14 апреля 1931 года

Булонь-сюр-Мер, Франция

В главный вход Центрального железнодорожного вокзала мы едва ли не врываемся. Всю дорогу от гостиницы «Морво» подруги буквально засыпа́ли меня вопросами, однако терять время на объяснения я не желала. Приданный словами мадам Брат импульс и внезапное озарение, которое я сама испытала, несут меня вперед, и я едва ли не физически ощущаю, что загадка вот-вот будет решена: минувшие события так и разворачиваются у меня перед глазами.

– Пожалуйста, давайте немного передохнем! – взмаливается Эмма, указывая на деревянные скамьи вдоль стен вестибюля.

Дышит она тяжело, и отказать ей было бы бессердечно. И все же останавливаться я не намерена.

– Разумеется. Мы оставим с вами наш багаж, а сами двинемся дальше.

– Но куда, Дороти? – спрашивает Марджери, в очередной раз поправляя ремешок на туфельке. – Куда мы двинемся?

За какие-то пять минут, что миновали после нашего ухода от мадам Брат, вопрос этот звучит уже в миллионный раз, однако я по-прежнему игнорирую его. Мы складываем наши сумки и чемоданчики рядом с Эммой, после чего я веду остальных к уборной, из которой исчезла Мэй. В облицованном кафелем коридоре возле двери в туалет обращаюсь к Найо, Марджери и Агате:

– Можете подождать меня здесь?

– Мы это уже проходили, Дороти. И нам известно, что вы способны прошмыгнуть мимо нас, прибегнув к простейшей маскировке, – отвечает Найо закатывая глаза, словно моя просьба ниже ее достоинства.

– Ну сделайте мне такое одолжение, пожалуйста!

Бросив взгляд на наручные часы, я захожу в уборную и там закрываюсь в кабинке. Разыгрываю пантомиму, как достаю из сумки шарф и шляпу и надеваю их на себя. Затем покидаю кабинку, мою руки и вместе с группой посетительниц вновь появляюсь в коридоре. Подмигнув Найо, Агате и Марджери, быстро двигаюсь дальше.

Наверху в зале ожидания висят большие часы, и, проходя под ними, я снова отмечаю время. Сохраняя прежнюю скорость, однако не срываясь на более приметный для постороннего наблюдателя шаг, направляюсь по стрелке, указывающей в сторону камеры хранения. По ее достижении снова сверяюсь с часами. Путь сюда занял сорок восемь секунд. Пока что моя версия подтверждается.

«Ага, отлично. – Мысленно ставлю против этого пункта галочку. – Есть!»

Окидываю взглядом зал, в котором располагается камера хранения. С одной стороны – стойка, где путешественники сдают чемоданы и большие коробки, получая затем от служащего квитанцию с номером. Подобная форма обслуживания традиционна для железнодорожных станций в Англии. Благодаря ей туристы могут осматривать достопримечательности или перекусывать перед посадкой на поезд, не занимая себя хлопотами о личных вещах.

Но в этой камере хранения имеются также еще и ряды узких деревянных шкафчиков. По-видимому, в них без всяких сложностей и за меньшую плату можно оставить на хранение небольшие предметы. Как я вижу, каждая ячейка оснащена собственным металлическим замком. Но как оформить на себя такой шкафчик и, самое главное, получить от него ключ?

Я внимательно разглядываю ряды шкафчиков и замечаю, что из нескольких ячеек чуть подальше торчат ключи. Устремляюсь к ним, и способ, каким осуществляется аренда, немедленно становится мне очевиден. Нужно всего лишь положить вещи в отделение, бросить в щель монету и повернуть ключ. На цепочке к нему крепится серебристого цвета бирка, на которой, как я обнаруживаю, выгравирован номер ячейки.

«Есть!»

Меня так и подмывает помчаться обратно к Найо, Марджери и Агате, однако необходимо придерживаться изначального темпа, и потому уборной я достигаю через те же сорок восемь секунд. Женщины по-прежнему ждут меня, так же как и полгода назад Селия дожидалась здесь свою подружку Мэй. Итак, прогулка и возвращение (каковое, по моей догадке, Мэй все-таки планировала) из места, куда она наведывалась – а вот в этом я уже нисколько не сомневаюсь, – укладываются в отведенное время.

«Есть!»

Три женщины немедленно окружают меня.

– И что, черт возьми, все это значит? – К моему удивлению, изводящий их всех вопрос озвучивает Агата.

– Я все объясню, только давайте вернемся к Эмме, чтобы потом не пришлось пересказывать ей заново.

На этот раз наше шествие возглавляет Кристи. Едва лишь мы достигаем скамейки, баронесса вскакивает:

– Что случилось? Почему у вас всех такой серьезный вид?

Найо и Марджери начинают наперебой что-то говорить, однако Агата осаживает их:

– Думаю, нам нужно выслушать Дороти.

– Ускользнув из-под носа Селии, Мэй намеревалась так же незаметно проникнуть обратно в уборную – после выполнения некой определенной задачи. В этом я убеждена. Избавившись в кабинке от маскировки, она бы затем как ни в чем не бывало вновь предстала перед подругой. Только что я повторила маршрут, которому девушка следовала для осуществления своего намерения и последующего возвращения в уборную. Судя по затраченному времени, фокус Мэй не вызвал бы у Селии подозрений – если бы на обратном пути ее кое-кто не перехватил. И говорю я об убийце.

Эмма вскидывает руку:

– Что значит «перехватил»?

– Дороти, прежде чем вы перейдете к этому, может, все-таки раскроете нам, какую задачу выполняла Мэй? – вмешивается Агата.

– Думаю, она кое-что спрятала в шкафчике камеры хранения.

Женщины чуть ли не в унисон ахают – не будь ситуация столь серьезной, их реакцию даже можно было бы назвать комичной. Наблюдать за лицами подруг, когда фрагмент головоломки встает на место и придает смысл бессмысленному, – одно удовольствие.

– Мэй опасалась, что это «кое-что» могут обнаружить. И ей не хотелось, чтобы Селия увидела, как она это прячет, – скорее размышляет вслух, нежели спрашивает Кристи. И мне становится ясно, что теперь ее видение общей картины совпадает с моим собственным. Однако остальным Королевам придется разъяснять все по порядку. – Полагаю, Мэй хотела защитить свою подругу. И себя.

– И что же она пыталась спрятать? – хмурится Марджери.

– Скоро мы это узнаем.