— Стой на месте и не двигайся! — закричал я. Мои слова были обращены не к студню, а к Седовой, но к моему удивлению малый элементаль послушался и на пару мгновений замер. Что ещё более удивительно, Ярина также послушалась моего приказа. — А закрыть глаза хотя бы можно? — прошептала Седова, когда студень принялся пожирать тело Эрика. — Есть более уместная идея. Сможешь призвать стену воды? — Это которая начинается от самой земли и тянется вверх? — Да, насколько хватит сил. — Ну, мне нужно двигать руками, чтобы создать правильную форму, иначе никак… — Действуй! — студень как раз втягивал в себя огромное тело, и ему было явно не до нас. Девушка открыла глаза и охнула, а потом принялась работать над заклинанием. Капельки воды срывались с ее ладоней, кружились вокруг запястий, а Ярина продолжала размахивать руками, словно ткала в воздухе покрывало из капелек росы. Слишком мало! Такую стену и я мог бы повредить, что уже говорить о студне, который снесёт её без проблем? Единственный шанс — выиграть немного времени и укрепить стену, а это значит, что придётся привлечь внимание малого элементаля на себя. Я отбежал подальше от студня и краем глаза отметил, что дикие не торопились приближаться к нам, опасаясь своего переменчивого союзника. Они предпочитали разбираться с остатками отряда, который оказался зажат с трёх сторон: между двумя горными массивами и порождением льда. Студень как раз закончил трапезу и уставился на стену, которую ткала из капелек воды Ярина. — Эй, ледышка, ты не замёрз? Может, тебя немного согреть? Я выпустил в студня сноп искр, который с шипением вонзился в его ледяной панцирь, оставляя глубокие проталины. В принципе, есть небольшой шанс пробить его защиту, но на это уйдёт много времени и сил, а ни того, ни другого у меня нет. Слишком рискованный план, поэтому я пытался попросту отвлекать тварь, пока Ярина была занята возведением стены. Волна пламени в этой ситуации была неэффективна — слишком много энергии уйдёт на создание этого умения, а вреда оно причинит самую малость. Просто оплавит поверхность элементаля. Нет, искры в этой ситуации куда эффективнее: жалят больно, тратят совсем немного энергии, раззадоривают ледяного гиганта и отвлекают его внимание на меня. В какой-то момент я понял что немного переборщил, потому как студень повернулся ко мне и собрался атаковать. — Готово! — Седова вытянула руки, выставив ладони вперед, и капельки воды мгновенно сформировали нужную форму, а количество воды резко увеличилось. Прямо перед нами выросла высокая стена из воды высотой выше моего роста. По ту сторону стены донеслось сдавленное мычание, а потом вода стала замерзать прямо на глазах. Конечно, можно было стоять и любоваться этим зрелищем, но жить хотелось куда больше, поэтому я схватил Ярину за руку и потащил в сторону. Всего за пару мгновений водяная стена превратилась в лёд, а потом разлетелась на куски от мощного удара студня. Один из кусков льда пролетел над моей головой, со свистом рассекая воздух. — Искры и пепел! — выпалил я и направил волну огня куда-то за спину. Сейчас, находясь лишь на третьем круге владения силой, нечего и думать, чтобы победить студня в одиночку. Чудо, что мне удалось победить элементаля огня. Хотя, с родной стихией справляться проще. Можно было бы попросить Седову хотя бы попытаться укротить этого монстра, но слишком опасно. Девушка и так вся белая от страха, особенно после того, как эта тварь целиком сожрала Эрика. Боюсь, в какой-то момент она не выдержит и даст слабину. Да и дикие не станут ждать, пока мы прикончим их союзника. Не стоит забывать, что бой ещё идёт, пусть и далеко. Мы поднимались вверх по скале, надеясь, что такой массивной твари будет сложно гнаться за нами, но чудовище почти не отставало. — Постой! — девушка остановилась, чтобы сотворить очередное заклинание, но я схватил Ярину за руку и потащил в сторону, чтобы она не наделала глупостей. — В чём дело? — Это хлодень, опасная тварь. — Что еще за хлодень? Впервые слышу о таких. — Так их называют дикие. В Радии они известны как студни. Не знаю, слышала ли ты о таких… — Это тот самый студень? — глаза девушки широко раскрылись от страха и удивления. — Дедушка рассказывал мне об этих существах. Правда, что они могут замораживать одним взглядом? — Ага, а ещё выпускают из носа ядовитый пар и оглушают своим храпом всех, кому не повезёт прикорнуть поблизости, — я не удержался, чтобы не отпустить шутку, но Седова лишь нахмурилась. — Ладно, извини. То, что ты слышала об этих созданиях — уже достижение. Они водятся только в тех землях, где всегда лежит снег. Даже в Норстейне их можно встретить только на северных границах. И нет, взглядом заморозить они не могут, но вот прикасаться к ним нельзя, иначе тут же примёрзнешь, а потом эти твари медленно поглотят тебя, замораживая по частичкам. Ну, ты сама видела что случилось с Эриком. Отвратительная смерть, честно говоря. — Опять твои нелепые шутки? — К сожалению, в этот раз — нет. — Откуда ты всё это знаешь? — У меня есть свои источники, — отмахнулся я. — Снова Орм? — В точку! — я старался меньше говорить, потому как от карабканья по горе сбилось дыхание. — Ладно, знаток, и как нам уйти от этого существа? Желательно живыми. — Оно медленно двигается, но если доползёт… И да, у него нет глаз, но оно чувствует твои шаги. Было бы лучше левитировать. — Будут ещё советы? Желательно из выполнимых, — на этот раз уже Ярина решила сострить. — Да, слушай мой план. Мы поднимались всё выше, а по пути я коротко изложил свои мысли по поводу борьбы с чудовищем, но Ярина идею не оценила. — А почему бы нам просто не пробежать мимо? Ты же сам сказал, что он медленно двигается. — Да, но он выпускает облако пара, которое может заморозить. Именно поэтому я просил тебя создать стену из воды, чтобы он не превратил нас в ледышки. — Ты от меня что-то скрываешь, — Ярина нахмурилась, а это не предвещало ничего хорошего. — С чего ты взяла? — Ты так и не сказал откуда тебе известно столько всего. Я кое-что узнавала о тебе в замке. Хорошо, о студнях тебе мог рассказать твой наставник-северянин, но то, что ты делал в замке и как сражался в лагере… Эти знания доступны далеко не каждому. — Сложно объяснить. Я искренне хотел рассказать девушке как все обстоит на самом деле, но это слишком опасно, да и она всё равно не поверит. Ну, кто в своем уме поверит, что спустя пятнадцать лет один из девяти Стражей переродился в теле разбившегося парня? Да и не стоит выдавать себя. Не сейчас, когда я ещё не набрал достаточно силы, чтобы заявить о себе и сражаться на равных с сильнейшими мира. — И всё же! — я уже понял, что Ярина от своего не отступится. — Мне иногда кажется, что я живу совсем другую жизнь. Словно я уже жил здесь и знал куда больше, — попытался я на ходу придумать вразумительную историю, но пока получалось неважно. — Сосуд! — воскликнула девушка, на мгновение даже позабыв о студне, который не отставал. — Точно! Почему я сразу не догадалась? Ты — сосуд? — Вообще-то звучит обидно. — Да нет же, — глаза Ярины засветились, словно она раскрыла одну из величайших тайн, до которых никто ранее не догадался. — Твоё тело — вместилище другой сущности. Скажи, с тобой не происходило ничего необычного, скажем, в последние месяцы? — Со мной произошло много всего необычного. Раскрылся дар, я оказался не сиротой, а наследником замка и будущим главой рода Крыловых, ну а потом твоё появление, Надзор, лагерь для одарённых и вот, мы на севере. — Любопытно. Нет, после битвы у Кипучей горы я могла бы подумать, что в твоё тело вселилась сущность какого-то сильного одарённого, но сейчас… Не припомню, чтобы кто-то из сильных погиб. Конечно, я не могу знать за весь мир… Кстати, а ты не помнишь как тебя звали раньше? — Сколько себя помню, меня звали Аристарх. — Понятно-понятно, — интерес девушки тут же охладел. Похоже, она решила, что дух одного из Стражей, погибших пятнадцать лет назад, здесь ни при чём. — Кстати, где остальные? — Герда повела их далеко вперед. Степану нужна срочная помощь, да и наш Лапин сильно пострадал. Я сказала, что мы догоним их позже. — Хорошо, сейчас избавимся от этой зверушки, а потом найдём остальных. Шум битвы понемногу затихал вдалеке, а мы не оставляли попыток оторваться от преследования назойливой твари. Похоже, она решила во что бы то ни стало догнать нас. За это время я уже успел убедиться, что рассказы Храра о неповоротливости студней не соответствуют действительности. — Глупые кочки! Седова зацепилась за камень и рухнула на землю. Я спустился к ней и помог подняться, но в это время почувствовал холод. Тварь воспользовалась шансом и настигла нас. — Получи, ледышка! — я направил сгусток огня прямо в пасть твари, и она протяжно завыла от боли, но только больше разъярилась и с новыми силами бросилась на нас. — Давай ещё! — Ярина ударила струей воды под лапы твари, чтобы они примерзли к земле, но студень смог раскрошить лед и высвободиться. Это лишь на пару мгновений замедлило его, но не остановило. Последнее, что я успел сделать перед тем, как тварь набросилась на нас — спрятать девушку за собой и активировать огненный щит. Кожу обожгло языками пламени, а фигура студня исчезла за огненной преградой. — Выручай, Пламя! — прошептал я, когда огромная пасть студня направилась ко мне. Одной рукой я поддерживал щит, а второй призвал новую волну огня и обрушил её туда, где должен был находиться ледяной гигант. Жуткая боль пронзила руку, когда студень коснулся её своими клыками. И ведь даже аура не помогла! — Получи! — тварь ослабила хватку и отшатнулась в сторону, когда я направил огненный щит прямо в лицо твари. Воспользовавшись небольшой передышкой, я отполз в сторону и понял, что мы в ловушке. Ярина прижалась спиной к отвесной скале и со страхом наблюдала за раненой тварью. Идти было некуда. Студень обезумел от боли и бросился вперёд. Его морозное дыхание направилось в нашу сторону, а Ярина невольно зажмурилась и прижалась ко мне. Я обнял ее и прикрыл собой, хоть это и не особо спасало. Силы уже не осталось, как и шансов выжить. Мощный вихрь пролетел прямо перед нами и унес в сторону морозное облако. — Герда! — воскликнул я, заметив нашу спасительницу. Девушка стояла на уступе и спускала нам верёвку. — Давайте сюда! Так высоко эта тварь точно не заберется. Мы вскарабкались на вершину крутого подъёма и уже с расстояния смогли рассмотреть студня. Чудовище беспомощно тыкалось в скалу, но найти путь никак не могло, а сзади по горе уже карабкались дикие. Их было всего человек семь, но ничего хорошего это нам все равно не предвещало. Я уже собрался выпустить в них волну огня, но Герда меня остановила. — Не торопись. Они не смогут пройти здесь из-за твари, а обход займёт много времени. — Вообще-то они наши враги. Всего несколько минут назад они пытались нас убить. — Они не знали, что мы — враги тронгов. А значит, их друзья. — Друзья диких? — ухмыльнулась Ярина. — В пасть студню таких друзей. Нет у них ни друзей, ни союзников — они сами себе на уме. Внизу послышались крики. Видимо, обезумевший от боли студень вымещал свою злобу на всех, кто попадался у него на пути, и набросился на своих недавних союзников. — Уходим! — скомандовала Герда. Девушка вырвалась немного вперёд, избегая вопросов. Идти за ней приходилось очень осторожно, чтобы не подвернуть ноги. Понемногу боль в руке только нарастала, а я чувствовал, как она немеет. Уже сейчас мне не удавалось шевелить ей. Кожа была холодной и бледной, будто кровь туда совершенно не поступала. — Погоди, как только выберемся отсюда, займемся твоей рукой, — успокоила меня Ярина. — Да, если успеем. Идти пришлось ещё несколько минут, которые показались вечностью. Еще с горы я заметил вдалеке ребят, которые собрались на поросшей мхом поляне. Двое ребят лежали, ещё трое возились возле них. — Скорее, возможно, кому-то нужна наша помощь! — произнесла Герда. Андрей и Емельян обернулись, когда мы приблизились к ним. — Что с Семёном и Степаном? — Стёпка умер, — отозвался Холмович. — Его убили дикие, а я вынес из боя его бездыханное тело. — А Лапин? — А вот Семёну можно помочь, но его коснулось ледяное дыхание той твари, и я не знаю что можно сделать. Ты заклинатель огня, попробуй согреть его и отогнать лёд. — Кто бы меня самого отогрел, — произнёс я, покосившись на немеющую руку, плетью свисавшую вдоль тела. — Я знаю что делать, — Герда вышла вперёд и склонилась над Семёном. — Не торопись! — Седова остановила ее. — Откуда мы знаем, что тебе можно доверять? — Ярина, перестань! — я одёрнул девушку. — Герда помогла выбраться из засады и спасла нас с тобой от студня. Или ты уже забыла? — Не забыла, но пусть ответит почему в ущелье нас ждала засада и откуда ей известно как бороться с ранами, оставленными студнями? — Если быть честной, я знала, что там будет засада, — призналась Герда. — Нет, подождите, я не желала вам зла. Жители Ледяного ущелья давно бьются плечом к плечу с дикими, только благодаря этому нам удалось выстоять, когда Норстейн предал нас и не пришёл на помощь. Вот оно что! Теперь мне понятна причина такой нелюбви к Йорхаймам. Те просто не пришли на выручку, хотя обещали. А заодно я понял почему Герда добровольно отправилась в лагерь. Она — разведчик диких в стане врага. — Каждый месяц с небольшим на север приходят новые подкрепления, и нам приходится отбиваться от наседающих одарённых и воинов. Раньше тронги думали, что это те люди, которые служат тронгам, но оказалось совсем иначе. Я узнала, что сюда отправляют тех, кто не покорился воле чужаков, как мы. За время в лагере мы сдружились, и я узнала кто чего стоит. Я вижу, что вы можете стать нашими союзниками, и мы можем вместе драться против общего врага! — А вот это большой вопрос, — Ярина скрестила руки на груди и насупилась. — Я понимаю, вы можете мне не верить, но я сделала всё, чтобы спасти именно ваши четвёрки. Мои попытки стать проводником не увенчались успехом, Никанор мне не поверил. Именно поэтому я провоцировала Йорхайма, чтобы учитель поставил нас во главу отряда. Только двигаясь вперед, мы могли вырваться из засады. И да, простите за студня, я не знала, что дикие его притащат. Все молчали, поэтому я решил первым нарушить тишину. — Герда, мы тебе верим и спасибо, но четвёрка — это отряд, в котором доверяют друг другу. У тебя не должно быть никаких тайн от остальных. — Ты серьёзно? — Ярина подскочила и уставилась на меня. — Она вела нас на верную смерть, а ты так спокойно реагируешь? А что, если мы снова лишь часть её очередного плана? Я лично против того, чтобы Герда оставалась с нами. — Не забывай, она спасла нас. Если бы она хотела, могла бы оставить нас там. Где, по-твоему, четвёрка Тенори и Подопригоры? Если не ошибаюсь, сейчас они лежат где-то в ущелье, вместе с остальными. По правде говоря, мне было искренне жаль только Никанора. Учитель выбрал путь услужения в надежде помочь хоть кому-то из одарённых, но погиб от рук диких. Увы, но он сам выбрал этот путь. — А мне не до конца понятно почему Никанор так упорно шёл вперёд, — признался Холмович. — Такое впечатление, что он тоже работал на диких и хотел, чтобы наш отряд зажали и уничтожили. — Никанор никак не был связан с дикими, иначе я бы знала, — ответила северянка. — Я думаю, он знал, что готовится восстание и хотел убраться как можно дальше на север, чтобы предупредить диких, — произнесла Седова. — Восстание? — я посмотрел на Ярину и не мог понять почему до сих пор не слышал ни слова об этом. — Часть родов Великого и Малого кругов Радии, не согласные с гнётом захватчиков, готовят восстание, — неожиданно пояснил Холмович, несказанно удивив меня. Выходит, он тоже в курсе? — Они ждали удобного момента, чтобы лояльные тронгам силы оказались отвлечены, — продолжала Седова. — Этот момент настал, и сейчас нужно действовать. — С ума сойти! — пробормотал Емельян, который явно был не в курсе этих событий. — Вот так удивляешься происходящему вокруг, а потом узнаёшь, что всё было неслучайно. Просто кто-то вёл нас в засаду, кто-то другой направлялся на встречу с дикими, а третьи ждали удобного случая, чтобы сбежать и примкнуть к восстанию. — Говорю же, у нас слишком много секретов друг от друга, — снова взял я слово. — Мы должны понять, что оказались в самом центре опасных событий и любая сторона может посчитать нас за врагов. Дикие могут решить, что мы пособники Норстейна, в Норстейне считают дезертирами, тронги в любом случае сочтут врагами, и только мятежники могут принять за своих. Да и то не факт. Поэтому, если кто-то ещё хочет сказать что-то важное, пусть говорит сейчас. — Возможно, Крылов — сосуд с духом могущественной сущности! — выпалила Седова. — Ярина! — одёрнул я девушку, а та потупила взгляд и поспешила объяснить свой поступок: — Прости, Ари, но это важно. Конечно, если это действительно так. — Ты помнишь кто ты? — произнёс Холмович, рассматривая меня с подозрением. — Я — Аристарх, — ответил я чистую правду, которая для окружающих имела совсем иное значение. Никто даже не подумал о Девятом Страже Алинора. — Ясно! — ответил Андрей, покачав головой. — Если что-то вспомнишь или почувствуешь скажи. Но пока всё указывает на то, что Ярина ошибается. Девушка смотрела на меня так, словно просила, чтобы я сделал что-то, чтобы подтвердить правдивость её слов, но я не торопился. Как бы мне не хотелось поддержать подругу, сейчас слишком опасно раскрываться. Не время! Нужно отыскать кристалл со своей силой, пройти инициацию, и тогда вполне может быть я доберусь ранга до пятого или шестого и смогу заявить о себе. — Ладно, хватить сидеть здесь! — оборвал нас Холмович. — Дикие скоро обойдут гору и явятся сюда. Лично я не хочу встречаться с ними, а вы как хотите. — Лапин ещё не пришёл в себя, как мы можем куда-то идти? — Я понесу его, — вызвался Андрей. — Отлично, давайте меняться каждую тысячу шагов. — А куда мы пойдем? — Ярина всё ещё не доверяла Герде, поэтому, когда северянка заговорила, Седова заметно нахмурилась. — Скоро стемнеет, а северные пределы — не самое спокойное место. Стаи голодных волков, разведчики диких, студни, ревуны и прочие твари ночью особенно опасны. Никанор вёл нас к заставе Хродрика. И пусть я уверена, что она разрушена, мы сможем найти там укрытие. Тем более мы совсем рядом с этим местом. — Андрей? — я посмотрел на Холмовича, ожидая его решения. — Давайте сначала простимся со Стёпой. Надеюсь, дикие не разоряют могилы? — Нет, это не по законам чести. — Отлично. Тогда нам понадобится полчаса, не больше. Если кто-нибудь поможет, ещё быстрее. Мы нашли подходящее место у подножья горы, очистили его от снега, с помощью дара Емельяна сделали неглубокую яму, опустили туда тело Стёпы и засыпали могилу камнями. Андрей выстрогал деревянную табличку, а потом вырезал на ней имя нашего друга и день его гибели. Мы постояли немного возле могилы, сказали пару тёплых слов и поспешили прочь. Дикие не будут знать ни сна, ни отдыха, пока не выйдут на наш след. Конечно, если тот студень не отбил у них желание соваться хоть куда-нибудь. Развалины заставы появились только через час. Идти с раненым Лапиным на руках оказалось не так-то и легко. Немного прошелся с ним на руках Холмович, Емельян, Живко и… снова Андрей. У меня рука практически не двигалась и отзывалась болью при любой попытке ей пошевелить, а девчонкам ноша оказалась не по силам. Да и сами ребята через тысячу шагов едва не валились от усталости. — Вижу! — первой заставу заметила Ярина. — Есть там кто-нибудь? Не хотелось бы снова попасть в засаду. — Можете не волноваться, там никого, — успокоила нас Герда, но Андрей согласился идти туда лишь после того, как Емельян разведал местность с помощью стихии Земли. Застава выглядела ужасно. Частокол местами был разрушен, бревна вывернуты из земли. Ворота лежали прямо на земле, а немногочисленные постройки покосились. И всё-таки заставу не разграбили. Скорее всего, дикие спешили и прошли дальше. Даже арсенал оказался практически не тронут. Здесь мы нашли мечи, круглые щиты воинов Норстейна, а также легкие кожаные доспехи с металлическими вставками. В условиях, что нам не выдали оружие, это очень даже пригодилось. — Сюда, братцы! Емельян нашел пару относительно уцелевших построек. Первый дом, скорее всего, служил казармой, а второй — каморкой травника, где он готовил лекарственные снадобья для воинов. Герда тут же принялась рыться в пучках с травами и корешками. — То, что нужно! — воскликнула девушка. — Тащите сюда Лапина. Крылов, ты тоже не уходи далеко, у меня есть кое-что, что поможет тебе от укуса студня. Живко, будь добр, набери мне воды. — Погоди, сейчас призову. — А снег тебе на что? Не трать силу напрасно, она ещё понадобится. — Ты собираешься варить лекарственные настойки на талой воде и даже не очистишь её? — Ты видишь где это можно сделать? Живко покачал головой, но всё же вышел из дома и даже сделал вид, что набирает снег в деревянную кадушку. На самом же деле я заметил как он склонился над кадушкой и тихонько призывает ее с помощью дара. Парень вернулся обратно с полной кадушкой и с невозмутимым видом поставил ее на стол. — Отлично! Ари, можешь разжечь костер? Я бы сама, но здесь нет огнива. — Без проблем! — одним взмахом руки я привал искры, которые метнулись к сухому хворосту, а буквально через мгновение вспыхнуло пламя. Герда принялась возиться с горшочками и готовить отвары для меня и Семёна. Прошло почти полчаса, прежде чем лекарство было готово. — Ты действительно будешь это пить? Седова покосилась на подозрительное варево, но я лишь улыбнулся. — Успокойся, видишь цвет? А запах? Здесь горный шалфей и снежный вихревец, в сочетании с этими травами бурецвет раскрывает свои очищающие и тонизирующие свойства. Ярина хмыкнула, но промолчала, а Герда с интересом посмотрела на меня. Буквально пару мгновений девушка колебалась, но потом всё же поддалась любопытству: — Интересно, откуда житель Радии так хорошо разбирается в северных травах? — Меня воспитывал северянин. Герда с пониманием покачала головой, а в её глазах я заметил уважение. Холмович тоже напрягся, но после моего ответа заметно успокоился. Мне показалось, или он разочаровался, услышав логичный ответ? Неужели он всерьёз рассчитывает, что я — сосуд одного из могущественных одарённых прошлого? Надеюсь, настанет день, и я приятно удивлю Холмовича, но это явно случится не сегодня. От дальнейших расспросов меня спас голос Емельяна: — Ребята, Лапин пришёл в себя!