Если вы приехали в Ростов поездом, считайте, что практически угодили в начало Бессовестной слободки! Остальным придётся подъехать к Главному железнодорожному вокзалу и посмотреть вверх, на гору, где начинается современный проспект Стачки.

Лет сто пятьдесят назад (точной даты заселения нет – прим. авт.) взгорье за речкой Темерник облюбовали для строительства своих немудрящих домов люди, приходящие в Ростов на заработки.

Бывшие крепостные (крепостное право отменили только в 1861 году, помните?) из Центральной России, заробитчане из Малороссии и даже далекой Белоруссии денег на строительство кирпичных домов не имели. А дерево в Ростове было дорого. Вот и селились на «ничейных» землях, никого в известность не ставя, а ставя саманные хатки. Бессовестные!

Так и закрепилось название за этим рабочим районом – Бессовестная слободка.

Место, на самом деле, выгодное было: с одной стороны – портландцементный завод «Союз», на южной стороне холма – газовый завод, с севера – вторая бумажная фабрика Панченко. А совсем рядом, внизу, Главные мастерские Владикавказской железной дороги. Работай, не хочу…

Старинный домик на Бессовестной

Уже забытый писатель Г. П. Данилевский поместил героя одного из своих романов сюда, в Бессовестную слободку образца 1861 года…

«По взгорью здесь было раскинуто село… Бессовестная слободка.

Домики и хаты слободки, точно кучи камешков, кинутых из горсти, как попало, торчали тут без всякого порядка, лепясь по обрывам, сползая к реке или взбираясь на маковку взгорья.

Эта слободка селилась сама собою под городом, когда ещё мало обращали внимания на то, кто сюда приходил и селился. Дух смелости и доныне тут царил на всей слободе. Все проделки против полицейских уставов в городе начинались отсюда…».

И знаете, это вот замечание про беспорядки неудивительно. По данным репортеров ростовской газеты «Приазовский край», в 1896 году Бессовестная слободка явно держала чемпионское место в городе по количеству кабаков на душу населения.

«Ничего здесь нет, кроме кабаков, – сообщал газете окраинный обыватель, подписавшийся: „Темерничанин“. – Вышел на улицу – перед носом кабак. Взгляните хотя бы на пресловутый проспект Коцебу. Справа и слева вы только и видите кабаки: первый правый угол – трактир в доме Безносова, левый угол – трактир Кулагина, выше – виноторговля Трифонова, напротив – кабак Рыбкина, а дальше пошли „ренсковые погреба“ при бакалейных лавочках (или лавочки при „погребах“ – этого не разберёшь), и так почти вплоть до училища… Кабаки густой сетью раскинулись по всему Темернику и, как хитрые пауки, ловят свою простодушную жертву. Соколов, Трифонов, Машонкин, Долгов и проч. и проч. – все соблазняют рабочий люд своим „товаром“…».

Кстати, знаете, что такое «ренсковые погреба»? Это определение одной из пяти принятых в Российской империи групп питейных заведений.

1. Питейные дома, винные лавки, ведерные лавки (оптовые, где вино и водку покупали ведрами – прим. авт.): торгующие навынос.

2. Ренсковые погреба: кроме водки, имели право на продажу иностранных вин.

3. Трактиры и буфеты, где пили внутри заведения.

4. Погреба для продажи русских виноградных вин.

5. Портерные и пивные лавки.

Интересная деталь. Во всей империи чаще всего трактиры содержали и обслуживали ярославцы и вологодцы, а выходцы из Рязанской и Коломенской губерний – ренсковые погреба и портерные лавки.

Но в Ростове и своих купцов-предпринимателей, как видите, хватало. Обратите внимание на фамилию Машонкин в цитате. Интересная была купеческая семья. Со своей паранойей.

В Ростове Машонкины были известны как торговцы спиртным. Богатые. Особняки в городе, дача (теперь это территория Зоопарка). Но имидж так себе…

И вот тогда Машонкины стали вкладывать деньги в театр и цирк! На деньги этих купцов отстроили первый, ещё деревянный, городской театр-цирк (сейчас ровно на том же месте располагается каменное здание современного цирка).

По словам одного из ростовцев того времени, это был «грандиозный театр, грязный, неуклюжий, неуютный, с постоянными сквозняками, но с буфетом трактирного типа». Всё же привычки Машонкиных взяли свое.

Кстати, настоящий «ренсковый погреб» нашли в Ростове не так давно – в 2018 году. Ремонтируя фасад старинного здания на углу переулка Газетного и Ульяновской улицы, строители открыли надпись чёрной краской: «Ренсковый погреб». Хорошую краску делали предки, правда же?

Но вернёмся в слободку.

Если вы думаете, что «бессовестные» традиции исчезли со временем, то вы глубоко, очень глубоко, ошибаетесь. И тогда, и сейчас этот район Ростова примечателен абсолютным отсутствием нормальных дорог.

До революции, осенью и весной, когда крутые улицы становились совершенно непроезжими, жители не могли спуститься или подняться к своим домам. Сидели «в осаде», запасшись водой и продуктами, пока вода не схлынет.

Ростовские извозчики в такие дни смотрели на седоков, которые просили довезти на Темерник, как на сумасшедших: «Куды?.. Што меня чёрт рогами под бока не пырял? Скотину надорвешь и сам утопнешь… Не поеду, хошь озолоти!..».

Когда, на рубеже веков, ростовские власти подумывали о том, чтобы замостить хотя бы одну улицу, в местной газете появился ядовитый комментарий: «Освобождение невольников в Америке, упразднение крепостного права в России и замощение Церковной улицы на Темернике – вот три однородных по значению факта, которые когда-нибудь будут поставлены рядом…».

По итогу первую улицу Бессовестной слободки, проспект Коцебу, заасфальтировали в 2006 году.

Одну.

Остальные до сих пор вполне аутентичны, погуляйте и посмотрите сами.