Проснулась от того что все тело затекло. Встала с кресла и стала расхаживаться, ох как же болели онемевшие руки и ноги. А еще стало прохладно, подошла к камину и стала подбрасывать дрова в тлеющий уже огонь. Накидав дров, предварительно положив туда немного бумаги я вернулась к Филиану. Спина полностью затянулась. Вчера просидела над его спиной полночи, пока не затянулась последняя рана. Уставшая и обессиленная я села в кресло, да так и уснула в нем до утра.

Филиан спал. Это я поняла по его спокойному ровному дыханию. Сходила в ванную и умылась, взяла из корзины вчерашние продукты, соорудила из них бутерброды, захватила чайник и спустилась вниз. Филиан уже сидел на диване, держась за голову руками.

— Привет! Как ты себя чувствуешь? — сказала я, подходя к нему.

— Натали? — удивился он. — Что?.. — его глаза забегали по комнате, — Что ты тут делаешь? Почему ты не дома?

— Я дома! Это же твой дом! — поставила тарелку на стол, и чайник повесила у камина, села в кресло напротив Филиана. Взгляд у него был какой-то нездоровый. Может он заболел. — Филиан?

— Дом мой. Но почему ты не в замке? Ох, как болит голова! — и Филиан снова опустил голову и взялся за нее руками. Если у меня получилось вылечить его раны, получится ли вылечить ему голову? Я встала и подошла к нему. Положила руки ему на голову. Филиан прижался ко мне головой и обнял за талию. Я гладила его волосы, из рук опять заискрило и засветилось яркое свечение. Незнаю сколько б мы так стояли, но в дверь постучали. Я отстранилась от Филиана и сказала: — Войдите.

Дверь открылась и вошел Юин, на лице его была улыбка, в руках он держал корзинку. Но стоило ему увидеть Филиана, как улыбка пропала с его лица.

— Капитан, миледи. Доброе утро! Рад, что вы уже впорядке. — он опустил корзину около кресла, и так и стоял в дверях боясь зайти в дом глубже.

— Почему ты не отвез мою жену домой? — холодно спросил Филиан.

— Капитан, миледи сама отказалась ехать. Охрана все время была около вашей жены. Не переживайте. Я приносил вчера ужин и сегодня принес продукты. Я был рядом.

— Почему, я ничего не помню? — вдруг другим каким-то бесцветным голосом спросил Филиан.

— Голова прошла? — спросила я.

— Да. Спасибо! — он улыбнулся, но на лицо снова упала тень. Он действительно не помнил что его бил отец?

— Когда оставалось десять ударов пришел Эрланг, — начал Юин — отобрал у Фирджа плеть и стал бить вас сам. Где-то на ударе третьем вы потеряли сознание.

— Вот же сволочь! — сказал Филиан. — Он сделал это специально!

— Да. А еще он наказал Фирджа, за то, что тот не умеет управлять плетью.

— И где он?

— В камере.

— Я решу этот вопрос. Что-то он переходит уже все границы. Приготовь карету, Наталья покушает и ты увезешь ее домой.

— Фил, — начала я, но он остановил меня.

— Я чуть позже подъеду домой. Не вижу смысла тебе тут оставаться одной, не самый лучший вид из окна для девушки.

— Хорошо капитан, — и Юин вышел из дома.

— Ты точно в порядке? — спросила я.

— Да. — Филиан встал и поцеловал меня жарким поцелуем. — Спасибо что не бросила меня, — и прижал меня к себе.

Мы позавтракали, разговорами и вопросами я не докучала, по лицу Филиана было видно, что сейчас ему не до меня. Когда с завтраком было покончено, Филиан поднялся и ушел наверх, спустившись обратно через пару минут в рубашке и новой черной куртке.

— Юин отвезет тебя домой, — он протянул мне руку, помог встать. Поцеловал. — Я к вечеру буду дома.

— Буду ждать, — сказала я и поцеловала его в ответ. Надела шубу и мы вышли из дома. Загораживая эшафот, около дома стояла черная карета без опознавательных знаков, рядом стоял Юин.

— Отдаю под твою личную ответственность, — сказал Филиан, сажая меня в карету. Я взглянула на Юина и увидела, как он с опаской посмотрел на меня.

— Конечно капитан, — сказал Юин и сел рядом со мной.

— До вечера, — сказал Филиан и закрыл карету. Она тронулась. Шторка с одной стороны была закрыта, я потянулась рукой, чтобы открыть окно, но Юин схватил мою руку.

— Не стоит миледи. Чуть позже, — я убрала руку. Ну и ладно, не очень то и хотелось. Да и что бы я там увидела, эшафот? И тут до меня дошло, почему он не дал открыть шторку. Видно после нас там еще исполнялись приговоры. В молчание и тишине мы ехали во дворец Филиана.