Мощная ментальная атака тут же сковывает мои движения. Не помогла даже выставленная защита. Завалился в цех, немного пришел в себя и попятился. Зараза! Вышенцев все это время был где-то рядом и просто наблюдал за моим спектаклем со стороны. Надо же, позволил все провернуть и не вмешался. Конечно, у меня есть пара секунд, чтобы попытаться выбраться, но что-то мне подсказывает, что все пути отступления отрезаны.

С яростью загнанного зверя вскочил и помчался в другую часть цеха, по пути отталкивая рабочих и разбрасывая все, что под руку попадется. Выскочил с другой стороны и замер, потому как едва не столкнулся нос к носу с Вышенцевым и его компанией.

Четверо бойцов мгновенно направили на меня ружья, а одаренные призвали силу и приготовились ее применять.

– Браво! Браво, Андрюша! Что-то ты задержался. Широкова и напарника нашли еще два дня назад, а ты все никак не подавал весточки о себе. Я уж начал волноваться, что испугался или передумал. Долго ли с красоткой-спутницей! Умотал бы себе в Архангельск, а там хоть в Париж. Гуляли бы себе по романтическим местам, хрустели французскими булочками, но нет! Угораздило же тебя полезть к черту на рога. Ты всерьез рассчитывал на успех? Нет, парень, в эту игру могут играть двое, и за тридцать лет жизни в этом мире я разбираюсь в тонкостях дара побольше твоего.

– Как вы узнали?

– Предположим, я ждал, но не только. Предвидение. Бывало ли у тебя такое? Думаю, бывало, иначе как тебе удавалось столько раз выходить сухим из воды? Признаться, я хотел заполучить тебя, как ответ на многие вопросы, но ты стал назойливой проблемой, которую удавалось встраивать в свои планы лишь на первых порах, а потом ты стал мешать. Разоблачение Можайского и Саруханова, бойня в Питере, гибель отрекшегося в Беломорске, провал покушения на императора… А теперь ты являешься В Новгород, чтобы меня убить. Нет, мальчик, в этом мире места для нас двоих не хватит, выжить должен кто-то один.

– Я бы не отказался оказаться этим счастливчиком.

Вышенцев засмеялся и покачал головой.

– Ты ведь даже не понимаешь, что все это время тебя использовали. Сначала Драгунов увидел в тебе молодого себя и приобщал к борьбе за свои мифические принципы, затем Разумовский активно вклинился в эту игру и крутил тебя уже в своих жерновах, а как ты стал сильнее, за тебя взялся сам император, которому чудом удалось вернуться из небытия. Да, у Ивашки-дурашки дела идут совсем туго, в Империи многие ему не рады. Подельники его покойного братца были так увлечены дележкой власти, что проморгали возвращение настоящего императора, Картель изо всех сил пытается посадить на престол своего человека, а я не прочь властвовать лично, только из Новгорода.

– Что-то у вас пока слабо получается.

– Война не выигрывается за один день. Если поспешить, можно потерять все, а моя победа неизбежна. А вот ты… Увы, но ты проиграл, а неудачники долго не живут, прости.

Несколько событий произошли одновременно и слились в единый поток. Бойцы Вышенцева выстрелили синхронно, мне даже показалось, что он отдал им мысленный приказ, или управлял их сознанием, словно кукловод и вынудил их нажать на спусковой крючок. Я машинально активировал альмус, подаренный мне Полиной, и меня окутал защитный купол. Четыре выстрела здорово нарушили его оболочку, и теперь рассчитывать мне приходилось только на собственные силы. Зато живой.

Рухнул на спину, перекатился через бок и увидел, что свита Вышенцева лежала на земле в луже крови, а сам Эдуардыч улепетывал прочь. Подняться не успел, потому как серия мощных взрывов сотрясла землю и заставила меня прижаться к земле, а потом началась настоящая вакханалия. Мехи ворвались на территорию складов и сцепились с мехами мятежников, рабочие в ужасе разбегались прочь, но многих из них посекло осколками и пулями, которые то и дело свистели в воздухе.

Я же пополз обратно в цех, куда устремился Вышенцев. У него уже было предвидение, плюс ко всему, он контролировал бойцов с винтовками, значит силы у него осталось не так-то и много, а значит у меня есть шанс.

Как ни странно, Эдуардыч поднимался вверх. Неужели думал, что там его не найдут? Помчался за ним и едва не угодил в западню. Только за счет предчувствия опасности вовремя заметил растяжку, которую едва не зацепил ногой. Вот же хитрый, гад! Везде перестраховался.

Вышенцев ненадолго исчезает из поля зрения, но потом я вижу как он взбирается по лестнице. А что, если это фантом? Создаю свою копию и отправляю в погоню. Выстрел раздается прямо под крышей цеха и разносится по всей его территории. Даже удивительно как его так хорошо слышно, когда вокруг такая канонада.

Моя копия рассеивается, получая пулю. Выходит, хитрый лис где-то спрятался и поджидал меня, а фантома послал на крышу. Это напомнило бородатый анекдот, как во время войны бомбардировщик сбросил муляжи бомб на муляж аэродрома.

Так, а теперь он бежит на крышу, или это снова фантом? Неужели старик будет осторожничать? Мой фантом спокойно проходит следом за ним на крышу, но это совсем не значит, что опасность миновала. Осторожно прохожу с другой стороны транспортерной ленты к тому месту, где прятался Эдуардыч. Пусто! Зато краем глаза замечаю движение внизу пролета. Этот старый хрыч решил обвести меня вокруг пальца – пока его фантом карабкался на крышу, он бежал в подземное убежище.

Я должен успел, иначе он может исчезнуть где угодно! Кто знает, какие лабиринты выстроены под Трубичино? Может, там тоннель до самого Питера ведет.

Устроился возле лестницы и выждал, когда фигура Вышенцева мелькнет снова. Вот он! Выстрел вышел таким оглушительным, что мне заложило уши, а тело кровного врага превратилось в облачко. Снова старик пытается обвести меня вокруг пальца!

Тут же я почувствовал как мой фантом, отправленный в погоню, растаял в воздухе. Та-ак, теперь я точно знаю где ты. Осторожно выбираюсь на крышу и вижу Вышенцева, стоящим у края крыши.

– А ты сообразительный малый, – он ухмыляется и взлетает в воздух.

Меня сковывает судорога из-за ментального удара, падаю на крышу и безвольно смотрю, как Эдуардыч медленно исчезает вдалеке. Вытягиваю руку и стреляю, но оба раза промахиваюсь, а потом патроны кончаются. А если попробовать ментальной атакой? Удар, еще удар! Да, Вышенцев без труда отбивает мои удары, но я даже не рассчитывал его пробить. Он расходует энергию на ментальные барьеры, а значит, что летать ему остается недолго. Кажется, он это понимает и начинает снижаться, вот только я наращиваю темп и за следующие атаки выбрасываю всю энергию без остатка.

Ректор взмахивает руками, словно пытается ухватиться за воздух, и падает на землю. Высота не особо большая, метров пять, но ему хватило. Стою на краю крыши и смотрю на тело Вышенцева, от которого в сторону расползается темно-красное пятно крови. В этот раз я его переиграл.

Свист пролетевшей мимо пули быстро привел меня в чувство. Пусть Эдуардыч и склеил ласты, но бой на складах еще продолжается, а я стою тут как на ладони. Лег на крышу и пополз вниз к лестнице. Пули еще несколько раз прошили металлические листы поблизости и затихли.

Итак, что мы имеем? Куча мехов и бойцов ворвались на склады. Понятия не имею как им удалось пройти незамеченными, но это так. На предательство не похоже, поэтому я склоняюсь к тому, что это либо люди Картели, и тогда мои проблемы не заканчиваются, либо это люди императора. В таком случае, мне нужно лежать тихонечко и не отсвечивать, пока все не закончится.

Положил руку на талисман Полины и невольно одернул ее. Горячий, значит в ближайшее время на помощь альмуса рассчитывать не придется. Нет, лежать тут и ждать, когда победители начнут зачистку, я не собираюсь. Тем более, еще неизвестно кто победит. Если люди Вышенцева возьмут верх, толпа без предводителя выйдет из-под контроля и может сотворить что угодно.

Вернуться обратно в цех не решился – как оказалось, лестница на крышу отлично простреливалась, а быть движущейся мишенью совсем не хотелось. Пришлось лежать на крыше и нежиться на теплом солнышке. Благо, на носу лето, и солнце припекает.

– Андрей! Архипов!

Кто это там орет? Они серьезно рассчитывают, что я просто так высунусь из укрытия и дам себя пристрелить? Хотя, голос-то знакомый. Нет, чтобы создать фантома и обмануть зрение, я могу поверить, но чтобы слух… Под контроль меня никто не брал, да и если бы взяли, зачем тогда такие уловки?

– Здесь я!

– Где «здесь»! – тут же прилетел вопрос.

Осторожно высунулся из-за края и тут же спрятался обратно. Блин, точно Степаныч! А рядом стоит Долматов в полном обмундировании и еще трое одаренных. Беспокойно озираются по сторонам, готовые действовать в любой момент.

– Андрюха, тут наши ребята интересуются, это ты на крыше возлегаешь, или кто из людей Вышенцева?

Во как, засекли уже. Посмотрел на крышу соседнего склада и увидел в разных частях цеха двоих стрелков, которые залегли на позиции. Помахал им рукой и ответил Драгунову:

– Предположим, что я.

– Слезай, дело есть!

Через пару минут спустился вниз и вышел к Степанычу.

– Твоя работа? – профессор кивнул в сторону тела Вышенцева.

– Нет, конечно! Я здесь совсем не причем, он все сам. Я лишь помог немножко.

Долматов хмыкнул и пробормотал что-то в стиле: «Моя школа!».

– А вы-то как сюда попали?

– Так в этом и был весь смысл, – глаза Драгунова загорелись. – Понимаешь, ты с отрядом взял на себя роль главной угрозы и позволил Вышенцеву чувствовать, что все под контролем. Что ни говори, а противостоять всем и сразу очень непросто. Как оказалось, у Олега даже в вашем отряде были свои люди, и он знал о вашем походе буквально по шагам. Мы дали ему ложное чувство спокойствия, а сами тем временем формировали штурмовую бригаду. Вон, Евгений Викторович первым вызвался, когда набирали людей.

Долматов кивнул, но тут же повернулся к своим людям – псионику в отряде что-то передали, и он поспешил оповестить об этом командира.

–А как вам удалось пробраться сюда? Еще и мехов притащили. Такой большой отряд не так-то и просто скрыть.

– А это уже военная тайна, но тебе я открою секрет. Мне здорово помог Юра Делягин. Добрались до Ладожского озера, а потом добрались по реке почти до самого Новгорода и высадились в получасе отсюда. Все происходило в строжайшем секрете, и никто не знал о том, что мы ударим. А ты сам посмотри – вторая механизированная рота в полном составе – десять мехов, а сними еще полсотни ребят из княжеской гвардии.

– Все равно не понимаю как вас не заметили. Тот же Вышенцев…

– А что Вышенцев? Предвидение он истратил, когда увидел твою засаду, а два раза подряд предвидение даже у светочей редко когда срабатывает. Ну а на счет остальных сил… Да, потрепали нас знатно, но главная удача в эффекте неожиданности. Мы тут такую панику устроили, что половина бежала куда глаза глядят. Обидно только, что некоторые окопались и дорого продали свои жизни, но об этом не сейчас. Идем, нужно поболтать с глазу на глаз, пока не прибыло руководство операцией.

– Степаныч, я думал, ты здесь главный!

– Конкретно штурмом командовал я, а вот все остальное… В общем, поговорим в тихом месте, а потом наши дорожки разойдутся. И да, мы тебя здесь не видели. Ребята все как один подтвердят, что не было никакого Архипова. Может, ты вообще погиб от рук Вышенцева?

Вот так приехали! Я тут уже расхрабрился и готов был считать себя едва ли не героем, а меня лишили триумфа. Может, надо было и не соваться никуда? Пусть бы сами бились лбом о ворота склада и пытались выкосить превосходящую числом охрану Эдуардыча? Думаю, ничего бы у них не получилось. Правда, не совсем понятно почему это дело доверили Степанычу, да еще и смоленских ребят сюда притащили. У императора своих людей нет?

Я коротко пересказал Степанычу события последней недели, начиная от разоблачения плана Меркулова и заканчивая событиями на складах в Трубичино. Старик не перебивал, и лишь изредка кивал головой, слушая рассказ. И только когда я закончил, кашлянул и выдал:

– Видишь ли, Андрюха, какая вышла вещь. Позиции императора сейчас действительно слабы, поэтому он боится спорных решений. А оставить без наказания убийство своего же подчиненного значит поставить под удар свои позиции в отделе дознания. Их поддержку Иван Седьмой терять никак не хочет. Изначально ведь какая была задумка – выставит Конюхова предателем, а тебя героем, который помог разоблачить его, Меркулова и Саруханова, а заодно помог устранить Вышенцева. Вот только ситуация сложилась таким образом, что люди видели как ты пытался выстрелить в императора, а то, что это был фантом – никто не видел. Да и с Конюховым вышло нехорошо, слишком много свидетелей.

– Ну, извините! Более подходящего момента не подвернулось, а у них ведь как – сначала мозги наизнанку вывернут, а потом разберутся! – злость закипала во мне, потому как вместо благодарности я получил очередную проблему.

– Вот что! Ты не кипятись, а думай головой. Вернешься по-тихому в Смоленск своим ходом, благо, парень ты смышленый, справишься. Там потолкуем. От князя получишь благодарность, закончишь свои дела, а там придумаем как быть. Да, и вот еще, возьми!

Степаныч протянул мне рюкзак, который наверняка был доверху набит полезностями.

– Спасибо, сам разберусь!

– Андрей, не дури. Ты прекрасно понимаешь, что мы с ребятами делаем все возможное.

Я кивнул, молча забрал рюкзак и направился на выход со складов. Все, к чему я стремился, пошло прахом. Меня просто выбросили, как нашкодившую собачонку. Пусть даже не рассчитывают, что я приду на помощь, если понадобится.

С Трубичино выбрался без проблем. Ребята не стали мне препятствовать. Как бы ни было опасно, все-таки заглянул в Новгород и наведался к Матрёне. Валя уже встала на ноги, и собиралась в скором времени попрощаться со знахаркой. Переночевал у Матрёны, оставил ей половину продуктов из рюкзака и налегке продолжил путь. Драгунов запихнул еще двести рублей мелкими деньгами, что несказанно радовало – свои я как-то растратил, а снять со счета в хранилище банально нет возможности.

До Смоленска добирался неделю. В академию, конечно же, не пошел, у князя не появлялся. Немного подумав, решил не соваться в поместье Масловых. Там тоже могут ждать. Вместо этого решил заглянуть к Фрязину. Его родственники вряд ли бросятся закладывать меня при первой же возможности, а ждать меня у родителей Луки вряд ли будут. Не настолько уж я опасная личность, чтобы рассылать агентов по всем друзьям.

Конечно, думал над тем, чтобы заглянуть к Бурову, но решил не рисковать. В последнее время даже не знаю кому из аристократов можно доверять, а Матвеев… я даже не знаю где он живет. Благо, Фрязины в Смоленске всего одни.

Лука встретил меня тепло, сразу накрыл на стол, а потом мы устроились в беседке во дворе.

– Андрюх, слушай, мы ведь женимся с Катей! Свадьбу на август запланировали.

– Поздравляю!

– Будешь? Я всех ребят из нашей первой группы позвал. Ну и Терехова, конечно.

– Понимаешь, Лука, тут сложная ситуация. Ничего тебе обещать не могу.

– Угу, ну, ясно, – пробормотал Фрязин и скрылся за газетой. – О! Смотри-ка кто стал главой сейма в Польше!

Лука протянул мне газету, и я увидел Руднянского, сжимавшего в руке флаг. Надо же, какие люди прорвались во власть. Кажется, Картели больше нечего делать в Польше. Правда, если нынешний глава сейма продержится в кресле достаточно долго, чтобы выдворить торгашей со всех злачных и руководящих мест.

– Лука, слушай, а газету ведь все читают, верно?

– Ну, еще бы… – тут же смутился парень.

– Ясно, спасибо! – поднялся с места с интересными идеями.

– Андрюх, ты куда? Сейчас же чай принесут.

– Спасибо, я в другой раз. У меня тут одна идея появилась.

– Да брось ты все эти идеи, посиди! Когда еще вот так поболтаем по душам? В академию, я так понял, ты не сильно торопишься.

– Позже, дружище, есть одно важное дело.

– Погоди! – Лука бросился вслед за мной, а я почувствовал как по спине пробежал холодок.

Это что сейчас было? Если это была не ментальная аура, то я сухая колючка, растущая на городской свалке. Замер, а потом, когда Лука подбежал, резко развернулся и врезал ему под дых. Парень упал на копчик и принялся глотать воздух, а я сел рядом, положил руку на лоб и посмотрел ему в глаза.

Тут же появилось видение как несколько человек в форме имперской гвардии стоят в кабинете академии, а один из них расхаживает и что-то рассказывает группе студентов. Здесь Буров, Фрязин, Матвеев, Полина, Катя, Булычев, Долин, Терехов и даже Амалия. Одним словом, все, с кем из студентов я, так или иначе, тесно общался. Увы, я не мог слышать что говорил этот страж, но этого и не требовалось, я уже все отлично понял.

– Анд-дрюх, прос-сти, – Фрязин стучал зубами и дрожал то ли от страха, то ли после моего ментального воздействия.

– Ладно, не переживай. Они уже знают?

Лука перевел на меня взгляд, в котором чувствовалась вина. Ясно, может не отвечать, я и так вижу, что знают. Поместье Фрязиных покидал в спешке. Обошел дом и направился прямиком к воротам. Слугу, который преградил мне путь, просто снес ментальной атакой. Парень повалился на землю и бился в судорогах. Живой, просто на людей без дара способности действуют куда сильнее.

Промчался буквально несколько дворов, когда за спиной услышал звук мотора и скрежет шин. Ага, примчались, вот только меня уже здесь нет. Действительно, зачем держать засады и занимать десятки людей, если можно запугать людей и заставить их шпионить в свою пользу. А если учесть, что это люди императора, они могли наобещать все девять кругов ада всему роду, если откажешься сотрудничать. Нет, Фрязин все равно сволота, и подарок на свадьбу от меня точно не получит, но я его понимаю.

Видимо, смерть Конюхова не дает покоя императорским ищейкам. Ну, пусть попытаются оцепить город и взять меня.