Бабушка покойной жены моей… Ирина Логиновна Богаевская, супруга бывшего обер-секретаря Правительствующего сената и известного в свое время литератора, Ивана Ивановича Богаевского, в самой старости своей (в 1830 году) сохраняла еще следы необыкновенной красоты, а в первые годы замужества, по отзыву ее современников, могла считаться одною из первых красавиц в столице.

Однажды, в царствование императора Павла, она ехала в карете навестить свою опасно больную приятельницу, Полуектову, и на дороге неожиданно встретила государя, ехавшего в сопровождении Кутайсова. По установленному в то время обычаю едущие в каретах должны были останавливаться при встрече императора. Слуга, стоящий позади кареты, должен был немедленно соскочить с запяток и отпереть дверцу кареты, и кто бы ни ехал в ней, и какое бы ни было время, должен был выйти из кареты и, сбросив с себя верхнюю одежду, спуститься на подножку для поклона его величеству. Дамы не были освобождены от этого, и молодая Богаевская должна была подчиниться уставу. Государь остановился, внимательно посмотрел на нее и с особенною благосклонностию отвечал на поклон ее. Отъехав несколько шагов, он послал Кутайсова осведомиться о фамилии повстречавшейся дамы и о месте ее жительства. Кутайсов стремительно подскакал к стеклу кареты, снова остановил ее, и испуганная Богаевская в замешательстве на вопрос его промолвила фамилию приятельницы, к которой она ехала, а на вопрос о жительстве назвавшись ее именем, указала и дом ее. Заметив испуг молодой дамы, Кутайсов доложил и об этом государю, а Богаевская, отложив посещение больной приятельницы, отправилась прямо домой и рассказала о всем мужу.

На другой же день по повелению государя Кутайсов отправлен был узнать о здоровье Полуектовой. Каково же было удивление его, когда ему отвечали, что она скончалась. Это известие еще более изумило и огорчило государя, и Кутайсов должен был несколько раз повторять ему, что он сам видел в доме печальные приготовления и что покойная неузнаваема. Это навело императора на размышления о превратности человеческой жизни и странной игре случая. К счастию, что торопливый Кутайсов при осведомлении не пускался в дальние расспросы, которые легко бы привели к разгадке неожиданного случая. Между тем Богаевские, узнав о смерти их приятельницы и встревоженные ответом на осведомление государя, распорядились закрыть ставни своего дома и решились немедленно отправиться в свою деревню, где прожили два летние месяца, а возвратясь в город, Богаевская еще три месяца никуда не выезжала из дома, опасаясь последствий своей встречи, и остерегалась встретиться снова с высоким ценителем красоты.