Ожидал увидеть внутри вакханалию, вроде той, какая царила в баре старого телефильма «Человек с бульвара Капуцинов», ещё до приобщения контингента к новейшим культурным веяньям. Так и рисовало воображение картины мирно отдыхающих в оливье забулдыг, стихийно вспыхивающие тут и там драки с использованием посуды и предметов мебели. Летающие бутылки, блестящие лезвия длинных ножей и кинжалов, амбре из густого перегара от дешевого пойла, клубы сигаретного и трубочного дыма, собирающиеся под потолком, пыльные и грязные столы. И кругом застарелые, слегка замытые пятна крови.

Посетители же, все, как один, с лицами, не обезображенными интеллектом, и везде сплошь бородатые рожи, мерзко ухмыляющиеся, показывающие желтые и кофейного цвета кривые редкие зубы. Порой демонстрировали их обломки. Чаще в тот момент, когда клиенты «Крови» начинали довольно улыбаться, при виде забредшего на огонек чужака.

Эдакий пиратский притон.

Яркие образы вчерашнего дня с полумертвыми от алкоголя, вроде бы, «грязными» и грязный же большой палец, кокетливо выглядывающий из дыры в носке на босой ноге жертвы токсинов, сыграли со мной злую шутку. Потому что заведение выглядело очень приличным. Да, не ресторан пять звезд, но и дешевой наливайкой для бомжей, его тоже язык не поворачивался назвать.

С пару десятков металлокаркасных пластиковых столиков на четверых, длинная барная стойка, за которой сейчас скучала миловидного вида девица, лениво протирающая высокий стакан. В левом углу на стуле при входе восседал здоровенный мужик, поменьше кладовщика Бромгексина, но тоже поражающий статями. На поясе висела милицейская дубинка и огромный тесак. Если судить по ножнам, то, скорее всего, какая-то разновидность «боуи», на груди бейджик «Security» и имя — Данди. В руках книга «Надзирать и наказывать» Мишеля Фуко, которую тот с упоением читал, чуть шевеля губами и морща лоб.

Надо же…

— Что-то не так? — поднял парень глаза на меня, голос абсолютно соответствовал статям — густой, басовитый, раскатистый.

— Нет, всё нормально, — даже отрицательно мотнул головой, и точно такой же вопрос к самому себе, только касался он моего взгляда, на который отчего-то большинство встреченных людей реагировало, как бык на красную или любую другую тряпку, — Интересно? — указал пальцем на бумажный труд.

— Да! И очень. Вообще, люблю читать, не могу пройти мимо. Жаль, начал поздно. Столько всего упустил! А приобщился к «высокому», не поверишь, в ожидании своей «электрички».

Сначала даже не понял, про какой электропоезд охранник речь вел. А потом осенило.

Точно.

Именно так стали называть высшую меру наказания у нас в России. А ещё пришла неожиданная мысль, что подобная форма казни, вместо обычного расстрела, принятого в СССР, как и повешенья, практикуемого в те же времена в других цивилизованных странах, позволяла желающим насладиться зрелищем. В режиме онлайн.

Даже кое-где ставки делали, как себя поведет перед лицом смерти очередной разрекламированный злодей, или через сколько секунд он зажмурится. Но, главное, найдись какой-нибудь правдоруб-блогер или отвязный журналист, желающий хайпа, который умудрился бы добыть данные о переправке «маргинального» элемента на Нинею, его сами пользователи сети заклевали бы. Запинали. Окрестили на все лады, вспомнив и про «чипирование» посредством прививок, и про другие страшные вселенские заговоры мировой закулисы. А там бы и спецслужбы подтянулись.

Клик-клик… И уже через неделю никто о фрике не вспомнил бы.

Нормально? Или тоже во всем теневые кукловоды виделись?

— …и получилось глупо, — оказалось, за мыслями пропустил часть фразы или даже несколько предложений, — Я ведь без всяких мутаций такой получился, — рассказывал с радостным упоением парень, — Удивительно, но мама — метр пятьдесят, папа — метр семьдесят пять, а я вот такой. И мордой лица один в один с отцом. Так что, это они меня сделали. Но не суть. Напали на меня ночью пятеро шакалов с ножом и палками, с одним вместе вагоны как-то разгружали, подрабатывали. Вот он и навел, в день расчета. Я в отмах пошел. Сил не рассчитал, сам видишь, — тот как-то виновато посмотрел на раскрытые ладони в штурмовых перчатках без пальцев, напоминающие лопаты. — Двое в реанимацию, двоих — насмерть. А тот урод, с ножом, сбежал. Суд. Приговор. Вышка. Передумал столько и всего. А ещё в руки попала книга «Записки из Мертвого дома» Достоевского. Понимать его стал, он ведь тоже смерти ждал. Оказалось, как и у великого писателя, жизнь только начиналась.

— Да, не повезло, — посочувствовал здоровяку.

— Вот здесь ты ошибаешься! — категорично заявил тот, и даже ребром ладони ударил по ближайшему столу, отчего солонка, перечница и стакан с салфетками весело подпрыгнули. — Потому что мне просто офигенски повезло! Вообще, подфартило! Я уже и в церковь ходил — свечи ставил Николаю Чудотворцу! Половину долга я выплатил за год, смог взять кредит в сто тысяч марок у ЦК — маме за Грань лекарств закинул, есть тут такая услуга. И мне её фото и письма пришли. Потом. Рак у неё диагностировали, врачи совсем немного пожить обещали. Тут несколько прививок и всё! Здорова! Энергией пышет. И помолодела лет на десять, а ещё и папа омолодился, подлечился. Но там дешевле. Сейчас по миру родители ездят, наконец-то отдыхают, путешествуют. Не всё в хрущебе жить, да на даче ковыряться, в надежде хоть как-то на овощах сэкономить. Сестренку в универ направил, тоже я деньги местные на их поменял. Передали всё до копеечки. На архитектурно-строительный факультет поступила. Анька — красавица и молодец. Дома хочет проектировать… Она умная очень, целеустремленная, не как я — приземленный. За первый — второй семестр — ни одной четверки. Отличница! А, если бы сюда не попал, никогда бы не смогли заплатить за её учебу. С мамой потому что… Вот хочу немного денег подкопить и всех их сюда переправить! Дело тут любому найдется.

— Отличная мечта! — улыбнулся ему открыто я, действительно, — красава! С большой буквы, с больших букв. — Главное, чтобы сбылась.

— Сбудется! Куда денется-то? Руки есть, ноги есть, голова на месте! Здесь в охране я дополнительно подрабатываю пока шкалу крио обнуляю. Нечего слоняться по улицам без дела. Мебель делаю, но пока заказов мало. Маляр-штукатур и каменщик, вчера заказ доделали. Ещё пару дней и снова в экстерналку можно. А книгу, если интересуешься, я здесь недалеко на развале купил. От «Сукина» налево, любой подскажет. Много там всего найти можно. Самая дешевая литература — земная. За марку вот Фуко три книги взял и Томаса Куна «Структура научных революций». На мой взгляд, те проблемы, которые эти господа рассматривают, актуальны и для Нинеи. Только правильно адаптировать. Тут Вебера прочитал — рекомендую!

— Значит — точно повезло, и удачи тебе! — попрощался, тот ответил и вновь взялся за чтение.

Странно, поговорил пять минут с Данди, а настроение сразу улучшилось. Оптимизм и некая любовь к жизни, вера в свои силы, которыми дышал охранник, будто передавались по воздуху. Даже непонятно чему улыбнулся вновь. Страхи же окончательно растворились. Если меня и убьют, то точно не здесь.

Занял столик, расположившись так, чтобы видеть всех входящих, как и полностью зал, а за спиной придавала уверенности глухая стена, откуда точно можно не ждать нападения. Я заказал себе кофе у улыбчивой официантки. Она появилась практически сразу с меню, ещё попросил пепельницу. Вновь осмотрелся, желая понять, кто мог являться представителем «контрабандистов».

Посетителей было немного, точнее, совсем мало: завтракали две девушки в спортивных лосинах и кроссовках, в цветастых ветровках. Явные поборницы спорта. Вероятно, совершали пробежку с утра. Что подтвердилось в нескольких их фразах. Дальше они заговорили про какого-то Лешку.

Вот, надо тоже своей физической формой озаботиться.

Высокий широкоплечий парень завтракал в одиночестве, смотрел на всех исподлобья, но скорее устало, нежели в поисках жертвы.

Зато тройка мужиков, устроившихся неподалеку от меня, явно принадлежала к криминальной среде. Взгляды волчьи, голодные, ищущие добычу. Множество татуировок явно из уголовной культуры. Один шакал «серый» и двое «грязных». На столе половина литровой бутылки водки, нехитрая закуска, какие-то салаты. Сок в стеклянном кувшине и наполовину полная пепельница. В мою сторону они подчеркнуто не смотрели, но их беседу мне удалось подслушать:

— Вот его можно сделать, видно — олень оленем. Первозаходник. А шмотки нормальные, закос под Арес. Неплохо смотрятся, как настоящие, — степенно заявил худой тип, медленно разливая водку по сдвинутым стаканам, — Весь вместе прикид, если хотя бы двадцать пять защиты будет — тысяч за пятнадцать скинем. Плюс кристалл — полтинник. Ну, и по мелочи возьмем. Тоже рублей десять клади.

Действительно, хорошо жили товарищи, с утра выпили и весь день никаких забот. А, может, они и спать не ложились?

И о чем я только думаю, учитывая, что «дискуссия» касалась напрямую меня.

— А если реально арес? Там защита — нам не взять, сорокет, плюс кофта и термобелье, — забеспокоился тип с бородой-лопатой. Коренастый, кряжистый. Кожаный плащ, больше похожий на мужской кардиган с капюшоном, скрывал ножны оружия, рукоять которого торчала из-за пояса.

— Да, не гони, он грязный, новичок. Но проверь по поступлениям. Шило же у нас тридцать шесть. Любого проткнуть можно. Если пробить в бочину не сможешь, тогда сразу в глаз или в ухо. Бейсболка их не защищает, а очки он ещё не привык постоянно таскать, — вступил в беседу «серый» тип с пышными усами и здоровенным шнобелем, ростом примерно с меня. На левом боку боевой топор викингов, на правом большой нож и ряд каких-то подсумков.

— Носатый, ты оказался прав. Второй день, — после минутного зависания в сети сообщил любитель обильной растительности на лице, — Значит, из коммерческих. Они себе могут всякое шмутье навороченное позволить. И куда он, думаешь, дальше двинет? Где его принимать-то будем?

— Я всегда прав, Док, всегда, — самодовольно заявил тот, — А направится он к Вилли. Последние три партии духов в нашем околотке у него прописаны. Куда ему ещё валить? Видимо, засиделся в «Грезах», они там часто с ума сходят до самого утра, особенно в первый раз. Дурочка курнул и ушел в отвяз. Вот сча кофиём отопьется, видишь, не лезет ему ничего?… и пойдёт сдаваться наставникам, — закончил фразу тот. Вероятней всего он являлся лидером в этой шайке-лейке не только по крови.

— Сука толстая, урод усатый, морж недоделанный… — и ещё не одно слово, но уже выпадающее из околокультурного дискурса, отправил в адрес хозяина постоялого двора третий фигурант. Объяснил товарищам по опасному ремеслу свою реакцию: — Вчера к нему сунулся, так чуть болт в брюхо не получил. Он про всех нас сказал — увидит за сто метров, будет мочить наглухо. И он может…

— Хрен с Вилли. И на нашей улице будет праздник. Завалим бешеную тварь, но потом! А этого мухомора делаем в арке. Я за дверями на скотобойню дежурю, — принялся раздавать ценные указания бандит, — Доктор, ты ему шило в почку, и по накатанной — под ручки, будто приятель загулял, домой ведешь, тащишь к жене и детишкам. Хруст, ты пока здесь остаешься, но особо не засиживайся — десять минут и за нами. Максимум пятнадцать. Видим, что лох собирается, первым срываюсь я. А дальше уже всё сказал. Кстати, водку, если не допьем, с собой забери.

— А типа сам не додумаюсь… — возмутился доходяга.

— Прошлый раз тебе напомнить? И не пялься на него, не пялься, запомни: человек такая скотина — взгляд хищника всегда чувствует. Всё ясно?

Два «да» слились в одно слово.

— Мне сапоги его впору должны прийтись. Понравились. — неожиданно заявил Док.

— Оценим, в счёт доли заберешь. Как девица красная — одни шмотки на уме, — разрешил, ворча главарь.

Вашу мать!

Ещё и отсюда пламенный привет…

Но обдумать свои действия не получилось. В дверях показался среднего роста парень, которому на вид одинаково можно было дать и двадцать пять, и тридцать семь. Никаких особых примет, одет, как и многие горожане: в джинсы, ветровку, прическа короткая, черты лица невзрачные.

Мазнешь по такому взглядом на улице и забудешь тут же. Оружия на виду не имелось, но это ни о чем не говорило. Ещё и магию не стоило сбрасывать со счетов, и как выяснилось — артефакты. Сам незнакомец направился сначала к барной стойке, заказал себе литровую кружку пива с белоснежной шапкой пены. Затем вальяжно прошествовал прямиком к моему столику, где довольно бесцеремонно уселся напротив. Ни здравствуйте, ни до свидания.

Он молчал, я тоже ничего не говорил, смотрел лениво и выжидательно.

И только сделав несколько больших и шумных глотков, непрошеный гость спросил:

— Принес?

— Нет, — ответил и даже категорично головой отрицательно мотнул, в глазах товарища промелькнуло некое злое изумление, но открыть рот ему я не дал. — Передай своим следующее… Смотри и слушай внимательно! Я клянусь перед ЦК и Системой, что никаких посылок, предметов или ещё чего либо не получал от Барабека. Заходил он ко мне, по его словам, чтобы купить «новичка» или любой другой наркотик, просил его захватить с собой в рейд, пообещав расплатиться в локации. Всё.

— В любом случае — тебе же хуже… — попытался надавить тот, а в голосе прозвучали угрожающие нотки.

— Нет, хуже только вам. И пугать меня не стоит, а то многие потом с соплями и слюнями вопрошают, обращаясь к небесам: «а нас-то за шо?», если в состоянии и не совсем уж близко к Богу, — спокойным тоном вклинился в паузу я.

Улыбнулся, постарался как можно добрее.

Глубоко затянулся сигаретой, а затем выдохнул дым в сторону непрошеного собеседника, тот поморщился, лицо искривила злая гримаса, но дослушал. — Здесь я буду находиться ещё десять, максимум пятнадцать минут, потом у меня срочные дела. Что я сказал, то передашь своим старшим — слово в слово. Уловил? Записал? Свободен…

Властно махнул рукой и затушил резким движением половину сигареты, вдавив её в стеклянное дно пепельницы. Хотелось ещё и ввернуть что-нибудь на дорожку для ускорения, типа «обычно я с сявками за одним столом не сижу». Но не стал.

— Жди! Никуда не уходи! — яростно заявил незнакомец и довольно быстро вышел из заведения, оставив меня со своей ополовиненной кружкой пива.

Я же заказал себе ещё кофе. И попросил убрать мусор.

— … не, ты видел? Тот фраер чего-то с нашим терпилой тер…

— Тебе не плевать, Хруст? Хоть с папой Римским пусть беседы беседует.

— Да я про другое, — обиженно поспешил с ответом тот, — Если вдвоем к Вилли двинут?

— Нет. Тот «Чистый» был. Закосячил где-нибудь наш пассажир. Вот и выясняют всё. Истину. Скорее всего, бабу в «Грезах» замужнюю трахнул, они там всё пьяные в дым. Отрываются, как в последний раз. Ещё и давалка на давалке, потом такие рогоносцы бегают, как ошпаренные, истину ищут, — хохотнул главарь.

Бандиты совершенно не волновались перед делом, не выказывали никаких страхов или душевных метаний. Рассуждали так, как другой обычный человек про повседневные дела. Гвоздь там забить, пиццу заказать, пыль протереть, стирку поставить или поесть приготовить.

И тут так же.

Минут через пять появилась пара, отнюдь не семейная. Бородача я узнал сразу, именно он находился в компании таких же «суровых» мужчин, которые постоянно сверлили нашу группу злыми взглядами в первый день. Из-за этого и обратил на них тогда внимание, наблюдал за реакцией, когда скоропостижно скончался толстый урод, из-за которого я здесь и находился. Кстати, на Нинее растительность на лице — атрибут каждого второго мужика. Мода?

Тип сопровождал высокую черноволосую диву-деву, чью длину ног подчеркивали высоченные каблуки-шпильки сапог явно из секс-шопа, а стройность — черные кожаные брюки в обтяжку. Складывалось впечатление — она их намыливала, чтобы натянуть, иначе б не полезли. Или вазелином смазала. Длинный кардиган с капюшоном. Большая высокая грудь тоже затянута в какую-то легкую кофту так сильно, что проступали соски. На шее, на явно золотой цепи кристалл, как у «врачей» вивисекторов, воткнувших мне экспериментальный магоинтерфейс.

Посетители сразу проследовали к моему столику, где девушка уселась напротив, а я смог прочитать имя — Вилена, принадлежащая к «Чистым», на пальце перстень — член клана «Север». Лицо узкое, какое-то неестественное, будто нарисованное, пухлые утиные губы, глаза огромные синие-синие, ресницы мохнатые, пушистые, нос с едва заметной горбинкой.

Уже стольких девушек увидел на Нинее, а такое ощущение, что практически одну. Добрались, добрались до косметической модернизации красотки… И, видимо, подгоняли ТТХ к одному, только понятному им, эталону.

Мужик встал чуть позади спутницы.

— Грязный, ты меня утомил! — сразу заявила та, с некой небрежной ленцой.

— Во-первых, я — Черный, и советую это запомнить! Вызубрить. Потому что могу вспомнить, кто грязь везде находит. Во-вторых, где ваше «здравствуйте»? — ронял слова медленно, расставляя нужные акценты, телохранитель чуть поперхнулся, рука его потянулась к поясу, — В-третьих, утомили меня вы.

— Что? — во взгляде бабы промелькнула ненависть, она вновь окинула меня взглядом, словно хорошая хозяйка посмотрела на паука в кухне. Прибить на месте мешала примета — «не к добру то», а выкидывать с балкона или за дверь — брезгливость. Вот и решала вопрос, может ну его в задницу эти суеверия? Да и веник рядом.

— Такое ощущение, на Нинею большинство попадает после строгого отбора, где главный критерий — проблемы со слухом, — если до этого думал, что глаза у девушки огромные, то признаю — ошибался. Такими они стали сейчас — с блюдца. Запыхтела яростно, даже хотела что-то сказать, но я не дал: — И не нужно пугать смертью, и что тебе убить меня, как высморкаться. И что ничего не будет. Может с кем-нибудь другим этот номер прошел бы «на ура», но со мной, — медленно снял перчатку и продемонстрировал перстень, — всё совершенно по-другому. И любого, кого вы подрядите на моё убийство, вместе с соучастниками ждет очень пренеприятная смерть. Четвертование в данном случае — лёгкий финал, учитывая, что мой рейт социалки оценивают многие в десятку килобаллов…

— Есть и другие способы! Что думаешь под идеальной защитой? — неожиданно хмыкнула Вилена, но явно снова удивилась. Поставил ей плюс — смогла, смогла пересилить себя и взять в руки.

Молча потянулся к карману, мужик за спиной дамы дернулся, но был остановлен властным жестом пальцев, обтянутых тонкой черной кожей перчаток. Я достал спички, посмотрел на них внимательно, чиркнул, потом прикурил сигарету, начав говорить сквозь зубы.

— Моя жизнь — всего лишь миг, — выдохом клубов дыма погасил огонек. — Как вот это крохотное пламя. Легкое дуновение воздуха — «пффф!», и всё. Поэтому не вижу смысла особо за неё цепляться или ценить. Я труп в любом случае, — затянулся глубоко. Специально встретился с Виленой взглядом, который она пыталась поймать до этого. Для чего? Теперь мне ясно — покопаться невозбранно в мыслях и мозгах, внушить что-то, а не из-за красоты очей. Вот только кукиш тебе, милая! — Сегодня, завтра… может через месяц, но она придет за мной. Я — Черный. А, значит, настоящий смертник, а не как вы, рафинированные мажоры, которым дано со старта всё. Поэтому меня Ею не напугаешь. Это раз.

— Есть и два? — уже и брови вскинулись изумленно-вопросительно, а её охранник возмущенно вперился в меня ненавидящим взглядом. Тайный поклонник? Любовник?

— И не только, — опять сказал спокойно, мне нравилось, как на её лице мелькали эмоции: желание растоптать, убить, уничтожить, взорвать мой мозг, а затем понимание собственного бессилия, а ещё изумление, из тех детских, не имеющих ответа: «как так? Почему?». — Ментально воздействовать на меня не получится, тут даже архимаг зубы сломает. И ты это сейчас поняла. Третье, можно рассказать про пытки, но у меня имеется такое умение-заклинание, как «Харакири». Как я тебе уже сказал, Смерть мне не страшна. Мучения по своему желанию могу прекратить в любой момент. Четвертое, и мозги пока в наличии имеются. Поэтому даже при допросе под химией мне ничто не помешает начать попытаться разгласить тайну, за которую смерть на месте от Системы ЦК гарантированна.

Сделал в гробовом молчании пару затяжек, тянул время. Обдумывал. А ведь я им нужен настолько, что они готовы всё терпеть. Но следовало понимать, только до того момента, пока необходимость во мне не отпала. Дальше… Дальше, точно прибьют. По лезвию бритвы сейчас ходил.

Хотелось проорать с веселой злостью: «В очередь, сукины дети, в очередь!».

— Если я погибну в ближайшее время случайно, не случайно — плевать, но моё письмо улетит автоматом к Железному Феликсу, то есть в службу СБ ЦК. В послании изложена вся цепочка событий, которая ведет к моей кончине. Начиная от скринов «пропавшего» письма и теневой стрелы, заканчивая вашими фотографиями. Если сможете заблокировать как-то отправку, то имеется и запасной вариант. Моим прямым наследником становится всё тот же местный Дзержинский. И сундук мертвеца перейдет к нему. А там продублированное послание, но уже на бумаге — самом надежном носителе. Что написано пером, то не вырубишь и топором! — назидательно сообщил.

— Ты нам угрожаешь? — змеей прошипела собеседница, чуть нагнувшись вперед, опираясь на локти, и опалив меня яростным взглядом.

— Нет, объясняю ситуацию. Чтобы говорить дальше чётко, ясно и по существу. Не впадая в мракобесие и во власть иллюзий — о легкой возможности избавиться от меня. Я предлагаю вам простой вариант — разойтись краями, как в море корабли. О ваших играх ничего не знаю, да и знать не хочу. Они мне безразличны. Для вас я бесполезен, потому что с Барабеком бесед не вел, знаком с момента формирования группы в Распределительном Центре. Других связей не имелось. Он мне ничего не передавал, не вводил в курс каких-то дел. И искренность, и честность моих слов я могу подтвердить через Систему.

Девушка задумалась, побарабанила изящными пальцами по столешнице, затем попросила:

— Расскажи мне, пожалуйста… — непросто ей далось это слово, даже паузу в конце сделала, так и читалось на лице недоуменное — «неужели я это сказала?!», — Как прошла ваша встреча. Подробно.

Собственно, скрывать тут ничего не имело смысла. Не Гостайна. Выложил всё, и опять через клятвы. С десяток уточняющих вопросов, а затем видимо начались вопросы, из-за ответов на которые у меня ещё оставалась целой челюсть.

— А как думаешь, подкинуть он что-то мог?

— Вряд ли… Но даже, если и так, то СБ ЦК все комнаты обыскали, скорее всего. Я так думаю. Очень они серьезно насчет толстяка вопросы задавали.

— Если бы они нашли, то, что Барабек должен передать был нам, то ты бы давно находился в застенках службы безопасности. Удалось установить точно, что происходила плановая проверка. Девяносто девять из ста — связанная с новой наркотой, которую этот придурок успел где-то купить.

Вилена снова задумалась, я молчал.

— Давай сделаем так. Ты приходишь и устраиваешь в своем жилище обыск, не забываешь и про индивидуальное хранилище, находишь что-то незнакомое, чего у тебя не имелось, связываешься со мной и приносишь. После чего мы расходимся, ровно по твоим словам, как в море корабли.

— Нет, так не пойдет, — собеседница даже несколько раз моргнула, ветер только не поднялся от её ресниц. Хлоп-хлоп. — Два момента, — я показал пальцы в знаке «виктория»: — Первый. У меня в комнате сейчас очень много вещей, попадающих под определение «незнакомые». Вчерашние трофеи ещё не разбирал. Во-вторых. Смысл мне суетиться бесплатно? Я что-то лейбла на своей спине «Добрый самаритянин» не наблюдаю, как и вышитого золотом девиза «Помогу всем и безвозмездно!». Моё предложение простое, вы демонстрируете мне вещь, которую вы ищите. Вообще, не понимаю, к чему здесь разыгрывать секретность, учитывая, что если я её найду, то увижу своими глазами? Если нет, то в моих же интересах молчать в тряпочку. Так вот, если я её нахожу и передаю вам, то вы выплачиваете сумму, которую должны были жирному уроду. Это будет компенсацией за мои нервы и время. Сколько ему обещали?

— Справедливо. Он должен был получить шестьсот тысяч.

— Пусть будет так. — видимо, мой спокойный тон, когда речь шла о таких деньгах, добавил мне плюсов к карме и серьезности в глазах девушки. — Но меня больше интересуют на данную сумму непосредственно товары народного потребления — оружие, броня, знания и прочее необходимое.

— Не хочешь сразу с долгом расплатиться за установку магги? — усмехнулась та.

— Не хочу. Хотел бы — уже сегодня с ним расквитался. Но, как уже говорил, моя жизнь — спичка. Погаснуть может в любой момент. Поэтому лучше оставаться живым должником, чем перейти в ряды покойников с чистой кредитной историей.

— Хорошо. Есть много вариантов обойти всякие глупости, если, конечно, ты обнаружишь вот это, — мелодичный перезвон рассказал мне о том, что пришло срочное письмо. Теперь без самоуничтожения, и указан отправитель — Вилена Айская.

Открыл. На объемной фотографии серебристая таблетка-контейнер, сплошь покрытая рунами или ещё какой-то каббалистической вязью. Размеры — раза в два больше, чем «витаминка» от «Компливит-Кальций», учитывая изображение в профиль и анфас на фоне пачки сигарет «Кент».

— Я понял, если найду, обязательно сообщу.

— Отпиши в любом случае.

— Ок.

Затем минут пять обсуждали всё буквы в соглашении, потом провели всё через Систему. Согласно требованиям, я должен был сделать обыск и сообщить о результатах или передать найденное сегодня в течение десяти часов с момента заключения договора. И, наконец, пара также невозмутимо прошествовала к выходу.

Едва за ними закрылась дверь, как я глубоко вздохнул. И даже выдохнул.

Внутри колотило.

Но смог, да, я смог, пусть и благодаря местной химии, пройти по самому краю и остаться в живых. Уверен, наглый тон мне не простят.

Перед глазами замигала вновь иконка входящих сообщений и возникло всплывающее окно: «Внимание! Вам срочное письмо! Отправитель: Феликс Железный. Желаете прочесть?».

И вновь щемящее чувство бессилия из сна, где я был овцой в волчьей шкуре. И ощущение зерна, попавшего между жерновами.

⠀⠀