Встреча с Дмитрием и его адвокатом назначена на четверг в три часа дня. Я прихожу с Андреем за пятнадцать минут до назначенного времени.

— Готова? — спрашивает Андрей, глядя на меня внимательно.

— Давно, — отвечаю я, и это правда. Я готова закрыть эту главу раз и навсегда.

В три ноль-ноль в переговорную входит Дмитрий. Не один. За ним идёт женщина — высокая, яркая, с длинными тёмными волосами и той особой уверенностью в движениях, которая бывает только у бывших моделей. На ней дорогое платье, безупречный макияж, и она держится за руку Дмитрия так, словно объявляет о своих правах на него всему миру.

Диана.

Я смотрю на неё с холодным любопытством. Значит, вот она — та самая женщина. Красивая, это нельзя отрицать. Но в её красоте есть что-то хищное, расчётливое.

— Анна, познакомься, — говорит Дмитрий с вызывающей улыбкой, — это Диана. Моя невеста.

Невеста. Какая скорость.

Диана протягивает мне руку с таким видом, словно делает одолжение:

— Очень приятно.

Я окидываю их обоих презрительным взглядом и, ничего не отвечая, прохожу мимо.

Встреча длится час. Обсуждаем раздел имущества, финальные формальности. Дмитрий ведёт себя подчёркнуто любезно, постоянно поглаживает Диану по руке, называет её «дорогая» через слово.

Спектакль. Дешёвый, неубедительный спектакль. Ему настолько хочется меня задеть, что он привёл её сюда, показав всем, что изменял мне.

Но на меня это не действует.

Совсем.

Я смотрю на них и чувствую только лёгкое недоумение — неужели я когда-то любила этого человека? Уже сомневаюсь. Неужели плакала из-за него? Кажется, это было в другой жизни.

Когда встреча заканчивается, я встаю из-за стола первой.

— Всего хорошего. Особенно вам, Диана. Не забывайте, что он перелюбил всю больницу по несколько раз. Думаю, одной вас ему будет маловато, — говорю я.

— Аня! — громко говорит Дмитрий, резко поднимаясь со стула. — Не смей!

Его лицо краснеет от ярости, кулаки сжимаются. Растерянная Диана тоже хочет что-то сказать, но я уже поворачиваюсь к двери и выхожу.

В коридоре Андрей догоняет меня.

— Ты как? — спрашивает он заботливо.

— Отлично, — отвечаю я, и понимаю, что это правда. — Хочется, чтобы всё это наконец закончилось.

* * *

На следующий день в офисе происходит что-то странное. Около четырёх часов дня коридоры наполняются каким-то гулом — не тревожным, скорее праздничным. Я слышу смех, голоса, топот ног за дверью своего кабинета.

Выхожу посмотреть, в чём дело.

В холле собралась вся компания. Сотрудники стоят полукругом, в центре — Инесса в ярко-красном платье, сияющая от счастья. Рядом с ней Кирилл в тёмном костюме, выражение лица у него сдержанное, почти официальное.

–...поэтому мы приглашаем всех на нашу свадьбу! — звонко объявляет Инесса, размахивая стопкой конвертов. — Это будет незабываемо!

Раздаются аплодисменты, поздравления. Кто-то кричит «Ура!», кто-то смеётся. Инесса начинает раздавать приглашения, и я вижу, как её взгляд ищет меня в толпе.

Наши глаза встречаются. Она улыбается — широко, торжествующе — и направляется прямо ко мне.

— Анна! — говорит она сладким голосом, протягивая конверт. — Мы будем так рады видеть вас на нашем празднике!

Беру приглашение, чувствуя, как все вокруг притихли, наблюдая за нами. В её глазах читается плохо скрытое злорадство — она наслаждается этим моментом, возможностью продемонстрировать свою победу.

— Спасибо, — говорю я ровно. — Очень мило с вашей стороны.

Она возвращается к Кириллу, обнимает его, прижимается к нему всем телом, и объявляет:

— Свадьба будет через два месяца в загородном особняке! Дресс-код — коктейльные платья пастельных тонов для дам, тёмные костюмы для мужчин. Это будет сказка!

Я краем глаза замечаю, как Кирилл слегка отстраняется от её объятий. Не резко, аккуратно, но заметно. Он смотрит куда-то поверх голов собравшихся, избегая моего взгляда, и в его позе читается что-то похожее на дискомфорт.

— Поздравляю, — улыбаюсь я им обоим. — Желаю счастья.

И поворачиваюсь, чтобы вернуться в кабинет. За спиной снова раздаются голоса, смех, шум праздника.

В кабинете я кладу приглашение на стол и смотрю на него несколько секунд. Красивый конверт, дорогая бумага, золотое тиснение. Внутри, наверное, такие же роскошные карточки с изысканным шрифтом.

Беру конверт, иду к мусорному ведру и бросаю его туда, не вскрывая.

Конечно, я не пойду. Зачем мне смотреть на свадьбу бывшего мужа?

Сажусь за стол, открываю ноутбук. Пытаюсь сосредоточиться на цифрах в отчёте, но строчки расплываются перед глазами.

В дверь стучат.

— Войдите, — говорю я, не поднимая головы.

— Как дела? — знакомый голос заставляет меня вздрогнуть.

Поднимаю взгляд. В проёме стоит Кирилл. Заходит, закрывает дверь за собой. Подходит к моему столу, стоит, засунув руки в карманы.

— Нормально, — отвечаю я сухо, стараясь не встречаться с ним взглядом. Если посмотрю прямо в его глаза сейчас, боюсь, что не сдержусь. Не заплачу — хуже. Скажу что-то лишнее.

— Хотел уточнить по проекту с «Северной компанией», — произносит он, но в голосе слышится натянутость. — Лиана говорила, у тебя есть их контакты.

Это предлог. Мы оба это понимаем. Любые контакты можно получить у секретаря за пять минут.

— Да, конечно, — говорю я, открывая нужную папку на компьютере. — Сейчас скину на почту.

Печатаю письмо быстро, не глядя на него. Чувствую, как он стоит рядом, как смотрит на меня, но не поднимаю головы. Между нами висит что-то тяжёлое, невысказанное.

— Ань... — начинает он тихо.

— Отправила, — перебиваю я, нажимая кнопку «Отправить». — Если это всё, то мне нужно к Лиане. Срочный вопрос по бюджету.

Встаю из-за стола резко, почти сбивая стул.

Хватаю папку с документами — любую, первую попавшуюся — и направляюсь к двери. Мне нужно выйти отсюда. Сейчас. Чтоб не показать свои эмоции.

Он стоит у моего стола и смотрит мне вслед. Я чувствую этот взгляд между лопаток — тяжёлый, внимательный, полный чего-то, что я боюсь назвать.

Захожу к Лиане, болтаю с ней о работе минут десять, потом возвращаюсь. Кирилла в кабинете уже нет.

* * *

Развод завершается через несколько дней в среду утром. Одна подпись — и всё. Восемь лет брака официально перестают существовать.

Я выхожу из здания суда с ощущением странной пустоты. Не облегчения — именно пустоты. Как будто в груди образовался вакуум, который нечем заполнить.

— Всё, — говорит Андрей, обнимая меня за плечи. — Теперь ты свободна.

Свободна. Слово звучит правильно, но ощущается как-то не так, как я ожидала.

— Остается разобраться только с квартирой, — продолжает он. — Придётся выкупить его долю. Я уже говорил с банком, проблем не будет.

Я киваю. Деньги — это решаемо. Главное, что больше никаких связей.

— Подвезти до офиса? — предлагает Андрей.

— Да, спасибо.

Мы идём к его машине. Андрей открывает мне дверь, и я чувствую благодарность — не только за помощь, но и за то, что он просто есть. За то, что рядом со мной человек, которому я могу доверять.

У офисного здания он выходит из машины вместе со мной.

— Ань, — говорит он, поворачиваясь ко мне лицом. — Всё будет хорошо, всё наладится.

Он делает шаг ближе, обнимает меня. Крепко, по-братски, но в этих объятиях есть что-то большее. Я прижимаюсь к нему, закрываю глаза, и на секунду позволяю себе почувствовать себя защищённой.

— Спасибо, — шепчу я ему в плечо. — За всё.

— Всегда пожалуйста, — отвечает он тихо.

Когда мы разнимаемся, я поднимаю взгляд на офисное здание — и замираю.

На крыльце стоит Кирилл.

Он смотрит прямо на нас. Лицо у него напряжённое, челюсти сжаты. Руки в карманах брюк, спина прямая, но в позе читается что-то похожее на готовность к драке.

Наши взгляды встречаются. В его глазах что-то тёмное, болезненное. Он смотрит на Андрея, на меня, на то, как близко мы стоим, и в этом взгляде столько напряжения, что у меня перехватывает дыхание.

Секунда длится вечность. Потом Кирилл резко поворачивается и скрывается в здании.