Уже несколько лет она работала врачом-специалистом по злокачественным заболеваниям крови, нарушениям кроветворения в костном мозге и изменениям крови, вызванным иммунологическими процессами. Очевидно, болезнь Эквиста была как-то с этим связана.

— Вы позаботитесь, чтобы тело доставили к вертолёту? — спросила Неле.

В ней затеплилась слабая надежда. Если повезёт, она вообще не столкнётся с доктором Роненом. Правда, тогда уменьшались и шансы узнать что-нибудь об Александере Бергере. Но сейчас был явно не лучший момент расспрашивать о нём биолога.

Дрёя кивнула.

— Да, этим скоро займутся.

Она нервно посмотрела на дверь, из которой только что вошла. За дверью донёсся приглушённый грохот.

— Но сейчас у нас другие проблемы.

— Другие проблемы? — переспросила Неле.

— Я попрошу вас ещё немного подождать. Лучше оставайтесь здесь. Я сейчас вернусь.

Дрёя коротко кивнула им обоим и исчезла за дверью.

Неле успела мельком увидеть длинный коридор, но, кроме белых стен, люминесцентных ламп под потолком и оранжевых табличек на дверях, почти ничего не разглядела.

— Фу-у-ух, — выдохнул Ким, когда они снова остались одни. — Звучит паршиво.

Похоже, её пребывание на Шпицбергене окажется короче, чем она рассчитывала. Но прежде чем улететь, она во что бы то ни стало должна заглянуть на нижнюю станцию. В крайнем случае скажет, что ей нужно в туалет, или разыграет приступ тошноты.

Ты должна найти этот музей.

Неле вздрогнула. За дверью послышались топот и визг. Она испуганно посмотрела на Кима. Тот тоже вскинул глаза и невольно смял в руке пластиковый стаканчик. Кофе потёк по пальцам, но он, кажется, этого даже не заметил.

— Что там происходит? — выдохнул он.

Раздались крики о помощи, зазвенело стекло — словно рухнул тяжёлый настенный шкаф с пробирками.

— Это из лабораторий? — спросила Неле.

Ким пожал плечами.

— Понятия не имею, что за этой дверью.

Видимо, только теперь он понял, что раздавил стаканчик. Прицелился в мусорное ведро рядом с автоматом, но промахнулся. Поднимать не стал — просто оставил его на полу и вытер руки о брюки.

— Может, нам стоит посмотреть? — Голос Неле дрожал.

Лицо Кима исказилось от страха. Взвыла сирена. На потолке вспыхнула красная лампа.

Чёрт!

Ким стоял, вжавшись в стену, словно окаменел.

— Мы же должны что-то сделать! — крикнула Неле. — Может, им нужна помощь!

Один за другим прогремело несколько выстрелов. Неле снова вздрогнула.

— Я туда не пойду, — выдавил Ким.

Его лицо стало почти таким же белым, как стена за спиной.

Ещё один выстрел — теперь ближе. Снова крики.

— Проклятье.

Ким схватил куртку и метнулся к двери, через которую они вошли в комнату отдыха.

— Подождите! Куда вы? — крикнула Неле ему вслед.

— Куда, по-вашему? К снегоходу.

Проклятый мерзавец.

Она уставилась на дверь, за которой шум становился всё громче. Потом шагнула вперёд. Дверь открылась сама. Вой сирены ударил сильнее. В коридоре под потолком тоже вращалась красная лампа. Разглядеть Неле ничего не могла — только слышала нарастающую суматоху, крики и новые выстрелы.

И вдруг, среди этого грохота, она почувствовала за спиной чьё-то присутствие.

Ким? Вернулся?

Она обернулась — и слишком поздно заметила крупную тень.

Кто бы это ни был, он быстро подкрался сзади. Что-то твёрдое ударило её сбоку в челюсть. Боль мгновенно прошила всё тело. Перед глазами взорвался звёздный дождь. Подбородок загорелся огнём.

Оглушённая, Неле опустилась на колени. Попыталась поднять голову, но второй удар пришёлся сверху, в висок. Она рухнула на пол, и мир провалился во тьму.

За мгновение до того, как потерять сознание, она увидела, кто её ударил.

Это был не Ким…

Все новые книжки тут: Торрент-трекер и форум «NoNaMe Club»

ГЛАВА 3

Когда Неле очнулась, она всё ещё лежала на полу. В черепе глухо пульсировала боль. Твою мать! Не открывая глаз, она сначала провела языком по рту и почувствовала вкус засохшей крови. Потом осторожно шевельнула челюстью. К счастью, ничего не было сломано, но боль была адская. В виске — тоже.

Она медленно открыла глаза. С того места, где лежала, коридор был виден как на ладони. Дверь сорвало с петель. Под потолком всё ещё мигал красный аварийный свет, и сирена по-прежнему выла оглушительно.

Неле кое-как поднялась и ощупала себя. Если не считать следов от ударов, она, похоже, не пострадала.

Что здесь произошло? И кто, чёрт возьми, её вырубил? Она попыталась вспомнить, но последние секунды перед падением исчезли из памяти. От них остались только боль в челюсти и виске.

Она взглянула на наручные часы. О господи! Она пролежала без сознания чуть больше четырёх часов. По крайней мере, теперь не было слышно ни криков, ни грохота, ни выстрелов. Только ровный, пронзительный вой сирены.

Неле замешкалась — страх сидел в костях, — но потом опёрлась о стену и вышла в коридор. Первая комната слева, похоже, и в самом деле была лабораторией: компьютерные рабочие места, микроскопы, центрифуги, десятки пробирок. Стулья валялись вверх ножками, на полу лежали осколки и разбитые мониторы. Казалось, здесь бесновался безумец.

Под столом, в луже крови, лежала Дрёя рядом со своей молодой коллегой. Кто-то вскрыл им запястья вдоль, разрезав артерии. Судя по кровавым следам, они пытались ползти через комнату.

От этого зрелища у Неле перехватило горло. Но дальше было ещё хуже.

В глубине лаборатории, спиной к ней, неподвижно сидел на офисном стуле седовласый мужчина. Вероятно, тоже мёртвый. Неле повернула стул и уставилась ему в лицо. Она знала его по материалам доктора Свейи Левандовой.

Это был доктор Ронен, начальник станции. Рот у него был широко разинут, глаза смотрели в потолок. Из носа и ушей вытекла кровь.

Неле подавила рвотный позыв. Быстро вышла из лаборатории и бросилась в соседнее помещение. Молодая женщина лежала среди моря осколков и крови. Господи! Что же здесь случилось?

Она, спотыкаясь, двинулась дальше. Скёрдал, беззубый океанограф, лежал в коридоре с размозжённым черепом. На месте глаз чернели пустые провалы, словно кто-то вырвал их.

Кошмар! Она больше не хотела ничего этого видеть. Только убраться отсюда. Прочь с этой станции.

Но куда?

Неле глубоко вдохнула. Всё по порядку. Она опустилась на колени перед Скёрдалом и обыскала его куртку. Перед тем как они отправились на снегоходах, он запер базовую станцию. Связка ключей должна была быть где-то здесь.

И правда — она нашла её и забрала. На всякий случай. Потом поднялась и, чувствуя, как подкашиваются колени, побрела дальше.

В панике она заблудилась. В поисках выхода следующим ей попался медпункт — об этом говорила табличка на открытой двери. Помещение не отапливалось.

На хромированном столе лежал туго набитый чёрный мешок для трупов — размером со взрослого мужчину. Неле, не совладав с любопытством, подошла ближе. На мешке была приклеена записка.

Гуннар Эквист.

Ниже стояла сегодняшняя дата и время смерти: семь часов утра. На мгновение ей показалось, будто мешок шевельнулся. Она отпрянула, задела стеллаж и опрокинула его. Грохот утонул в вое сирены.

Паника сдавила горло. Нет. Просто обман зрения. Всего лишь вращающийся красный свет под потолком.

Она выскочила из медпункта и понеслась по коридору. Тебе нужно выбраться!

После двух поворотов она через боковую дверь снова попала в коридор, ведущий к комнате отдыха. Наконец-то. Перед ней лежала сорванная с петель дверь. Смятый картонный стаканчик всё ещё валялся возле мусорного ведра.

Неле ворвалась внутрь, сорвала с крючка перчатки и парку и побежала к выходу. Чтобы оказаться снаружи, нужно было пройти через приёмную. Здесь сирена звучала уже не так оглушительно; только аварийные лампы нервно мигали красным.

Она едва не споткнулась о человеческое тело, наполовину распростёртое на полу, наполовину ввалившееся в разбитую витрину. Неле узнала куртку.

Это Ким!

От лица почти ничего не осталось. Кто-то, должно быть, несколько раз ударил его головой о стену, а затем швырнул в витрину.

Неле нащупала пульс. Ничего. Ни на запястье, ни на сонной артерии. Она отшатнулась от мертвеца. Тошнота подступила к горлу, и она поспешно проглотила горький желчный привкус.

Хотя Ким бросился бежать сразу, как только начался хаос, до снегохода он не добрался. Ему не хватило всего нескольких метров. А теперь он был мёртв — как и все остальные на этой станции.

Почему выжила только ты? Убийца решил, что ты уже мертва, когда лежала без движения на полу?

Страшная мысль впилась в сознание. А что, если он всё ещё здесь?

Она судорожно попыталась вспомнить досье из материалов Левандовой. Думай! Она нашла тела всех членов команды. Но одного не хватало. Олофссона, станционного квантового физика. Его трупа она не видела.

Возможно, он ещё жив. Возможно, смог бы объяснить, что произошло сразу после их прибытия и пока она была без сознания. Или — что куда вероятнее — убийца и есть сам Олофссон.

Дрожащими руками она надела парку и застегнула молнию до самого горла. Оглянулась. Позади никого. Все эти мёртвые. Всё это жуткое зрелище.

Тебе нужно выбраться со станции и спуститься с плато!

Сейчас имело значение только одно: как можно быстрее найти исправную рацию и вызвать помощь. Вглубь станции она больше не сунется. Но внизу, на базовой станции, рядом с техническим помещением находилась радиорубка. По крайней мере, так говорил Скёрдал.

В крайнем случае оставались вертолёт и исследовательское судно.

Она открыла наружную дверь и уставилась в снежную круговерть. Из бухты они поднимались на двух снегоходах. Теперь остался только один. На месте второго виднелись неглубокая выемка и следы полозьев, которые уже заметало снегом.

Неле натянула перчатки и протёрла сиденье. Потом забралась на снегоход. К счастью, ключ торчал в замке. Она завела машину и нажала на газ. Облако выхлопа и рёв мотора вселили надежду: донизу она доберётся целой.

Все новые книжки тут: Торрент-трекер и форум «NoNaMe Club»

ГЛАВА 4

Уже пять минут Неле неслась вниз по склону как одержимая. При каждом толчке запястья пронзала острая боль. Встречный ветер трепал парку.

От обледенелого скального плато до уровня моря в Бухте Моржей было всего три километра. Команда, вероятно, преодолела бы это расстояние за несколько минут, но метель крепчала и отнимала видимость. Неле немного сбросила скорость.

К тому же дело шло к семнадцати часам, и уже сгущались вечерние сумерки. Она не могла разглядеть даже путь к базовой станции, отмеченный вешками, — тот самый, который запомнила по дороге на плато.

В суматохе она не посмотрела на счётчик километража, когда уезжала сверху. По расчётам, побережье давно должно было быть рядом, но ни исследовательского судна, ни вертолёта, ни станции видно не было.

И тут снегоход запутался в страховочном тросе. Трос хлестнул, сломанная пластиковая вешка просвистела у неё над головой. Мотор взревел, Неле перелетела через руль и рухнула в снег. В то же мгновение машина перевернулась и пронеслась над ней.

Инстинктивно она откатилась в сторону. Плечо пронзила резкая боль. В нескольких метрах снегоход с хрустом врезался полозьями в плотный наст.

С трудом Неле стёрла с лица холодную снежную кашу и выбралась из сугроба. Потом на четвереньках поползла к машине. Руль погнулся, гусеница ещё вращалась; вскоре мотор заглох с кашляющим звуком.

Проклятая штуковина! Кроме завывания ветра, вздымавшего вокруг неё свежий снег метровыми вихрями, не было слышно ничего. Найди конец оборванного троса. Он должен быть где-то здесь.

Неле в перчатках стала разгребать снег, добираясь до приводной гусеницы. Топливный бак лопнул сбоку. По идее, должно было пахнуть смазкой, маслом и дизелем, но беспощадный холод убивал всякое обоняние.

Вот он! Оранжевая лента намоталась на гусеницу и натянулась до предела. Неле освободила трос и пошла вдоль него к ближайшей вешке. Такие вешки были вморожены в лёд вокруг базовой станции через каждые десять метров.

Значит, бухты она уже достигла. Главный вход должен был быть совсем близко. На мгновение среди снежной пелены проступили очертания зданий, и Неле снова сориентировалась.

Недалеко от двух цилиндрических башен, теперь торчавших из белизны словно тени, стоял вертолёт. С почти полным баком. Беда была лишь в том, что Неле не умела им управлять.

Она двинулась дальше. Когда метель немного поредела, впереди показались три флага — немецкий, норвежский и шведский. Они хлопали на ветру рядом друг с другом.

Но на миг между хижинами из гофрированного железа мелькнуло что-то чужое и тут же пропало в снегу. Точно не зверь. Для зверя — слишком большое, слишком тёмное, почти чёрное. И силуэтом напоминало человека.

Боже упаси. Только бы с плато к побережью не спустилось что-нибудь такое, чему здесь не место. Пока она лежала наверху без сознания, могло случиться что угодно. Похоже, так и случилось.

Тяжело дыша, Неле пробивалась через снег к станции. Плечо всё ещё болело после падения. Над головой щёлкали флаги, ветер колол лицо, будто мелкий град.

Наконец из метели проступил главный вход. Прямо перед ним стоял второй снегоход. Неле стянула перчатку и положила ладонь на двигатель. Тот ещё хранил тепло.

Значит, кто-то, кроме неё, сумел спуститься с плато. Это мог быть только Олофссон. Входная дверь не была заперта. Она стояла чуть приоткрытой, и снег заметало в тамбур.

Войдя, Неле попыталась захлопнуть дверь за собой, но та заедала. Пришлось сначала сбить ботинками смерзшийся снег. Наконец замок щёлкнул. Она достала из кармана ключ, заперла дверь и задвинула засов.