В три минуты одиннадцатого я проезжал мимо закусочной «У Теда». Это было довольно маленькое заведение, и я любил завтракать. Благодаря стеклянному фасаду оттуда было отлично видно людей. Там сидели пара парней в светоотражающих пальто, вероятно, дорожные рабочие, которые перекусывали; пожилая дама в искусственной шубе, которая была завсегдатаем; и молодой человек в чёрной толстовке с открытым MacBook на столе перед ним. Он был самым молодым посетителем, подходил под описание Дэвида и сидел у двери. Это был Лэнгимер. Готов поспорить.

Я объехал квартал и припарковался на улице рядом с закусочной. В это время ночи вокруг всё ещё толпилось много людей. Я включил телефон, запер машину Холли и попытался поймать такси. Пока я ждал на тротуаре, я включил переадресацию на телефоне и набрал номер телефона, который мне дал Делл. Закусочная находилась примерно в ста метрах от меня. Я видел, как свет падает на тротуар, но никто внутри меня не видел. Подъехало такси, и я сел на заднее сиденье.

«Куда, приятель?»

«Извините, я забыл кошелёк. Мне придётся вернуться в квартиру», — сказал я, вылезая на улицу.

Водитель покачал головой. Я закрыла дверь и смотрела, как жёлтое такси отъезжает от закусочной к реке, засунув телефон за сиденье.

Я вернулся в «Хонду» и стал ждать.

До сих пор все мои непродолжительные контакты с Лэнгимером проходили на его условиях: он контролировал ситуацию и имел на меня информацию. Мне нужно было это изменить.

Поначалу я рассчитывал на пять минут. Я не сомневался, что как только я включил телефон, какая-то программа оповестила Лэнгимера. Он, наверное, сидел у Теда, пялился на экран и недоумевал, почему я иду в противоположную сторону от закусочной.

Через четыре минуты зазвонил мобильный. Переадресация. Мой собственный телефон в такси был в беззвучном режиме, и звонок переключился на телефон в моей руке. Я ответил.

«Я жду…», — сказал Лангимер.

«Извините. Что-то произошло. Я не смогу прийти. Можно перенести встречу?» — спросил я.

«Я так не думаю», — сказал Лангимер и отключился.

Я завёл машину. Лангимер вышел из закусочной с сумкой для ноутбука на плече. Он перешёл по пешеходному переходу на мою сторону улицы и подал знак такси. Через минуту его подобрало жёлтое такси. Я подождал несколько секунд, прежде чем въехать на полосу движения и последовать за ним.

Жёлтое такси быстро высадило его на Пятой авеню. Я припарковался, быстро вышел и был уже метрах в шести от меня к тому времени, как он расплатился с водителем и направился к многоквартирному дому с видом на парк. Я смотрел, как он входит в здание, и задержался. Я подождал несколько минут, а затем последовал за ним. У входа стоял швейцар в полном облачении, который, вероятно, предпочитал, чтобы его называли «консьержем жилого помещения», и разглядывал меня.

«Привет. Я из автосалона Manhattan Cars. Только что отвёз мистера Лэнгимера. Дело в том, что я нашёл мобильный телефон на заднем сиденье своей машины. Я убирался в машине перед началом смены и не нашёл никаких телефонов. Кажется, это его телефон. Не могли бы вы меня пропустить, чтобы я мог показать ему телефон?»

Я не рассчитывал на пропуск, хотя и говорил убедительно. Я держал в руке телефон и выглядел уставшим и скучающим.

«Я позвоню ему и спрошу. Подождите здесь», — сказал швейцар.

Пара коричневых кожаных диванов рядом со стойкой охраны выглядели очень удобными, и я сел на тот, что был лицом к лифтам. С того места, где я сидел, я не слышал разговора с Лангимером.

Если бы он был хотя бы наполовину так умен, как я думал, он бы понял.

«Мистер Лангимер сейчас спустится и примет вас», — сказал швейцар.

И действительно, прежде чем я успел устроиться поудобнее, двери лифта открылись, и я увидел того самого мужчину, который вышел из закусочной Теда. Светлая бородка, тёмные круги под глазами. Стройный, одетый во всё чёрное. Лёгкая дрожь губ и широко раскрытые глаза выдавали его нервный гнев.

Он выскочил из лифта, протянув руку. Я взялаЯ пожал ему руку, поднялся и почувствовал, как он потянул меня к двери. Я позволил ему это сделать. Меня выбрасывали из множества баров, и это было до жути похоже.

«Давайте поговорим на улице», — сказал он.

«Все в порядке, мистер Лангимер?» — спросил швейцар.

«Все отлично», — сказал он.

Выйдя из здания на тротуар, он отпустил мою руку.

«Тебе не стоило сюда приходить. Я подождал в закусочной, как ты и просил. Отличный ход со швейцаром. У меня есть телефон, и ты это знаешь. Наверное, это твой телефон катался по Манхэттену на заднем сиденье такси. Умно».

«Я подумал, что сообщение, которое я оставил швейцару, может быть вам подсказкой. Вы не очень гостеприимны. Я с нетерпением ждал возможности взглянуть на вид из вашей квартиры».

"Что ты хочешь?"

Вот почему я пришёл. Мне хотелось выбить парня из колеи, прежде чем сделать предложение. И я вспомнил, что, когда он впервые позвонил мне, на заднем плане раздался женский голос, который просил его повесить трубку. Фраза, которую она использовала, была странной: «Повесь трубку. Никаких звонков».

«Ты уверен, что тебе не нужно разрешение твоей девушки, прежде чем поговорить со мной?» — спросил я.

"Что?"

«Когда ты сегодня позвонил мне в закусочную, я вдруг услышала женский голос, который велел тебе повесить трубку. Никаких звонков. Полезно знать, кто в твоём доме хозяин», — сказала я.

Это был дешёвый способ разозлить его: сыграть на его гневе. Я ожидала, что он взорвётся, развяжет язык и, возможно, только возможно, выдаст что-то, чего бы не сделал, если бы был спокоен.

Лангимер не взорвался. Он не дал волю своему гневу. Совсем наоборот.

Он отшатнулся назад, качая головой. По выражению его лица я понял, что он напуган. Это была не та реакция, на которую я рассчитывал, но я решил воспользоваться этим.

«Где вы были в субботу вечером около восьми?»

Ни слова не слетело с его губ. Он просто смотрел на меня какое-то время, давая себе время, чтобы яд снова впитался в его организм. «Я убивал девушку Дэвида. Ты это хочешь, чтобы я сказал?»

Его правая бровь дрогнула, и руки нырнули в карманы.

"Где вы были?"

«Я был дома. Один. А теперь убери от меня свою вонючую задницу, иначе я позвоню своему адвокату».

Он не двинулся с места. Я тоже. Он отступил, не сводя с меня взгляда.

«Я высоко ценю свою конфиденциальность, мистер Флинн. А теперь уходите».

«Жаль, что ты так мало ценишь чужую личную жизнь», — сказал я, достал телефон и сфотографировал Лангимера. Он хотел было схватить мой телефон, но передумал и вернулся в дом. На швейцара накричали и стали тыкать в него пальцами.

Он что-то скрывал. Я знала это. Было ли это как-то связано со смертью Клары или Дэвида, я не могла сказать. Что бы это ни было, это было как-то связано с женским голосом, который я слышала по телефону. Тот факт, что я слышала её, напугал его. И я понятия не имела, почему.

Я быстро повернулся, понимая, что мне нужно быть в аэропорту к полуночи. Как только я повернулся, что-то уловил боковым зрением. Кто-то неподвижно стоял напротив, в парке. Мужчина с татуировкой «Крик» . Я застыл, не отрывая от него взгляда, и начал подсчитывать. Машина Холли была припаркована примерно в пятидесяти футах от меня. Мужчина был, вероятно, в семидесяти пяти футах от меня и в пятидесяти футах от машины, но на противоположной стороне улицы. Постоянный поток машин на проспекте означал, что ему придётся лавировать в потоке машин, чтобы добраться до меня.

Я думал, что смогу добежать до машины, завести её и уехать. Но это будет туго. Если он будет слишком близко к тому времени, как я доберусь до машины, мне придётся открыть багажник и надеяться, что у Холли под рукой окажется монтировка.

Ключи от машины звенели в моей руке, волна страха в груди перехватила дыхание, и я почувствовал, как мои ноги жаждут бежать.

Как раз перед тем, как я сорвался с места, мужчина на другой стороне улицы улыбнулся, закурил сигарету, повернулся ко мне спиной и побрел в парк.

Прежде чем он успел передумать, я сорвался с места, сел в машину и врезался шинами в асфальт.