Осенью 1985 года в институт поступил мой старший сын. По установившейся традиции мы, сотрудники, обращались к Ворону, тогдашнему ректору, с соответствующей просьбой. Он мне «посоветовал», чтобы сын поступал на педиатрический факультет, а не на лечебный, как хотелось бы мне. Было обидно мне, что я все-таки отношусь к сотрудникам второго сорта. (Непонятно, чего он хотел. Великовозрастный ассистент и без кандидатской диссертации. – М.Л.) Ослушаться «совета» я не смел и правильно сделал, хотя сын мой в аттестате имел все пятерки, а медали не было, потому что он в 9-м классе получил по физкультуре тройку. Я с преподавателем не «беседовал». Оставил все как есть. По тем правилам было так, что если первый экзамен медалист сдает на «5», он зачисляется сразу в институт. Если на «4», то ему приходится сдавать все остальные экзамены в обычном порядке. Я не хотел его демобилизовывать. Занимался он весь год у репетиторов, которые были им очень довольны. Не ходил он только к преподавателю русского языка, так как грамотность у него была абсолютная, а сочинения были на уровне литературоведческих статей. Набрал он 17 баллов из 20 при проходном балле 15 и был зачислен в институт.
Учился он весьма упорно. Мы с ним по утрам вместе ходили в институт пешком через рощу, и я вместе с ним учил анатомию. В институте у него были практически одни пятерки. Спасибо ему, что мне не приходилось ходить и выпрашивать ему оценки, как это делали многие наши сотрудники по отношению к своим детям. Неплохо в это время учился и младший сын.
В семье было две проблемы: первая – с мамой, вторая – с Золушкой. Вначале о Золушке. Период восхищения мною, когда у меня началась перестройка, у нее прошел. Она, к сожалению, не менялась. И раньше, когда я болел, она меня жалела, теперь же, когда я стал благополучным, иногда и покрикивала. Но самое главное – она не разделяла моего мировоззрения, каждый раз восставала против моих инноваций и предрекала непреодолимые трудности во всех моих проектах. Только мы заговорим о машине, она тут же отравит нам мечты о ней трудностями, которые возникнут у автомобилиста после приобретения машины. Как-то мы стали мечтать о строительстве собственного дома. Золушка возвела такое количество препятствий, что от дома мы отказались. Так волей-неволей я обсуждал наши планы говорил о будущем с детьми, а она оставалась как бы отгороженной от жизни семьи. Начались упреки, а иногда и кандалы. Периодически я кидал ей «кость»: притворялся сильным. Она сразу оживлялась предлагала мне разные формы заботы (лекарства, горчичники, ножные ванны и пр.), прикрикивала на детей, чтобы они не беспокоили папу. Но я то знал, что если часто симулировать, то можно заболеть и по-настоящему. Хотя в принципе отношения все же были хорошие. Она была предана семье. В сексе с Золушкой я был доволен качеством, но не количеством. Получалось, что инициативу всегда проявлял я. У меня постепенно росло чувство глухого недовольства и мнение, что мне делают одолжение, что меня при моих сексуальных возможностях и способностях не устраивало. Однако даже яслей заводить еще кого-то у меня не было. Я все думал, а как-то утрясется и это. Пытался наладить отношения с Золушкой. Она вроде бы все понимала, да только в поведении не менялась.
Вторая проблема переплеталась с первой – это мама. Она постепенно дряхлела и становилась все более пассивной по инерции продолжала работать. Однако перестала выходить на улицу, двигаться. Она требовала, чтобы я ей все заносил домой, хотя ей от работы до дома было метров 300, а от работы до базарчика не более 100 м. Не исключено, что все это было связано с желанием повидать меня. Ведь к этому времени она уже жила одна. Тетушка умерла скоропостижно от кровоизлияния в мозг, не успев никого в этом плане помучить. Ее сын приехал на похороны, мы оставили памятник. Потом я понял, что хотя мама и была недовольна тетушкой, но благодаря тому, что они ругались друг с другом, видимо, нас они оставили в покое. В общем, тетушка для нас была просто кладом. (Будем помнить, что скандал – аналог секса, извращенный способ удовлетворения сексуального влечения. Как я уже говорил, о сексуальных потенциях человека можно судить по тому, как он скандалит. Это не значит, что скандальный человек в сексе хорош. Но по продолжительности, силе скандала можно судить, каков он будет в сексе, когда прекратит скандалить. – М.Л.)
Вскоре мама уволилась с работы и приготовилась умирать. Она совершенно не выходила из дома, все время на что-то жаловалась. Я ее периодически укладывал к нам в клинику неврозов. Там она быстро оживала. Когда она выписывалась, то настолько меня измучивала, что я переставал узнавать людей. Когда она ложилась в стационар, то там становилась милой старушкой. Несколько раз было так, что она по телефону вызывала меня к себе. Я приезжал, оказывал помощь, а потом возвращался домой. Через час она пять меня вызывала. Тогда я взял и перевез ее к нам. Условия жизни резко ухудшились. Я помню, что это особенно не повлияло на мой высокий жизненный тонус. Мы уже какое-то время безуспешно пытались обменять квартиру. Но удалось это сделать только весной 1986 года.
Кстати, процесс обмена способствовал моему психологическому тренингу. Сейчас эта картина исчезла из наших городов. Появились риэлтерские фирмы, которые занимаются обменом. А тогда все собирались в определенном месте, одни вешали себе на грудь табличку со своим вариантом, другие ходили и читали варианты. Там же можно было подыскать маклера, который делал обмены, в которые задействовал иногда до 10 квартир. Услуги его дорого стоили, я подыскивал варианты сам. Тогда я впервые почувствовал, что такое азиатский рынок. Тебя так искренне заверяют, что будут с тобой меняться, а, чуть развернувшись, уже начинают обсуждать другие варианты. Сколько раз мы, согласившись на обмен, строили планы переезда, обсуждали достоинства новой квартиры, даже ходили в школу, где должны были учиться наши дети, а наших партнеров и след простывал. Через какое-то время я привык к необязательности нашего народа и спокойно воспринимаю все эмоциональные уверения и последующие отказы. Я стал следовать правилу, согласно которому считать нужно деньги, которые у тебя в кармане, а сделанным то дело, которое уже сделано.
Поскольку мы съезжались, я посещал квартиры, где разъезжались. Тут я, врач-психиатр и нарколог, впервые видел истинное лицо алкоголизма, и женского, в том числе. Все это были не квартиры, а стены с лохмотьями, бывшими ранее обоями, и пьяными обитателями. В каком состоянии была мебель, санузлы и пр., представьте сами. Я не писатель, более красочное описание можете поискать в книгах, но, думаю, что оно не будет верным, а скорее приукрашенным. Ведь ко мне все алкоголики приходили относительно чистенькие, тихие, с испитыми лицами и темно-бордовыми носами, но вежливыми и даже с элементами заискивания. И как при таком состоянии народа можно было еще говорить о скором приходе коммунизма.
В конце концов, обмен состоялся. Мы въехали в трехкомнатную изолированную квартиру площадью 40 кв. м, дав за нее двухкомнатную изолированную 30 кв. м и двухкомнатную неизолированную 27 кв. м. От доплаты я отказался, но не потому что мне не нужны были деньги, а из-за испуга. Все-таки тогда все это было незаконным, хотя и общепринятым. Я все еще испытывал глубинный ужас перед советскими карающими органами (Опять сценарная лень. – М.Л.)
Началось наше совместное с мамой проживание, т. е. ад. Конечно, мама все это делала не нарочно, но мне от этого было не легче. Опишу несколько сцен.
Сцена первая. Возвращаюсь с работы. Сидит моя мама вместе с новыми соседями на лавочке на улице. Я подхожу к группе бабушек и спрашиваю маму о ее самочувствии. Она поднимает рукав, обнажает плечо и показывает мне цветущие синяки на плече (следы уколов, которые ей делали, когда она лежала в клинике) и говорит примерно следующее: «Посмотри, что твоя жена мне сделала!» Конечно, это был явный поклеп на Золушку. Ухаживала она за ней отменно. Но, Михаил Ефимович, представьте себе мое состояние. В этом доме я жил 1–2 месяца. Меня еще в доме никто не знал. В общем, не буду дальше продолжать. Спасибо за то, что я уже получил с вашей помощью психологическую подготовку. При прежнем способе моего реагирования криз был бы мне обеспечен.
Сцена вторая. Повторялась довольно часто. Обычно это было вечером. «Сыночек, я хочу с тобой поговорить. Я же имею пенсию, у меня есть сбережения. Почему твоя жена меня не кормит? У меня весь день маковой росинки во рту не было». Конечно, все это не соответствовало действительности. Золушка иногда была свидетельницей этих разговоров и плакала от обиды. Я ее успокаивал, как мог. Завершением подобной сцены был следующий эпизод. У меня был отгул. Я весь день работал дома над диссертацией и раза два или три кормил маму. Вечером она со мной завела прежний разговор о том, что у нее маковой росинки во рту не было и что Золушка ее весь день не кормила. Хорошо, что я сам психиатр и имел хорошую психологическую подготовку. Золушке я рассказал об этом эпизоде. Она обрадовалась, что так все случилось. Все-таки она все время жила в тревоге, что я могу о ней плохо подумать. Однако я уже давно понял, что человек она святой. Может быть, у нее нет каких-то навыков, кое-что она не умеет делать, то, что мне нужно. Но в нравственном плане никаких претензий к ней предъявить нельзя. Я еще раз заверил ее, что в ее порядочности я никогда не сомневался.
Хорошо, что хоть в этом плане у меня не было мук. Золушке и своим детям я безгранично доверял. И когда мама пожаловалась, что ее бьют мои дети, то я ей не поверил, а поверил детям. Да и логика подсказывала. Дети мои не отличались драчливым характером, но физически были очень крепкими. И конечно, если бы кто-нибудь из моих детей маму мою ударил, то от нее бы мокрого места не осталось. Конечно, они ее не били.
После знакомства с этим рассказом Вечного Принца у меня тут же всплыла в памяти русская народная сказка о козе, которую пасли жена и две дочери. Мужик верил козе, которая говорила, что когда она шла через лесочек, ухватила кленовый листочек, шла через реченьку попила воды капельку, тем и жива. Мужик психиатром не был, поверил козе и прогнал жену и дочерей. Пошел сам ее пасти. Там она на его глазах весь день щипала траву, пила водичку из ручья. Потом мужик забежал вперед и спросил козу о проведенном дне. Она спела ему ту же песню. Не знал, мужик, что доверять нужно прежде всего самым близким тебе людям, а не козе. Не знал он также, что рано или поздно самыми близкими людьми станут тебе те люди, которым ты доверяешь.
К сожалению, невротичные люди отличаются недоверчивостью именно по отношению к своим близким. Муж не доверяет жене, жена – мужу. Дети – родителям, родители – детям, учителя – ученикам, ученики – учителям. Начальники – подчиненным, подчиненные – начальникам. Не доверяют друг другу соседи по дому, случайные попутчики на транспорте. Народ не доверяет властям, а власти – народу. Очень много обмана в сексуальных отношениях.
К сожалению, мы живем в атмосфере всеобщего недоверия. Психологический анализ показывает, что тот, у кого недоверчивость стала чертой характера, чувствует и живет гораздо хуже того, кто доверяет людям. Кстати, недоверчивого обманывают чаще, чем доверчивого, и обманывают более жестоко и изощренно.
Представьте себе, дорогой мой читатель, что вы, честный человек, предлагаете взаимовыгодное сотрудничество другому человеку и замечаете, что он вам не доверяет. Что делаете вы? Вы от него отступитесь и тут же развернетесь уйдете от него. Но ведь кому-то доверять нужно. В конце концов, рано или поздно недоверчивый человек попадет в лапы отпетого мошенника.
Кроме того, доверчивый человек живет спокойно. Переживает он только в тот момент, когда выяснит, что его обманули.
Недоверчивый человек все время живет в напряжении. Особенно ему тяжело, когда судьба его сталкивает с честным человеком. Он все время ждет от него обмана, но никак не может дождаться. Так и инфаркт недолго заработать.
Здесь нам лучше прислушаться к мнению Шопенгауэра, который считал лучшим помещением капитала деньги, которые выманили у тебя обманным путем. На этом ты приобретаешь опыт. Я в этом убедился, следуя наставлениям великого философа. Я стал безгранично доверять, и меня стали обманывать. Но на начальных этапах меня обманывали не на очень большие суммы. Я стал записывать и внимательно анализировать ход переговоров, где меня обманули. В конце концов, научился различать уже по первым фразам, где меня обманут, а где нет. Кроме того, моя доверчивость резко ускоряла ход переговоров. Но ведь не все меня обманывали. Постепенно сложился круг партнеров, которым я безгранично доверяю и начинаю работать без предоплаты.
Кроме того, в большинстве случаев чисто психологическими приемами я научился возвращать то, что я одалживал, и научился на начальных этапах переговоров определять, что тебя обманут. Теперь я помогаю это делать другим. В общем, при правильном подходе из тех случаев, когда тебя обманывали, можно извлечь неплохой доход.
Если вы ведете деловые переговоры или вам сделали сексуальное предложение, и вы сомневаетесь в честности партнера, то лучше остановиться на худшем варианте. Это вовсе не значит, что вы откажетесь от контактов с обманщиком. Просто у вас не будет неприятных неожиданностей. А вот радость может случиться. Вдруг вы ошиблись и тот, кого вы считали обманщиком, оказался честным человеком.
Приведу три примера.
Два произошли со мной. Я где-то уже об этом писал. Было это лет десять назад. Когда я стал работать со своим издателем, меня предупредили, что он может меня обмануть. На меня же он производил впечатление человека, который успешно ведет свои дела, и мою книгу он издаст. Все же я опасался, что он меня обманет. Не мог я не поверить людям, которых я хорошо знал. Я стал думать, как он может меня обмануть. После недолгих размышлений я понял, что он может выпустить мою книгу в большем количестве экземпляров, чем мы договаривались. Но ведь он будет распространять мою книгу. Будет делать мне рекламу. Отыграюсь на чем-то другом. Я оказался прав. Большое распространение книг привело к тому, что я стал получать очень интересные предложения по сотрудничеству. К моей радости, с издателем у меня сложились дружеские отношения. Вот уже 19 лет сотрудничаем. Правда, мною он недоволен. Пишу мало книг. Менять издателя я не собираюсь, хотя имеются выгодные предложения.
Пример второй. Когда я начал издавать книги, в первое время я их сам и распространял. Если у человека не было денег, я давал книги без оплаты, из расчета, что вернут они деньги в следующий раз. Некоторые не отдавали, но приходить ко мне перестали. А избавиться от мошенника всего за 20–30 рублей – разве это не прибыль?
Третий эпизод произошел с моей клиенткой. Она консультировалась по поводу своих отношений с будущим сексуальным партнером. Мы выяснили, что он ее обманет в плане вечной любви, но просчитала, что общение с таким человеком принесет ей пользу в плане становления личности. Кроме того, он ей просто нравился. И она без сомнений решилась с ним сойтись, прекрасно понимая, что рано или поздно он ее бросит. Что и случилось года через три. Она отпустила его без скандалов. Более того, она поблагодарила за столь долгое совместное проживание и за все хорошее, что от него получила. Затем она подвела итоги и подсчитала, что она в накладе не осталась. Она выросла профессионально. Это главное. Плюс прожила с любимым человеком. Оставшись одна, она еще более активно занялась делами, что помогло ей уменьшить боль утраты. Года через 1,5 он к ней вернулся и уже больше не уходил.
В общем, не бойтесь доверять! И не бойтесь обмана.
Тогда рано или поздно возле вас будут только те люди, которым вы безгранично доверяете.