – Отрываюсь от увлекательного чтива. – «Девять Пара» у нас в загашниках есть, нужен кольтовский сорок пятый. Причем – много!

Лезу в карман за портмоне, Гордей следует моему примеру.

– Денис Анатольевич, не надо так плохо думать о своих подчиненных. – Сергей Дмитрич, сверкая торжествующей улыбкой, распахивает дверцы шкафа, демонстрируя два спрятавшихся там деревянных ящика. – Получены на складах округа. Душу отвести хватит?

Нет, он точно знал! И мне ни словечка не замолвил, тихушник! Ладно, сочтемся когда-нибудь… От мрачных мыслей отвлекает Гордей, изучающий на «маузере» переводчик огня.

– Это то, о чем ты как-то раз говорил, Командир? – Сибиряк несколько раз щелкает флажком.

– Угу. Германцы скоро такие же сделают и обзовут «шнелльфоером».

– То есть вы хотите сказать, что теперь этот пистолет может стрелять очередями? – удивляется мой бывший зам.

– Вот это я и хочу предложить вам проверить, господа офицеры. Прогуляемся до стрельбища?

– А патрон какой, Командир? – снова подает голос Гордей, углядев красную девятку на рукояти. – «9 Пара»?

– Он самый. В будущем можно еще будет пулю утяжелить и навеску пороха уменьшить для того, чтобы скорость сделать дозвуковой и глушить было легче.

– И все же, зачем он? Заменять наши «трещотки» им нет смысла.

– Наши «трещотки» хороши на дистанциях до семидесяти пяти – ста метров, а переделанные «маузеры» могут работать от ста до трехсот метров, – выдаю решающий на мой взгляд аргумент.

Ступкин понятливо кивает головой и внимательно продолжает рассматривать ствол.

– А вот если получится на базе этой конструкции сделать маленькую снайперку… Оптику вроде нашли, сейчас экспериментируют по полной.

– Ствол с оптикой на три ста метров… Вкусно! Можно клиенту на выбор любую часть тела отстрелить.

– И добавь ко всему пистолетную пулю. Где будут искать стрелка? В каком радиусе? – добавляю вопросов сибиряку.

– Авто уже ждет, – притормаживает беседу двух маньяков Оладьин, положив трубку на телефон. – Денис Анатолич, там в шкафу два ящика по полторы тысячи патронов. Я надеюсь, мы с Гордеем Ивановичем можем рассчитывать на пару-тройку сотен каждому?..