К книге
Загадка королевского гобеленаЧасть третья. Сеньоры из Варанвиля. 30. Неизданное письмо Проспера Мериме, найденное в государственных архивах в Москве
67%
Часть третья. Сеньоры из Варанвиля. 30. Неизданное письмо Проспера Мериме, найденное в государственных архивах в Москве
31

Байё

12 октября 184…

(последняя цифра неразборчива)

Моя милая Валентина[135], тебе известна моя неизменная привычка обращаться в незнакомых деревнях к торговцам кроличьими шкурками. Именно так я напал на след гобеленов из замка Буссак: этой прелестной дамы с единорогом[136], которая, надеюсь, скоро будет представлена взорам парижан.

Вчера вечером на постоялом дворе я подружился с одним старьевщиком, который знает как свои пять пальцев этот небольшой край – нормандский Бессен. Он рассказал мне, не без помощи кальвадоса, о старых кусках ковра, которые возит с собой.

Я не подозревал о том, что мой постоялый двор – пристанище бандитов. Местные люди здесь похлеще моих милых корсиканских разбойников или приятелей Кармен и ее Хосе. Сегодня утром моего дружка, который спал в комнате надо мной, нашли повешенным с вырванными глазами.

Надо заметить, что сплю я в этом климате достаточно крепко. Странно, что глаза его положили в стакан.

Вероятно, мой новый приятель увидел то, чего ему не следовало видеть, и его убийца дал это понять всей своей банде. Я хорошо расшифровываю язык знаков этих преступников. Ему вспороли живот и вытащили кишки, запах его внутренностей встревожил всех кошек, еще не успевших вылакать свое утреннее молоко.

Вообще-то, его могли просто ограбить, а не убивать, поскольку все его имущество находилось не в комнате, а в сарае, в его тележке. У меня не было времени прояснить эту тайну. Он описал мне свой шедевр, который ускользнул от меня вместе с обществом этого славного малого. Полосы белого полотна, на котором вышиты персонажи и буквы. Украли всё: чепцы из Фалеза и нарядные муфты, радость модниц; зимой, думаю, тут бывает прохладно, несмотря на близость моря.

Толстяк-жандарм пришел в сильное возбуждение, когда увидел, что в этой грошовой гостинице остановился специальный посланник правительства и член Французской академии. Я объяснял ему, что такое инспектор Охраны исторических памятников, но с таким же успехом я мог бы изъясняться иероглифами. Мне не терпится увидеть тебя, показать свои записные книжки, новые рисунки и кое-что еще, что тебе уже знакомо.

Предыдущая главаГлава 31 из 46Следующая глава