Когда-то, в начале двадцатых годов прошлого века, напротив современного станичного парка стоял дом. Сейчас его не узнать: одноэтажное строение переоборудовали в кафе «Братишка Джони». Да и находится оно на улице Ленина, 36, а не на старинной Павловской.

А тогда, в начале XX века, он принадлежал семье Бирюковых, из потомственных кубанских казаков. Хозяин его был священником, протоиереем войскового собора. Хозяйка, Мария Назаровна, вела дом и воспитывала детей.

Одна из дочерей, Алевтина Павловна, оказалась талантливой музыкантшей. Уехала учиться в Московскую консерваторию. Там познакомилась с юристом из Афин, Константином. Он был умен (знал семь языков) и увлечен политикой.

Молодожены встретили революцию радостно. Но жизнь повернулась так, что пришлось от революционных бед и московского голода бежать домой, на Кубань. В станицу Павловскую, где жила уже вдовая мама Алевтины.

И в 1923 году в станице родился их единственный сын, Коля. Николай Доризо.

Нянчила внука бабушка-казачка. И песни кубанские, украинские, русские постоянно в доме звучали.

«…меня воспитала изумительная бабушка, Мория Назаровна. Она было попадьей, а дед, протоиерей Павел Бирюков, служил настоятелем в войсковом храме в Краснодаре. Именно бабушка заразила меня любовью к поэзии, русской и украинской песне, народному слову. Перенял я от нее и умение изображать кого-то в лицах, "представлять", как она говорила», – вспоминал поэт.

Позже семья перебралась в Краснодар, а потом и в Москву. Но Доризо не забывал свою станицу.

Станичники до сих пор помнят его приезды. Николай Константинович и жену, приму московской оперетты, сюда тащил, и всех своих именитых коллег и друзей. Однажды ему даже удалось вытащить из вагона самого Сергея Михалкова и несколько часов водить по станице.

Но в Павловской нет ни таблички с именем Доризо, нет вообще никакой памяти, кроме народной. Ведь до сих пор в станице поют на праздниках и «Огней так много золотых на улицах Саратова», и «Но как на свете без любви прожить», и «Почему ж ты мне не встретилась…», и «Большак».