Сожги все мосты. Рохан наблюдал за Лирой Кейн издалека. Она бежала, и она была одна. Возможно, его предупреждения наконец-то возымели действие. А может, и нет. В любом случае здесь не было ничего личного. Стратегия есть стратегия.
Люди были средством достижения цели, и только.
Пожалуй, имело смысл зажечь еще одну спичку, еще один фитиль. В любом случае Рохану все равно больше нечем было заняться в оставшийся до наступления полуночи час.
Изобретательные Хоторны и их маленькие изощренные трюки.
Рохан последовал за Лирой, стараясь держаться на расстоянии, чтобы оставаться незамеченным, но в то же время довольно близко, чтобы она могла почувствовать его приближение. Когда она это сделала, когда оглянулась через плечо, Рохан исчез в тени.
Еще немного.
Еще несколько минут.
Рохан развернулся и подошел к ней спереди. Пусть думает, что за ней кто-то идет.
– Я пытался предупредить тебя, – сказал Рохан вместо приветствия.
Лира не произнесла ни слова, и Рохан прочел в ее молчании, позе, в глазах абсолютно все, что ему нужно было знать. Некоторые люди носили опустошение, как броню, а некоторые – как покрывало. Она делала и то и другое, но ее тело…
Тело выдавало ее с головой. Лира была крепче, чем многие могли бы о ней подумать, но она была сломлена.
Сожги все мосты.
– Грэйсон Хоторн, знаешь ли, – продолжил Рохан, – уже не в первый раз воображает себе, что влюблен в девушку, но не доводит дело до конца. Для него все дело в самой идее. Ты, боюсь, еще одна в длинном списке. – Правда это была или нет, значения особо не имело. Иногда сломанное нужно починить, а иногда – доломать. – Не прошло и семидесяти двух часов, даже не знаю, как ты могла думать о себе иначе.
– Прекрати. – Ее голос все-таки дрогнул.
Сожги все мосты.
– Увидимся у дерева в полночь!
То, что они с Грэйсоном отправились в дом поспать, позволило Рохану разгадать трюк с последней подсказкой. Сам же он не спал.
Ему вообще не нужен был сон, после того как выключатель щелкнул.
Сейчас ему нужно было лишь одно – найти Брэди Дэниелса. Саванна, несомненно, приняла его предложение. Пора сжечь и этот мост.
Рохан обнаружил ученого на руинах старого дома. Саванны с ним не было, но, какая уже разница, раз они уже все равно заключили сделку.
А Рохан явился сюда не ради Саванны. Он пришел забрать свой дротик.
– И снова ты. – Брэди, кажется, не удивился.
– И снова я. – Остановившись на расстоянии двух метров, Рохан поднял руку с часами. – Мне хотелось, чтобы ты видел, как я отправляю это. – Сообщение создателям игры было уже почти напечатано. Рохан с крайне самодовольным видом закончил его. – Дословная цитата последнего послания от твоего спонсора. Не имею ни малейшего представления, что это значит, но, возможно, создатели поймут.
Брэди шагнул в его сторону:
– Я не могу позволить тебе сделать это.
Честно говоря, в своем нынешнем состоянии Рохан почти ничего не чувствовал, даже удовлетворения.
– Знаю.
– А тебе не приходило в голову, что это значит, что мне необязательно побеждать в этой игре? – с наигранным (и Рохан сразу это понял) спокойствием спросил Брэди. – Что мне всего лишь нужно не позволить победить тебе?
– Будет довольно эгоистично с моей стороны, – насмешливо ответил Рохан, – решить, что я твоя единственная цель.
– Мне бы не хотелось делать тебе больно, – заявил Брэди. – Но придется.
Рохан не сомневался в правдивости этих слов – стойка Брэди говорила сама за себя. Значит, ты не собираешься следовать правилам игры.
Рохан как раз на это и рассчитывал. Чтобы не вылететь из игры самому, он не мог атаковать первым. Но ему придется пропустить пару хороших ударов Брэди Дэниелса – а затем он разберется с ученым.
– Может быть, создатели не только дисквалифицируют тебя, когда получат мое сообщение. – Палец Рохана завис над экраном его часов. – Может статься, они вообще отменят игру. Интересно, что твой спонсор сделает с твоей Каллой, если они так поступят?
Этого оказалось достаточно.
Только что Брэди Дэниелс стоял совершенно неподвижно, а в следующее мгновение его тело превратилось в размытый силуэт. Рохан сразу понял, что Брэди предпочитал ближний бой – чтобы использовать свой вес как преимущество. Захваты. Удушающие приемы и сильные удары локтями, голенями и коленями.
Рохан позволил ему все это – на время. Он позволил избить себя до крови, а затем…
Оттолкни его. Рохан сделал именно это, не оставив ни единой царапины, не пролив ни капли крови. Ему не потребовалось много времени, чтобы определить, в каком стиле дрался Брэди. К несчастью для противника, у Рохана никакого стиля не было – и в этом заключалось его превосходство. Каждое его движение было рассчитано исключительно на то, что собирался сделать его противник. В том, как дрался Рохан, не было никаких ограничений. Он был тем, кем ему нужно было быть.
Боль дарила ему ясность, а ясность – в таком бою или в любом другом – всегда заключалась в понимании своего противника.
Ты дерешься так, словно от этого зависит ее жизнь. Твой спонсор заставил тебя поверить в это. Где-то в лабиринте его сознания Нэш Хоторн говорил ему, что он не выиграет «Грандиозную игру»: «Наши игры не бессердечны. И победителем тебе не стать, дружок». Но Рохану не нужно было сердце, чтобы победить в этой схватке. Все, что ему нужно было сделать, – это задеть Брэди за живое, предоставить ему возможность, пусть даже небольшую, чтобы бесстрашный и отчаянный мистер Дэниелс поверил в нее.
Рохан намеренно замахнулся слишком сильно. Брэди увернулся и бросился на него – но Рохан не так уж нетвердо стоял на ногах, как могло показаться. Он был закален драками в темных переулках и дворцах и в тех местах, что были между ними. Лучшие атаки всегда были замаскированы под поражение.
Он дал Брэди мгновение – всего одно, – чтобы тот поверил, будто одержал верх, и долю секунды спустя Рохан оказался за спиной ученого и обхватил его рукой за шею.
Удушающий прием. Артериальный спазм. Внезапное падение кровяного давления. Менее опытный боец – или более принципиальный – отпустил бы Брэди Дэниелса, когда тот обмяк. Рохан же выждал еще немного. Ровно столько, чтобы не убить его – не в этот раз.
Он даже не оставил следа.
Сам избитый и окровавленный, Рохан опустил свою жертву на землю, а затем расстегнул молнию на куртке парня и забрал все, что у него было, включая два золотых дротика. Брэди даже не потрудился спрятать их.
– Некоторые так ничему и не учатся, – сказал Рохан ученому, а затем, с опозданием, проверил его пульс. Ровный. Прощупывается. Хорошо. Смерть – это грязь. Сейчас надо было действовать аккуратно.
Рохан опустил запястье Брэди, и его взгляд упал на татуировку, которую он уже видел, – спираль с буквами на внутренней стороне руки. Десятки букв громоздились внутри в случайном порядке, но тут Рохан вдруг понял…
Порядок был вовсе не случайный.
Возможный смысл третьего сообщения, которое Брэди получил от своего спонсора, поразил Рохана не хуже любого удара. «Одна из трех». Каждая третья буква.
Рохан начал с внешней стороны, двигаясь по спирали внутрь, но на полпути остановился и изменил курс, начав с центра – с буквы R.
R, две буквы, O, две буквы, H… И вот оно, указание, буквально черным по белому вытатуированное на коже Брэди:
«R-O-H-A-N-M-U-S-T-L-O-S-E».
«Рохан должен проиграть».
Это была не временная татуировка. Судя по внешнему виду и глубине нанесения, она не была слишком старой. Нет, эта татуировка была настоящей и полностью зажила. Брэди Дэниелс был одним из тех, кого наследница Хоторнов лично выбрала для участия в игре. Он должен был узнать об этом всего за три дня, и тем не менее парень явно носил эту татуировку по меньшей мере месяц или два.
У тебя был спонсор задолго до того, как ты получил приглашение, а, ученый? Задолго до того, как было объявлено о том, как и где будет проходить игра. И этот спонсор не давал Брэди своих самых важных указаний напрямую. Этот спонсор не посылал Брэди на игру со знанием того, что его миссия состояла в том, чтобы Рохан проиграл.
Спонсор Брэди привел этот приказ в действие гораздо позже – наверное, сразу после костра, но перед яхтой. Когда стало ясно, что мы с Саванной по-прежнему в одной команде. Когда стало ясно, насколько мы опасны, когда вместе.
Рохан мог лишь предполагать, что для спонсора Брэди было бы лучше, если бы тот никогда не узнал, кто на самом деле его цель, если бы Брэди просто считал, что сам должен победить в «Грандиозной игре». Но упомянутый спонсор предусмотрительно подстраховался – это послание, в отличие тех, что были написаны невидимыми чернилами, нельзя было украсть или перехватить.
Ученый должен был запомнить эту последовательность? Он сам сделал татуировку – или ты его заставил? Рохан мысленно адресовал эти вопросы спонсору Брэди – тому самому спонсору, который снабдил его информацией о смерти отца Саванны Грэйсон. И Джиджи.
Были ли у Брэди рычаги влияния и на других игроков? На самом деле Рохану это было без разницы. Важнее всего было то, что это конкретное послание – это конкретное указание – было особенным. За несколько недель до того, как Брэди был выбран игроком, ему вытатуировали этот код. За несколько недель до того, как я стал игроком, кто-то уже знал о моем участии.
Кто-то вел игру с дальним прицелом, а мишенью был сам Рохан. Все это навело его на мысль о том, кто мог оказаться спонсором Брэди.
«Милость дьявола» была не просто роскошным игорным клубом. Это было место, где заключались сделки и сколачивались состояния. Историческое наследие. Теневая сила – невидимая рука, повелевающая исходами многих игр на опережение.
И в «Милости дьявола» были только два человека, которые осмелились бы напасть на Рохана подобным образом. Одним из них был сам Проприетар, а вторым – единственный человек на этой планете, которому было нужно, чтобы Рохан проиграл в «Грандиозной игре». Который при таком раскладе получил бы «Милость дьявола».
Черта с два, Герцогиня.