Проблемы начались сразу, как только мы оказались в помещении похожем одновременно и на антикварную лавку, и на ювелирный салон, и на торговую точку различными новомодными «игрушками». Здесь книги в кожаных переплетах соседствовали с зализанными и обрезиненными планшетами, непонятными футуристическими приборами, предназначенных абсолютно неизвестно для каких целей, а под стеклянными витринами в ярком свете блестели золотом, серебром и платиной перстни, браслеты, кулоны, серьги.
От звука мелодичного перезвона колокольчика, последовавшего сразу после открытия широкой и массивной двери, из подсобного помещения вынырнул невысокий юркий мужчина. Казалось, он постоянно перемещался в пространстве и даже пару мгновений не мог устоять на месте. За десяток секунд успел пройтись раза три туда-сюда за прилавком, что-то поправить, достать откуда-то тряпку и протереть идеально прозрачную витрину. Ему, на вид, было около сорока пяти лет. Сам смуглый настолько, что казался черным. Продавец, а никем другим данный товарищ быть не мог априори, очень радушно улыбался, казалось, просто лучился добротой и гостеприимством, если не заглядывать в глаза. Те оставались холодными, оценивающими и… злыми? Смотрел он при этом на девушку.
— Саманта, какими судьбами?! — почти пропел, в голосе чуть хрипотцы, которая не отторгалась, а скорее придавала некий шарм образу, делая его завершенным, — Да ещё и не одна…
— И тебе не болеть, Француз. Ты бы не мельтешил, как вошь на гребешке. И времени немного. Поэтому отставим в сторону все эти экивоки и политесы, перейдем сразу к делу. Нужны НАЗ’ы, восемь штук. Семь комплектов эфок и один ешки.
— Мгм…, всегда ты так… нет поговорить со старым другом, узнать как жизнь, как здоровье, сразу, сходу «надо», «нужно», — с показными обиженными нотками в голосе заговорил тот, но взгляд оставался по-прежнему холодным. Одновременно достал из-под прилавка огромный планшет, поводил пальцем по экрану, затем огласил вердикт, — Извини, но столько сейчас в наличие нет, всего шесть браслетов.
— М-да… Ты в своем репертуаре, когда необходимо — ничего. Обращусь все же к Никодиму.
— А что Никодим? — даже усмехнулся коммерсант, — Родит? Прям сейчас? Думаешь, я НАЗ’ы на каждый день пачками заказывать буду? Смысл? Маги берут полновесными марками. А товар не должен залеживаться. Вам меня предупредить заранее — меньше минуты! Почта. Письмо. «Завтра жди». Но нет, явимся в последний момент лично… Хочешь — говори! Да, хоть самому Сталину напиши! Хочешь — не говори и не пиши. Мне плевать! Но вы начали нервировать. Много на себя…, — в этом месте осекся под яростным взглядом кураторши, закашлялся, достал из кармана классических брюк платок, вытер выступивший пот со лба, продолжил вполне спокойно: — В любом случае, остальной товар будет завтра, и точка! Я вам не Господь Бог, сотворить из ничего что-то… Или накормить пятью хлебами и двумя рыбами пять тысяч рыл!
— Хватит. Я тебя услышала, на утро приготовь штук десять, уверена, количество желающих обзавестись такими девайсами прибавится, ещё слышала, что Висельник новую группу получает. С Земли-3, — тон провожатой ничуть не изменился.
Я же вычленил цифирное обозначение некой планеты, и согласно логике, вероятно, существовали некие миры с обозначением: «один», «два» и, вполне возможно, «четыре». Почему так глобально? Потому что, в ином случае речь шла бы о континентах или точках перехода. Например, «ждем гостей из Африки» или «новичков из седьмого портала».
Девушка тем временем обернулась к нам, начала чеканить слова:
— Все все слышали? Или повторить? Первое: Стаф выпадает из гонки сразу, так как…, — видя, что я готов начать спорить, в останавливающем жесте подняла руку: — Да, Стаф, ты в пролете на сегодня! Сбой у тебя произошел недавно, теперь минимум дней пять можешь ничего не опасаться. Остаются семеро. Браслетов шесть. Кто-нибудь на добровольной основе желает уступить? Барабек? — вопросительно посмотрела девушка на толстяка.
— А что я? Крайний? Нееет, — как-то совсем по-козлиному почти проблеял тот, — Нашли дурака, я тоже жить хочу! Так что…
Отчего-то его фраза послужила спусковым механизмом для пятиминутного гвалта, где каждый вдруг возжелал стать обладателем НАЗ’а, считая, что у него на это имелось больше прав, нежели чем у других участников «диспута».
— Про следующий сбой информация точная? — задал вопрос Саманте, наблюдая, как страсти разгорались, так скоро до мордобоя могло дойти. Девушки ничуть не отставали от сильной половины. К собственному удивлению отметил, что борец во всеобщем «симпозиуме» не участвовал, а держался чуть в стороне.
— Да, другой статистики нет. Пока нет, — ответила спокойно, а затем неожиданно прорычала, — А ну, заткнулись все! Или немного мотивации придать?!
Я промолчал. Хотя внутри все клокотало от ярости, которая замешивалась на некой обреченности, просыпалась и ненависть от осознания собственного бессилия, невозможности влиять на большинство событий, даже столь малых, как совершение покупки… И мы после такого не рабы? Ага-ага.
Ещё «старая» ипостась шептала, что лучше не лезть под горячую руку. Не в том, не в том находился положении, чтобы качать права или выражать какой-либо протест. Конечно, можно говорить в духе юных максималистов, гундосо, презрительно и через нос: «прогнулся под «систему»», «струсил», «пластмассовый мир победил» и нести прочее тупое дерьмо.
Всегда бороться с любыми невзгодами и идеями, лучше посиживая на родном диване или кресле, сытым и выспавшимся. В тепле. А если ещё и с бокалом бормотухи, которую у нас называют хорошим «виски» — вообще отлично. Далекий и одновременно близкий большой Мир, тот — за экраном смартфона, планшета, в мониторе — просто не сможет выжить, если ты не выскажешь своё «фе» или не одобришь «яростную» войну с беспределом!
Любым.
И рассказывать одновременно своей девушке, если таковая найдется, а она обязательно найдется в силу объективных причин, о дураках вокруг, не замечая в её глазах отчетливых и простых слов: «Боже, когда этот мудак перестанет нести эту х…!» пусть будет «херню» или «хренотень».
Но я не смирился, а затаился, потому что неожиданно стали понятны давным-давно, казалось, позабытые слова, которые одно время были девизом: «Если ты полез в драку, ты должен победить. Вот что важно. Все остальное не стоит и выеденного яйца».[3]
Подниму хай, зареву или начну орать о несправедливости бытия, даже брошусь с кулаками на волшебницу… М-да, едва не ухмыльнулся, представив такие «веселые картинки».
Исход, учитывая текущие реалии и отношение к нам со стороны «учителей», один — не добившись ни одной из поставленных целей, уроню итак «плинтусовый» авторитет ниже оного, отведаю «Плети», после которой до сих пор уголовник морщился, или словлю что-то ещё из арсенала уже боевой магии, но не лечебной.
После минутного молчания, когда все успокоились, едва только прозвучали последние слова Саманты, та посмотрела внимательно на каждого, меня проигнорировала, затем улыбнулась, вполне себе добро, даже как-то нежно, как котятам матерая и полностью помешанная на предмете обожания кошатница, и сказала:
— Раз отказавшихся на добровольной основе от получения НАЗ’а среди вас нет, то предлагаю поступить по-справедливости…
— Это как?! Как?! Вновь приоритет у баб?! Сначала им раздать, потом мужчины?… Как обычно? — перебивая, почти взвизгнул тонко толстяк, — А, может, аукцион устроим?! Так это бред! Бред! У каждого всего по десять тысяч! Де-сять! Максимальная ставка известна, вот её и ставлю первый, в таком случае! А, вообще, не для того…
— Закрылся! — резко и зло сказала куратор.
Интересно, с чего такая реакция? До этого момента истерик за жирдяем не наблюдалось. Но тот сразу замолчал. Поэтому, что «не для того» осталось за кадром. Хотя, учитывая разговор с бывшим раковым больным, речь, скорее всего, шла о деньгах, проданных квартирах, машинах или ещё о чем-то ценном. Отсюда следовал интересный вывод: если вполне себе обычные люди на Земле обладали знанием о переходе в другой мир, почему это не стало достоянием общественности? В наш-то век информационных технологий, инноваций и цифрового сообщества? Далее, ни одна тайная организация, если за неё возьмется серьезно Государство, не сможет нормально функционировать. Аксиома. Тем более, тут размах такой… мама, не горюй. А значит большие дяди в курсе.
Учитывая перебрасываемых уголовников, которых было множество, дяди и тети в погонах и на высочайших должностях стояли за всем. Последним штрихом вспомнилось интервью лидера Первой Народной партии Владислава Олешникова, слово в слово, а ведь всего лишь тогда мазнул взглядом по статье на информационном портале: «Содержать маньяков, педофилов, убийц, воров на деньги налогоплательщиков — это форменное, повторяю, форменное преступление против здравого смысла!
Те, кто ратует за отмену смертной казни, сразу замолкают, когда я предлагаю им выделять, скажем, пятьдесят процентов из своей, замечу, немаленькой зарплаты, чтобы кормить пойманных проходимцев. Однако, почему-то, по мнению Этих кровопийц, порой иностранных борцов, простые россияне должны платить за контингент, который и стал причиной горя для некоторых из них. Где?! Где, я спрашиваю, справедливость?!
Им, значит, зазорно поделиться зарплатой на «благое», в кавычках, дело, а этим должен заниматься простой рабочий завода, фермер, колхозник и вообще обычный человек! Это неприемлемо! И точка!
Введение смертной казни в Евросоюзе и у нас, в России, привело к тому, что количество тяжких преступлений значительно снизилось. А это благотворно сказалось на здоровье общества и нации в целом. Сегодня в первом чтении мы приняли новый законопроект, где будет значительно расширен список преступлений, подлежащий высшей мере наказания. Наша партия поддержала эту инициативу единым фронтом…».
Вот откуда ветер задул.
С Нении.
И ведь такие начинания прошли при общем одобрении. Сначала на фоне массовых беспорядков, прокатившихся практически по всем странам мира, расширили полномочия властей и кардинально переработали законы в сторону их ужесточения. Обыватель, уставший от действий «революционеров», погромов, убийств, грабежей, повального воровства, избиений и прочих радостей жизни, только что не прыгал от восторга, когда пару демонстраций, как в Китае на площади Тянь ань мынь раскатали танками, а по одному скоплению даже отработала пара боевых вертолетов. Темы «разгонов» никто стыдливо не замалчивал, наоборот, из каждого «утюга» тогда лилась кровь демонстрантов и показывались намотанные на траки танков кишки.
Протесты вдруг сразу пошли на спад. Как оказалось, «новая власть» отчего-то не готова, когда с ней не играют в поддавки, позволяя творить беспредел и зверства, терять свои жизни. Получилась анекдотическая ситуация с извечным вопросом: «А нас-то за шо?».
Затем, пока человек обыкновенный не отошел ещё от воспоминаний погромов, очередной разновидности от зверского COVID’а, фактически в каждой стране выступили с инициативой введения высшей меры наказания. Провели референдумы. И старушка Европа вновь стала форвардом. Россия никогда не отставала от Запада, норовя показать ему свою любовь и желание вылизывать, вылизывать и ещё раз вылизывать. Всегда дожидалась, преданно заглядывая в глаза господину, одобрительного похлопывания по плечу, а потом не стирая и не чистя этот пиджак годами, дабы тыкать в лицо каждому — «нас любят». Но последнее — обыкновенная лирика.
Здесь важен другой факт: казни (несмотря на их публичность, можно было любую в интернете посмотреть), носили довольно простой характер. Оглашение приговора, электрический стул. А из-за бронированного стекла родственники и близкие могли понаблюдать за последними моментами жизни преступника. Фиксация смерти докторами. Затем крематорий, копия приговора на руки «наследников», оригинал приведения наказания в исполнение и урна до кучи.
Все, досвидос!
Конвейер.
На деле, учитывая знание о существовании Нинеи, а также связи между мирами, второй из которых нуждался в живом товаре, «мертвецы» затем там и оказывались.
И никакой дешевой конспирологии.
По всему выходило, здесь существовал какой-то товар, который имел огромную ценность на Земле-матушке, и он требовался в больших объемах. Именно поэтому поставили отправку людей в эти е…, пусть будет «дали», на поток.
Но как я смог вспомнить заурядную статейку? Даже адрес ресурса отпечатался — не сотрешь, и реклама, на которую давно никто не обращал внимания… Вот четкая картинка девки демонстрирующей новые замечательные тампоны «СunthealthS+».
Такие метаморфозы, происходящие с собственным мозгом, говорили только об одном — это работа магоинтерфейса. Никогда не блистал фотографической памятью. Я даже английский в своё время почти год учил, когда подруга справилась за два месяца посещения курсов два раза в неделю. Да, у неё был базис средний школы, в которой я осознавал величие Шиллера и Гете на их родном. Нет, цель постижения мирового средства коммуникации, заключалась далеко не в том, чтобы сойти за жителя Нью-Йорка или предместий Лондона, а так, всего лишь понимать хитророжий персонал в гостиницах и прохиндеев-гидов в турпоездках. Все!
А тут, млин!
Да и сами мысли совершенно другие, мозг работал иначе! Абсолютно! Раньше я бы не стал даже задумываться о таких материях, сопоставлять что-то, анализировать тонны разрозненной информации, стараясь выявить некую систему. Чаще — простая констатация, даже фиксация факта, а затем зачем думать, если есть чертова туча тех, кто напишет или расскажет все в видеоблоге, снабдит картинками… Раньше бы они включились, до всех этих соплей по отношению к Юлии.
Ну-ка. Проверка. В каком году умер Наполеон? И четкий ясный ответ: «Запомните, дети, 5 мая 1821 года на острове Святой Елены от язвы желудка скончался величайший человек своей эпохи, который будучи никем изначально, стал Императором. О нем помнят до сих пор и…».
А перед глазами Мария Александрова, красивая стройная женщина, наша учительница по истории, в неё были влюблены практически все пацаны в классе. Но это был не какой-то чертов размытый образ. Я видел её, будто здесь и сейчас, стрижка под каре, кокетливая родинка на щеке, чуть припухлые пунцовые губы и белоснежность шелковой кожи. Черное облегающее платье с небольшим декольте, тонкая золотая цепочка с кулоном, и почти в жар бросило от того её вида. А ещё смущение, учитывая, на какой части тела концентрировался взгляд.
Словно быстро перевел взгляд, и вот столешница парты. Все царапины и надписи четкие, яркие, даже затертая: «Коля — черт» и прочая дурость. Затяжка на колготках соседки Сашки, её обкусанные ногти, но накрашенные дешевым красным лаком, маленький крестик нарисованный синей пастой на тыльной стороне ладони. Точно, она все боялась забыть, что сегодня её очередь забирать младшего брата из садика…
Твою мать!
Это что за жесть?!
С катушек слетаю?
— Саманта, когда умер Наполеон? — неожиданно даже сам для себя задал вопрос, уже проклиная несдержанность, представляя, как такой «финт» выглядит со стороны. Но, как говорилось, слово не воробей…
— Я что тебе педивикия? — явно на автомате ответила та. Судя по всему, девушка млела от Джоре, стараясь копировать его манеру речи. Затем внимательно на меня посмотрела: — А-а… Начал чётко и ясно вспоминать все: вплоть до родинок на заднице случайной бабы?
Кивнул. Промолчал, хотя хотелось тоже ввернуть что-то резкое, например, "а не попутала ли ты берега, сука?" Тут с башкой бардак полный из-за ваших фашистских опытов…
— Могу тебя снова «обрадовать», это проявление ещё одного побочного эффекта от установки магоинтерфейса — называется Синдром Арни. Первооткрыватель был и есть любитель фильмов со Шварценеггером, ну и ему сразу припомнился довольно известный фильм «Вспомнить все» с этим актером в главной роли. Лечится просто: тебе необходимо в течение первых суток набрать дозу более трех эрок. Выход скоро, так что справишься. Не сделаешь, будешь помнить все и запоминать также. И где-то максимум через месяц — это у нас самый крутой результат, слетишь с катушек окончательно, если раньше не сдохнешь.
— А чем плохо? — спросила Гарпия, зачем-то шмыгнув носом. Обратил внимание и на Француза, тот исчезал на несколько минут в подсобном помещении, после чего появился с грудой однотипных небольших коробок, — Это ведь здорово, прочитал один раз и все…
— Тем, что не все воспоминания являются полезной информацией или несут в себе позитивные эмоции. Чаще обращаемся мы к негативу. Результат, бросил кто-то тебя десять лет назад, а ты испытываешь те же эмоции, что и в тот момент. Нравится? И все это множится на другие жизненные неурядицы. Тут обозвали, там нагрубили, здесь обидели без основания, умер близкий, там потеряла родителей и так далее, так далее, так далее. И все это помнишь до малейшей детали! Будто происходит это здесь и сейчас. Самое интересное, алкоголь, наркотики, секс и другие способы не очень-то помогают выветриться таким картинам. Хотя, на мой взгляд, первые две категории никогда не помогали, они усугубляли все. А ты, Стаф, до выхода в экстерналку, не вспоминай всякую ерунду из прошлого, деятельностью и изучением нового материала пытайся выбить всю дрянь. Запомни главное — твоя жизнь началась несколько часов назад. Остальное, в большей мере, ненужный тлен и те пудовые гири на ногах, которые тянут тебя на дно. Не хотелось бы, учитывая, сколько я уже с тобой провозилась, ещё и за шкирку тащить за Ворота. Обсопливленного и кающегося во всех грехах…
— Наполеон умер пятого мая тысяча восемьсот двадцать первого года, — неожиданно медленно ответил здоровяк-борец, на него опять все посмотрели так, как будто вдруг заговорил камень, асфальт или прилавок. Надо же, бандит-эрудит или эрудит-бандит.
— Да, что вы так пялитесь?! — взорвался Быкан, — Дали кличку сначала дурацкую! А я доктор исторических наук! И, между прочим, «Заслуженный деятель науки Российской Федерации»! А со мной поступают, как с каким-то скотом! Быдлом! И свою ученую степень и звание не покупал! Я примерный семьянин, у меня жена — восемнадцать лет в браке прожили душа в душу, четверо детей… Ни одного привода в милицию! И дрался всего два раза в жизни, не считая ковра.
— Не, ты, братуха, не кипятись…, — вмешался уголовник, имени которого никто не сообщал, но вытатуированные перстни на пальцах чётко отображали род деятельности «коллеги», как и жестикуляция, — Но выглядишь ты… На сладкого не похож, ой не похож, хотя фраеров всяких доводилось видеть. А ещё… Приводов нет… И куда только полицаи смотрят? Тут реально бандит, шпалера не хватает. А ещё профЭссор!
— Да фильм мы про девяностые снимали! Друг у меня — известный довольно режиссер Филинов Женя, попросил в двух эпизодах поучаствовать! Сказал, «просто удивительно подходишь», «какой типаж». Отказать не мог. Мы с ним с детства, как братья. И все это, — потряс он могучими ручищами, — Бутафория! Даже не золото! С водителем немного заблудились, не там свернули и вместо базы отдыха «Магнолия» оказались в гребаном лесу. Джип без навигатора, не ставили специально, про девяностые все же речь, а соты те места не покрывали, связи не было. Наткнулись на грузовики по дороге, колонна, думали, мужики подскажут, куда ехать. Подсказали…
Надо же, ещё один бедолага, как и я. Сколько, вообще, людей-то пропадает? И никому нет дела, учитывая такую крышу.
— Давайте уже решать, как будем НАЗ’ы делить! — опять отчего-то визгливо почти прокричал толстяк, — И говорю всем, я свою жизнь ради какой-нибудь тупой шалавы на кон не поставлю! Я… я…
Рыжий, Быкан и даже «романтик с большой дороги», одарили Бара-Бека уничижительными, полными презрения взглядами. Хотя выглядело это донельзя нелепо, ведь никто из них не поспешил выйти из гонки, дабы уступить кому-то из дам место в трамвае жизни.
— Хватит истерик! И, нет, никаких преференций по половому признаку, у нас равноправие, — усмехнулась, чуть прищурившись, руководительница, — Все просто. Франк, дай кости! — последнее произнесла требовательно, ничуть не сомневаясь в праве отдавать приказы.
Получила стакан и пару «зариков», именно так мы их называли в юности, когда играли в нарды.
— Все просто, — между тем ровным голосом продолжила девушка, — Два кубика, на каждом точки, берем стакан, трясем, вот так, — показала, приложив горловину емкости к ладони, — Кто выкидывает самую маленькую сумму — тот сегодня в пролете. Считаем по верхней грани. Далее, если наименьшие значения совпадают, стороны продолжают игру, пока не определится победитель. Кто первый?…
Мне было откровенно скучно.
Поэтому я стал осматриваться. Внимание привлекли книги в кожаных переплетах, оказавшиеся ежедневниками или блокнотами. Зачем такие раритеты здесь, учитывая встроенный в магоинтерфейс блокнот и даже возможность вести видеозапись, оставалось за кадром. Рядом со мной материализовался продавец.
— Ты это, смотреть смотри, руки не тяни! — довольно грубо заявил тот, — Если бы не Саманта, не пустил бы на порог! С тебя грязь и дрянь всякая только не сыпется, а воняет, как от псины! Где ты так бомжевал?
— По лесу. Ночью. Без света, — медленно, делая почти после каждого слова паузу, произнес я, сдерживая порыв ударить в нос этого шакала. Не зря, не зря наша сопровождающая с этой крысой заприлавочной так разговаривала. Тварь позорная!
— Ладно, ладно, не закипай тут, отмойся первым делом, встречают-то по одежке, так что не обижайся, — поделился тот исторической народной мудростью, тон сменил на более благожелательный, а в глазах проявился некий интерес и хитринка: — Но ты правильно подумал о сохранности информации. Если автоматическую отправку любых данных можно запретить в настройках магоинтерфейса, то при определенном интересе некоторых структур или же представителей СБ, получить полный доступ, к твоим потом и кровью добытым записям, можно! Как и скачать практически все. Бумага же надежна, как и столетия назад. Есть в ней какая-то магия, есть. А этот запах, а этот шелест страниц. Ммм… Разве сравнишь с бездушными, пусть и магопланшетами. Вот посмотри…, — начал Француз заученную рекламную речь, потянувшись за ключами, чтобы открыть витрину, и тихо-тихо, на грани слышимости сообщил: — Слушай меня внимательно, пока они там играют и выясняют, запомни, набор больше полутора эрок за один заход в первый выход и твой «сундук» обязательно откроется. Понял?
В мгновение в голове со скоростью гоночного болида, да какого к хренам «болида», со скоростью молнии, пронеслись заполошные мысли: «Зачем кому-то меня убивать?», «Почему Саманта не сообщила о такой вероятности?», «Для чего предупреждать незнакомца этому хитрому типу?» и ещё сотни и сотни вопросов. Понимая неуместность многих, а также ограниченность времени, задал один, становящийся для меня единственным:
— И что делать? — тихо-тихо спросил.
— Так, так, так… Вот это тебе не по карману пока, сейчас, сейчас, подберу…, — громко произнес тот, а я подумал, что продавец меня не услышал, однако тот опять на грани слышимости, стоя спиной к разошедшимся моим коллегам, произнес, — Есть средство — АфинК-5, к реальному земному аналогу, если судить по названию, он не имеет никакого отношения. Используется, для резкого понижения уровня дозы облучения крио. Минус имеется, больше трех уколов в местную неделю — однозначная смерть.
— Смысл тогда непонятен, если в любом случае надо набрать показатель в три?
— Смысл в том, что ты в сумме должен набрать тройку в сутки. Не за один раз! Общее значение, и не важно, понизил ты показатель во время процесса или нет. Достигаешь значения в один и четыре, колешь афинку, уходишь в ноли, снова гонишь вверх шкалу до предыдущего значения и вновь живительное средство, но старайся все делать незаметно. Вопросы возникнут. А там добираешь остатки, абсолютно при таких значениях безвредные. Второй выход в экстерналку — уже плевать, все будет в елочку. Опасно только в первый раз. Конечно, от крио у многих новичков голову рвет, чисто динамитом, но если такое произойдет, тебе будет плевать. Берешь? Один укол — пятьсот местных у. е… Сделаю скидку, если возьмешь сразу три, на двести марок. Твой ответ? И давай скорее…
— Заверни, — вполне возможно меня этот тип «разводил», ситуация усугублялось тем, что я ни черта не знал об окружающем мире!
Да, имелась какая-то разрозненная информация от Джоре или Никодима, из проспектов почерпнул немного, где главная мысль не знакомство с новым миром, а декларация и донесение до тупого новичка, что «клан «Север» — лучший!», а товарищу несказанно повезло оказаться в зоне его влияния. Но в целом-то, в целом… Мне сейчас можно про инопланетные корабли зачесать и пришельцев.
— Предварительно уговор через Магги! — добавил тот, нарочито медленно продолжая что-то искать на витрине.
— Магги? — переспросил, но ответа не дождался. Только мелодичный перезвон в ушах и перед глазами возникла строка:
«Внимание! Вам предлагается заключить договор со сторонй «Француз824». Прежде, чем принять решение, помните об ответственности, а также о неотвратимости наказания!».
Итак, что тут? Текст гласил:
«Обязуюсь не разглашать третьим лицам, что узнал от пользователя Француз824 специфику излечения от Синдрома Арни, возникшего и проявившегося в первые сутки присутствия на Нинее. А именно о последствиях передозировки облучения крио при стартовом выходе в экстреналку (одномоментное превышение максимальной начальной нормы в 1,5R); каким образом избежать негативных последствий (использование препарата АфинК-5). При нарушении частично или полностью пунктов соглашения к собирателю Стафу применяется карательная мера — уничтожение одной случайной базовой характеристики. Время действия договора 20 суток с момента подписания».
Вроде бы ничего такого. Но вновь перечитал, а затем подтвердил.
Мой счёт уменьшился на тысячу триста марок. Процедура действительно оказалась не сложнее, а даже проще, нежели, когда пользуешься банковской картой.
— Вот смотри! — протянул тот блокнот, а сам незаметно сунул в подставленную ладонь три шприц-тюбика, прошептал одними губами, — Инструкцию послал по почте, — а затем громко, — Великолепная записная книга, модель «Клио-3». Привязываемая. Влаго- и термоустойчивая, кожаная обложка, пружинный переплет, имеется встроенная система удаленного уничтожения всех записей, к ней в комплекте идет специальное перо, которое позволяет не только писать, но и обладает возможностью зарисовывать то, что ты увидел. Единственный минус, всего шестнадцать цветов. Но четкость, как на черно-белых фотографиях мастеров! И это великолепие, вместе вот с уникальным чехлом для ношения всего за две тысячи марок! Инструкция прилагается!
— Я бы взял, но вдруг завтра на браслет и на капсулы класса «E» не хватит денег…, — выразил заинтересованность и показное сожаление, хотя эта приблуда мне точно не требовалось.
Тут бы живым остаться…
— Хватит средств, все вместе там будет стоить около шести тысяч, а у тебя же десятка.
Точку, как ни странно, в торге поставила Саманта.
— Мы разобрались! — чуть повысила та голос, — Француз, не тяни кота за причинное место! Стаф вряд ли читать даже умеет, а ты тут такое предлагаешь…
— Беру! Если цена будет тысячу восемьсот, — поставил точку я, даже пояснил, — Есть и курить тоже надо, и, уверен, вряд ли кто-то даст мне что-то бесплатно.
— Хорошо! — согласился тот, — А про «бесплатность» и «халяву» — ты это верно заметил, — хохотнул.
А я стал ещё беднее. На руки получил кожаный чехол, а скорее плоскую небольшую сумку, можно сказать и уменьшенный аналог офицерского планшета. Внутри — два отделения, в одном которых находился непосредственно ежедневник, а второе можно было использовать под карты. Хотя последнее — моё предположение. Несколько кармашков, в которых нашлось то самое волшебное перо, прилагался циркуль, несколько линеек, курвиметр и ещё какая-то мелочевка. Регулируемый ремень, чтобы носить «канцелярию» через плечо, а также крепления на поясной.
И ведь ничего не хотел покупать, себя уже проклинал за опрометчивое, спонтанное решение.
Едва я только взял в руки книженцию, как в воздухе повисла надпись:
«Внимание! Обнаружен дополнительный внешний прибор «Клио-3»! Вы являетесь его фактическим владельцем! Покупка совершена в магазине магических артефактов «L'éléphant». Помните, полностью функционал станет доступным после индивидуальной привязки. Желаете её осуществить? Да/Нет».
Да…
Но про себя вновь выругался. И цензурными в тех словах были только предлоги. Не успел зайти в магазин, как развели. Теперь неизвестно хватит ли средств на покупку браслета. Этой выжиге я не верил, слишком стала довольной его хитрая рожа.
Хотя всегда информация стоила дорогого. А такая… Лично для меня она бесценна! Но тут оговорка, если правдивая.
Убрал блокнот в контейнер, оставленный у входа, и принялся дожидаться остальных. Со мной рядом на своем сундуке сидела проигравшая, невысокая хрупкая девушка с довольно большой грудью. Брюнетка с карими глазами, припухшими губами, стрижена довольно коротко. Милашка-симпатяшка из тех, которых возникало неосознанное желание защищать. Смотрела та со злостью на толстяка.
Но их отношения не волновали, да и окружающие реалии тоже. Мозг работал в полную силу, пытаясь найти причину, желания моей скорой смерти кем-то. Ответа на вопрос: «зачем это?», учитывая, что у новичка не имелось ничего ценного, я не находил.
Усмехнулся. А не развел ли меня хитрый Француз? В таком свете, подписание омерты выглядело гораздо логичней, нежели его, вероятно, мифическое желание насолить Саманте, Джоре, Никодиму и их банде в целом, которое я посчитал движущей силой.
Суки! Или я лох…
⠀⠀