Через несколько дней наши мучения завершились. Земли шейха Джамала ибн Рашида остались позади.

Жалела ли о расставании с мужчиной из легенды? Ни единой секунды. Факторы, складывавшиеся вокруг знакомства, не способствовали расцвету романтических чувств и возникновению доверия. Скорее наоборот, убивали на корню все доброе и светлое, что успевало зародиться. Простите, уважаемый пророк Амир ибн Рашид, но Лейла не оценила ваших потомков.

Следующие шесть дней мы передвигались в светлое время суток, а ночью отдыхали. Жизнь входила в нормальное русло. Дорога весело поблескивала и бежала вперед. Лучи Ярмы ласково припекали, но не обжигали.

Климат близ Ашхана более мягкий и влажный. Сказывается отсутствие сильных ветров и обилие рек, спускающихся с Драконьих гор. Полноводные голубые артерии украшают многочисленные рыбацкие лодочки. Иногда по пути встречаются суда покрупнее, принадлежащие богатым торговцам, ведущим дела с иноземцами.

Со всех сторон путешественников окружают возделанные поля, обещающие вознаградить трудолюбивых хозяев щедрым урожаем. Фруктовые сады хвастаются обилием созревающих плодов. Общее впечатление о родине жениха складывается весьма приятное. Поистине, благодатный край.

Стало понятно жгучее желание вернуться к корням. Но так ли все радужно, как он надеется? Мне не дают покоя подаренные родственниками кольца и опутывающая грудь серая лента. При любой возможности пытаюсь зацепить и развязать неприметный узелок, но безуспешно. Надеюсь, что вскоре ситуация разрешится и подспудно грызущий страх развеется.

К намеченной цели приблизились на закате. Мужчины остановили повозку на вершине холма и помогли выбраться.

— Смотри, — сказал Камаль и прижался к моей спине, — разве он не прекрасен?

В долине раскинулся сказочный белый город из арабских сказок. За высокими стенами достаточно близко друг к другу ютятся скромные двухэтажные домики с маленькими палисадниками. С четырех сторон неподалеку от въездных ворот сверкают золотыми звездами синие купола храмов.

Ярма неторопливо скрывается за горизонтом, раскрашивая окружающее пространство во все оттенки розового. По улочкам ползут тени лиловых и пурпурных цветов, местами разбавленные облачным и лососевыми тонами. От невероятного зрелища захватывает дух.

— А почему самый большой особняк покрыт красной черепицей, а остальные терракотовой, — полюбопытствовала Зафира.

— Это ратуша. Там собирается совет старейшин. Мы живем на свободной территории между государством драконов и халифатом. Сохраняем древние традиции предков: не заводим гаремов; с уважением относимся к женщинам; поддерживаем вдов, лишившихся кормильцев.

— Надо торопиться, — засуетился Акпер. — На ночь ворота закрывают. Придется ночевать в поле.

— Спасибо, что остановился показать незабываемую красоту, — развернулась в ласковых руках, встала на носочки и поцеловала возлюбленного в подбородок.

А потом мы расхохотались. Вечно забываем о мешающейся парандже. По пути с холма прослушала небольшой экскурс о местных нравах. Девушки при выходе на улицу обязательно покрывают головы, но чаще всего оставляют лица открытыми. В помещениях без стеснения ходят простоволосыми.

Дома делятся на три половины: по половому признаку и общую. По сравнению с жизнью на землях шейхов наблюдается явное послабление в семейном укладе.

Мы успели въехать в Ашхан, но передвигаться пришлось очень медленно из-за опустившихся сумерек. Петляли около часа. Судя по оставленному позади храму, жилище ибн Аббасов находилось ближе к центру. На небе уже зажглись первые звезды, когда долгое путешествие завершилось и Камаль постучал в ворота, громким криком приветствуя жильцов.

Хмыкнула. С заведенными здесь порядками и домофон не нужен. Теперь и хозяева, и соседи в курсе, что вернулся глава рода.

Вскоре загремели засовы и обе створки распахнулись, пропуская во двор повозку и наездника на вороном скакуне. Мы с Зафирой решили пока не обозначать своего присутствия. Проведенное на свободе время научило осторожности и недоверию. Наши спутники надежны и благородны, но на примере Алтына и Башира довелось узнать, что все люди разные. Порой жажда наживы сильнее родственных уз.

Несмотря на благие намерения, любопытство подзуживало. Поэтому чуть сдвинули полог и тихонько подглядывали из укрытия.

— Брат, ты вернулся.

Судя по хлопкам, мужчины обнялись. Честно говоря, особой радости и теплоты в голосе встречающего не услышала.

— Сестренка! — Камаль бросился к высокой стройной девушке и закружил ее. — Так выросла за эти месяцы и похорошела. Совсем невеста.

— Скажешь тоже, — весело хмыкнула она.

— От женихов отбоя нет, а Азалия носом крутит: то беден, то дом невелик, то жаден.

— Жду, когда посватается кто-нибудь из внуков старейшин, — защебетала привередливая девица. — У них и деньги, и почет, и жены с ног до головы драгоценностями увешаны. Чем я хуже Алии? Ты утверждал, что высокородные без богатого приданого замуж не берут. А ее семья самая нищая в округе.

— Зато дочь вырастили тихую, работящую и красавицу такую, что лучше на всем белом свете не сыскать. Разве что в гареме у повелителей.

— Смирись уже. Эта замухрышка променяла тебя на власть и дорогие украшения. Сколько можно убиваться. Бери с нее пример и ухаживай за именитыми наследницами.

На этих словах мы переглянулись и фыркнули. Похоже один бесится от неразделенной любви, подозревая чужую избранницу в корысти, а у другой амбиции и запросы похлеще, чем у фавориток владык.

— Ой, только не заводитесь, — хмыкнул жених. — Знаю вас. Можете до рассвета спорить. А я прибыл с невестой и ее подругой. Девушки нуждаются в ужине и отдыхе.

— Ух ты! И кто она? Дочь кого-то из придворных шейха Салима? Что же ты молчал, знакомь скорее. Доброй ночи, — полог распахнулся и к нам заглянула неугомонная болтушка. — Я Азалия. А вы из какого рода?

— Меня зовут Зафира Седах, — эта фраза, произнесенная холодным тоном, вызвала оглушительную тишину. — Могу на досуге поведать о жизни наложниц и незавидной участи наследниц с богатым приданым. А еще доводилось встречать при дворе состоятельных господ, с одинаковым цинизмом убивающих и первых, и вторых. В итоге предпочла свободу и сбежала. Будем знакомы.

Я выскользнула из повозки и тихо сказала:

— Лейла — Фиалка Захарана.

Кажется, завистливая парочка надолго разучилась говорить. Но портить отношения с первых мгновений не хотелось.

— Камаль рассказывал о вас много хорошего, — нащупала его руку и сжала ладонь, молчаливо поддерживая. — Мы можем пройти в дом? В парандже ночью не очень неудобно. Плохо видно, куда можно наступать.

— Простите, — первым отмер Амирхан. — Добро пожаловать в наше скромное жилище.

— Такие высокие гости, — засуетилась сестрица. — А на ужин обычная похлебка и мясо виша с овощами.

— Мы не привередливые, — буркнул Акпер и поднял подругу на руки.

— Маленькая пушинка, — прошептал жених и подхватил меня. Вертикальное положение позволил принять только в ярко освещенной трапезной.

Первым делом избавилась от покрова и позволила будущим родственникам внимательно себя рассмотреть. Все-таки голубоглазые русоволосые девушки здесь редкость. Пока они стояли с открытыми ртами, расфокусировала зрение и изучила серые ленты. Худшие предположения сбылись: колдовской заговор на кольца и проклятие наложили эти поганцы. Либо сами, либо заказали у опытной ведьмы. Интересно, что послужило причиной подобного отношения к любящему брату?

Ужин вышел немного напряженным. А потом нас проводили на женскую половину и устроили отдыхать.