Кто-то

упрямо и властно

мне смотрит в затылок,

требуя —

обернись,

оглянись!

А я не оглядываюсь —

догадываюсь,

что увижу,

когда обернусь.

Там,

у меня за спиною, —

мосты,

сожженные мною,

взрывов огненные кусты,

крест

у двести второй версты,

свет одинокой звезды.

А дальше,

если дальше еще оглянуться назад, —

сад,

где яблоки до сих пор на ветках висят,

и листья не увядают.

Яблоки моего детства не опадают.

Яблоки моего детства,

там,

у меня за спиною,

упадут только со мною,

однажды,

когда я обернусь туда.

Вот и иду,

стараясь не оборачиваться,

хотя слышу, как яблони мои

шелестят в тишине,

и дорога моя,

удлиняясь,

все укорачивается,

и чем дальше они —

тем ближе они ко мне.