Последние две недели мы с Эштон словно молодожены во время медового месяца. Любимая не перестает меня удивлять. Черт, мы занимаемся сексом в любую свободную минуту! И я неимоверно наслаждаюсь каждой минутой нашего воссоединения.

Алан называет меня папой, и никак иначе. Я чувствую себя самым счастливым в эти моменты. Теперь каждый вечер мы втроем прогуливаемся по пляжу, наблюдая, как Бакси пытается покусать волны.

Несколько дней назад я позвонил родителям и рассказал им обо всем. Они были безумно рады, что у них, оказывается, есть внук. Теперь они планируют поездку в Сидней через два месяца, когда отец сможет оставить клинику на пару недель. Я надеюсь, что к этому времени Эштон подготовит нашу свадьбу. Уверен, тогда в отеле она просто дразнила меня, говоря о том, что совсем не думает о замужестве. Поэтому кольцо, которое принадлежало еще моей бабушке, давно ожидает часа икс в красной бархатной коробочке на дне комода с моими рубашками. Не хочу торопить события. Эштон должна понять, что слишком нуждается в нас, и тогда я надену на ее палец символ моей любви.

Мы приглашены в ресторан по поводу годовщины свадьбы Эдварда и Клары. Эштон не дает мне покоя, сводя с ума своим игривым взглядом и гребаным платьем. Я пытаюсь отвлечься от мыслей о ее пухлых губах на моем члене, когда ко мне подходит отец девушки.

– Палмер.

Мужчина чуть заметно кивает.

– Мистер Гласс.

– Глаза моей дочери светятся неподдельным счастьем, думаю, это твоих рук дело. – Эдвард делает глоток виски из стакана и добавляет: – Но не забывай о моем «кольте».

Я криво усмехаюсь.

– Мистер Гласс, я не меньше вашего хочу, чтобы Эштон была счастлива. – Затем прочищаю горло и добавляю: – Надеюсь получить ваше благословение на наш брак.

Пару минут отец Эштон обдумывает мои слова, наблюдая за тем, как дочь смеется, беседуя с Кларой.

– Знаешь, Эйден, думаю, ты достоин моей девочки. Только рядом с тобой она становится похожей на саму себя.

Я не верю своим ушам. Эдвард протягивает мне ладонь, и я с улыбкой на лице пожимаю ее.

Спустя двадцать минут Эштон практически похищает меня из ресторана, шепнув мне на ухо, что под этим платьем на ней только крошечные трусики.

Девушка набрасывается на меня прямо в моем автомобиле, не дав опомниться. Я не церемонюсь и делаю все так, как она любит. Поэтому ей приходится выбираться из «Гелендвагена», накинув на себя мой пиджак. От ее платья осталость только название. Но она без сожаления отправляет ненужную тряпку в мусорный бак перед домом и скрывается за входной дверью. Безумно люблю эту девочку!

На следующее утро в офисе Майкл рапортует о нескольких заключенных сделках с крупными австралийскими компаниями. Все время до обеда мы занимаемся логистическими схемами, которые предложил Тим. Ближе к полудню Майкл приносит в мой кабинет документы на дом, который я купил для нас с Эштон. Парни из юридического отдела все проверили, и мне осталось только поставить несколько своих автографов. После этого мы с Майклом отправляемся на ланч.

Как только кабина лифта доставляет нас на первый этаж, раздается звонок моего смартфона. Лукас. Сегодня утром он заявился в мой дом с просьбой одолжить ему машину.

Я принимаю вызов и слышу взволнованный голос Джейн.

– Эйден… Лукас без сознания! Он весь в крови. Господи!

– Джейн, что произошло? Где вы?

Я замираю на месте. Сердце отбивает бешеный ритм. Мысль об аварии первой появляется в моей голове.

– Я не знаю! Какой-то левый автомобиль появился совершенно неожиданно перед нами. Лукас резко затормозил, нас занесло… – Джейн громко всхлипывает. – Машину несколько раз перевернуло!

– Где вы сейчас? Ты позвонила в службу спасения?

Майкл обеспокоенно смотрит на меня.

– Мы в нескольких милях от Сиднея, около получаса назад проехали городок Вуллонгонг.

Я слышу звук сирены на заднем фоне и с облегчением вздыхаю.

– Джейн, напиши мне, в какую больницу вас доставят.

Сбрасываю вызов.

– Что произошло, Эйден? – проникает в мое сознание голос Майкла, пока я пытаюсь понять, что делать дальше и нужно ли сообщать об аварии Эштон.

– Мне нужна твоя машина. Только думаю, что не смогу сейчас вести. Брат Эштон попал в аварию.

Провожу рукой по волосам. О какой тачке говорила Джейн? В моем мозгу зарождаются подозрения. Несколько дней назад моя паранойя вернулась, и мне снова мерещилась слежка.

– Подожди меня у входа в здание. Я должен сообщить обо всем Эштон.

Стремительно возвращаюсь к лифтам. Дверь одного из них открывается, и я встречаюсь с голубыми глазами своей девушки. Она улыбается и произносит:

– Привет!

Я не могу вымолвить ни одного гребаного слова в ответ. Эштон изучает меня испуганным взглядом.

– Что случилось?

Я беру ее за руки и вывожу в холл из кабины лифта.

– Может, уже скажешь, в чем дело? Эйден?

Нервно сглатываю и отвечаю:

– Лукас попал в аварию.

– Что? У него даже машины нет! – Эштон качает головой. – Так и знала, что эта дружба с укурками с пляжа до добра не доведет!

– Я одолжил ему свой «Гелендваген» сегодня утром, – осторожно сообщаю я. Эштон вскидывает голову и прожигает во мне дыру.

– Ты… что? Одолжил ему свою тачку?

– Ему нужно было отвезти Джейн в Мельбурн.

– Не верю своим ушам!

Эштон упирает руки в бока.

– Господи, детка, давай обсудим это немного позже.

Вибрация смартфона в кармане пиджака оповещает меня о входящем сообщении. Быстро пробегаюсь глазами по тексту послания.

– Его везут в клинику на Хай-стрит.

– Тогда чего мы ждем?

Эштон разворачивается к лифту, чтобы спуститься на подземную парковку. Я беру ее за руку и веду к выходу.

– Майкл ждет нас у входа. Думаю, сейчас тебе лучше не садиться за руль.

Она резко освобождается от моей хватки и, стуча каблуками, шагает к выходу из офисного здания.

Всю дорогу до клиники Эштон изучает городские пейзажи сквозь боковое стекло «Ауди» Майкла. Думаю, она винит в случившемся только меня.

Как только мы оказываемся в клинике, Эштон пытается узнать новости о состоянии Лукаса у девушки за стойкой регистрации. Я замечаю Джейн в комнате ожидания. Девушка Лукаса поднимает на меня заплаканные глаза. На ее лице множество неглубоких порезов, видимо, от осколков лобового стекла.

– Как это случилось, Джейн? О какой машине ты говорила? – Я усаживаюсь на корточки перед перепуганной девушкой.

Она дергает плечом.

– Она появилась из ниоткуда. Черная БМВ. Лукас просто не успел среагировать. Черт, да никто бы не успел!

– Ты уверена? Черная БМВ? – переспрашиваю я, однако сомнений о виновнике аварии у меня уже не остается.

Девушка согласно кивает.

– О чем она говорит, Эйден? – Вопрос Эштон застает меня врасплох. – Ты что-то знаешь об этом, да?

Я поднимаюсь и подхожу к ней. Хочу обнять, но Эштон делает пару шагов назад.

– Что происходит, Эйден? Что это за черная машина?

Она выжидающе смотрит на меня. Я шумно вздыхаю. Проклятье, только все стало налаживаться… Гребаный Энрике Кабрера!

Девушка словно читает мои мысли и тихо произносит:

– Кабрера? Не молчи, Эйден!

– Детка, я…

– Я права, да? – Эштон опирается спиной о стену и закрывает глаза.

– Думаю, да.

Прижимаю ее к себе. В этот раз она не сопротивляется и утыкается носом в мою грудь.

– Лукас в операционной. Он сломал пару ребер, и одно из них задело легкое.

Чувствую, как моя рубашка становится влажной от слез Эштон.

Спустя полчаса в комнате ожидания появляются Эдвард и Клара.