Участники организации должны не только ясно представлять себе основные задачи своей работы, но и иметь точные конкретные задания для текущей работы, например, на ближайшую неделю, на очередной день или даже на определенные часы дня. Организатор должен позаботиться, чтобы каждый участник организации ясно знал, что ему нужно делать в каждый данный момент, иными словами, он должен инструктировать участников организации.

В прежнее время на фабрике каждый рабочий был, в сущности, предоставлен сам себе. Если ему давалась даже вполне определенная работа, то при выполнении этой работы он должен был руководствоваться своим собственным опытом и сообразительностью. В настоящее время на усовершенствованной фабрике рабочий получает подробную инструкцию, иногда на нескольких страницах, где ему дается вполне точное руководство. В добавление к своему собственному опыту рабочий получает сконцентрированный результат опыта многих других людей. Наряду с этим рабочему указывается также определенный срок для выполнения задания: он получает «урок», и ему дается задание в такой-то срок и таким-то именно образом его выполнить.

Инструкции являются чрезвычайно характерной особенностью всякой современной организации. Виды этих инструкций чрезвычайно разнообразны. Когда на вокзале мы видим надписи: «Касса», «Буфет», «Выход на платформу» и т. д., то все это является элементарным видом организационной инструкции.

Приглядываясь дальше к железной дороге, мы заметим много других наглядных инструкций такого же порядка. Вдоль полотна поставлены столбы, указывающие расстояние, уклоны и подъемы и их высоту, близость станции, опасность пути и пр. Эти краткие и как будто довольно элементарные указания являются для машиниста исключительно важными инструкциями, определяющими всю его работу.

За границей можно всюду натолкнуться на надписи и инструкции. В подземных дорогах Лондона или Берлина всюду тщательно указано, где нужно идти по правой стороне подземных коридоров, где по левой, где находится выход и на какую улицу, где лифт, касса и т. д.

В горах Швейцарии путешественник встретит на всех перекрестках указания, куда именно ведет дорога, сколько верст до какого-нибудь пункта и сколько метров над уровнем моря.

Создание таких надписей, несмотря на всю их кажущуюся элементарность и простоту, требует довольно много энергии и порой остроумия. Это станет очевидным, если сравнить два типичных почтовых адреса: русский и американский. Обычный русский адрес гласит: Петру Степанову, Саратов, Симбирская улица, дом Немцева, квартира Кондратьевой. Что говорит такой адрес человеку, мало знающему город? Ровно ничего. Чтобы найти улицу, ему придется спрашивать туда дорогу. Добравшись до Симбирской улицы, он не сможет разобрать, идти ему направо или налево. Чтобы найти дом Немцева, ему нужно опять спрашивать прохожего. Дойдя до нужного дома, он не сможет знать, где находится квартира Кондратьевой, и должен будет снова обращаться к кому-нибудь с вопросом.

Типичный американский адрес (в переводе на русский) гласит так:

Г-ну П. Джонсу

235. З. 72 ул. 5–15

Нью-Йорк

По-английски еще лаконичнее:

Мr. Р. Jones

235. W. 72 str. 5–15

N.-Y.

Даже человек, едва знающий Нью-Йорк, точно сможет определить, где находится искомая квартира. Он знает, во-первых, что улицы, идущие вдоль Нью-Йорка, называются авеню, а улицы поперечные – улицами. Адрес показывает, что речь идет о поперечной, более короткой улице. Буква «З» значит Запад («W» – West), она определяет ту часть Нью-Йорка, которая расположена к западу от Центрального парка по направлению к реке Гудзон. Так как нумерация улиц в западной части города идет от Центрального парка к реке, то легко определить, в каком месте находится номер дома 235. Больше того, каждый квартал Нью-Йорка нумеруется начиная с новой сотни. Это значит, что первый западный квартал от Центрального парка или центра города нумеруется начиная с цифры один, второй квартал – со ста, третий – с двухсот и т. д. № 235 обозначает, что дом находится в III квартале и стоит там по порядку тридцать пятым от угла. Нечетный номер обозначает северную сторону улицы, четный – южную. Таким образом, адрес сразу совершенно точно определяет местонахождение дома. Номер квартиры указывает, где она находится. Перед нами многоэтажный дом. Первая цифра в квартирном номере обозначает этаж, вторая – квартиру или комнату этажа; № 5–15 значит, что нам нужно подняться на пятый этаж и найти там пятнадцатую комнату или квартиру. Само собой, понятно, что, поднявшись на этаж, мы сейчас же увидим на стене надпись и стрелку, показывающую, в какую сторону коридора нужно идти, чтобы добраться до № 15.

Совершенно ясно, как много времени и энергии сохраняет такая остроумная система надписей и инструкций.

Сравните с этим нашу российскую систему. Придите в любое центральное или местное учреждение и попробуйте найти там нужный вам отдел, подотдел или определенное лицо. Вам придется ходить с этажа на этаж, спрашивать встречных и поперечных, причем большинство из них такие же пришельцы и так же беспомощно отыскивают, что им нужно.

Впрочем, иной раз можно узнать, что искомый подотдел обретается в комнате 62 или 98. Тогда приходится спрашивать (со столь же малым успехом), где же эти комнаты, ибо обычно не существует никакой системы нумерации комнат, никто путем не знает, на каком этаже или в подъезде какая комната находится.

Во всякой американской конторе или учреждении в первой же комнате, куда попадает посетитель, имеется доска с подробным перечислением, на каком этаже в какой комнате что находится, причем иной раз прилагается еще и план помещения. Посетитель может сразу отыскать на доске имя учреждения или отдела и, никого не спрашивая, направиться по назначению. Этого элементарнейшего правила, для осуществления которого достаточно трех часов работы, до сих пор, кажется, не удосуживалось выполнить ни одно из наших крупных учреждений. О мелких и говорить нечего.

Организатору нужно твердо усвоить для себя, что эти элементарные надписи являются основным элементом инструктирования, чрезвычайно облегчающим работу и руководителей, и участников организации. Поэтому пусть он первым долгом проследит, чтобы на фабрике, в учреждении или в другой организации, которой он заведует, были сделаны нужные надписи, вывешены стрелки, указывающие направление.

Не следует думать, будто употребление цифр всегда помогает быстро ориентироваться в адресе. Пример противоположного характера дает, например, опыт с национализацией торговли в Москве. Сейчас же после национализации было решено вместо прежних названий магазинов по фамилии владельцев или местонахождению дать им просто порядковые номера. Так появились: пекарни № 1, 2, 3 и т. д., книжные магазины № 1, 2, 3 и т. д., магазины обуви № 1, 2, 3 и т. д. Тому, кто заведовал магазином, такой счет был отчасти удобен. Покупателям он был совершенно неудобен. Узнав, что обувь по купону 23 можно достать в магазине № 5, гражданин должен был метаться из стороны в сторону, пытаясь узнать, где этот магазин находится. Так как магазины нумеровались по случайному порядку их открытия и рядом на одной улице оказывались номера 1 и, скажем, 27, то понятно, что нумерация ничему не помогала. Правильнее было бы назвать магазины легко запоминающимися названиями, связанными, например, с местонахождением (Тверская пекарня, Долгоруковский магазин обуви). Номер магазина был бы лишь дополнением к вывеске.

Одновременно была сделана и другая ошибка против правил инструктирования. Все старые вывески, изображавшие продававшиеся предметы и тем понятные неграмотному и легко запоминающиеся в памяти грамотных, были заменены лишь буквенными надписями. Опять-таки следовало бы на всех булочных изображать по-старому калач, на часовых магазинах – часы, на магазинах обуви – сапог и т. д. Вообще инструкции в виде рисунка очень часто встречаются на практике и рекомендуются благодаря своей понятности и наглядности. Ведь и многие наши плакаты есть лишь инструкции для граждан республики в их очередной работе. Нужно научиться широко пользоваться рисунком для подобных целей.

К элементарным, но существенным инструкциям можно отнести всевозможные справки, информационные сведения, списки адресов и тому подобные материалы, помогающие ориентироваться в работе.

Каждый год в Москву на партийную конференцию и съезд Советов собирается несколько тысяч человек из провинции. Каждый из них имеет много дел в различных комиссариатах и других центральных учреждениях. Большая часть их является новичками в Москве и плохо ориентируется в городе. С неизменной правильностью все делегаты съезда получают по нескольку пудов всевозможной литературы, включая толстые книги по 300–400 страниц специального характера, и никогда еще делегаты не получали самого элементарного и самого необходимого для них печатного пособия: схематического плана Москвы с указанием расположения наших центральных учреждений и списков адресов и телефонов этих учреждений.

Нашим организаторам всероссийских и местных съездов и совещаний не мешает все же поучиться, как в этом случае дело ведется за границей, например на международных конгрессах. Там каждый делегат с первого же момента получает несколько основных инструкций. На его делегатском билете дано или расписание работы съезда, или регламент его. Ему дают схематическую карту города, где отмечены места заседаний и те пункты, куда делегату потребуется или интересно попасть (например, для медицинского конгресса отмечают медицинские институты и лаборатории, больницы, а также почтамт, вокзал, отели). В особой книжке делегат сможет найти адреса и телефоны всех нужных и интересных ему учреждений с указанием наиболее удобных часов осмотра. Делегат получает ряд других брошюрок, листов и планов со всевозможной полезной информацией. И не придется ему (как приходится русскому делегату) по сто раз задавать направо и налево вопросы: «А где находится комиссариат продовольствия?», «А как пройти к третьему Дому Советов?», «А где обретается Деловой двор?»

Заблаговременно дать ответ на эти вопросы очень просто – и таким элементарным инструктированием будет сохранено много времени у всех участников съезда.

Инструкции для выполнения работы могут быть постоянного и временного характера. К постоянным инструкциям мы отнесем, например, те фабричные правила, которые вывешиваются в мастерских и регулируют общие условия работы на фабрике. Такие правила должны быть сформулированы сжато и ясно, без излишних деталей, так, чтобы они легко запоминались.

К инструкциям временным относятся все те письменные указания, которые даются исполнителю в течение его работы. Иногда, чтобы наметить общую линию работы, полезно бывает в краткой формуле, в простом лозунге определить главную ее задачу. Лозунг, в сущности, уже является элементарным видом инструкции. Но, конечно, лозунг указывает преимущественно цель работы или какую-нибудь одну наиболее важную ее сторону, но не дает практических указаний для исполнителя. Наряду с лозунгом должны быть даны отдельным частям организации и отдельным ее участникам специальные и дополнительные инструкции.

Когда, например, ЦК партии объявляет, что 1 Мая должно быть всероссийским субботником, то эта общая инструкция (или директива) намечает только основную особенность первомайского торжества. В дальнейшем ЦК посылает в губком и опубликовывает в прессе подробную инструкцию, где указывается, какие работы нужно производить в этот субботник, под какими лозунгами устраивать митинги, как привлечь широкие массы населения к участию в торжестве и т. д. В губкоме или укоме эта инструкция центра в свою очередь еще более детализируется применительно к местным условиям.

На современной американской фабрике не только различные мастерские фабрики имеют определенное назначение и получают соответствующие общие указания, но даже каждый отдельный рабочий имеет подробную письменную инструкцию. В этой инструкции указывается, какую работу ему нужно выполнить, в какой срок, какими инструментами и при помощи каких приемов. Инструкция часто бывает так хорошо составлена и так тщательно проверена на практике, что заведующий фабрикой в каждый данный момент может с точностью сказать, взглянув на инструкцию, что сейчас, в 2 ч. 30 мин., токарь Джонс только что начал обточку второго колеса, а слесарь Петерсон выполнил ровно половину своей работы по заклепке.

Вот образец типичной инструкции, касающейся избирательной кампании в связи с губернским съездом Советов и изданной Воронежским губисполкомом и губкомпартией для руководства уисполкомов и укомпартов: «Мы считаем необходимым обратить ваше внимание на всю серьезность и важность предстоящей работы по избирательной кампании. К этой работе необходимо подготовиться со всем напряжением коммунистической энергии и умения. Прежде всего необходимо произвести работу по организации избирательных комиссий. В них должны быть намечены достаточно опытные и ответственные товарищи. Вместе с тем уисполкомы и укомпарты не должны удовлетворяться работой только избирательных комиссий, а сами должны руководить их работой. Кроме избирательных комиссий, должны быть заблаговременно разосланы работники в волости, по возможности и в села, причем в села могут высылаться не только уездные работники, но и волостные. Но, по крайней мере, на волостных съездах должны присутствовать наиболее ответственные уездные работники, а члены уисполкома – обязательно, причем для того, чтобы члены уисполкома, которых имеется ограниченное число, могли охватить все съезды, следует назначить заранее моменты созыва этих съездов, расположив в соответствующем порядке в пределах общего срока. Заблаговременно напечатайте листовки, обращения, устройте целый ряд собраний с докладами о работе своих отделов, также созовите беспартийные конференции».

«К съезду Советов необходимо заблаговременно приготовить все тезисы докладов, рассмотрев их в уездном исполкоме и уездкоме, – не допустить такого положения, когда к моменту съезда ни один доклад в уисполкоме и укоме заблаговременно не заслушан, тезисы не просмотрены, и докладчик, выступая от имени уисполкома, фактически говорит, что ему заблагорассудится. Кроме того, следует приготовиться также и к фракционным работам, ибо если фракции не организованы, не дисциплинированы, то работа съезда, несомненно, пострадает, ибо общепризнанным руководителем является коммунистическая фракция. Следует заранее определить характер работ съезда, причем секционные работы являются, несомненно, наиболее целесообразными для плодотворности работы. Но необходимо заранее разработать этот вопрос и обеспечить секции достаточно крепким ядром руководителей, чтобы не получилось провала съезда».

«Вообще, для того чтобы на съезде был образцовый порядок, требуется, чтобы руководящие органы заблаговременно предусмотрели все, даже кажущиеся мелочи и детали, как, например, хозяйственную сторону, также нужно заранее определить примерное расписание работ съезда, чтобы съезд не растянулся на неопределенное время, чтобы не получилось расхлябанности, чтобы работы проходили в определенных рамках. Конечно, это отнюдь не означает, что его нужно абсолютно заковать в эти рамки, не давая места проявляемому творчеству».

«К моменту выборов должны быть намечены кандидаты в руководящие органы, причем для достижения единодушия целесообразно созывать предварительное совещание партийных руководителей с мест для намечания кандидатов, причем обращаем ваше серьезное внимание на недопустимость каких бы то ни было трений в руководящих группах, как это, к сожалению, иногда бывает, когда как раз в момент выборов начинается некоторая перегруппировка и борьба в самой организации, вследствие чего организация, раздираемая внутренними неладами, оказывается неспособной руководить беспартийной массой».

«Необходимо также помнить и то, что всякие проходимцы и авантюристы, попадающие иногда на съезды под видом беспартийных, стараются мутить головы другим беспартийным, действительно честным представителям трудящихся».

«Поэтому необходимо принять меры, чтобы делегаты съезда не были изолированы от коммунистических делегатов, – наоборот, нужно заранее наметить товарищей, которые должны иметь постоянное общение и связь с этими делегатами; вообще руководящие органы должны уделить внимание делегатам с мест – снабжать их литературой и т. п.».

Всякая инструкция, как мы видим, дает определенный план работы на будущее время. Она, в сущности, лишь выражает применительно к исполнителю тот план работы, который организатор наметил…

Само собой разумеется, что как план, так и инструкции должны находиться в тесном соответствии с действительной обстановкой и всевозможными ее изменениями. Крупная американская фирма розничных магазинов, где все вещи продаются по 5 и 10 центов, ведет подробный учет роста населения всех населенных пунктов Соединенных Штатов и Канады и, руководствуясь этим материалом, сразу определяет, в каком именно пункте нужно открыть новые магазины или где следует расширить постановку дела. Учитывая рост населения и всевозможные географические, экономические и политические условия, фирма с полной точностью заранее знает, какой населенный пункт особенно увеличится в ближайшее время и даже какого характера товары там будут в спросе…

Сам исполнитель, имея перед собой инструкцию центра, должен уметь выяснить действительную обстановку, в которой ему придется выполнять задания, и уметь принимать самостоятельные решения в том случае, если эта обстановка изменится и он не будет иметь возможности непосредственно связаться с инстанциями, давшими ему инструкцию. Исполнитель должен уметь усвоить для себя дух инструкции, с тем чтобы действовать в ее духе при создавшейся обстановке и достигнуть задания самым быстрым и экономным образом.

Лицо или организационная ячейка, дающие инструкции, со своей стороны должны учесть изменяющуюся обстановку и допускать известные вариации в своих заданиях. Лев Толстой в «Войне и мире», описывая заявления генерала Пфуля на военном совете, показывает, к каким нелепостям приводит жесткая кабинетная инструкция, не считающаяся с особенностями обстановки и с конкретными условиями.