После выволочки председателя ученого совета было неприятно. Пришлось проводить самому себе психотерапию. «Лучше, – думал я, – что он мне сейчас сделал выволочку. На защите будет спокойнее. В конце концов, не мстительный же он человек. Да и не во мне теперь дело. Не будет же он ссориться с Гномиком». В общем, на защиту я вышел относительно спокойно. Текст наизусть я не выучил, а просто прочитал. (И правильно сделал. В конце концов, зачем себя напрягать. Я знаю одного молодого лектора, который боится выйти с текстом лекций к слушателям. Мне кажется экать и бекать без текста хуже, чем прочесть внятно хорошо подготовленный текст. – М.Л.)
Защита прошла мягче, чем апробация. Выступления официальных оппонентов и неофициальных были просто восторженные. Вот некоторые из них. «Это зрелая работа зрелого человека. Я не помню в истории нашего совета, чтобы у нас защищались такие диссертации». «Жалко, что наш совет не может присваивать докторские степени». «Впервые разработан индивидуальный подход к лечению больных неврозами» и много других. Голосовали за меня единогласно. Когда мне предоставили заключительное слово, слезы душили меня. Я с трудом произнес необходимые ритуальные фразы. Далее я несколько дней еще оформлял необходимые документы в Сибирских Афинах и по приезде в Т.
По приезде в Т. мои близкие довольно быстро уняли мою радость и вогнали меня в депрессию, объявив, что я должен делать, и объяснив, что раньше они об этом не говорили, чтобы меня не расстраивать. (Можно было бы и еще несколько дней об этом не говорить. В радости человек беззащитен. – М.Л.) Медовый месяц у моего сына кончился. Мне нужно было переслать в ученый совет стенограмму защиты. Я ее переписывал в доме, где жил сын. Там был лучший магнитофон, чем у меня. Невестка была со мной так «любезна», что минут через десять я ушел к себе домой. На работе радостные улыбки мне уже стали казаться фальшивыми. Я хотел дать прочесть диссертацию своему другу-философу, который интересовался моими делами и делал замечания по работе. Он сослался на нехватку времени.
Удивительные метаморфозы стали происходить у людей по отношению ко мне. Какая-то часть отношения ко мне не изменила. Другая часть стала меня замечать и больше считаться. Но очень многие, которые мне ранее сочувствовали и выспрашивали о моих делах, давали теплые дружеские советы, да и делали для меня кое-что полезное, вдруг перестали со мной общаться и даже стали избегать. А я так хотел рассказать, как проходила защита, какие были препятствия, которые удалось обойти, как меня многие хорошо приняли. Но… им было как-то некогда. И только Зевс и Акробат радостно приветствовали мою защиту. Устроили на кафедре банкет. Настроение у меня было грустное. Кое-как банкет прошел.
Не знал Вечный Принц закона, описанного Ф. Ницше: «Сорадость, а не соучастие создают друга». У нас в ходу поговорка: «Друг познается в беде». Мой опыт психотерапевта позволяет мне решительно стать на сторону Ф. Ницше. Многие мои подопечные еще довольно долго продолжали ходить в группу. Я потом понял, почему они это делали. В радости, сказывается общение еще более необходимо, чем в горе. Хочется поделиться своей радостью. Но, оказывается, твоя радость никому не нужна. Ни твоим друзьям, ни твоим врагам. Могут радоваться твоей радости только успешные люди. Их, по-моему, в нашей действительности не так уж много. Я в 1987 году обследовал 2000 сотрудников крупного машиностроительного завода и примерно столько же работников крупного Зерносовхоза. 85 % как в городе, так и на селе нуждались в скорой психологической помощи. Около 25 % нуждались уже в психотерапевтическом лечений. Все эти люди по своему психологическому состоянию не могут радоваться радостям других. Скорее они могут злорадствовать, когда другому плохо.
И вообще, человек, не занимающийся творческой работой, радоваться в принципе не может. Его иногда посещает псеворадость. Особенно часто встречается псевдорадость у тревожных людей. Ребенок задержался в институте. Мама тревожится о нем. Когда он возвращается, то она радуется его возвращению. Но ведь с великовозрастным ребенком ничего не случилось. Более того, с ним все было в порядке. Он встретил интересного для себя человека или совершил удачную сделку. Истинная радость всегда возникает на завершающем этапе творческой деятельности. Архимед, когда открыл свой знаменитый закон, аж из ванны выскочил и голым побежал по дому с криком «Эврика».
Радующийся человек открыт миру, он, как ребенок, доверчив и беззащитен, он хочет поделиться своей радостью, а его ею же осаживают: чему обрадовался? Деньги украдут, любовник (муж) бросит, жена рога наставит, дом сожгут завистники. Уж очень огорчительно невротическому субъекту радоваться радости другого. Если и скажет что-нибудь, то это полбеды. А то ведь и анонимку может написать «лучший друг». Поскольку успешного человека встретить трудно, то у нас люди привыкли скрывать свою радость. А ведь она распирает, скрывать ее нельзя. Вот и продолжают к нам в группу ходить успешные люди иногда только для того, чтобы разделить радость.
Есть еще и магическая радость. Это радость от планов. Мы привыкли 70 лет жить этой радостью. Многие радуются этой радостью. Я помню один очень показательный случай, бывший в годы застоя. На наш коллектив был выделен один ковер. Мы решили бросить жребий. Одна медсестра почему-то решила, что выигрыш достанется ей. Он ей не достался. Она переживала это так, как будто этот ковер у нее украли.
Посмотрите на высокомерное поведение некоторых студентов. Они ведут себя так, как будто они уже академики или министры здравоохранения. С каким презрением они смотрят на преподавателей, которые всего-навсего кандидаты и доктора наук.
Многие начинающие бизнесмены начинают тратить те деньги, которые еще не заработали. Такая радость ведет к пагубным последствиям и разделяет людей. Ведь если я радуюсь оттого, что выиграю в лотерее машину, то нескольким тысячам желаю проигрыша и смотрю на них как на потенциальных врагов.
Истинная радость возможна только при успешной совместной деятельности, да и то, если удастся правильно разделить добычу. Так вот такая радость объединяет людей, которые вместе сотрудничали и вместе ковали трудовую победу.
А при чем здесь друзья, которые не участвовали в этой деятельности? Прав был А. С. Пушкин, когда просил господа Бога оградить его от друзей.
Послушайте рассказ еще одного человека, которому, наконец, повезло, и он добился после многих несчастий больших успехов.
«Я и сам прошел через это. Радовались моим успехам только те, кто меня конструктивно критиковал. Когда меня клюнула птица счастья и пришел успех, для многих, ранее сострадавших мне, это было как личное оскорбление. Организовался какой-то вакуум. Но, как только я сказал, что у меня заболела голова, то мне все хором и с большой теплотой посоветовали пойти на больничный и обязались подстраховать во всех вопросах. Что самое главное. Они действительно все это бы сделали».
Вообще-то, счастливый человек – это бельмо на глазу общества. Вот почему свое счастье все-таки лучше прятать или, по крайней мере, не демонстрировать. Очень тонко как-то заметил Ларошфуко: «В неприятностях наших друзей есть что-то не неприятное».
Но если у вас есть человек, который радуется вместе с вами вашей радостью, то у вас есть друг.
Еще один вопрос: «А сколько друзей нам нужно?» Кто-то из великих ответил на это мудрым афоризмом: «У кого много друзей, у того нет друга». Если верить этому мудрецу, то другом может быть только любимая тобою и одновременно любящая тебя женщина. А если таковой у тебя нет, то тогда приходится заводить друга, а женщине – подружку. Вот они-то и могут разделить твою радость.
В общем, если у тебя есть друг, значит, у тебя нет любимой или любимого.