«Один раз — случайность, два — уже закономерность» — подытожил Итан. А что на счёт трёх?

Он слишком долго смотрел на лампочку под потолком, и перед глазами запрыгали разноцветные пятна. Пусть отступать с намеченной траектории было поздно, он всё равно чувствовал себя донельзя глупо, слоняясь в коридоре мотеля с бутылкой вина. Но не с пустыми же руками наносить подобный визит? Мужчина рассудил, что в случае, если ему не хватит храбрости постучать в дверь, он хоть найдёт своему подношению «достойное» применение.

Наверное, разумнее было с самого начала отправиться в бар, а не сюда. Но Эрвин, продолжавший использовать отчуждение в качестве меры наказания, сам предоставил отцу карт-бланш. Да и, по-хорошему, Итан задолжал Джудит объяснения, в прошлый раз по-английски смывшись на рассвете. Тогда он малодушно испугался необходимости говорить с девушкой после всего, но у него было время, чтобы морально подготовиться.

Джудит открыла так быстро, будто ждала его.

Впрочем, её внешний вид утверждал обратное: она явно не была настроена на приём гостей. Влажные после душа волосы завились в мелкие кудри, беспорядочно окаймляя лицо, казавшееся совсем юным и невинным без агрессивного макияжа. Даже кожа приобрела более здоровый оттенок — должно быть, декадентская бледность являлась частью боевого раскраса. Только чёрное платье осталось прежним, но едва ли ведьма прихватила с собой на «задание» целый гардероб в багаже. Вероятно, у неё вовсе не имелось сменной одежды.

— Не помешаю? — вернул Итан её же слова.

— М… нет, — с запинкой ответила девушка и отступила, пропуская его в номер. Ковролин проглотил звук шагов её босых ступней. Без каблуков она оказалась очень маленькой, куда ниже, чем была оригинальная Джуди.

Итан прогнал мысли о жене, вопиюще неуместные в присутствии женщины, с которой он ей изменил. Дважды. Он не исключал и возможность третьего раза, ведь стремление расставить все точки над «i» было только предлогом. Глядя правде в глаза, он ничего не имел против повторения.

Опомнившись, он протянул Джудит бутылку. Она неуверенно забрала её из рук мужчины, избегая касаться его пальцев. Перчатки вновь заняли своё место.

— Ты хочешь меня споить? — полюбопытствовала она.

— Браво! — нервно усмехнулся он. — Ты разгадала мой хитрый план.

Джудит кивнула своим мыслям и обвела номер тоскливым взглядом. В предыдущий приход сюда Итан бегло отметил, что у неё практически нет личных вещей — здесь царил образцовый порядок хотя бы потому, что ей нечего было разбрасывать. На прикроватной тумбочке одиноко лежал допотопный кнопочный телефон, а в открытом стенном шкафу примостился небольшой чемодан, старый настолько, что с ним спокойно могли путешествовать европейские эмигранты во времена Второй мировой. Подле него — пара туфель. На вешалке — лёгкий плащ, малопригодный для осени в Массачусетсе.

Судя по всему, правая рука Аманды Макбрайд не удостаивалась особых привилегий, кроме «командировок» сюда.

— У меня здесь только один стакан, — словно оправдываясь, сказала девушка, — и нет штопора.

— Ручка найдётся?

Она выдвинула ящик прикроватной тумбочки, и, вытащив оттуда Библию, запустила кисть в самые недра. К счастью, там имелось искомое. Итан ненадолго отвлёкся от неловкости, нарастающей в геометрической прогрессии, занявшись извлечением пробки с помощью ручки. Этому трюку его когда-то научил Шейн, и хоть на тот момент Итан уже напрочь, как он наивно полагал, завязал со спиртным, ему всё же стало интересно, как это работает.

По крайней мере, ему удалось впечатлить Джудит: она взирала на него с удивлённо приоткрытым ртом, а в её глазах читались любопытство и азарт.

— Ну что? — самодовольно протянул он, предложив ей первой отведать вина. — Спорим, тот Итан так не умел?

— И спорить не буду, — фыркнула девушка. Она отхлебнула прямо из горла и скривилась: — Кстати… это и твоё имя тоже?

Он в очередной раз посетовал про себя на путаницу, порождённую существованием параллельных миров, населённых похожими обитателями. И что ей ответить? Вряд ли Джудит приятно слышать имя насильника и садиста, чьей жертвой она была. Выходит, из-за этого козла Итану теперь придётся придумывать себе псевдоним?

О, в этом не было и малейшей необходимости! Ни к чему утруждаться и ломать голову:

Спасибо Лорне и её любви к традициям.

— Ты можешь звать меня Натан, — нашёлся он.

Чуть ли не впервые в жизни мужчине пригодилось его второе имя, о наличии которого он вспоминал, лишь заполняя различные официальные бумаги. От полной формы — Натаниэль — разило гнусным пуританским душком, но сокращённая напоминала палиндром. Это было весьма забавно, учитывая, что Итан попал сюда через зеркало. Вполне в духе интеллектуальных игрищ Льюиса Кэролла.

— Почему? — спросила девушка, не посвящённая во все эти тонкости.

— Мне всё равно, — пожал плечами он, и добавил, нагнав в голос драматизма: — Там, откуда я пришёл, нет имён.

— Что это значит? — напряглась Джудит.

Видя, как вытянулось её лицо, он не сдержался и прыснул.

— На моей родной планете, расположенной на необозримо далёком расстоянии отсюда, просто нет такой концепции, — продолжал Итан, войдя во вкус. — Зачем нам собственные имена, если у нас единый разум?

Девушка обиженно шлёпнула его по плечу и улыбнулась краешком рта.

— Боже, — пробормотала она, — какой же ты чудак! А я-то надеялась, что ты наконец-то скажешь правду.

— Это и есть правда, моя дорогая, — он перехватил её руку и поднёс к губам, украдкой подумав, что правда ещё немыслимее, чем любые изобретённые им небылицы. Я явился из другого измерения, как тебе такое, Джудс? Следующие слова вырвались у мужчины против воли: — Ты хотела бы отправиться туда со мной?

Джудит моментально посерьёзнела.

— В прошлый раз ты соблазнял меня необитаемым островом, — сердито напомнила она, — а потом сбежал на утро. Так что нет. Почему ты вообще здесь? Я была уверена, что это была разовая акция. Спасибо, что хоть денег не оставил!

Итан тяжело вздохнул, признав её правоту. Его утешало, что она не порывалась вырвать свою кисть, плеснуть ему в лицо вином или разбить бутылку о голову. Значит, не всё потеряно, и девушка хотя бы готова его выслушать. А он и пришёл с целью оправдаться. Да-да-да. Вовсе не в жалкой надежде ещё раз насладиться её телом, прекрасным и хрупким, как оторванное крыло мотылька.

В этой версии Джуди присутствовала своя неоспоримая прелесть.

Устоять перед ней было сложно.

— Я как раз собирался за это извиниться, — поведал мужчина, — мне не стоило так поступать…

— Но ты поступил, — нетерпеливо перебила Джудит.

Сейчас она как никогда напоминала его Джуд, готовую вот-вот окончательно выйти из себя и устроить ему взбучку, причём абсолютно заслуженную. Словно это она и была — нацепившая платье старой девы, купленное в секонд-хенде, и изморившая себя дурацкой диетой, пусть Джуди никогда не стала бы таким заниматься — она слишком любила поесть.

Без красных губ и укладки их сходство особенно навязчиво лезло в глаза.

«Опять взялся за старое?» — осадил себя Итан.

По этой причине ему категорически нельзя было сюда приходить. По этой же причине он трусливо свалил в прошлый раз: чтобы не увлекаться самообманом.

Горькая мысль придала ему нужный импульс для искренней отповеди.

— Разве ты не понимаешь, что лучше это пресечь, пока всё не зашло слишком далеко? — прямо спросил он. — Ты угадала — я не Итан, но, увы, я не вправе рассказать тебе всю правду о себе. Вообще-то ты здесь, чтобы шпионить для Аманды Макбрайд. Я не могу тебе доверять, и ты не можешь доверять мне. Худшее, что мы можем сделать — это привязаться друг к другу. Придётся хоть как-то вычерчивать границы.

— О, — ошарашенно протянула Джудит.

Она немного посидела, задумчиво глядя перед собой, а затем вернула ему бутылку и потянулась к своему загривку. Её рука исчезла под волосами, а вынырнув на свет, продемонстрировала Итану цепочку с кольцом, лежащую на раскрытой ладони. Её взгляд, сопровождавший этот жест, вызвал у мужчины нестерпимое желание провалиться под землю.

Он задержал дыхание.

Неужели…

— Это — кольцо принадлежало моей матери, — сказала она вовсе не то, что он боялся и одновременно всем сердцем жаждал услышать. — Мне больше ничего не осталось в память о ней. Поэтому я всегда ношу его с собой, хотя нам и запрещается иметь личные вещи. Ты спрашивал меня о нём. Вот ответ.

Не может быть!

От услышанного у Итана пошла кругом голова. Он трясущимися руками поднёс бутылку ко рту, но не смог сделать глоток из-за кома в горле. Она врёт? Нет, точно нет — скорбь в её голосе была неподдельной. Но о какой, чёрт возьми, матери может идти речь, если это кольцо Джуди? Его в этом измерении попросту не существует!

Или…

Джуд путешествовала и в пространстве, и во времени.

Возможно ли, что она зачем-то переместилась назад и родила здесь дочь, заимев кукушечью привычку оставлять в каждом мире по брошенному птенцу?

Но какой в этом смысл?

Теория казалась слишком уж невероятной, но Итан обязан был её проверить:

— Как звали твою мать?

— Зачем тебе это знать? — Джудит недоверчиво прищурилась.

— Просто скажи, — попросил он.

— Сэнди Дэвис, — ответила девушка, и груз свалился с его души. Имя отозвалось, а следом из закоулков памяти вынырнула и его обладательница: Сэнди Дэвис — женщина, что жила по соседству и когда-то взяла девочку-сироту на воспитание.

Конечно, оставалось большой загадкой, как кольцо его жены угодило к её приёмной матери в чужом измерении, а затем и к другой версии Джуд, но совесть Итана хоть отчасти была спасена. Ему нисколько не улыбалось выяснить, что женщина, с которой он изменил Джуди — её дочь и, на минуточку, фактически сестра Эрвина.

Ну и ну!

Даже думать о подобном раскладе было противно.

Он сделал щедрый глоток вина, чтобы немного привести чувства в порядок.

— Я не жду от тебя взаимной откровенности, — тихо молвила Джудит, проследив за ним, — но… ты можешь ответить на один мой вопрос? Всего один, совсем невинный. Клянусь, я не доложу Аманде Макбрайд. Мне, знаешь ли, не хочется на костёр, — добавила она с вымученным смешком.

— Что за вопрос? — насторожился Итан.

— Почему ты меня поцеловал?

На её щеках заиграл смущённый румянец, но во взгляде был вызов.

В мужчине вспыхнуло желание повторить предмет обсуждения здесь и сейчас — поцеловать не только её взволнованно приоткрытые губы, но и каждый дюйм восхитительного тела, спрятанного под мерзкой чёрной тряпкой. В голове ожили воспоминания о ночи, проведённой в этом номере — какой нежной и податливой была эта девушка, пылко откликавшаяся на непривычную ласку.

Дыхание сразу сбилось.

— Ты мне кое-кого напомнила, — честно сказал Итан, с огромным усилием подавив этот порыв.

— Ясно, — вздохнула Джудит. На неё саваном опустилась печаль: ответ не разбил ей сердце, но, безусловно, разочаровал. Она склонила голову и уставилась на свои руки, лежащие на коленях. Пальцы нервно скомкали подол.

Что, ради всего святого, она ожидала услышать? Признание в любви с первого взгляда? Очевидно, Джудит и сама не строила иллюзий на этот счёт.

И она не заслуживала быть обманутой.

Уж точно не после всего, чего натерпелась от другого Итана.

Мужчина коснулся её поникшего плеча и ободряюще сжал его через ткань.

— Прости, — выдавил он, — ты просто очень похожа на женщину, которую я любил, но потерял.

— Я тоже любила его, — внезапно вставила девушка, не глядя в его сторону. — Так что в каком-то смысле мы квиты.

— Его? — растерялся Итан.

— Ага, — Джудит кивнула, — брось, ты отлично понял, о ком я говорю.

— Ох, ну и дерьмо, — не сдержался он. Его резко замутило — и выпитый алкоголь тут был не при чем.

Он откинулся на покрывало. Потолок неторопливо вращался, и пятна старых протечек на нём складывались в узор, словно стёклышки в калейдоскопе.

Мужчину так и подмывало спросить, как это — любить того, кто всегда был к тебе неоправданно жесток, но он промолчал.

Прислушавшись к себе, Итан с ужасом обнаружил, что истоки этого интереса простираются дальше праздного любопытства. Он достаточно читал о людях с различными травмами, пытаясь найти исцеление для своих, и был вполне способен поставить диагноз. К несчастью, в данный момент ему не было дела до чьих-то мазохистских наклонностей или комплекса жертвы.

Его захлестнула ревность, на которую он не имел и малейшего права.

Выходит, Джудит тоже подменила им кого-то другого и, не иначе, обрадовалась, получив в своё распоряжение обновлённую версию. Считать себя «лучшей прошивкой» было бы чрезмерно самовлюблённо, но, как минимум, Итан испытывал отвращение перед сексуальным насилием.

В отличие от того ублюдка, на которого был похож рядом других параметров.

Вот уж действительно — они квиты.

— Тогда нам точно пора завязывать, — мрачно сказал мужчина, — и больше не заниматься самообманом.

Итан решил, что всё к лучшему и эта история послужит ему уроком на всю оставшуюся жизнь. За десять лет он собрал обширную коллекцию двойников своей пропавшей жены, разной степени достоверности. Джудит — копия, максимально приближенная к оригиналу, станет заключительным экземпляром. Теперь он понимал, каково это — быть на её месте.

Напоследок, наверное, можно рассказать ей о параллельных мирах, где при желании она отыщет целую толпу новых Итанов для сравнительного анализа и тест-драйва.

Однако это, кажется, не входило в её планы.

— Я не занимаюсь самообманом, — заверила она.

— Н-да?

— Да пошёл он, — презрительно сказала Джудит, и в её голосе слышались нотки злого веселья. — Самовлюблённый, высокомерный засранец. Все вокруг считали его непогрешимым, и только я знала, что он — тварь, каких поискать. Мне бы всё равно никто не поверил, да я и не порывалась кому-то что-то доказывать. Моя детская влюблённость давно прошла.

— Что ж, отрадно это слышать, я тоже о нём не лучшего мнения, — кисло поддержал её Итан.

Он намеревался подняться с постели, по которой растёкся бескостной амёбой, и наконец-то убраться отсюда подальше, но Джудит ему не позволила. Она вскарабкалась на него и расселась на пояснице, пригвоздив к месту. Даже сквозь одежду он ощутил жар её промежности.

— Я бы никогда в него не влюбилась, если бы встретила тебя раньше, — заявила девушка.

— Ты совсем меня не знаешь, — осадил её Итан.

— А я должна? — с лукавой улыбкой спросила она. — Я, вроде как, не собираюсь ни выходить за тебя замуж, ни бежать вместе на необитаемый остров, ни лететь с тобой на какую-то там далёкую планету, откуда ты якобы прибыл.

— Слава Богу, — мужчина облегчённо выдохнул. — Ясненько, тебе нужен просто секс. Пожалуй, меня это устраивает.

— Да, — подтвердила Джудит, — но я считаю важным уточнить, что не принимаю тебя за него.

«И я тоже больше не принимаю тебя за неё», — мысленно ответил ей Итан.

Девушка расстегнула платье и стянула его через голову. Белья под ним не оказалось. Видимо, скудных «командировочных» хватало с натяжкой даже на предметы первой необходимости.

Но ему не хотелось подшучивать на эту тему, по крайней мере, сейчас. Отсутствие на Джудит чего-либо вообще, кроме перчаток, было ему только на руку. После — возможно.

Им же нужно будет что-то обсудить за чашкой кофе на утро?

Джудит склонилась к Итану и поцеловала, утопив его в водопаде своих волос, источающих всё тот же греховный гранатовый аромат.

* * *

План был прост и элегантен, и, прокручивая его этапы в голове, Итан предчувствовал, как упьётся мстительным ликованием в процессе. Импульсивная мысль, мелькнувшая в баре, укоренилась в его сознании и постепенно трансформировалась в навязчивую идею.

Она оставила его лишь в момент, когда вода закружилась, унося в сливное отверстие прах покойного Верховного мага Салема. Увы, вместо удовлетворения от своей ребяческой выходки Итан испытал только сожаление. Он нисколько не раскаивался за этот поступок, но удручённо признал, что «расправа» с гадёнышем не отменит того, что тот натворил.

Джудит всегда будет носить воспоминания об этом на своём теле и в своей душе. Ни нежность и бережное обращение, ни тем более надругательство над останками её мучителя не залечат раны девушки. А ему — чужаку из другого мира — и вовсе незачем пытаться починить то, что сломано здесь.

У него по горло своих проблем.

Одна из них подкараулила мужчину в коридоре, к счастью, уже после того, как он вернул шкатулку, наполненную молотым чёрным перцем, на прежнее место. Заметив Итана, выходящего из её комнаты, Лорна сделала такое лицо, словно сразу поняла, почему он приступился своими представлениями о неприкосновенности личного пространства.

Проигнорировав её гневное сопение и многозначительный взгляд, он миновал старую ведьму, и как ни в чём не бывало направился в гостиную — посидеть у камина с какой-нибудь книгой из обширной домашней библиотеки.

Эрвин продолжал держаться особняком, и после недолгих размышлений Итан решил отплатить взбунтовавшемуся сыну той же монетой: в эту игру можно было играть и вдвоём. Так что с недавних пор мужчина делал вид, что ничего не произошло, отладив некое подобие рутины в этом измерении. Раз Эрвину нравится его игнорировать — пусть, хочет остаться — пожалуйста. Быть может, реверсивная психология сработает безотказно, и, заскучав и обнаружив, что ему больше не оказывают противодействия, мальчик попросится домой.

«А сам-то ты туда ещё хочешь?» — уличил себя Итан. За чтением он планировал убить время, пока домочадцы не уснут, чтобы улизнуть из поместья незамеченным. И отправиться к Джудит.

Джудит, которая больше не пыталась выпытать, кто он такой и откуда взялся, но с потешно-серьёзным видом слушала басни про далёкую планету или ферму в Небраске. Джудит, которая в ответ рассказывала про неуклюжий быт ведьм, аккуратно обходя острые углы и опасные темы. Джудит, которая не смущалась своей наготы, но каждый раз долго препиралась, прежде чем снять перчатки.

Пожалуй, в этом мире всё-таки было что-то хорошее.

Поэтому и нужно было делать отсюда ноги в срочном порядке.

Выискивать черты Джуд в другой женщине — ещё ничего, но влюбиться в неё — настоящая катастрофа. Итан чувствовал, что именно к этому всё и идёт. Иначе он не устроил бы проклятому золотому мальчику погребение в канализации. К потребности совершить мелочную месть примешалось стремление хоть как-то посрамить соперника.

Не стоило пренебрегать и другими отягощающими обстоятельствами.

О них забудешь!

— Ты совсем с ума сошёл? А если Эрвин увидит? — возмутилась Лорна, увязавшаяся за ним в гостиную, когда Итан налил себе бокал виски. Не дождавшись ответа, она продолжала, имея в виду уже ноги, прямо в ботинках закинутые на журнальный столик. — И что за манеры? Какой пример ты подаёшь ребёнку?

— Где он? — лениво откликнулся Итан, предпочитая смотреть в книгу, а не на недовольную мамашу его мерзкого двойника. — Ребёнок, Лорна. Его здесь нет. Он сидит в своей комнате, и ему нет абсолютно никакого дела, чем я тут занимаюсь. Могу хоть на голове постоять, хоть косяк раскурить. Кстати, спасибо за это.

Лорна шумно вздохнула и уселась в соседнее кресло. Мужчина предчувствовал, что сейчас она примется допрашивать его, что он забыл в её спальне, но она не оправдала его ожиданий.

— Ты не имеешь права винить во всём меня, — заявила она.

— Я этого и не делаю, — согласился Итан, — но без тебя точно не обошлось. Впрочем, ты абсолютно права: раз Эрвин в этом нуждается, то мы останемся. Я пересмотрел своё отношение к этому и больше не возражаю.

Он рассчитывал, что, получив желаемое, Лорна отстанет. Чёрта-с два. Она довольно долго держалась в стороне и не лезла. Видимо, у неё иссякло терпение, а вторжение в святая святых стало последней каплей, переполнившей эту чашу.

— Ещё бы ты возражал, — пробурчала колдунья себе под нос. — Где ты пропадаешь по ночам?

Тут уже не выдержал он:

— Ты кое о чём забыла, — желчно сказал Итан, — я не твой сын. Быть может, этот тридцатипятилетний лоб и отчитывался перед тобой за каждый шаг, как подросток, но со мной такое не прокатит. Где надо, там и пропадаю.

— Я помню, что ты не мой сын! — в гневе вскричала Лорна. — Он был воспитанным человеком с прекрасными манерами, а не грубияном и пьяницей, безответственно бросающим своего ребёнка, чтобы якшаться со шлюхами! Но остальные-то этого не знают. Что подумают люди, если тебя кто-то…

— Стоп, — прервал её мужчина, и, как ни странно, она покорно заткнулась.

Он подавил кратковременный приступ ярости, вспыхнувший от оскорбительного слова в адрес Джудит, уцепившись за важную деталь. Выйдя из себя, Лорна прокололась и намекнула на свою осведомлённость. Значит, она тоже за ним «приглядывала». Недаром, возвращаясь домой, Итан пару раз издали замечал девицу, смутно похожую на Габриэллу. А ведь когда-то он сам следил за ней по приказу Лорны!

Получается, теперь всё было наоборот.

— Будь добра утолить моё любопытство, с чего ты взяла, что я «якшаюсь со шлюхами»? — наигранно-любезным тоном спросил он.

— Просто к слову пришлось, — увильнула Лорна, — потому что ты напоминаешь мне Шейна. А он…

— Да-да, конечно, — скривился Итан, — вешай мне лапшу на уши, старая лиса. Моя мамаша была точно такой же, как ты, и я тебя знаю, как облупленную. Лучше скажи, чего ты пыталась этим добиться? Выяснила, где я пропадаю, а что дальше? Запретишь мне? Поставишь в угол за плохое поведение?

— С тобой невозможно разговаривать, — посетовала ведьма.

Она ненадолго умолкла, и ему не трудно было вообразить, с какой бешеной скоростью вращаются шестерёнки у неё в голове, просчитывая следующий ход. Итан гадал, какую тактику выберет старая манипуляторша дальше. Примется давить на жалость? Взывать к его совести или здравомыслию? Станет угрожать, орать и швыряться вещами?

— Я не понимаю, — тихо сказала она.

— Чего именно? — уточнил он, применяя её поведение ко всем известным ему сценариям. Кажется, его ждала драматическая сцена с заламыванием рук и слезами, а это — вступительный аккорд.

В яблочко!

— Извини, что я погорячилась, — проникновенно произнесла Лорна, — наговорив тебе всего. Я понаблюдала за вами с Эрвином, и вижу, что ты — хороший отец и готов ради сына на всё. Я уважаю то, как ты стараешься адаптироваться к… этому миру. Да, у всех есть определённые потребности, от которых никуда не денешься, но я не понимаю, почему из всех возможных вариантов ты выбрал этот. Чем тебе не понравилась та же Габриэлла?

А какое отношение ко всему этому имеет Габриэлла?

— О чём ты? — напрягся Итан.

Он отложил книгу, признав, что больше не сможет использовать её в качестве прикрытия во избежание зрительного контакта. Лорна хотя бы не телепат и не попытается препарировать его мозг, если случайно столкнуться с ней взглядом. Её вид мог что-то прояснить. Сейчас она казалась обеспокоенной, явив ему ипостась — Лорна — заботливая мать и бабушка, а не то, что вы подумали.

— Во-первых, это опасно, — стала терпеливо объяснять старая колдунья, — ведь она — правая рука Аманды Макбрайд и не предаст свою госпожу ради короткой интрижки. Во-вторых, мы до сих пор разгребаем последствия романа моего сына с другой из Сестёр юга. В-третьих, это бросает тень на нашу репутацию…

— Меня не колышет ваша репутация, — буркнул Итан.

С его стороны вопиющей наивностью было полагать, что Лорна не разнюхает про личность женщины, с которой он встречался в мотеле. Но из этого всё-таки можно было вынести некую пользу, если она сама завела об этом речь. Вдруг старая стерва сама соизволит пролить свет на странные взаимоотношения её ненаглядного сына и Джудит?

— Надо же, — в деланной задумчивости протянул мужчина, — а в прошлый раз ты заверяла меня, что вообще не в курсе, кто такая Джудит Дэвис.

— К несчастью, я в курсе, — воинственно сверкнув глазами, сказала Лорна, — и раз уж такое дело, то я расскажу тебе то, чего она точно не расскажет.

Итан не знал, радоваться ему или испугаться.

— Например?

— Итан и Мелисса были влюблены друг в друга с юности, — издалека начала она, — но очень тщательно скрывали свои отношения, пока Итан сам не пришёл ко мне за советом, потому что Мелисса была беременна. На юге её могли за это убить — сёстры не пощадили бы даже дочь своей Верховной ведьмы. Мы с Итаном решили увезти её на север, но опоздали: Аманда обо всём узнала. Она жестоко избила дочь, Мелисса потеряла ребёнка и сама чуть не умерла. Когда мы вытащили её оттуда, на неё было страшно смотреть. Знаешь, кто её сдал? Единственной, кому Мелисса доверила свою тайну, была её «лучшая подруга» Джудит Дэвис. Тогда Аманда и назначила её своей преемницей вместо дочери-предательницы. Джудит просто расчистила себе путь. Ради того, чтобы стать их следующей Верховной, она пойдёт на что угодно. Я абсолютно не удивлена, что она охотно запрыгнула в постель к врагу во имя возможной выгоды.

«Она лжет», — панически подумал Итан, но его уверенность в этом сильно пошатнулась. По крайней мере, откровения Лорны объясняли, почему её сын ненавидел Джудит с такой страстью. Откуда бы у его двойника ни с того ни с сего взялись садистские наклонности, которых не было у Итана? Всё-таки они имели схожий базовый набор характеристик.

Но и Джудит не тянула на конченую стерву!

Впрочем, она могла ей стать, угодив в южный Ковен. Что, если её ожесточила борьба за выживание? Он же сам боялся такого развития событий и всеми силами оберегал свою Джуд от пагубного влияния ведьм. Её двойника некому было защитить.

Вот и последствия!

— Я не могу тебе запрещать, — продолжала Лорна, выждав паузу, чтобы мужчина переварил услышанное, — но будь осторожен. Не ради себя, так ради Эрвина. Что будет, если она до него доберётся?

Итан огромным усилием воли заставил себя нацепить маску невозмутимости обратно. Мол, он нисколько не впечатлился её словами — пусть рассказывает свои сказочки кому-то другому.

— Спасибо за разрешение, — саркастично поблагодарил он, — обязательно поболтаю с Джудит о своём сыне, когда в следующий раз буду её трахать.

Лорна скривилась от грубого слова.

— Ты на самом деле считаешь, что я — клинический идиот и треплюсь об Эрвине направо и налево? — осведомился мужчина.

— Нет, — помедлив, ответила она, — но я знаю, что ты не такой, как мы. Это делает тебя уязвимым.

По спине разбежалась стайка мурашек — когда-то давно Итан уже слышал от неё эти слова.

Не от неё, а от своей матери, виртуозно использовавшей его уязвимость против него.

* * *

В результате он снова топтался перед закрытой дверью, но не номера в мотеле, а комнаты Мэнди, с момента её исчезновения превратившейся в комнату Эрвина.

Сын явно ещё не спал — из спальни доносились звуки фильма на ноутбуке, сплошь грохот взрывов, вопли и стрельба. В прежние времена Итан счёл бы себя обязанным выяснить, что смотрит ребёнок, и не навредит ли такое кино его неокрепшей психике; сейчас же он не осмеливался даже постучать, чтобы просто пожелать мальчику спокойной ночи.

И такое положение вещей ему категорически не нравилось.

Мужчина страшно скучал по сыну и злился на себя, что позволил трещине между ними разрастись до масштабов Марианской впадины. Он злился, что опустил руки, предпочтя напиваться и прятаться от проблем в объятиях обольстительной Джудит вместо того, чтобы искать решение. Злился, злился, злился.

Когда-то Итан презирал Шейна, считая его слабаком, не дерзнувшим побороться за Лорну и их любовь, но лишился права его осуждать. Они с отцом всё-таки были слишком похожи и особенно в тех чертах, которые не вызывали и капли гордости. Но, не смотря на это, Итан не отказался бы сейчас услышать голос старика. Бывало, в трудные моменты он звонил именно ему, и Шейн оперативно вправлял сыну мозги, изъясняясь в своей излюбленной пацанской манере, крайне нелепой для человека его возраста.

Что бы он сказал в нынешних обстоятельствах?

Итан попытался представить и воспроизвести интонации отца у себя в голове:

«Да отойдёт твой пиздюк! Не лезь к нему, лучше пока развлекайся со своей цыпочкой, хоть хер не заржавеет».

Скорее всего, что-нибудь в таком духе.

По привычке вытащив телефон, мужчина вовремя вспомнил, что всё равно не сможет набрать старому псу. Ни один оператор связи не позволял совершить звонок в другое измерение. И очень жаль!

Тогда Итан написал Джудит короткое сообщение, что сегодня к ней не приедет. Он не готов был встретиться с ней после того, что ему поведала Лорна, даже если всё это было враньё сплошь до последнего слова. Существовали и другие причины, по которым ему надлежало прекратить связь с этой девушкой.

Он уже готовился лечь, особо не рассчитывая, что сможет уснуть, когда Джудит позвонила сама. Остерегаясь, как бы их разговор не подслушал какой-нибудь любитель погреть уши, а конкретно незабвенная Лорна, мужчина заперся с телефоном в ванной и выкрутил краны на полную. Отгородившись от обитателей особняка закрытой дверью и шумом воды, он почувствовал себя куда увереннее.

— Что-то случилось? — они сказали это одновременно, и Итану невольно стало не по себе — не от вопроса, а от того, что их мысли оказались созвучны.

— Ой, — обронила Джудит, видимо, тоже сконфузившись из-за этой нелепой случайности, — извини, я просто…

«Не продолжай!» — взмолился мужчина про себя.

— Хотела узнать, почему ты не придёшь, — закончила она, — хотя, пожалуй, это не мое дело. Ты, по-хорошему, вообще не обязан приходить… и…

Она растягивала слова и говорила с длинными паузами. Поискав этому объяснение, Итан поразился постигшей его догадке.

— Ты пьяна? — спросил он.

— Ну… я ждала тебя, мне было скучно и я немного выпила… — с запинкой ответила она. — Знаю-знаю, меня за такое «выпрут из этой богадельни». Можно подумать, я горю желанием там быть! В гробу я этот Ковен видала, но только выбора у меня нет…

Ему надлежало растрогаться от её откровенности, но заместо этого он разозлился. Память услужливо подбросила нужный фрагмент рассказа Лорны:

«Ради того, чтобы стать их следующей Верховной, она пойдёт на что угодно».

Выбора у неё нет!

«Прекрати», — подумал он.

Мать этого и добивалась — хотела посеять сомнения в душе Итана, а он глупо повёлся. Наслушался Лорну и бросил Джудит одну, хотя мог быть сейчас рядом с ней. Но Лорна всё же кое в чём была права: Джудит нельзя доверять. Он не забыл, кому она служит, пусть и старался игнорировать это досадное обстоятельство.

— Джудит, ложись спать, — посоветовал мужчина, — распитие спиртного в одиночестве до добра не доведёт.

Поверь мне, я-то разбираюсь!

— Не хочу, — упёрлась она, — не хочу одна. Мне понравилось спать с тобой, не в смысле… Дьявол! Ну, ты понял…

Он не сдержал улыбки, мигом растаяв.

— Давай-давай, — настоял Итан, — снимай своё траурное платье, чисть зубы и в кровать. Будешь хорошей девочкой, я завтра привезу тебе алкозельцер.

— Ладно, папочка, — пьяно промурлыкала девушка. И хоть она, наверное, просто пыталась неумело пофлиртовать, ему в этих словах померещился намёк.

А ведь Джудит уже затрагивала эту тему, когда Итан раскритиковал её чулки, уместные в тёплой Луизиане, но не в капризном климате Новой Англии! В ответ она назвала его «занудным папашей» и спросила, есть ли у него дети, быть может, в Небраске. Он наивно решил, что вопрос имеет отношение к Мэнди.

Получается, нет.

Она прощупывала почву?

После предостережений Лорны нетрудно было поверить, что Джудит аккуратно выведывала про другого ребёнка, прятавшегося в особняке во время приёма.

— Подожди! — спохватился Итан.

— Да? — как ему показалось, голос Джудит прозвучал с надеждой. Но и это не остановило его от намерения докопаться до правды. Как минимум, мужчина не отказался бы услышать другую версию событий.

Не ради себя, а ради Эрвина.

Лорна волей-неволей напомнила Итану, что сын для него важнее всего.

— Почему Итан тебя ненавидел?

Джудит долго молчала, и он испугался, что она бросила трубку. Отняв телефон от уха, он убедился, что вызов всё ещё продолжается.

— Почему ты об этом спрашиваешь? — вместо ответа уточнила она так тихо, что мужчина едва смог разобрать слова за шумом воды из-под крана. — Сейчас.

— Вероятно, потому что я хочу узнать причину, — сказал он.

— А я… я не хочу об этом говорить, — отрезала Джудит.

— Это правда, что ты рассказала Аманде про них с Мелиссой? — выпалил Итан, остерегаясь, что в случае промедления растеряет всю решимость задать этот вопрос.

— А сам ты как думаешь?

— Я не знаю, что и думать, — честно признался он, и, сунув руку под воду, смочил пальцы и протёр ими пылающий лоб. Вода как назло оказалась тёплой, и не смогла его остудить. — Так правда?

— Да, — сказала Джудит и прервала звонок.

Мужчина выругался себе под нос, и, крутанув кран в противоположном направлении, умылся ледяной водой. Он поднял глаза на своё понурое отражение и на какое-то время впал в прострацию, смотря сквозь себя во тьму зазеркалья расфокусированным взглядом, пока вода с лица и волос стекала за шиворот.

«Что же… с этим всё равно нужно было заканчивать», — жалко ободрил себя Итан.

Пожалуй, это можно было записать в личные достижения — портить отношения со всеми версиями Джудит Дэвис во всех возможных мирах.

Совсем упав духом, мужчина побрёл в спальню, и неожиданно обнаружил в постели Эрвина. Завидев отца, мальчик отложил телефон и виновато потупил взгляд.

— Что ты тут делаешь? — растерялся Итан.

— Можно… я сегодня посплю здесь? — пролепетал сын, — Мне приснился кошмар. Извини, я…

Он откинул одеяло, намереваясь уйти, но Итан помотал головой.

— Оставайся, конечно, — быстро сказал он и, чтобы ребёнок, вконец измучивший его своей отстранённостью, слишком уж не расслаблялся, ворчливо добавил: — А я предупреждал, что не надо смотреть всякую хрень, где людям отрывают бошки.

Эрвин промычал что-то нечленораздельное и, отвернувшись к стене, натянул одеяло до макушки. Мужчина тоже улёгся и от греха подальше отключил телефон, прежде чем сунуть его под подушку. Ещё не хватало, чтобы пьяная Джудит, разгневанная его выходкой, названивала всю ночь напролёт. Сыну нельзя о ней знать, как и о том, чем его отец занимался, пока они были в ссоре.

Они же были в ссоре?

— Ты сказал «хрень», — через какое-то время сонно пробормотал Эрвин.

— Могу себе позволить, — хмыкнул Итан, — раз я хреновый, как ни крути.

— Ну, пап! — взвыл мальчик. — Я такого не говорил…

— Зато ты сказал много чего другого, — напомнил мужчина. — Ладно, спи, а то я тебя отсюда вышвырну. И тебе придётся спать в своей мокрой кровати.

— Она не мокрая! — воскликнул Эрвин. — Я не маленький, чтобы писаться.

Он хихикнул, повозился под одеялом и вскоре затих. Его присутствие, как и то, что они наконец-то проговорили дольше пяти минут, подействовало на Итана умиротворяюще, и он не ворочался без сна до утра.

Однако, проснувшись раньше сына и в первую очередь проверив телефон на предмет пропущенных звонков или гневных эпистолярных пассажей Джудит, он увидел от неё одно-единственное сообщение:

«Я знаю, где Мелисса».