Рохан вынужден был признать, что были способы провести поздний вечер и похуже, чем исследование яхты в компании Саванны Грэйсон. Кинотеатр, спа-салон, множество зон отдыха, каждая из которых была оформлена в разных оттенках драгоценных камней, – но платье Саванны затмевало все это. Даже при самом тусклом освещении оно излучало почти сверхъестественное сияние, переливаясь, как снежинки в лунном свете или как тысячи мельчайших перламутровых осколков.

В полутьме Саванна Грэйсон выдавала себя: напряженные длинные руки, широкий шаг, поджатые бледно-розовые губы.

Каждый раз, когда ты видишь Эйвери Грэмбс, ты снова начинаешь переживать свое горе и замыкаешься в себе.

Рохан ничего не сказал ей о переменах, которые заметил в ней, стоило им ступить на борт яхты, а Саванна, в свою очередь, и словом не обмолвилась о том, что он сказал ей тогда, в его номере. Они оба сосредоточились – всецело, яростно, беспощадно – на игре.

На подсказках, как минимум две из которых были спрятаны где-то на этом судне.

Рохан и Саванна вместе вышли из салона яхты на одну из палуб.

– Вот это уже что-то, – сказал Рохан, направляясь вперед.

Это «что-то» мгновенно притянуло его взгляд. То, что он увидел, не только ему понравилось, это было еще и отличное место, чтобы спрятать одну из подсказок. Прямо в палубу была встроена большая гидромассажная ванна, явно работающая, а рядом с ней – бассейн, до краев наполненный льдом.

Рохан направился прямиком к последнему. Среди сотен тысяч кубиков льда виднелись бутылки шампанского – десятки бутылок. Саванна уверенной и размашистой походкой обогнала Рохана и встала между гидромассажной ванной и бассейном. В слабом, но теплом свете яхты было видно, как от поверхности ванны поднимался пар, словно дым, и растворялся в ночи.

Рохан присел на корточки, провел рукой по льду и обхватил пальцами одну из бутылок шампанского.

– Надеюсь, ты не против.

Он вытащил бутылку и тут же вспомнил о фужерах, которые они получили в начале игры.

В следующую секунду в руках Саванны уже оказался такой фужер. Как? Взгляд Рохана упал на белую, расшитую бисером сумочку, свисавшую с ее запястья. Довольно рискованно таскать с собой нечто столь хрупкое. Саванне повезло, что фужер не разбился.

Как и ему.

– Ну что? – раздался требовательный голос Саванны. – Ты собираешься открывать шампанское или так и будешь стоять и пялиться на этикетку?

Этикетка была пустой. Рохан вытащил пробку и сделал большой глоток из бутылки.

– Твое здоровье, Савви!

Саванна бросила на Рохана убийственный взгляд, отчего ему захотелось, чтобы она распалилась еще больше, а затем опустилась на пол и потянулась за бутылкой для себя. Собираясь открыть ее, она направила пробку прямо в грудь Рохана.

– Как пуля в сердце, – хрипло промурлыкал ей Рохан. – И если тебе интересно, любовь моя, то да, это вызов.

И да, это было приглашение.

Саванна открыла бутылку. Рохан поймал пробку.

– Позер!

– Как всегда, – согласился Рохан, направляясь к гидромассажной ванне. Он нагнулся и утопил бутылку в горячей воде, а потом, глядя на Саванну, вытащил ее. – Вуаля!

Этикетка больше не была пустой.

– Символ бесконечности, – прокомментировала Саванна. – Как и на ее платье.

От Рохана не ускользнуло, что она по-прежнему отказывалась называть наследницу по имени. Он задался вопросом, понимает ли сама Саванна, что это не Эйвери она так сильно ненавидит. А Грэйсона.

Никто в целом мире не может ранить сильнее и глубже, как члены собственной семьи.

– Символ бесконечности, как на платье, – повторил за ней Рохан. – Или как на головках ключей от наших комнат.

Он достал из кармана смокинга свой ключ. Тот уже сыграл определенную роль в решении одной из головоломок, но лучше было перепроверить. Рохан нажал на символ бесконечности – или на восьмерку, если смотреть под другим углом.

Ничего не произошло.

Тогда он опустил ключ в горячую воду, как недавно бутылку, а потом, когда и это не дало никаких результатов, вытащил ключ и вылил на него шампанское.

– Ничего, – вслух прокомментировал Рохан и сделал большой глоток из бутылки. – Не пропадать же добру.

– Действительно.

Саванна налила шампанское в фужер и встала рядом с Роханом у края гидромассажной ванны. Потом скинула туфли на высоких каблуках, села и подтянула платье, обнажая ноги до колен. Глядя на Рохана, она опустила ноги в ванну и подняла фужер к губам.

Рохан легким движением перехватил ее запястье:

– Смотри!

На фужере, по обе стороны от вырезанной в хрустале английской «H», засветились другие буквы. N, I, G слева, и одинокая T справа.

– Night, ночь, – произнес Рохан. Бесконечность. Ночь. – Ну, какие хитрые мерзавцы, а? – обратился он к Саванне, стягивая с себя ботинки и носки и закатывая темно-фиолетовые штанины. – Сначала предлагают нам уйму деталей, пряча среди них настоящую подсказку к головоломке, а потом проделывают то же самое с подсказками.

– Или это не одна головоломка. – Спокойствие Саванны было просто потрясающим. – И не одна подсказка.

– Или они идут вместе. – Рохан уселся рядом с ней и опустил ноги в ванну. – Бесконечность. Ночь. Бесконечная ночь.

– Но только эта ночь не бесконечна, – возразила ему Саванна. – Сколько часов у нас осталось до рассвета? Четыре? Пять?

С каждой минутой они приближались к финалу игры, к тому моменту, когда победа одного из них потребует устранения второго.

– Мы проигрываем. – Тон Саванны подразумевал, что она не может и не будет мириться с этим.

– Брэди опережает нас как минимум на одну головоломку, – согласился Рохан. – А то и на две. Подсказки, которые мы обнаружим, будут для его головоломки, не для нашей.

Саванна посмотрела на свой фужер:

– Но вот что интересно: как он сумел вырваться вперед?

Вопрос, возможно, и был риторическим, но Рохан уже давно научился извлекать пользу из поиска всех возможных ответов на подобные вопросы.

– Судя по его участию в прошлогодней «Грандиозной игре», – заметил он, – Брэди Дэниелс особенно хорошо справлялся с головоломками, связанными с символикой, мифологией и музыкой.

Саванна посмотрела на буквы на своей руке. Рохан поднял ладонь и почти коснулся ее кожи. Разглядывая ноты, он медленно провел пальцами вдоль ее руки, не задевая ни ее, ни чернил, оставляя ей лишь ощущения своих прикосновений.

– Могу я? – спросил Рохан.

– Если хочешь, – ответила Саванна.

«О, я хочу, Савви». В этот раз Рохан опустил пальцы на запястье Саванны и, вглядываясь в каждую букву, принялся легчайшими касаниями обводить ноты, начиная с вальса и заканчивая «Лунным светом».

У Саванны перехватило дыхание.

Нравится, любовь моя?

Но вот уже и сам Рохан представил, как Саванна Грэйсон снимает с себя платье и полностью опускается в горячую воду.

Буквы уже заканчивались, когда он наклонился к ней и прошептал прямо ей на ухо:

– D, A, G, A. – Часть из «Лунного света». – E, E, F. – Еще одна.

– Adage, пословица, – произнесла Саванна хрипло. – Или aged, старый. Или fade, увядать.

Добравшись до последней буквы, Рохан не сразу опустил руку, наслаждаясь прикосновением.

– Три мелодии – слишком много нот и слишком просто, чтобы составить из букв слова и решить головоломку.

Саванна подняла глаза на Рохана и уже сама провела пальцем по каждой букве.

– Тогда наши следующие действия очевидны, не считаешь?

От нее исходил слабый аромат жасмина и ванили.

– Может, просветишь меня, любовь моя, каковы же наши следующие действия? – Рохан специально произнес это ласковое прозвище, чтобы посмотреть, как вспыхнут ее глаза.

– Понятно же, – с ехидством ответила Саванна, – чтобы Брэди Дэниелс решил эту головоломку. И еще понятно, что он остался без союзников. А у нас появился рычаг давления на него.

Рохан подумал о невидимых посланиях на фотографиях Каллы Торп:

– Доказательства, что он поддерживает связь со своим спонсором. Мы можем выкинуть его из игры.

– Или, – прошептала Саванна, – мы можем использовать его.

Рохан провел пальцами по ключицам Саванны, от одного плеча к другому:

– Что именно ты предлагаешь, Савви?

Саванна схватила его за челюсть и запрокинула голову назад, обнажая шею.

– Я предлагаю, – зашептала она ему, почти прижавшись губами к его уху, – убедить Брэди Дэниелса, что моя лояльность… очень гибкая.

Ее губы коснулись артерии на его шее. Интересно, она видела, как бьется его сердце? Чувствовала его пульс?

– Твоя лояльность и так переменчива, – заметил Рохан. – Но если ты сможешь вытянуть что-нибудь полезное из Брэди Дэниелса до того, как его дисквалифицируют, если сможешь водить его за нос и выпытывать ответы… – Ее волосы были уже не такими длинными, чтобы за них можно было легко ухватиться, но Рохан справился и дернул ее голову назад. – Да будет так.