Это самый яркий, растиражированный и в романах, и в фильмах образ, с ней связанный, – графиня купается в крови девственниц, дабы если не обрести вечную молодость, то хотя бы максимально отодвинуть старость. А еще Эржебет Батори включена в Книгу рекордов Гиннесса как женщина, убившая наибольшее количество людей. Правда, сколько конкретно, сказать невозможно. Наиболее популярная цифра – 650 человек – вызывает все же серьезные сомнения.

Графиня Батори, помимо фильмов, еще героиня компьютерных игр, в ее честь называют себя группы тяжелого металла. Хотя по степени культурного влияния, да и по масштабу личности ей до Влада далеко, тем не менее во многом она ему близка.

Хотя бы тем, что на гербе рода Батори – три зуба дракона… Согласно официальной легенде родоначальник рода убил эту опасную рептилию, чем и заслужил для своих потомков такой трофей в гербе. Но совпадений на самом деле не бывает: дракон, дьявол, кровь. И кстати, Стефан из рода Батори был вместе с Владом, когда тот в последний раз захватил престол. Как говаривал Александр Сергеевич Пушкин, «бывают странные сближенья». Да и вообще род Батори издревле, практически изначально, связан с Трансильванией.

Мать Эржебет была племянницей прославленного Стефана Батория, короля Речи Посполитой, громившего войска Ивана Грозного на финальном этапе Ливонской войны. То есть это даже не просто венгерская элита, это элита в целом восточноевропейская.

Соответственно, юную Эржебет выдали замуж за представителя другого знатного и славного мадьярского рода Ференца Надашди. И хотя он родился почти через восемьдесят лет после смерти Цепеша, занимался он в основном тем же самым – воевал с турками. И, что характерно, боролся он с ними схожими методами. За исключительную даже на общем недобром фоне жестокость османы прозвали его «Черный бей».

Кстати, существует ничем не подтвержденная, но очень характерная легенда, якобы в весьма юном возрасте, накануне брака Эржебет забеременела от слуги. Ференц велел его кастрировать и бросить на растерзание псам.

Есть также мнение, что именно он, перенеся изуверские практики с линии фронта в собственный замок и применяя их по отношению к проштрафившимся слугам, подал пример супруге. Впрочем, по-настоящему самореализовываться в этом плане она начала уже после смерти Ференца, который скончался от какого-то недуга – военные лагеря и поля сражений не способствуют сохранению здоровья.

Итак, версия официального следствия по делу графини гласит, что она в течение долгого времени садистским образом умертвляла не только своих служанок, но даже и нескольких дворянок. Как-то их угораздило попасть в ее застенки и быть там замученными. Местом кровавых действ был Чахтицкий замок, развалины которого и по сей день можно посетить на территории нынешней Словакии. И, конечно, ничто тайное и кровавое, а особенно когда оно совершается в серьезных масштабах, не может остаться незамеченным.

Следствие по делу графини вел сам палатин (лицо, совмещавшее функции премьер-министра и верховного судьи) Дьердь Турзо. В своем докладе королю он сообщил: «Когда мои люди проникли в замок Чейте, они обнаружили там мертвую девушку, другая вскоре умерла от многочисленных ран. Кроме того, была обнаружена еще одна женщина, покрытая ранами и следами пыток; другие жертвы были спрятаны и приготовлены этой проклятой женщиной для предстоящих мучений».

И тем не менее некоторые исследователи утверждают, что дело могли замять (все же оно бросало тень на два знатнейших рода – Батори и Надашди), но собственное расследование вел священник Иштван Мадьяри. Именно он, опираясь на жалобы прихожан по поводу пропавших девушек, стал «бить в колокола», в том числе активно поднимая этот вопрос и при королевском дворе. Он обвинял графиню не просто в садистских убийствах, но в том, что она занимается оккультными практиками и совершает сатанистские обряды (далее увидим очень похожий сюжет с разоблачением Жиля де Ре).

Впоследствии в том, что пристрастила Эржебет к темным делам, обвинялась ворожея по имени Торко, жившая неподалеку от ее замка. А хорватскую якобы знахарку Анну Дарвулью, служившую у графини, местные жители и вовсе описывали как «дикого зверя в женском облике».

Вот фрагмент из отчета нотариуса, который вел предварительное следствие: «Вторым свидетелем был достопочтенный Тамаш Яворка, судья города Коштоланы, лет сорока, который под присягой показал о жестокости Эржебет Батори и сказал в добавление, что слышал от нескольких молодых служанок названной дамы, насколько она была жестока с горничными, а именно: прижигала им низ живота раскаленным железом, других помещала в яму и поливала кипятком, затем сдирала кожу. Эта же свидетельница показала, что не раз видела девушек, покрытых синяками от многочисленных побоев».

А что же насчет кровавых ванн, которые стали визитной карточкой графини? Исследовательница Кимберли Л. Крафт утверждает, что первым о них якобы упомянул иезуит Ласло Туроци, который изучал документы процесса более чем через сто лет после его завершения.

Опять священник! Разве это не повод для реабилитаторов графини сочинить теорию о церковном заговоре, который из корыстных побуждений поддержал якобы зарившийся на имущество графини палатин? Конечно, повод!

И современные защитники начинают развивать версию: Эржебет была кальвинисткой, а пастор Мадьяри – лютеранином, одни не любили других – вот и причина. Это было бы смешно, если бы каждое оправдание монстра не было чревато появлением нового. Дело в том, что и кальвинисты, и лютеране – протестанты, и, соответственно, главными врагами для них были католики. Особенно тогда.

Напомним, что суд по делу Батори состоялся в 1611 году, а буквально через семь лет начнется беспримерная по ожесточенности Тридцатилетняя война между католиками и протестантами как таковыми, без разделения последних на лютеран и кальвинистов.

Но еще интереснее, что информацию о ваннах из «крови девственниц» раскопал священник-иезуит. То есть выходит, что католики объединились во мнениях с лютеранами, чтобы «возвести напраслину» на «несчастную» графиню-кальвинистку?

Кстати, то, что сведения о кровавых ваннах были обнародованы лишь через сто лет, вовсе не доказывает, что это злокозненная выдумка. Сам ход процесса и его вердикт говорит о том, что Эржебет не «топили», а, наоборот, искали возможность добиться для нее смягчения приговора.

Король Матьяш II настаивал на ее казни, но палатин Турзо убедил его, что, поскольку задета честь столь знатных фамилий, надо решить вопрос как-то иначе. И решили: к смерти приговорили двух служанок графини, активно ей ассистировавших в садистских практиках. Их сожгли живьем. Менее активного слугу просто обезглавили. А еще одну пособницу сочли жертвой морального давления и приговорили к пожизненному заключению.

И к нему же – саму графиню. Не правда ли, немыслимая снисходительность для «злокозненных фальсификаторов»? Согласно одной версии, Эржебет была фактически замурована в одной из комнат Чахтицкого замка. А вот исходя из отчета посетивших ее через некоторое время пасторов графиня могла свободно перемещаться в пределах здания.

Скончалась она в 1614 году, 54 лет от роду. Кровавые ванны не помогли? Или, напротив, без них уже жизнь не в жизнь была? Есть версия, что она могла быть отравлена. Наверное, могла. Вряд ли она была нужна живой своим родственникам.

И хочется спросить всех (а их немало), кто пытается активно обелить «жертву черной легенды», а что в ее действиях невероятного? Прежде чем судить о том, на что способен человек, нужно «побыть в шкуре» того или иного интересующего вас индивида.

В данном случае можно хотя бы представить себе, для начала, что у вас слабо развита эмпатия. Или вообще отсутствует. Это нормальная вещь для психопата. Да, у психопатов своя норма, а людей с таким диагнозом не так мало, как вам может показаться. А затем поместите психопатическую личность в условия, где никто и ничто ей не указ, где она имеет неограниченную власть над своими слугами. В конце концов, поместите самих себя в подобную ситуацию и поговорите с внутренним монстром – очень интересно, что вы услышите.

Ведь и знаменитая наша соотечественница Салтычиха не так уж сильно от Эржебет Батори отличалась. Только фантазии не хватило кровавые ванны принимать. Но дело Салтычихи не вызывает никаких сомнений. Почему же кого-то смущают «подвиги» графини?

Есть и еще один фактор. В некоторых родах веками копятся преступления, и трудно предсказать, какой и когда это может дать эффект. Вот Николай Васильевич Гоголь в своем самом, несомненно, ужасающем произведении «Страшная месть» описывает, как такое бывает и почему. И, главное, происходит этот кошмар в Карпатах, одном из «вампироактивных» регионов.

Вспомним финал – там повествуется, о какой страшной казни просит брат, преданный и погубленный родным братом, для своего убийцы: «Сделай же, Боже, так, чтобы все потомство его не имело на земле счастья! Чтобы последний в роде был такой злодей, какого еще и не бывало на свете! И от каждого его злодейства чтобы деды и прадеды его не нашли бы покоя в гробах и, терпя муку, неведомую на свете, подымались бы из могил! А Иуда Петро чтобы не в силах был подняться и оттого терпел бы муку еще горшую; и ел бы, как бешеный, землю, и корчился бы под землею!

И, когда придет час меры в злодействах тому человеку, подыми меня, Боже, из того провала на коне на самую высокую гору, и пусть придет он ко мне, и брошу я его с той горы в самый глубокий провал, и все мертвецы, его деды и прадеды, где бы ни жили при жизни, чтобы все потянулись от разных сторон земли грызть его за те муки, что он наносил им, и вечно бы его грызли, и повеселился бы я, глядя на его муки! А Иуда Петро чтобы не мог подняться с земли, чтобы рвался грызть и себе, но грыз бы самого себя, а кости его росли бы, чем дальше, больше, чтобы чрез то еще сильнее становилась его боль. Та мука для него будет самая страшная: ибо для человека нет большей муки, как хотеть отмстить и не мочь отмстить».

Кто-то, возможно, молил о чем-то подобном и для Влада Цепеша. Ведь для последнего «хотеть отомстить и не мочь отомстить» точно было бы самой страшной мукой…