Жоржа я ждала с особым трепетом.

Несмотря на то что день выдался насыщенным, я ловила себя на том, что то и дело поглядываю на дверь. Надеюсь услышать шаги бургомистра по коридору и его: «Работаешь, Ева?» и увидеть полуулыбку, за которой никогда не было понятно, что скрыто — ирония или одобрение.

Мне так и не удалось разыскать никакой информации о Жорже. Что ж, оставался еще один способ, просто пообщаться с ним поближе и сделать так, чтоб он сам рассказал мне больше.

И сейчас появился отличный повод для общения — конкурс.

Единственное, что мне удалось выяснить наверняка, — Жорж действительно любил Прислонь, поэтому я была уверена, что он оценит мой порыв. А потом, заручившись его поддержкой, я смогу привлечь побольше горожан… Бургомистра здесь любили и уважали. Что его начинания поддержат, я даже не сомневалась.

Я подошла к окну и посмотрела на улицу. Вечер уже начал подсвечивать небо персиковым светом. Стая воронья кружила над еловым лесом.

— Да где же ты? — пробубнила я, прижимаясь лбом к прохладному стеклу.

И словно в ответ на мои призывы, на подъездную дорогу бесшумно ворвался магомобиль. Жорж уверенно распахнул дверь и вышел. Собранный, чем-то слегка озадаченный, но при этом выглядящий словно с обложки журнала, которые любила читать моя матушка.

Я поспешила ему навстречу.

Слишком быстро, пожалуй.

Выбегая из кабинета, споткнулась о Чао, — который издал недовольное «мррф» и перевернулся на другой бок.

— Извини, — пробормотала я.

Вылетела в коридор и замерла, делая вид, что оказалась тут совершенно случайно.

— О, Жорж, ты сегодня поздно, — бросила я, стараясь сохранить в голосе непринужденность.

Небрежно откинула волосы и поправила подол ярко-розового платья, которое было сегодня на мне. Бургомистр кинул на меня рассеянный взгляд и кивнул.

— Да, дела…

Какие именно дела, он, разумеется, не уточнил.

— Может, сходим в «Ложки и Вилы» поужинаем? — предложила я, решив, что разумнее будет поговорить в столовой.

— Иди одна, — он взъерошил волосы, явно еще прибывая в своих мыслях. — Я не голоден. Может быть, выпью чашку кофе. Или приготовлю что-нибудь по-быстрому. Не хочу никуда идти, нет настроения.

Я чуть нахмурилась.

— Я могу… приготовить что-нибудь для тебя, — внезапно выдала я и тут же сама удивилась своему щедрому предложению.

Жорж приподнял бровь. Медленно и выразительно.

— Ты? — спросил он с легким изумлением. Даже обидно стало.

— Да, между прочим, я уже научилась готовить яичницу и пельмени, — гордо заявила я.

Жорж на секунду замер, а потом, к моему удивлению, по-настоящему улыбнулся — не этим своим загадочным уголком рта, а тепло, с почти незаметной мягкостью в глазах.

— Это похвально. Ты растешь на глазах, Ева.

Мои щеки предательски вспыхнули. Это была похвала? Или его вечная ирония?

Хотелось бы верить, что первое.

— Ну так что? — поторопила я бургомистра, которому, как мне показалось, понадобилось слишком много времени для ответа.

Все это время он смотрел на меня с каким-то странным блуждающим взглядом. И на мгновение он даже задержался на моем декольте.

Вполне себе скромном декольте, между прочим. Не таком глубоком, как у цирюльницы Мари.

Пришел мой черед приподнимать бровь. Жорж смущенно кашлянул.

— Нет, пожалуй, от яичницы и пельменей я откажусь, — сказал он, заставив меня проглотить разочарованный вздох. Жорж сделал паузу, чуть наклонив голову. — Как насчет пасты с морепродуктами?

— Звучит вкусно, — согласилась я. — Только я ничего такого не умею. Можно, конечно, узнать рецепт у Сильвии из соседней лавки. Она просто кладезь с полезными советами.

— Не надо, — Жорж улыбнулся. — Я умею. Беру готовку на себя.

— Идем, — быстро проговорила я, пока он не передумал.

Первое время мы молчали.

На кухне было неожиданно уютно: мягкий свет лампы, запах базилика и чеснока, который уже плавился в масле на сковороде, и негромкое шипение воды в кастрюле, где скоро будет закипать будущий «ал денте».

Жорж, как ни в чем не бывало, сунул мне в руку доску, нож и миску с помидорами.

— Нарежешь?

— Зачем помидоры? — я прищурилась. — В названии «паста с морепродуктами» нет упоминаний о помидорах.

— Ну какая паста без помидоров? — снова улыбнулся Жорж.

Я лишь тихонько фыркнула и принялась за дело.

Нож легко прошелся по кожице первого томата. Кусочки получались идеально ровными. Я даже немного собой гордилась.

— Нашла варианты жилья получше? — вдруг спросил Жорж.

— Какие еще варианты? — Я нахмурилась, не отвлекаясь от нарезки.

Жорж бросил в сковороду лук. Шипение масла стало чуть громче.

— Я про комнату. Ты же сказала, что останешься у меня «лишь на первое время», а потом найдешь варианты получше. Помнишь?

Я моргнула. Ах да, что-то такое было. Теперь я вспомнила, что заявила это в нашу первую встречу. Впрочем, сразу же благополучно об этом забыв.

— Никаких вариантов нет, — соврала я с самым честным выражением лица.

— Совсем никаких?

Снова эта дурацкая полуулыбка. Только почему от нее так сложно отвести взгляд?

— Вообще не одного, — с трагическим видом подтвердила я. — В Прислони никто не сдает комнату.

Я сложила нарезанные помидоры обратно в миску и зачем-то посолила. Наверное, сработали советы Сильвии, что для вкуса главное ­— все не забывать солить.

На самом деле, я поняла, что никуда не хочу отсюда уезжать. И причин было много. До работы добираться не надо. Да и тайна Жоржа, хоть и могла оказаться темной и опасной, — отчаянно манила. А потом, я привязалась к черному нахалу Чао… Этот аргумент я и решила использовать:

— Да и Чао, — я кивнула в сторону подоконника, где развалился наш питомец, — кто кота будет кормить? Ты ведь все время где-то пропадаешь.

Чао, услышав, что говорят о нем, громко мяукнул и с важным видом потянулся.

— Видишь, — сказала я. — У него к тебе серьезные претензии.

— Хорошо, оставайся, — удивительно легко согласился бургомистр. — Я лишь уточнил.

Что ж, меня не гонят. Уже неплохо.

Жорж бросил помидоры на сковородку. Те зашипели, заскворчали, наполняя кухню обволакивающим ароматом, от которого предательски заурчал живот. Где-то на фоне, уже бурлила паста.

И я решила ­— пора. Было приятно наслаждаться моментом, но пора поговорить и о деле. Впрочем, начал издалека:

— Я закончила отчет, — сказала как бы между делом и уставилась в окно, делая вид, что рассматриваю стаю крикливых ворон за окном.

— Здорово! Ты быстро справилась. Молодец. — Жорж медленно помешивал содержимое сковородки.

— И уже отправила его, — быстро добавила я. — Не стала тебя ждать. Или ты хотел сделать это лично? — уточнила я, с легким нажимом.

Жорж покачал головой.

— Нет. Я не владею магией. Я бы все равно не смог это сделать.

Он произнес это спокойно. Почти буднично. Но в воздухе повисло странное напряжение, и я уловила, что его признание не такое уж и будничное.

— Вот оно как… — пробормотала в ответ.

Не знаю, почему я удивилась. Магия — достаточно редкий дар, но почему-то мне казалось, что у Жоржа она была. Все же он бургомистр. Обычно на такие должности брали людей с магией. Впрочем, Прислонь крошечный город, могли сделать и исключение.

С другой стороны — может, так оно и к лучшему. Теперь я могла быть спокойнее.

— Ну и ладно! — с деланной бодростью заключила я. — Значит, я правильно сделала, что отправила отчет.

Жорж кинул на меня быстрый взгляд и вернулся к содержимому сковороды. Взял щепотку сушеного орегано и кинул сверху томатов.  Все также уверенно, без лишней суеты.

— Казначеи мне даже уже ответили.

Я нарочито спокойным голосом делала вид, что не злюсь. Хотя злилась. Вспомнила письмо от некого Финикова и почему-то захотелось выругаться.

— Что ответили?

— Что взыщут с нас пенни. За то, что задержали отчет.

Жорж равнодушно пожал плечами, даже не обернулся.

— Это еще не все, — добавила я. — Они отказались выделять средства на реконструкцию парка.

Голос все-таки обиженно дрогнул. И вот он — короткий, резкий взгляд.

— Ты все же попросила.

— Я не могла не попробовать!

— Но ожидаемо отказали…

— Да, — мои плечи поникли, хоть для меня это и не было «ожидаемо».

Жорж кинул в сковородку креветки, а потом, подхватив кастрюлю, слил воду в раковину.

— Признаться, я тоже пробовал. Первое время. Писал, объяснял. Просил. А потом понял, что Прислонь для них лишь пара строк в отчете. Маленький город на севере, который даже не всегда рисуют на картах.

— Это нечестно, — пробормотала я, глядя, как пар из кастрюли медленно поднимается к потолку.

— А кто сказал, что будет честно? — усмехнулся Жорж.

— И ты решил это исправить? — спросила я, чуть тише. — Ты из собственных средств решил пожертвовать деньги на Прислонь?

— Догадалась?

— Да, — призналась я со вздохом.

Жорж кивнул, как будто в этом не было ничего особенного.

— Откуда ты взял деньги? — вопрос вырвался сам собой.

— Достались в наследство… — Коротко бросил он. — Давай уже ужинать…

Значит, снова ушел от ответа. Хоть ответ и был, но какой-то слишком… короткий. Мне же хотелось подробностей.

Мы уселись друг напротив друга. Перед нами стояли тарелки, где дымилась паста, щедро присыпанная сыром. Аромат был восхитителен. Впрочем, не только он.

— Ммм, — простонала я, запуская первую вилку в рот. — Ты можешь открыть собственную столовую и составить конкуренцию Афине.

— Этого еще не хватало, — глухо рассмеялся Жорж.

Мы с жадностью накинулись на еду.

— Знаешь, это еще не все новости на сегодня, — призналась я, когда тарелка почти опустела.

Жорж выжидательно поднял брови.

— Я тут перебирала корреспонденцию, — начала я, стараясь говорить бодро, с энтузиазмом, — и нашла письмо. Нас пригласили участвовать в конкурсе малых городов северной провинции.

Жорж не ответил, только продолжал пристально смотреть на меня.

— Это великолепный шанс! — быстро добавила я. — Призовая сумма поражает! Нам бы хватило на парк. Думаю, даже с запасом. Фонари, лавочки, клумбы, пруд… Хватит на все!

Но чем больше я говорила, тем мрачнее становилось лицо Жоржа. Улыбка исчезла, мягкость ушла. В глазах… Нет, не раздражение. Что-то другое, непонятное…

Бургомистр отложил вилку.

Делая вид, что не замечаю перемен в его настроении, я продолжала щебетать.

— Условия хоть и сложные, но не невыполнимые. Нужно будет привлечь горожан, но я уверена, мы справимся...

— Нет.

Всего одно слово, которое заставило меня замереть с открытым ртом. На кухне повисла тишина. Даже Чао, кажется, перестал дышать.

— Что значит «нет»? — я вскипела моментально.

Я ожидала недоумений. Может, сомнений. Даже ворчаний и попытку переложить всю подготовку на меня. Но не это… Не категоричный отказ.

— Это же… возможность для города заработать! Да вдохнуть в него жизнь, в конце концов!

— Мы не будем участвовать ни в каких конкурсах, — сказал Жорж, не повышая голоса. Он говорил спокойно, но это спокойствие ощутимо вибрировало в кухне.

— Но почему?! — я не верила своим ушам. — Это шанс! Настоящий шанс! Ты же сам говоришь, что Прислони денег не выделят. Мы можем выиграть приз, восстановить парк, устроить людям праздник…

— Именно. Праздник. Толпа незнакомых людей. — Резко перебил Жорж. — Город к такому не готов.

Я уставилась на бургомистра. Город к такому не готов? Или он сам?

— То есть ты просто хочешь сидеть и ничего не делать? — вырвалось у меня. — Чтобы парк дальше разваливался?

— Ева, ты не понимаешь, — Жорж резко отодвинул тарелку. — Иногда лучше оставить все как есть. Город… он хрупкий. Здесь и так все держится на тонких нитках. Ты сейчас дернишь за одну, и все посыплется.

— Нет, это ты не понимаешь! — я уже почти кричала. — Люди здесь живые, настоящие. Им нужно вдохновение, надежда… Им нужно… да хоть что-то! А ты боишься людей?

Жорж ничего не ответил. Только встал, прошелся по кухне, уперся ладонями в подоконник и уставился в темноту за окном.

— Ты боишься, — прошептала я. — Я не знаю, чего именно. Но ты сам не даешь городу стать лучше. Ты будто…

— Хватит! — голос бургомистра был холоден. — Мы не участвуем. Точка.

— Ну… вообще-то… — сказала я, стараясь дышать ровно, — я уже подала заявку. Сегодня был последний день, и я отправила письмо еще до того, как ты вернулся домой.

Жорж резко обернулся. Его лицо стало почти каменным.

— Ты… уже… что?

— Мы участвуем, — твердо повторила я. — Пути назад нет.

Жорж посмотрел на меня так, что я готова поклясться: сейчас в его голове проносится богатейший запас ругательств. Хотелось бы мне знать, что он думает. Хотя… нет. Лучше, пожалуй, не знать.

Закончив буравить меня взглядом, — который я стойко выдержала, — бургомистр тяжело вздохнул и, не сказав больше ни слова, вышел из кухни.

Чао, дернув хвостом, метнулся было ко мне, но потом, словно передумав, побрел за хозяином, оглянувшись на меня с укором уже у самой двери. «Эх, такой вечер смогла испортить», — явственно читалось в нем.

Я осталась одна. С пустыми тарелками и целым тазом эмоций.

С тяжелым вздохом я поплелась к раковине. Ссора — ссорой. А мытье грязной посуды никто не отменял. Этим я занялась с особым рвением.

Вода бурлила, губка скрипела. А я мыла, мыла, мыла.

— Ну и ладно, — бормотала себе под нос. — Привыкнет. Смирится. Какой у него еще остался вариант?

И все же внутри все зудело. Обида и… тревога. Почему Жорж испугался толп людей? Боится быть узнанным? Или причина в чем-то другом?

Когда посуда была перемыта до последней вилки, я поднялась к себе. Пора было ложиться спать, но душевное равновесие так и не пришло. Почти полчаса я металась по комнате из стороны в сторону, иногда замирая, вскидывая руки и представляя, как бы могла построить диалог иначе.

— Не хочет участвовать? — бормотала я. — Ну и ладно. Пусть сидит дома. Справлюсь сама. Я все смогу. Не зря была лучшей ученицей курса! Подумаешь, Жорж…

На последнем «Жорж» я чуть не запнулась — не о стул, а о чувство, что в глубине души мне была важна его поддержка. Ни как начальника, а как… человека.

С протяжным «пфф» я плюхнулась на кровать.

В этот самый момент рядом со мной опустилось магописьмо. По корявому подчерку я сразу поняла — Оливер.

Оливер… А ведь я хотела ответить ему сегодня. В итоге даже не вспомнила об этом. Не подумала о нем ни разу…

Виной всему этот город с его проблемами и тайнами и… Жоржем.

Стало чуточку стыдно. Я схватила письмо и пробежала глазами по строкам.

«Детка, привет! Ты чего мне не пишешь? Понимаю, ты очень расстроена, что не попадешь на мою вечеринку. А она обещает быть действительно грандиозной! Там будет все, кого ты знаешь (и не знаешь тоже). Все со старших курсов Академии, и кое-кто даже из Министерства. Можешь себе такое представить?

Я решил, что буду в темно-синем костюме. Помнишь, ты мне говорила, что его оттенок идет к моим волосам?

Да, ты только вообрази, Лора теперь дружит с той самой Адель, про которую распускала грязные слухи. Я в шоке! А Дони, кажется, хочет снова сойтись с Марисой. Хотя всего неделю назад он мне клялся, что терпеть ее не может… »

Я отложила письмо, даже не дочитав. Кто с кем снова дружит… Кто с кем сошелся и разошелся… Кто будет шептаться в углу или целоваться за занавеской?

Столичные интриги, сплетни и новости — все это вдруг показалось ужасно далеким и неважным.

Хотя еще неделю назад, я бы жадно ловила каждое слово. Сейчас же что-то изменилось.

Но я надеялась, что это пройдет. Что я снова захочу вернуться в столицу, с ее вечными интригами и интрижками.

Но для начала стоило ответить Оливеру. Я взяла, ручку, лист бумаги и уселась за стол.

«Любимый…» — начала я, старательно выводя каждую букву. И замерла.

Что написать дальше? Мысли разбежались быстрее, чем слухи на вечеринках Оливера. Рассказать ему о моих проблемах в Прислони? Уверена, ему нет до этого никакого дела. Оливер даже не спросил, как у меня дела.

Спрашивать про столичные сплетни? Он уже рассказал мне больше, чем я хотела знать.

Я рассеянно барабанила ручкой по краешку стола, блуждая по комнате взглядом, в поисках вдохновения.

Вдруг что-то мелькнуло в темноте окна. Я ненадолго замерла, ручка застыла в воздухе.

Я встала и выключила свет. Теперь, когда комната погрузилась во мрак, стало отлично видно, что происходит за окном. Мужской силуэт быстро удалялся от дома в сторону леса.

Высокий, плечистый, походка резкая, стремительная. Сомнений не было. Ни одного. Это был Жорж.

На раздумья не осталось времени. Вот он. Мой шанс узнать загадку Жоржа. Еще вчера я бы на это не решилась, но сегодня… Сегодня любопытство пылало во мне.

Недолго думав, я выбежала из комнаты.