Андрей.

Сумерки повисли в воздухе. На западе тихо догорала полоса заката, а над головой небо уже тонуло в индиго.

Андрей зажал пальцами брелок с ключами, и его внедорожник цвета “асфальт” пикнул и моргнул фарами в ответ. Он забрался внутрь, шумно выдохнул и потарабанил пальцами по кожаному рулю. На съемной квартире его ждал только небольшой телевизор и пустой холодильник. Похоже придётся тащиться в супермаркет за продуктами.

В его голове с прошлой смены всё ещё жил образ девушки-бабочки, мелькнувшей на каменистом плато. Прежде, чем завести мотор, он машинально мотнул головой в сторону пустого берега. Никого. Как и все дни до этого. Пора бы уже перестать возвращаться мыслями к Олесе, и её неожиданному визиту на маяк. Всего лишь дружескому визиту. А если быть честным, визиту вежливости.

Но что-то было такое в Олесе, отчего она вызывала в нём необъяснимое желание укрыть её, защитить, от того же дождя, ветра, согреть чашкой кофе. Когда она не могла этого заметить, он рассматривал её длинные каштановые волосы, курносый нос, широкие скулы, придающие лицу округлость, маленькую грудь-единичку, узкую талию и более широкие бёдра, обтянутые джинсой.

Он сказал правду, что невозможно не улыбнуться ей в ответ. Поэтому он улыбался и шутил, чувствуя, как к нему как будто стекаются невидимые ручейки, наполняющие его энергией.

Он больше не ощущал себя безжизненной тряпичной куклой, набитой пыльной соломой. Он снова чувствовал себя живым человеком.

Когда она, сидя напротив, взглянула на него своими карамельно-карими глазами, у него в мозгу, видимо, на секунду произошло короткое замыкание, так как он вдруг остро осознал, что стоит ему качнуться ей навстречу, и если она ответит тем же и слегка наклонится вперед, то он сможет узнать, каковы её губы на вкус.

Конечно, в его голове тут же сработала невидимая сигнализация, предупреждающая об опасности, не лучшее время и место, чтобы проверять её реакцию. Возможно, она верила тому, что о нём говорят, и опасалась его, и такой полу-маневр только испугал бы её.

Ему просто нужно выбросить это всё из головы. Это какой-то странный финт, который выкинул его мозг после затяжной депрессии. Возможно, ему лучше, раз в нём смог зародиться подобный интерес. Но это всего лишь мимолетная симпатия, которая быстро развеется. Вряд ли он столкнется с Олесей за остаток её отпуска, а через две недели она уедет. А его жизнь здесь продолжит течь в прежнем русле. И это даже к лучшему. Ему сейчас не стоило создавать себе новых проблем, когда он и со старыми-то ещё не до конца разобрался.

Андрей плавно зарулил на парковку у единственного крупного гипермаркета в этой части городка. Раздвижные двери распахнулись, обдувая теплым воздухом и пропуская его внутрь. Он смиренно стал катить за собой продуктовую тележку, бродя между рядами и разглядывая товары на полках. Повертев в руках упаковку с сыром, он привычно старался заглушить внутренний голос, который в очередной раз услужливо напоминал ему, какой он жалкий одиночка, раз на ужин у него дурацкие бутерброды. Сойдет. Сырная нарезка со шлепком упала на дно тележки в компанию к хлебу. Впереди был алкогольный отдел. Он подавил желание поддаться соблазну и пройтись по нему. Ну уж нет, больше он к этому не вернётся. Алкоголь никогда ничего не исправлял, из-за него становилось только хуже. Он уже намеревался резко свернуть в другой ряд, как до него вдруг донесся голос Олеси. Андрей остановился и огляделся. В алкогольном отделе крутилась компания из парней и девчонок, они о чем-то громко переговаривались, после реплик периодически раздавались смешки. Андрей глубоко вздохнул, ему уже мерещится Олесин голос, не хватало ещё свихнуться для полного везения. Однако же он снова её услышал, а затем Олеся показалась, вынырнув из-за полок, беседуя с друзьями и держа в руках бутылку из темного стекла. На ней были свободные джинсы и утепленная рубашка в красную клетку. Свободной рукой она откинула волосы за плечо, затем обернулась, и её взгляд встретился с его.

Мозг начал лихорадочно обдумывать дальнейшие действия. Вдруг она расценила то, что он пялился на неё в гипермаркете, как сталкеринг. В очередной раз он встаёт в ступор при ней, словно олень в свете фар.

Но через секунду ее губы растянулись в легкой улыбке, и она махнула ему рукой в приветственном жесте. Андрей выдохнул, даже не заметив, что до этого задерживал дыхание, и решил, что будет невежливо просто кивнуть и уйти, лучше подойти к ней и поздороваться.

Он приблизился к Олесе, волоча за собой тележку.

— Привет, надеялся, что мой сталкеринг останется незамеченным, но ты меня поймала, — саркастично ухмыльнулся Андрей, затем шутливо вздохнул, — теперь придётся выбирать другую жертву, не такую внимательную.

— Привет, — Олеся развернулась к нему, затем звонко рассмеялась на его выпад.

По телу едва заметно прошла волна облегчения, она сразу поняла, что он шутит и не преследует её на самом деле. Кудрявая блондинка с жирно накрашенными красными губами заметила его приближение и удивленно округлила глаза, но тут же поспешно отвернулась к парню, стоящему рядом.

— Мы собираемся на берег, отмечать День рождения, — повертела в руках бутылку Олеся и подняла на него свои карамельно-карие глаза.

— Что ж, мои поздравления имениннице, — произнёс Андрей.

— Имениннику, — подошёл к ним, услышав его слова, парень в спортивном костюме с короткой темной стрижкой, и представился: — Саша.

— Андрей, — протянул он руку.

Саша секунду смотрел на его руку, затем всё же решил её пожать. Андрей заметил, что Саша будто невзначай встал почти вплотную к Олесе, касаясь её своим плечом. Яснее свои притязания он мог бы выразить, только если бы написал фломастером на её футболке “моё”. Но Олеся переступила с ноги на ногу, незаметно отодвигаясь от парня. Так, а это уже интересно. Андрей негромко откашлялся в кулак, чтобы скрыть улыбку, вызванную её действиями.

— Ладно, не буду вам мешать, хорошего вечера, — примирительно произнёс он.

Несмотря на его симпатию к Олесе, Андрей отчётливо понимал, что её личная жизнь его не касается, просто так вмешиваться он не собирался.

— Может быть, ты присоединишься к нам, — предложила Олеся, — в смысле, если ты не занят, посидим у костра на берегу… — она заложила за ухо каштановую прядь и выжидательно посмотрела на Андрея.

— Это, наверное, нужно спросить у именинника, если он не против, — спрятав улыбку, ответил Андрей.

— Саша? — мельком обернулась в его сторону Олеся. — Конечно, он не против.

— Ну, если тебе не будет скучно с молодёжью, присоединяйся, — прогудел тот с лёгкой ухмылкой.

Андрей уловил намёк на то, что он старый по их меркам, и что ему не место в их компании, но его только позабавил такой настрой Саши. Похоже, тот готов броситься на любого, кто мог сойти за потенциального поклонника Олеси. То, что он видит в нём соперника, подталкивало к мыслям, которые он так усердно старался отогнать, о себе и об Олесе. Когда кто-то со стороны признает такую возможность, то это даже обнадеживает и воодушевляет. Он почувствовал, как порция адреналина начинает медленно растекаться по венам. Давно забытое ощущение.

— Хорошо, я тогда заеду домой, а то я только со смены, и приеду к вам. На плато, верно? — ответил Андрей, искусно делая вид, что не заметил намёков Саши.

— Да, отлично, — улыбнулась Олеся, — там я тебя со всеми и познакомлю.

— Увидимся, — напоследок проронил Андрей, схватил с полки две банки безалкогольного пива и направился к кассе.

Отойдя на пару шагов, он услышал за своей спиной обрывки фраз, произнесенных, скорее всего, кудрявой блондинкой “тот самый сторож”, “Олесь, ты с ним общаешься?” и какие-то неразборчивые восклицания, дальше он уже свернул в другой ряд.

И, действительно, зачем он согласился присоединиться к их компании? Точно не назло Саше, он, конечно, забавный малый, но Андрею на него совершенно плевать. Он уже вышел из возраста, когда хочется померяться своей крутостью.

Просто потому что она позвала его? Как бы Андрей не тонул в карамельно-карих глазах Олеси, он все-таки не был дураком, и прекрасно понимал, что его ждёт не дружески расположенная компания, а вечер полный косых взглядов. И он добровольно на это подписался.

Осознание пришло внезапно. Ему нужно быть там, чтобы приглядеть за ней, чтобы убедиться, что Олеся будет в порядке, когда после пары порций алкоголя Саша надумает сделать очередной подкат, чтобы оградить её от ненужных притязаний.

Он на секунду прикрыл глаза и вздохнул. Где та тонкая грань, когда кончается забота и начинается тирания, проскользнула саркастичная мысль. Если бы не её приглашение, он мог бы убедить себя держаться в стороне. Но теперь он отчетливо понимал, что было бы странно отказываться, и потом всё время думать, как она там, ночью на плато, хоть и в компании типа-друзей.

К тому же, раз она его пригласила, то хотела его видеть. А это хоть что-то, да значило.