Блестящий пример организационной работы дает нам и более недавнее прошлое, именно подготовка и проведение Октябрьской революции нашей партией, и особенно роль в этой работе В. И. Ленина.

3 апреля 1917 г., ночью, Ленин приехал в Петроград и уже на другой день выступил со своими знаменитыми тезисами, которые давали оценку революции и ее прогноз, во многом отличающиеся от того, что говорили и писали виднейшие деятели революции, не исключая и большевиков. Он давал также программу для ближайших действий пролетариата, которая равным образом встретила известную оппозицию даже среди нашей партии.

Оценивая текущий момент, Ленин указывал, что он заключается в переходе революции «…ко второму ее этапу, который должен дать власть в руки пролетариата и беднейших слоев крестьянства»[26]. Он указал, что не следует оказывать ни малейшей поддержки Временному правительству, «…что С.Р.Д. есть единственно возможная форма революционного правительства… Не парламентарная республика… а республика Советов»[27], – такой лозунг выдвигал Ленин. Наряду с этим он давал и ряд других очередных лозунгов: «Конфискация всех помещичьих земель», «Устранение полиции, армии, чиновничества», «Братанье» (на фронте) и т. д.[28]

Вместе с тем Ленин намечал ряд мер для того, чтобы подготовить пролетариат и широкие массы к организованному захвату власти. Он призывал к работе среди широких масс, терпеливому, систематическому и настойчивому разъяснению ошибок и тактики.

В ряде других пунктов Ленин в исключительно лапидарной, но точной форме отмечал необходимость перемены партийной программы, создания нового интернационала, установления немедленного контроля над производством и распределением и т. д.

Отметим, что, намечая эту программу действия, Ленин еще не призывал пролетариат и большевистскую партию к немедленному захвату власти, но он совершенно отчетливо поставил эту проблему на очередь дня как вопрос, к которому революция неизбежно подходит.

Вслед за тем Ленин начинает упорную борьбу (частью в среде самой партии, например, на апрельской конференции) за последовательное проведение его лозунгов и за то, чтобы эти лозунги стали достоянием пролетарских масс.

Вот что говорит об этом периоде один из непримиримых противников большевиков, наблюдавший за развертывавшимися событиями: «Стихийное стремление осуществить непреложную программу революции – уже тогда, в мае, оформлялось под знаменем большевизма. Надо ли говорить о том, какую агитационную энергию развила в столь благоприятной среде партия Ленина. Надо ли говорить, что равнодушная к борьбе внутри советских учреждений – она лихорадочно действовала вне их и жила, и росла вместе с массами… и работа эта начала сказываться быстро и ярко…

На офицерском съезде 20 мая по-прежнему требовали ареста Ленина, говоря, что иначе народ убьет его. Но именно в тот же день Ленин появился на крестьянском съезде… Ленин при полном внимании крестьянского съезда развил свою программу „прямого действия“, свою тактику земельных захватов независимо от общегосударственных норм. Казалось бы, Ленин попал не только в стан злых врагов, но – можно сказать – в самую пасть крокодила. Однако мужички слушали внимательно и, вероятно, не без сочувствия.

Около того же времени в исполнительном комитете прошел однажды слух, что Ленин в „белом зале“ выступает перед солдатской секцией. Это была самая верная опора Чайковского и Церетели, это были преторианцы коалиции. Казалось, Ленину не поздоровится. Я поспешил в „белый зал“. Ленин был уже давно на трибуне и говорил ту же речь, что и на крестьянском съезде. Я сел ряду в седьмом, в недрах солдатской аудитории. Солдаты слушали с величайшим интересом, как Ленин разносил аграрную политику коалиции, предлагал решить дело самочинно, без всякого учредительного собрания… Около меня слышались комментарии:

– Ведь умно говорит, умно… А! – обращался один солдат к другому.

Ленин и его принципы начинали просачиваться даже в толщу преторианцев»[29].

Итоги этой агитации скоро сказались. В то время как в Совете вследствие отсутствия общих перевыборов большевики находились в значительном меньшинстве, на петроградской конференции фабрично-заводских комитетов, созванной по инициативе большевистской партии, за большевиками пошло 335 рабочих представителей из 421. Так, уже в конце мая большевистские деятели встречали сочувствие большинства петроградского пролетариата.

Через две недели после этой конференции на Первом Всероссийском съезде Советов Ленин высказался по вопросу о власти еще более определенно, чем раньше: «…Гражданин министр почт и телеграфов… говорил, что нет в России политической партии, которая выразила бы готовность взять власть целиком на себя. Я отвечаю: „Есть! Ни одна партия от этого отказаться не может, и наша партия от этого не отказывается: каждую минуту она готова взять власть целиком“»[30].

После июльских дней и корниловского выступления окончательно определилась концентрация контрреволюционных сил и успехи большевистских идей в пролетарских массах России. Большевики получают большинство в питерском и московском Советах, на выборах в районные думы в Москве большевики собирают 52 % поданных голосов. Работа партии ясно давала себя знать. Политический противник большевиков пишет:

«Да, большевики работали упорно и неустанно. Они были в массах, у станков, повседневно, постоянно. Десятки больших и малых ораторов выступали в Петербурге, на заводах и в казармах каждый божий день. Они стали своими, потому что всегда были тут – руководя и в мелочах, и в важном всей жизнью завода и казармы. Они стали единственной надеждой. Масса жила и дышала вместе с большевиками. Она была в руках партии – Ленина»[31].

Учитывая положение, Ленин (в сентябре) резко ставит перед партией вопрос о необходимости немедленного захвата власти. В своем письме в ЦК, ПК и МК партии Ленин пишет: «Получив большинство в обоих столичных Советах рабочих и солдатских депутатов, большевики могут и должны взять государственную власть в свои руки.

Могут, ибо активное большинство революционных элементов народа обеих столиц достаточно, чтобы увлечь массы, победить сопротивление противника, разбить его, завоевать власть и удержать ее. Ибо, предлагая тотчас демократический мир, отдавая тотчас землю крестьянам, восстанавливая демократические учреждения и свободы, помятые и разбитые Керенским, большевики составят такое правительство, какого никто не свергнет.

Большинство народа за нас…

Вопрос в том, чтобы задачу сделать ясной для партии: на очередь дня поставить вооруженное восстание в Питере и в Москве (с областью), завоевание власти, свержение правительства»[32].

Поставив, таким образом, с полной решительностью вопрос о захвате власти пролетариатом, Ленин немедленно же начал подробно и тщательно обосновывать это положение и намечать совершенно точный план действий. В своем письме в ЦК РСДРП(б), написанном в середине сентября, в период так называемого демократического совещания, он писал:

«Восстание, чтобы быть успешным, должно опираться не на заговор, не на партию, а на передовой класс. Это во-первых. Восстание должно опираться на революционный подъем народа. Это во-вторых. Восстание должно опираться на такой переломный пункт в истории нарастающей революции, когда активность передовых рядов народа наибольшая, когда всего сильнее колебания в рядах врагов и в рядах слабых половинчатых нерешительных друзей революции. Это в-третьих. Вот этими тремя условиями постановки вопроса о восстании и отличается марксизм от бланкизма.

Но раз есть налицо эти условия, то отказаться от отношения к восстанию как к искусству – значит изменить марксизму и изменить революции»[33].

Анализируя создавшееся положение, Ленин отмечал, что все эти условия имеются. Он указывал, что за большевиками большинство класса, большинство народа, понявшего, что от блока эсеров и от самих эсеров оно земли не получит, за ними выгода положения партии, твердо знающей свой путь, при неслыханных колебаниях как в рядах эсеров и меньшевиков, так и у самого империализма. Он отмечал: «За нами верная победа, ибо народ совсем уже близок к отчаянию, а мы даем всему народу верный выход»[34]. Он резюмировал: «Перед нами налицо все объективные предпосылки успешного восстания. Перед нами – исключительные выгоды положения, когда только наша победа в восстании положит конец измучившим народ колебаниям»[35].

И Ленин давал конкретную программу действий. «Мы должны на совещании немедленно сплотить фракцию большевиков, не гоняясь за численностью, не боясь оставить колеблющихся в стане колеблющихся…

Мы должны составить краткую декларацию большевиков, подчеркивая самым резким образом… необходимость немедленного перехода всей власти в руки революционной демократии, возглавляемой революционным пролетариатом.

Наша декларация должна быть самой краткой и резкой формулировкой этого вывода в связи с программными проектами: мир народам, земля крестьянам, конфискация скандальных прибылей и обуздание скандальной порчи производства капиталистами»[36].

Эта декларация должна была также отметить, что большевики разрывают с партией эсеров и меньшевиков как с изменниками революции и что они разрывают с союзными империалистами и предлагают мир без аннексий.

С этой декларацией Ленин предлагал двинуть фракцию большевиков на заводы и в казармы и там поставить ребром вопрос о восстании. Именно там, в пролетарской массе, можно также правильно учесть момент для начала восстаний. Самому восстанию Ленин опять-таки давал точную и ясную программу действий:

«Чтобы отнестись к восстанию по-марксистски, т. е. как к искусству, мы в то же время, не теряя ни минуты, должны организовать штаб повстанческих отрядов, распределить силы, двинуть верные полки на самые важные пункты, окружить Александринку, занять Петропавловку, арестовать генеральный штаб и правительство, послать к юнкерам и к дикой дивизии такие отряды, которые способны погибнуть, но не дать неприятелю двинуться к центрам города; мы должны мобилизовать вооруженных рабочих, призвать их к отчаянному последнему бою, занять сразу телеграф и телефон, поместить наш штаб восстания у центральной телефонной станции, связать с ним по телефону все заводы, все полки, все пункты вооруженной борьбы и т. д.»[37].

Через несколько дней Ленин дал еще более подробную программу действия. Он напомнил прежде всего классическую формулировку, которую дал Энгельс принципам восстания как искусству:

«1) Никогда не играть с восстанием, а начиная его, знать твердо, что надо идти до конца.

2) Необходимо собрать большой перевес сил в решающем месте, в решающий момент, ибо иначе неприятель, обладающий лучшей подготовкой и организацией, уничтожит повстанцев.

3) Раз восстание начато, надо действовать с величайшей решительностью и непременно, безусловно переходить в наступление. „Оборона есть смерть вооруженного восстания“.

4) Надо стараться захватить врасплох неприятеля, уловить момент, пока его войска разбросаны.

5) Надо добиваться ежедневно хоть маленьких успехов (можно сказать: ежечасно, если дело идет об одном городе), поддерживая во что бы то ни стало „моральный перевес“»[38].

Эти блестящие организационные принципы восстания (которые, кстати сказать, можно с успехом применять и ко всякой другой ударной работе) были претворены Лениным в таком стратегическом плане проведения восстания:

«…Одновременное, возможно, более внезапное и быстрое наступление на Питер, непременно и извне, и изнутри, и из рабочих кварталов, и из Финляндии, и из Ревеля, из Кронштадта, наступление всего флота, скопление гигантского перевеса сил над 16–20 тысячами (а может, и больше) нашей „буржуазной гвардии“ (юнкеров), наших „вандейских войск“ (часть казаков) и т. д.

Комбинировать наши три главные силы: флот, рабочих и войсковые части так, чтобы непременно были заняты и ценой каких угодно потерь были удержаны: а) телефон, б) телеграф, в) железнодорожные станции, г) мосты в первую голову.

Выделить самые решительные элементы (наших „ударников“ и рабочую молодежь, а равно лучших матросов) в небольшие отряды для занятия ими всех важнейших пунктов и для участия их везде, во всех важных операциях, например:

Окружить и отрезать Питер, взять его комбинированной атакой флота, рабочих и войска – такова задача, требующая искусства и тройной смелости.

Составить отряды наилучших рабочих с ружьями и бомбами для наступления и окружения „центров“ врага (юнкерские школы, телеграф и телефон и прочее) с лозунгом: погибнуть всем, но не пропустить неприятеля»[39].

Таким образом, еще за несколько недель до Октябрьской революции Ленин дал совершенно правильную оценку положения, учет сил за и против восстания, наметил ясную цель для партии, указал точные, конкретные задания и основные методы для проведения восстания, склонил на свою сторону большинство партии, сделал лозунги восстания ясными для широких масс.

В середине октября Центральный комитет нашей партии начал быстро проводить необходимые практические подготовительные меры для захвата власти. По инициативе большевиков Петроградский совет создал Военно-революционный комитет, которому предстояло провести восстание. Военно-революционный комитет послал во все воинские части своих комиссаров. Чрезвычайно быстро гарнизон переходит на сторону комитета. Тогда комитет посылает ультиматум штабу Петроградского военного округа, требуя установления контроля над его действиями. Штаб отказывает. 23 октября Военно-революционный комитет в качестве подготовительной директивы для военных действий рассылает гарнизонам телефонограмму, в которой объявляет штаб контрреволюционным и призывает сплотиться вокруг Военно-революционного комитета.

Временное правительство пытается призвать на свою подмогу юнкеров из Петергофа и артиллерию и ударные отряды из Павловска. Тогда Революционный комитет отдает приказ, предписывающий привести гарнизон в положение боевой готовности. Вслед за тем начинается развертывание Красной гвардии, которая при поддержке воинских частей начинает по заранее намеченному плану занимать правительственные учреждения и все главнейшие стратегические пункты столицы. В первую очередь Красная гвардия овладевает телефоном и телеграфом, т. е. главнейшим орудием связи, а также техническими средствами передвижения. Одна за другой занимаются железнодорожные станции, правительственные учреждения, банки. К полудню 25 октября вся столица, кроме Зимнего дворца, в руках Военно-революционного комитета. Ночью взят и Зимний дворец. Программа, набросанная Лениным несколько недель тому назад, осуществляется с полнейшей точностью…

Успех Октябрьской революции в значительной степени объясняется той энергичной и организационно правильной подготовительной работой, которую провели руководящие верхи нашей партии.

Изучение Октябрьской революции с организационной точки зрения дает материал, который всегда полезно будет усвоить всем организаторам массовых движений.