Убрать на кухне мне помог Стас. Он кидал на меня укоризненные взгляды, сопел, но молчал. Наконец последняя чашка заняла свое место в шкафчике, я вытерла руки полотенцем и села на край подоконника. Странное чувство пустоты окружило меня. Я больше не хозяйка в этом доме, можно практически ничего не делать. Это так странно и непривычно.

Я не буду наглаживать рубашки мужа, не буду начищать до блеска его ботинки ручной работы из тонкой кожи, не буду таскать в чистку навороченные костюмы. Мне не надо ждать его к ужину. Достаточно покормить сыновей и самой поесть. Мои семейные обязанности теперь сведены до минимума. Я не стану больше до фанатизма убираться в квартире, не буду намывать окна, протирать пыль, чистить кафель. Только необходимая уборка и все.

Наше семейное гнездо стало общагой. Осталось составить график уборки мест общего пользования и повесить его в коридоре. Где-то в глубине души еще теплилась надежда, что Антон одумается, вернется, попросит прощения. И я его прощу. Не сразу, но прощу. Ведь столько лет любила его. И все вернется на круги своя.

— Мама, — Стас осторожно коснулся моего плеча, — пойдем, погуляем?

— Куда? Зачем? — не поняла я.

— Просто погуляем, как раньше, когда мы с Игорем были маленькими. Зайдем в городской парк, сходим в кино. Кажется, сейчас идет какой-то новый вполне приличный детектив. Ты же их любишь.

— У меня сейчас свой детектив, — вздохнула я. — Не хочется никуда идти. Я ужасно выгляжу и ужасно себя чувствую.

— Ты всегда прекрасно выглядишь. И тебе просто необходимо развеяться и отвлечься.

— Я правда, неплохо выгляжу? — пытливо посмотрела на сына.

— Для меня ты самая красивая женщина, — улыбнулся он в ответ. — Но у тебя немного усталый вид.

— Замученный, ты хотел сказать? — нервно рассмеялась я.

— Ну, есть такое. Совсем немного и это легко исправить, — оживился Стас. — Нравится нам или нет, но наша жизнь поменялась. И тебе придется тоже поменяться. Раз у тебя начинается новая жизнь, первое, что сделаем, накупим тебе модной одежды и сменим прическу.

— Нет, я не хочу, — замотала я головой. — Меня все устраивает.

— А меня нет. Ты разучилась себя любить, разучилась жить в свое удовольствие. Будем это исправлять. И не пытайся возражать, — поднял указательный палец вверх Стас. — Ты меня не переубедишь. Сама таким воспитала. Настырным и упрямым.

Мне стало грустно. Старший сын вырос настоящим мужчиной. А Игорь сейчас на перепутье. Мне не нравилось, что Антон во главу угла общения с ним поставил деньги. После того как бизнес мужа стал стабильно развиваться, Антон сильно изменился. Я не говорю уже о том, что он завел себе любовницу. Он стал внушать Игорю, что все проблемы можно решить с помощью денег.

Сколько я не пыталась достучаться до мужа, запретить ему баловать Игоря, он только отмахивался от меня. Конечно, проще пополнить карту сына, чем поговорить с ним и объяснить, что хорошо, а что плохо. Сейчас Игорю как никогда нужен заботливый и понимающий отец, а не денежный мешок с неограниченным кредитом.

— Да перестань ты думать об отце, — положил мне на плечо руку Стас.

— Я не о нем, я об Игоре думаю. Если он останется с отцом, даже не знаю, как я это переживу. И как мне с ним общаться? Для Игоря я не авторитет, ты сам слышал. Клуша, и все. А на отца он готов молиться. Когда я упустила Игоря, что сделала не так?

— Все ты так делала, мама, — Стас накинул мне на плечи кардиган. — Я в его возрасте тоже был тот еще придурок.

— Ты всегда был серьезным, — я взъерошила темные волосы сына.

— Ты просто забыла, — рассмеялся он. — Помнишь, как я едва не бросил гимназию и чуть не сбежать из дома с Катькой? Вот дураки были! Она узнала про кастинг моделей в Москве, а я был по уши влюблен и готов был тащиться за ней куда угодно.

— Точно, — вспомнила я. — А когда ты узнал, что она встречается еще и с твоим другом Максом резко передумал ехать в Москву.

— Кстати, моделью она все-таки стала, правда живет и работает тут, в Златогорске, — заметил Стас. — Она часто приезжает в Питер, мы с ней отлично общаемся. Так что не переживай за Игоря — перебесится. Я с ним поговорю.

— Только не дави на него. Он очень вспыльчивый, взрывается как порох. И стал жутко язвительным.

— Разберемся, — широко улыбнулся Стас. — Ты пытаешься все держать под контролем. Не надо, не загоняйся по ерунде. Я вырос, крепко стою на ногах и могу решить некоторые твои проблемы. Не все, но многие. Для начала найдем тебе достойного стилиста. Я позвоню Кате, она наверняка посоветует кого-то подходящего. А пока просто погуляем и подумаем, чем тебе теперь заняться, раз у тебя появилось много свободного времени. Сейчас столько возможностей. Ты когда на фитнесе была последний раз?

— Даже не спрашивай, — невольно улыбнулась я. — Лет десять назад.

— Значит, надо возобновить занятия. Это полезно для здоровья. Еще тебе можно заняться танцами — танго, латина… — Стас закатил глаза к потолку. — В танцах я не силен. Можно что-то современное, или испанское, где громко стучат ногами как лошади и щелкают кастаньетами.

— Это называется фламенко, — я ткнула пальцем в лоб сына.

— Точно, — щелкнул пальцами Стас. — Именно, фламенко! Нормально смотрится. И партнер не нужен.

— Да, последнее, что мне сейчас нужно это партнер по танцам, — неожиданно я развеселилась. — Нет, фламенко точно не мое. Не хочу топать и пламенно зыркать глазами по сторонам.

— Ладно, — не стал возражать сын. — Найдем другие варианты. Но от фламенко совсем отказываться не стоит. Мне кажется, женщины идут туда, чтобы обрести уверенность в себе.

— И затоптать мужчин, причем всех поголовно. Подумаю, — кивнула в ответ. — Там костюмы яркие, оборки, алые цветы в волосах. Не танец, а праздник. Но уж очень шумный. Я всегда мечтала рисовать, — вдруг осенило меня. — Говорят, рисование успокаивает и отвлекает.

— Отличная идея! — поддержал сын. — Найдем уютную студию, выберешь удобное для тебя время. И будешь ты писать пейзажи, натюрморты, портреты. Все что пожелаешь. А пока просто погуляем, иди, одевайся, как будешь готова, я вызову такси.

Собралась я быстро, чуть тронула губы помадой, немного подумала и прыснула на запястья парфюм, подаренный Антоном на мой день рождения. Приятный ненавязчивый запах. Пожалуй, даже слишком ненавязчивый — никакой. Мне всегда нравились терпкие ароматы, с нотками хвои, запахом морского бриза и еловой смолы. А этот нежный, подходящий для юной девушки. Интересно, Антон, когда выбирал его, хотя бы понюхал, подумал обо мне? Хотя какая теперь разница?

— Да, мама, — окинул меня взглядом сын, — надо срочно что-то с тобой делать. Ты до неприличия скромно выглядишь. Одета добротно, но без шика, без изюминки.

— Ты меня обрадовал, значит, еще не все потеряно, — мнение Стаса мне важно. Спроси я у Игоря, как выгляжу, он в лучшем случае буркнет: «Нормально».

— Конечно нет, — обнял меня за плечи сын. — Это все поправимо.

Он сунул мне в руки сумку и вызвал такси. Мы поехали в торговый центр «Сапфир» — настоящий торговый город в городе, со своими кинотеатрами, ресторанами, кафе, центрами развлечений на любой вкус и даже парком экзотических растений под огромным стеклянным куполом.

Я нечасто посещала это место. Во-первых, расположен он довольно далеко от центра — в новом жилом районе. Во-вторых, я не любительница шопинга и праздного шатания по магазинам.

Торговый центр «Сапфир» напоминал мне огромный римский театр. Сюда люди приходили не столько ради покупок, сколько себя показать, других посмотреть, посидеть в модном кафе, зайти в дорогой ресторан. Место отдыха снобов и языческий храм поклонения божеству тщеславия, праздности и самолюбования. Хотя, я слишком строго стала судить людей. Каждый развлекается как ему нравится и ничего плохого в этом нет.

Удивительно, но сегодня меня раздражали люди. Никогда не замечала за собой такого. Я взялась судить окружающих только потому, что моя жизнь рухнула и я обозлилась на весь мир. Торговый центр вовсе не храм коварного божества. Это всего лишь место, где люди отдыхают и радуются жизни. А я зациклилась на предательстве Антона и начинаю ненавидеть всех и вся.

Стас провел меня по магазинам, заставил перемерить массу одежды, купил элегантный брючный костюм и туфли к нему. Выбрал подходящую сумку.

— С Катей созвонюсь вечером, найдем тебе стилиста и завтра же пойдем к нему. А сейчас приглашаю тебя в ресторан.

Я взвесила в руке крафтовый пакет с широкими шелковыми ручками-ленточками. Давно я не радовала себя подобным образом. Одежду покупала, не задумываясь об удовольствии. Выбирала что-то похожее на то, что уже имелось в гардеробе. Какое может быть удовольствие от покупок одежды? Сейчас элегантный пакет радовал душу. Неужели так мало надо женщине для полного счастья?

От ресторана я решительно отказалась — Стас и так серьезно потратился на меня.

— Не до ресторанов мне сейчас, — я с удовольствием покачала пакетом. — Пойдем домой, так и поедим.

Домой. Странно, что ставшую мне чужой квартиру я все еще считаю своим домом. Возвращаться туда совершенно не хотелось. Хорошо, что Антон появится только в понедельник. Даже не знаю, как с ним общаться после всего.

Антон будет мрачным и недовольным. Особенно когда поймет, что я из квартиры никуда не уйду. Скандалов и склок не избежать. Но мне придется пройти через это. Ничего, переживу.

И если настроение Антона меня просто злило и раздражало, то за Игоря я переживала не на шутку. Не могу я позволить сыну наделать глупостей, о которых он потом горько пожалеет. Не могу позволить ему жить с отцом, который все проблемы Игоря будет решать деньгами. Он не воспитывает сына, а откупается от него.

Я и не заметила, как мы вошли в ресторан.

— Мы же хотели домой, — напомнила сыну, оглядываясь по сторонам.

— Дом никуда не денется, — Стас взял меня за руку. — Сегодня мы отметим начало твоего превращения из домохозяйки в независимую женщину. И по этому поводу обязательно выпьем по бокалу шампанского!