Еще одно событие, которое отразилось на моей жизни или, по крайней мере, оставило след в моей памяти.

Когда мы переехали в Т., то в сентябре 1946 меня мама определила в музыкальную школу по классу скрипки. Я пытался учиться, но у меня оказался коротким мизинец, и мне просто было больно держать скрипку левой рукой и так выгибать руку, чтобы мизинцем доставать до 1-й струны. Мне действительно было больно. Я взбунтовался. К счастью, мама на мой бунт среагировала правильно и решила меня устроить на фортепиано. Я же вообще не хотел идти никуда, но она меня, плачущего, затащила в класс, где возле фортепиано сидела девочка моего возраста. Не могу сказать, смеялась ли она или нет (вроде бы нет), но я хорошо помню, что именно из-за ее присутствия и из-за того, что я был плачущим, я категорически отказался даже заходить в класс. Так меня отчислили из школы, хотя до сих пор я сожалею, что не научился играть на фортепиано. А в школу музыкальную я поступил уже в 7-м классе. Но это отдельная история. (Еще один пример, как родители не пытаются проникнуть в душевный мир ребенка. А ведь это формально благополучная семья, а ребенок, с точки зрения школы, – один из лучших. Но кого интересует душевный мир отличников. Вот с двоечниками педагоги возиться любят. Там есть результат. Он исправится недельки на две, а потом опять за свое. – М.Л.)

Еще один из эпизодов начальной школы. Все уроки в начальной школе, в том числе и уроки физкультуры, вела одна учительница. Но в третьем классе мы стали изучать еще и английский язык, который вела учительница, сыгравшая большую роль в моей жизни, ибо она стала потом в пятом классе нашим классным руководителем. Назовем ее Англичанка. Она как раз и уделяла внимание отличникам. Но, по-моему, это был выверт наоборот. Мы, чтобы получить пятерку, должны были отвечать лучше, чем те, которые учились на четверку и тройку. Я за ответ мог получить тройку, а другой за точно такой же ответ мог получить пятерку. В конечном итоге, чтобы получить пятерку, мне приходилось больше заниматься, но помню, что было обидно. (И правильно, что было обидно: все это отравляет жизнь детей. Ведь это несправедливо. Можно, конечно, собрать примерно одинаковых детей в один класс и там устанавливать одни требования. Конечно, учительница все это делала из хороших побуждений. Но куда ведут благие намерения, вы сами знаете. Ребенок будет считать, что мир устроен несправедливо. В принципе, это действительно так. Не следует приучать ребенка к таким понятиям, как справедливость, ибо справедливости нет, не было, не будет и не надо. Нужно просто научиться не давать себя в обиду без попытки изменить устройство общества. И это возможно! Этим мы и занимаемся на наших занятиях. А о справедливости мы еще поговорим на страницах этой книги. – М.Л.)