Час спустя мы наконец наблюдали, как Сэма увозят в наручниках — арестованного и отправляющегося за решетку неизвестно на какой срок. Полиция была удовлетворена, к тому же хватало улик и свидетелей как сегодняшних событий, так и его прошлых преступлений. Было невероятным облегчением осознавать, что Сэм больше не доставит проблем. Очень, очень долго.

Гриффин обнял меня за плечи, притянул к своей груди и нежно поцеловал в лоб.

— Готова ехать домой? — прошептал он мне в кожу, его губы были теплыми и влажными.

Я кивнула, обхватив его за талию.

— Ты даже не представляешь насколько, — ответила я, когда мама, Ноа и Нэнси направились к нам, оставив последнего полицейского.

— Я была неправа, — сразу же сказала мама, глядя прямо на Гриффина. Его брови слегка дрогнули. — Знаю, я говорила дочери, что мы остаемся, что я принимаю тебя, но я должна извиниться лично перед тобой. Я была неправа, осуждая тебя только потому, что мне было страшно.

Гриффин ничего не ответил, лишь коротко кивнул в знак признательности.

Нэнси вздохнула, мягкая улыбка сгладила ее усталые черты.

— Послушайте, нам пора. У Дейтона через два дня чемпионат по борьбе, а вы двое явно более чем в порядке, так что, думаю, нам стоит сесть на ближайший рейс отсюда. Что скажешь, Мелисса?

— Вы уже купили билеты? — спросил Гриффин, и Нэнси покачала головой. Он достал бумажник и вытащил пачку купюр.

— Мне не нужны твои деньги, сынок, — сказала она, положив руку ему на предплечье.

— Ну, я не позволю вам лететь домой самым дешевым рейсом. Я хочу, чтобы вы добрались безопасно и с комфортом, так что...

— Хватит, — резко перебила она, и он замолчал. — Не твоя это забота, Гриффин. Ты мой сын. Это я должна заботиться о тебе. Я должна была заботиться о тебе всё это время, все эти годы.

Гриффин посмотрел на мать несколько секунд, прежде чем медленно убрать бумажник обратно в карман. Моя мама наклонилась ко мне и прошептала на ухо:

— Так он типа прям богатый-богатый? — Я медленно кивнула.

Ноа вдруг широко ухмыльнулся и хлопнул Гриффина по спине.

— Вы с Джейн приехали сюда на машине, да? — спросил он, и Гриффин подозрительно прищурился.

— Даже не думай об этом, — проворчал Гриффин, пока ухмылка Ноа становилась всё более зловещей.

Я привалилась к плечу Гриффина, пока он вел машину по шоссе. Ноа сидел справа от меня, а моя мама и мама Гриффина радостно сплетничали на заднем сиденье пикапа. Я перевела взгляд на лицо Гриффина: он внимательно следил за дорогой, положив одну руку мне на бедро.

Каким красивым он выглядел и как безопасно я себя чувствовала. Так спокойно, с таким огромным облегчением. Мой папа гордился бы мной, и почему-то мне казалось правильным, что он знал: со мной всё хорошо. С мамой всё хорошо. Что и с Ноа в какой-то момент всё тоже будет хорошо. Хотя, честно говоря, я не заметила, чтобы он был расстроен беременностью Джады. Он улыбался, читая очередное сообщение в телефоне.

Гриффин приоткрыл окно со своей стороны и тихонько подпевал играющей музыке. К такому я могла бы привыкнуть. Это была именно та жизнь, которую я хотела. Немного приключений, которые всё еще будоражили, но при этом ощущение дома. Чувство полного спокойствия.

Именно этого я хотела и для Гриффина; хотя я видела, что напряжение всё еще не отпускает его лицо, пока мы ехали. Ехали домой, где, как я знала, вся эта история с наследством должна будет достичь кульминации.

Его взгляд на мгновение скользнул в зеркало заднего вида, встретившись с глазами Нэнси. На ее лице было такое же напряженное выражение, но ни один из них не произнес ни слова. Я прижалась к Гриффину чуть крепче, и он глубоко вздохнул, позволив своим широким плечам наконец расслабиться.

С течением дня меня всё больше клонило в сон, а солнце начало садиться. Медленно я соскользнула с его плеча и положила голову ему на колени. Он положил руку мне на плечо, прижимая к себе, и продолжил вести машину в тишине.

В безопасности. Я чувствовала себя такой защищенной. Всё было хорошо. Картеля больше нет, Сэма арестовали, а мы с Гриффином вместе. Такое огромное облегчение затопило мое тело, словно эйфорический наркотик, и я наконец-то уснула.

Гул мотора стих, медленно вырывая меня из сна. Не совсем готовая просыпаться, я осталась неподвижно лежать на коленях у Гриффина с закрытыми глазами, когда он перевел коробку передач в режим парковки.

— Я сейчас вернусь. Мам, если хочешь, можешь пересесть вперед, — тихо сказал Гриффин.

— Только попробуй пошевелиться, — ответила моя мама, и Гриффин напрягся. — Думаешь, будить Джейн сейчас — хорошая идея?

— Я собирался занести ее в дом, не будя...

— Думаешь, позволить ей проснуться одной — умно? — перебила Гриффина мама, и я почувствовала его замешательство.

— Что? — неуверенно спросил он. Я не открывала глаз, притворяясь, что не слушаю этот разговор.

— Либо ты остаешься ночевать здесь, либо она идет с тобой. Ты — ее безопасное место, а моя задача — убедиться, что она в безопасности. — Мама, казалось, отчитывала его. Гриффин промолчал, когда дверь открылась, и я почувствовала, как Ноа вышел из пикапа. — Джейн должна быть с тобой, там, где ты.

Открылась еще одна дверь, и пикап снова качнулся, когда моя мама и Нэнси выбрались с заднего сиденья. Прежде чем дверь захлопнулась, я услышала мамин голос еще раз.

— Спасибо, что стал именно тем, кто был ей нужен. Джозеф гордился бы тобой, будь он жив, я просто знаю это. Они с Джейн всегда были близки, поэтому ей было тяжелее всего, когда его убили. Она снова стала собой, и за это я должна благодарить тебя, — сказала мама, и одинокая слеза скатилась по моей щеке.

Гриффин гладил меня по руке, не произнося ни слова, а затем дверь захлопнулась, и в машине воцарилась тишина.

Мы не двигались довольно долго; я представляла, как Гриффин ждет, пока мама и Ноа войдут в дом. Затем он повернул ключ зажигания, и мы выехали с маминой подъездной дорожки.

Я всё так же лежала у него на коленях, пока мы медленно ехали по темной дороге. Мое сердце было переполнено, я чувствовала умиротворение и покой. Всё складывалось именно так, как и говорила Нэнси. Мой папа гордился бы, как сказала мама, и я не могла этого отрицать. Он был моим героем, всегда им был. Теперь Гриффин стал им в не меньшей степени.

Моя грудь приподнялась от глубокого вдоха. Пальцы пробежались по коже. Его пальцы. Он прикасался ко мне так нежно, что я пододвинулась чуть ближе на его коленях.

Всё было хорошо. Ну, почти всё.

Оставалась небольшая проблема с огромным наследством, всё еще нависающим над нашими головами, и я не знала, что будет дальше. Будет ли оно считаться, если мы с Гриффином продолжим встречаться, учитывая, что технически всё началось как притворство?

Да и статус моей работы тоже немного беспокоил. Я никогда не хотела, чтобы меня считали охотницей за деньгами, и вот я здесь: безработная и с мужчиной, чье богатство не поддавалось воображению. Хотя крошечная часть меня не стала бы протестовать против идеи стать избалованной домохозяйкой. Может быть, вместо четырех детей у нас будет пятеро.

Это означало бы много секса с Гриффином; от этой мысли по телу пробежала приятная дрожь, и на это я бы тоже никогда не пожаловалась. Я сдержала улыбку, пока в мыслях проносились все недавние моменты, когда мы были голыми. Взять его в рот было задачей не из легких, да и не сказать чтобы очень комфортной. Но меня удивило, насколько сильно мне это понравилось.

От всего этого сердце в груди забилось быстрее. Мысли перенеслись к нашему моменту в отеле. Искреннему, уязвимому, настоящему занятию любовью, и я хотела повторить это снова.

Я просто хотела, чтобы он был рядом, хотела делить с ним всё, что могла. Даже когда он просто барабанил пальцами по моей руке, мое тело начало гореть. Одно простое, любящее прикосновение — и я чувствовала, как между ног начинает зарождаться тупая, сладкая боль. Всё, что ему нужно было сделать — это съехать на обочину, и мы бы...

Мои глаза распахнулись, когда до меня дошло, что я предавалась очень грязным мыслям о Гриффине, в то время как его мама всё еще сидела в нескольких футах от нас в этой самой машине.

Его взгляд быстро скользнул ко мне, и он нахмурил брови. Открыв рот, он хотел что-то сказать, но затем резко ударил по тормозам.

— Что это? — ахнула Нэнси, ерзая на сиденье рядом со мной.

— Не «что», мам. А «кто», — тихо пробормотал Гриффин, а затем вздохнул, медленно продвигая машину вперед.

— Что она здесь делает в такое время? — ответила Нэнси, когда шины зашуршали по асфальту, сворачивая с главной дороги.

— Неужели она добралась до бабушки первой? — спросил Гриффин, останавливая машину.

— Она же не смогла бы убедить ее отказаться от поправок к контракту, правда? — Нэнси внезапно толкнула дверь и выскочила наружу.

Гриффин остался сидеть в заведенном пикапе, пока я медленно принимала вертикальное положение.

— Что происходит? — прошептала я. Но Гриффину не пришлось отвечать: мой взгляд упал на крыльцо белого кирпичного дома. Мы стояли на круговой подъездной дорожке, оба глядя на арочный вход, где Кара, отчим Гриффина, а теперь и Нэнси на повышенных тонах выясняли отношения.

— Я могу попросить Ноа...

— Я должен сказать тебе, — перебил меня Гриффин, наблюдая за спорящей троицей на ступенях. Позади Брента входная дверь приоткрылась, и из-за угла показалось лицо Дейтона. — Нет, только не Дейтон, — прошептал он.

— Дейтон знает о наследстве, Гриффин. Он знает уже давно, — успокоила я его, и Гриффин резко повернулся ко мне.

— Он казался расстроенным?

— Нет.

— Злым? Обиженным? Разочарованным?

— Нет? Мне кажется, он всё понимает. Хотя, наверное, я не уверена, знает ли он, что технически часть денег будет принадлежать ему, — пробормотала я. Гриффин пулей вылетел из машины. Я смотрела, как он бежит к крыльцу, и наконец сама выбралась из пикапа. В прохладном вечернем воздухе я слышала повышенные голоса — в основном голос Кары.

Нерешительно подкравшись ближе, я наконец смогла разобрать суть разговора.

— Позвони ей прямо сейчас, — прошипела Кара. — Или я сама позвоню.

— Так вот зачем ты сюда пришла? — Нэнси сердито посмотрела на нее, уперев руки в бока.

— Я пришла остановить Гриффина. Остановить Элеонору от совершения такого опрометчивого решения. Эти деньги будут моими. Они по праву мои! Она обещала их мне из-за твоего дурацкого решения побыть шлюхой и залететь в старших классах. Деньги должны были достаться ее дочери, и она решила, что ее выбранная дочь лучше.

— Ты ни хрена не знаешь, — вмешался Гриффин, и Кара закатила глаза.

— Я знаю больше, чем ты думаешь. Я знаю, что ваши отношения были фальшивкой. Но знал ли ты, что там есть пункт, по которому ты должен быть по-настоящему влюблен в женщину, на которой женишься, чтобы получить наследство, если она не выбрана Элеонорой или Уинстоном?

Гриффин стиснул челюсти, но ничего не сказал.

Он знал. Его молчаливый ответ подсказал мне, что он знал, и у меня всё оборвалось внутри. Пальцы машинально потянулись к кольцу на шее. Неудивительно, что он хотел помолвки, а не просто фальшивую девушку. Ему нужно было убедиться, что мы продадим этот спектакль во что бы то ни стало. И я не знала, как к этому относиться.

— Видишь? Еще одно очевидное доказательство того, что она хочет, чтобы деньги достались мне. А не твоей маме. К тому же, ты на самом деле не любишь эту стерву, — добавила Кара, и на ее лице заиграла ухмылка.

— Не смей, блядь, так ее называть, — прорычал он, и верхняя губа Кары скривилась в брезгливом раздражении.

— Разве это не доказывает тебе обратное? — вставила Нэнси, когда Брент поднял усталый взгляд и встретился со мной глазами. Он выглядел довольно растерянным, пока Дейтон тяжело вздыхал, прислонившись к дверному косяку.

— Кара, документы были подписаны более семи часов назад. Так что смирись. Ты ничего не сможешь сделать. — Гриффин сунул руки в карманы; я нахмурила брови, когда Нэнси перевела широко раскрытые, потрясенные глаза на сына.

— Чт-чт-что значит, они были подписаны семь часов назад? — спросила она.

— Мои юристы прислали их мне в электронном виде, пока мы были в ресторане. Мам, вы с Дейтоном получите первый транш начиная с первого января следующего года. Я начну работать под началом дедушки через неделю, а в начале следующего года стану президентом, — ответил Гриффин. Я чувствовала себя лишней в разговоре, в который не должна была вникать.

— Н-н-но вы же не женаты! — взвизгнула Кара, пытаясь вернуть хоть какое-то преимущество.

— Хорошо, что это вот-вот изменится. — Дейтон шагнул вперед и ухмыльнулся. — Прямо здесь и сейчас. Спасибо всем, что пришли на эту брачную церемонию, чтобы стать свидетелями прекрасного союза двух людей, которые очень любят друг друга. Церемонию проведет папа.

Мои глаза расширились сначала от шока, а затем от понимания. Точно. Он ведь говорил, что его отец рукоположенный священник или как там это называется.

У всех отвисли челюсти, кроме меня; я лишь подавила смешок, полный нервозности и... предвкушения? А Брент поджал губы, бросив на Дейтона предостерегающий взгляд.

— Проведет церемонию? Какого черта? — ахнула Кара.

— Да. Проведет. Рукоположенный священник, мой папа, сделает эту церемонию официальной. Гриффин, у тебя есть кольцо? — со злобной скоростью ответил Дейтон. Этот вечно коварный мальчишка.

Гриффин перевел взгляд на меня. Все глаза последовали за ним, и по коже побежали мурашки. Его пристальный взгляд удерживал меня на месте, пока он переваривал замешательство и внезапное заявление Дейтона. Медленно он кивнул, смирившись с тем, что творилось у него в голове. Ему нужно было сделать еще одну вещь, чтобы выполнить свою часть сделки, и она касалась меня.

Тишина опустилась на темное ночное небо. Сверчки, которые стрекотали без умолку, смолкли. Даже листья, шуршавшие на ветру, затихли, подчинившись напряжению, закружившемуся между горящим взглядом Гриффина и моей застывшей фигурой.

— Не делай этого, сынок. Ни ради меня, ни ради мамы, ни даже ради Дейтона, — разорвал тишину Брент, положив руку Гриффину на плечо. — Ты заслуживаешь быть влюбленным, а не просто соглашаться на кого-то, потому что снова заботишься обо всех, кроме себя.

Это задело. Но я понимала — он защищал Гриффина.

Тот взглянул на отчима.

— Сынок? — Его голос дрогнул, когда пожилой мужчина молча кивнул ему.

— Хорошо, что я ни на что не соглашаюсь просто так. — Гриффин улыбнулся, снова обратив на меня свои ореховые глаза. — Джейн, подойди сюда, пожалуйста, — тихо позвал он.

Я заколебалась. Если я пойду к нему, отвечу на его зов, это уже будет ответом еще до того, как я заговорю. Но я не могла сопротивляться его нежной улыбке, и тоска в сердце тихонько подталкивала меня вперед. Уставшие ноги уверенно несли меня по темной лужайке и медленно поднимались по ступеням. Сердце бешено колотилось в груди, подгоняемое напряжением, которое густо обвивало нас, словно еще не рассеявшийся туман.

Мужчина, которого я любила, оттеснил Кару и переплел свои пальцы с моими.

— Это всё очень быстро, я знаю, — тихо произнес он мне на ухо, заглядывая прямо в душу. — Если это слишком быстро, тогда ладно, я придумаю другой способ помочь родителям. — Я слушала не то, что он говорил, а то, о чем он молчал. Несказанные слова, срывающиеся с его губ, безмолвно просили меня о чем-то, к чему я даже не была уверена, что готова. У меня всё еще не было работы, я всё еще пыталась найти свое место в этом мире.

Но, может быть, было бы не так уж и страшно сделать это вместе с Гриффином. Вся неизвестность, что кружила вокруг меня, сжимая свои пальцы всё крепче, внезапно показалась не такой уж пугающей. Я коротко кивнула, и он удивленно вскинул брови.

— Ты хочешь этого? Ради себя, Джейн. Не ради кого-то другого, — пробормотал он.

— Ради себя. — Я замолчала, когда его рука скользнула мне на затылок, теребя серебряную цепочку. — И ради тебя, Гриффин Марш.

Уголки его губ поползли вверх, когда он разорвал цепочку.

— Я могу купить тебе другое кольцо, если хочешь, — ответил он, и помолвочное кольцо, освобожденное от ожерелья, упало ему на ладонь.

— Я просто хочу, чтобы в этот раз ты спросил меня по-настоящему, — ответила я, поднимая левую руку.

Горячее дыхание овеяло мое лицо, когда он наклонился; мозолистая кожа скользнула по моему пальцу, и он надел кольцо.

— Я бы купил фальшивое кольцо, если бы не был серьезен в первый раз.

И его губы накрыли мои.

— Вообще-то, по идее, вы должны целоваться после того, как скажете «согласен», — раздраженно пробормотал Дейтон, и Гриффин улыбнулся мне в губы.