Олеся.

Солнце бликовало на морской водной глади, заставляя прищуриваться. День выдался тёплым. Сколько их ещё осталось, таких погожих летних деньков, еще немного и погода превратится в серую промозглую стужу, а море станет свинцовым и, если такое возможно, ещё более холодным. Ледяным. Совсем как глаза Андрея в момент их ссоры.

Олеся сидела на плоском валуне на берегу, стараясь не смотреть на холм с маяком справа. Она будто всей кожей чувствовала близкое нахождение Андрея.

А ведь приехала она сюда в отпуск, чтобы побыть наедине с собой в тишине и покое. Ха и ещё раз ха. Ей никогда не везло. Олеся горько ухмыльнулась своим мыслям.

Она с закрытыми глазами могла указать расположение всех больших валунов на плато, ведь она с детства знала здесь каждый камень. Но теперь это не просто берег её детства, думая о плато сейчас, в её мыслях сразу возникал образ Андрея без футболки, ныряющего за Арчи. Сердце тут же начинало бешено трепыхаться, словно прихрамывая и отзываться болью. Как это ни странно, расставание после предыдущих отношений, продлившихся полгода, она пережила даже легче, чем разрыв после десяти дней, проведённых вместе с Андреем.

— Везёт им, да? — произнесла Маша, кивком указывая на ревущие и скользящие по водной глади гидроциклы, оставляющие за собой волны искрящихся на солнце брызг.

— Да? — не сразу поняла в чем именно, Олеся.

— Я к тому, что катают их, парочки, любовь и всё такое, а мы сидим тут на берегу одинокие и горемычные, — иронизировала Маша.

Олеся обвела взглядом те самые парочки. Ирина любовно прижималась к Олегу, сидя на гидроцикле. Наташа светилась и радовалась до небес, как и всегда, когда могла быть ближе к Саше.

Тот резко тормозил гидроцикл, на всём лету разворачивался, заставляя счастливую Наташку вцепиться в его торс и визжать на весь берег. Они неплохо смотрелись вместе на самом деле.

Олеся в очередной раз задумалась о том, что их связывает. Встречается ли он с Наташей, параллельно делая намёки Олесе, или держит дистанцию, пока Олеся не уедет. Хотя, конечно, это не её дело, просто ей было немного интересно, где проходят границы Сашиной морали.

Первый гидроцикл причалил к берегу. Олег помог Ирине перелезть на камни, было видно невооружённым глазом, с какой заботой он поддерживает её.

— О чем я и говорю, — грустно вздохнула Маша, наблюдая развернувшуюся перед ними картину удачных отношений.

— Понимаю. Сама я невезучая в любовных делах, — ответила Олеся.

— Ты ещё везучая, на тебя и Сашка заглядывается, и маячник за тобой приударил, — сетовала Маша.

— А толку-то, — в тон ей отвечала Олеся.

Хоть она и не хотела идти на плато, но в обществе всё равно отвлекалась на ничего не значащие разговоры, и если бы не маяк, который словно нависал над её сознанием, она вполне могла бы немного отойти от бесконечного измельчения воспоминаний.

— Ну что? Моя очередь? — крикнула Маша.

— Пойдём, — махнул ей рукой Олег, приглашая на гидроцикл.

— Троекратное ура, — широко улыбнулась Маша и прошлепала по камням к Олегу на гидроцикле.

Её освободившееся место на валуне неспешно заняла Ирина. Некоторое время они молчали. Но это не было тем комфортным молчанием близко знающих друг друга людей, скорее им просто не о чем было говорить.

— Я хотела предупредить, не обижайся только, — внезапно начала Ира, поигрывая белыми браслетами на запястьях, она была удивительно загорелой для такого прохладного климата, — что у Наташи с Сашей всё сейчас стало хорошо, не нужно им мешать.

— И в мыслях не было, — нейтрально ответила Олеся, хотя разговор оставлял неприятный осадок, будто она имела намерение кого-то разлучить.

— Просто ты сейчас снова свободна, мало ли, — с напускным дружелюбием сказала Ира, и стала пить воду из бутылки.

— Нет, мы с Сашей просто друзья, — заставила себя ответить Олеся, хотя не считала нужным оправдываться, просто не хотела допускать ненужных домыслов.

И откуда Ира смогла узнать об её ссоре с Андреем. Скорость распространения слухов в небольших городках поистине поразительная. Или же она сделала выводы из-за её скорого отъезда, но это вряд ли. Скорее всего, Сашка трепло.

Один гидроцикл причалил к валунам. Олег все ещё катал по волнам Машу, а Наташа уже возвращалась на берег.

— Олесь, пойдём! — улыбнулся Сашка, сидя на гидроцикле. — Покатаемся с ветерком!

Изначально Олеся не собиралась кататься, холодные брызги и скорость её не особенно прельщали. Но когда она рассмотрела перспективу остаться на берегу в компании Наташи и Ирины, она всё же передумала. Лучше она покатается немного, а там и Маша на берег выйдет, с ней было на удивление легко общаться. Кто бы мог подумать. Просто из всей компании только Маша была простой и прямолинейной, всегда было известно, чего от неё можно ждать, и в случае чего, она сказала бы всё, как есть, не прячась за фальшивыми улыбками.

— Иду, — крикнула Олеся, поднялась с нагретых валунов, расправляя майку и отряхивая джинсовые шорты от песчинок. У кромки воды она подняла с мокрых валунов твёрдый и дутый спасательный жилет.

— Да можешь не застёгивать, это на всякий случай, — пробежался по ней взглядом Саша, весь мокрый от брызг, ему бы гидрокостюм вместо обычной одежды, подумалось Олесе, вода здесь, как и всегда, ледяная. — Давай руку, помогу залезть.

Олеся ухватилась за протянутую руку и с трудом перебралась с валунов на гидроцикл, неловко скользя кедами по мокрой гладкой поверхности. Она села верхом на сиденье, обхватила Сашу за торс, сцепив руки поверх его мокрого спасательного жилета, который был ядовитого оранжевого цвета. В нос забился запах солёного моря, влаги и пряного парфюма.

— Готова? — спросил Саша, повернув голову, Олеся кивнула, тогда он опустил защитные очки, прочесал пальцами тёмную мокрую чёлку и завёл гидроцикл.

Тот взревел и резко дёрнулся с места. Казалось, он не плывёт, а скользит по воде, кренясь и рассыпая снопы брызг во все стороны. Олесе приходилось держаться крепче. Иногда она закрывала глаза в защитном рефлексе.

Яркие лучи солнца слепили, отражаясь от поверхности воды, волны разливались от их движения и с плеском ударялись о берег, мотор ревел. Затем стало тихо. Саша остановился недалеко от края плато. Олеся огляделась.

Маша с Олегом причалили и перебирались греться на валуны. Олеся невольно кинула взгляд на холм с маяком. Сердце совершило сальто. Она была готова поклясться, что на спуске с холма мелькнула мужская фигура. В голове молнией пронеслись мысли об Андрее. Может он всё же придёт к ней на плато, ведь он уже пытался приехать и поговорить. Не может быть, чтобы они так больше и не увиделись до её отъезда. Как бы ей не хотелось этого признавать, она уже так сильно соскучилась по нему. Что будет, когда она уедет и больше не сможет видеться с ним. Ей будут сниться его морские глаза. В душе снова заскребло и заныло. Ведь у них оставалось ещё два дня. Два чёртовых дурацких свидания. У них ведь есть ещё немного времени. Даже если расставания не избежать, не хотелось, чтобы последнее, что они сказали друг другу, были те обидные слова во время их ссоры.

Она старалась присмотреться повнимательнее, поднесла руку ко лбу вместо козырька, чтобы глаза не слепило солнцем. Но в этот момент мотор ожил, Олеся взвизгнув, снова вцепилась в дутые бока жилета Саши. Солёный воздух с брызгами снова полетел в лицо. Саша сделал несколько крутых разворотов, Олеся почувствовала, что в спешке плохо сцепила руки, пальцы медленно соскальзывали с грубой мокрой ткани жилета.

Она попыталась обхватить торс покрепче, в этот момент гидроцикл взревел, входя в поворот, накренился. Её пальцы дернулись и неловко соскользнули. Она закричала, не ожидая такого развития событий, и на лету выпала из гидроцикла в морскую воду.

Олеся неосознанно выставила перед собой руки, защищаясь от падения и больно шлепнулась ими о поверхность воды. Затем волны сомкнулись над ней. Её спасательный жилет был расстегнут, поэтому спина всплыла вверх вместе с боковинами, удерживая её подмышками, а лицо наоборот по инерции уткнулось вниз в набегающие от движения гидроцикла морские волны.

Олеся от неожиданности совсем не подумала о том, чтобы перед падением в ледяную воду набрать побольше воздуха в лёгкие. Кислород тут же закончился. Холод сковал тело, словно его перетянули жгутами, не давая вдохнуть, а затем расходящаяся иголочками боль заставила глухо вскрикнуть, находясь прямо в волнах. Ледяная соленая вода обожгла горло. Лёгкие, казалось, просто не существовали.

Олесю начала охватывать паника. Она стала барахтаться в воде и случайно выпуталась из одного рукава жилета, зато смогла развернуть тело и поднять голову на поверхность. Хотела закричать, но не смогла, из груди вырывался только хриплый кашель, в груди горело. Морская вода и слезы из-за надрывного кашля застилали глаза. Мокрые волосы липли к лицу. Одежда напиталась водой и тянула вниз.

Олеся изо всех сил уцепилась за жилет мгновенно замерзшими пальцами. Тело начала бить крупная дрожь. Она смогла немного откашляться и только сделав болезненный рваный вдох, осознала, что совсем не может плыть, ноги сводило стреляющей болью судорогой. Олеся хотела позвать на помощь, но голоса у неё как будто не было. Она могла только кашлять и хрипеть. Как же холодно. В тело словно вонзались ледяные иглы.

Где-то рядом с собой она услышала рёв мотора. Наконец-то, сейчас Саша её вытащит. Как же хотелось на берег и в тепло. Скорее. Но, когда гидроцикл был уже совсем рядом, Сашиного голоса она не услышала. Она даже на секунду заподозрила, что бредит.

— Малышка, посмотри на меня, — раздался уверенный и серьёзный голос Андрея, — протяни руку, я тебя вытащу.

Перед глазами мелькнула синяя спецовка. Он здесь, рядом. По телу прокатилась волна радости и облегчения. Олеся увидела, что Андрей развернул гидроцикл торцом, спустился на край и протягивает к ней руку.

Олеся пыталась потянуться навстречу, но только неуклюже трепыхалась. Зубы стучали, тело дрожало, а руки и ноги не слушались, они словно онемели, мышцы были деревянными, пальцы разжать не получалось, будто они чужие и ей не принадлежат. Она качалась на волнах, медленно отдаляясь от Андрея. Слева прогудел и затих мотор, послышался плеск воды. Саша подплыл к Олесе, подхватил её за плечо и вплавь направил к гидроциклу Андрея, тот тут же ухватил её за руку. Вдвоём они затащили Олесю на гидроцикл.

— Не бойся, всё хорошо, иди сюда, — Андрей посадил её перед собой на сиденье, обхватил по сторонам руками.

— Саша? — прохрипела Олеся, ища его глазами в воде.

— Не переживай, он почти выбрался на свой гидроцикл, я не буду ему помогать, а то ещё не сдержусь и утоплю его к чертовой матери. Этот придурок даже не застегнул на тебе жилет. — Только сейчас, когда Олеся была рядом, в безопасности, в голосе Андрея засквозило едва сдерживаемое напряжение.

Он завёл мотор и направил их гидроцикл к берегу, слегка укутав Олесю полами своей спецовки. Она благодарно облокотилась ему на грудь, ища опору и кутаясь в тепло, которое едва ощущалось онемевшим телом.

На берегу их уже ждала встревоженная компания. Олег помог им обоим сойти на берег. Олеся сильно дрожала. Жаркое летнее солнце совершенно не грело, было холодно. Очень, очень холодно. Словно она стоит мокрая в морозильной камере. Ноги плохо слушались.

Андрей не стал отвечать на реплики и восклицания вокруг них, наскоро надел на неё свою спецовку, аккуратно продев руки в рукава, как ребёнку. Затем приобнял Олесю, закинул её руку себе на плечо через шею, и повёл её на маяк.

— Потерпи, малышка, ещё немного и согреешься, — тихо приговаривал он.

Последнюю треть пути на тропинке наверху холма он понёс её на руках, так как Олеся чувствовала слабость и, видимо, очень медленно шла. Он занёс её в техпомещение при маяке и аккуратно посадил на узкую кровать.

— Нужно снять мокрую одежду, я не буду смотреть, просто помогу, хорошо? — терпеливо уговаривал её Андрей.

— Хорошо, — хрипло выдохнула Олеся.

— Нужно срочно тебя согреть, гипотермия — не шутки, — прогудел Андрей, стягивая с неё мокрую футболку.

Он действительно смотрел ей в глаза и делал вид, что ничего особенного не происходит. А в её голове мелькали мысли, как хорошо, что он здесь, рядом. Она снова слышит его голос и смотрит в его серьёзные морские глаза. Как же ей его не хватало.

Она вымоталась и пережила стресс, от этого всё спрятанные эмоции стали прорываться наружу. В носу защипало. Она непроизвольно всхлипнула. Но Андрей воспринял это так, словно она отходит от испуга и стал успокаивать. Он снял с себя тёплую сухую футболку и надел на неё, поверх мокрого кружевного и почти прозрачного лифчика, аккуратно выправил ее спутанные мокрые волосы через ворот. Его обнажённый поджарый торс оказался прямо перед её лицом. Она рассматривала лёгкие светлые волоски на его теле и жилистые мышцы. Ей захотелось протянуть к нему руку, обнять его и прижаться к нему, но пальцы плохо слушались, а в голове шумело. Поэтому она просто подчинялась его действиям.

Его кисть всё ещё была в гипсе, но даже так он неплохо справлялся с её одеждой. Как только он смог вести гидроцикл с гипсом, она только теперь подумала об этом.

— Ничего, сейчас… — успокаивающе приговаривал он.

Метнулся и включил чайник. Затем вернулся к ней и стал расстегивать и стягивать с неё мокрые джинсовые шорты, скинул заодно кеды. Стал осторожно растирать её ступни рукой, прижимая по очереди к своему горячему телу.

Затем принёс ей чистые сухие носки и натянул их на ноги, почти как гольфы. Затем обернул вокруг неё байковое одеяло, на котором она до этого сидела. Потер её поверх одеяла по плечам.

— Ты вся синяя, сейчас сделаю чай, поможет согреться, — он зазвенел кружками, а взгляд Олеси прошёлся по его спине, от желания дотронуться до него и невозможности сделать это прямо сейчас Олеся прикрыла глаза.

— Саша тоже побывал в воде, как думаешь, он будет в порядке? — глухо спросила она, кутаясь в колючее одеяло.

— Ты предлагаешь привести его сюда и согреть? — ухмыльнулся Андрей.

— Не знаю, — отозвалась Олеся.

— Если он сейчас приблизится, то я снесу его тупую набитую соломой башку, — пробурчал Андрей, затем вздохнул, — не переживай, с ним друзья, придумают что-нибудь. Он не пробыл в воде так долго, как ты.

— Самое неприятное, что помимо всего, я ещё наглоталась воды, в лёгких до сих пор горит, — ответила Олеся

— Теплый чай, пей небольшими глотками, — Андрей передал ей кружку, но видя как дрожат её руки, стал придерживать дно кружки пальцами.

Олеся делала мелкие глотки, смотря поверх кружки на лицо Андрея, который сел рядом с ней на кровать.

Она впитывала его черты. Прямой нос, линии губ, густые брови, маленький белый шрам на виске, русые прядки, свисающие на лоб, и эти незабываемые серо-зеленые морские глаза, глядящие на неё и словно пронзающие её насквозь.

— Спасибо, — произнесла Олеся.

— Не за что.

— Как ты успел так быстро до меня добраться?

— Я пришёл на плато и увидел, как ты упала, сразу завёл гидроцикл и поспешил к тебе.

Игра в гляделки всё ещё продолжалась.

— Ты пришёл на плато поговорить со мной? О чем? — Где-то в груди тихо тлела робкая надежда.

— Об этом.

Андрей придержал рукой полупустую кружку, отводя её вниз на колени, затем склонил голову и легко поцеловал её в губы. Затем, словно не смог остановиться на этом, коснулся губами уголка её рта, провёл по скуле, подбородку. Его губы казались горячими напротив её холодной кожи.

— Я сейчас похожа на синюю мокрую крысу, и ты всё равно целуешь меня, — хрипло прошептала Олеся.

— Не говори ерунды, ты самая красивая девушка из всех, что я встречал, — парировал Андрей, и даже если он и привирал, Олесе было приятно это слышать из его уст. — Я тебе уже говорил, что в мокрой одежде и с мокрыми волосами ты ходячая сексуальная фантазия, — подбадривал он, улыбаясь.

От его улыбки в груди снова заныло, Олеся втянула носом воздух, пульс стал стучать в ушах.

— Это твой хитрый план, чтобы разогнать кровь по моим венам и согреть меня? — иронично спросила она.

— Просто мне безумно тебя не хватало, — тихо и серьёзно ответил он.

— Иди сюда, — Олеся протянула кружку на стол, затем распахнула одеяло в приглашающем жесте.

Они завалились на узкую кровать, едва помещаясь на ней. Честно говоря, одному Андрею на такой тахте было бы тесно, не то, что вдвоём. Андрей обнял её, прижал к себе, обмотав их обоих одеялом, насколько это было возможно.

— Ты всё ещё дрожишь, — произнёс он, — сейчас согреешься.

Он действительно был тёплый, как печка. Олеся льнула к нему, вдыхая его запах, переплетая свои голые ноги с его ногами в брюках. Целовала его, куда могла дотянуться, в колючие скулы, ключицы, шею. Не могла надышаться его близостью и теплом. Гладила его торс, спину, пальцы путались в его волосах.

Андрей же вырисовывал узоры вдоль её позвоночника и проводил пальцами по плечам, усердно старался держаться в рамках приличия, хотя Олеся отчётливо ощущала его возбуждение сквозь ткань брюк. Он гладил её волосы, целовал скулы, кончик носа, губы, уверенно и одновременно нежно, терпеливо, медленно, смакуя, словно хотел прочувствовать каждое касание.

— Можно сказать, что сегодня наше четвёртое свидание, оно почти состоялось, — произнесла Олеся, заглядывая ему в глаза.

Она не стала договаривать, что завтра было бы последнее, пятое. Уж если возвращаться к их счету.

— Давай увидимся вечером, ведь сегодня ещё не закончилось, — предложил Андрей, — если, конечно, ты будешь хорошо себя чувствовать после случившегося.

Олеся поняла, что ничего не выдумала, как ей иногда казалось после их ссоры и его слов. Всё, что между ними происходит, это по-настрящему. Она чувствует, как он отзывается на каждую ласку её рук и губ, как ему хорошо рядом с ней. Когда он смотрит на неё, в его глазах разгорается пламя. Она определённо ему нравится. Как и он ей.

В глазах Олеси застыл немой вопрос. Если им так хорошо вместе, и он ещё хочет её увидеть, почему он не пытается и дальше быть с ней? Но она боялась, что если произнесёт это вслух, то снова услышит ранящую её чувства правду.

— Я хотел извиниться, в прошлый раз обидел тебя, так злился на самого себя, что повел себя, как дурак, выплеснул эмоции, тех моих слов ты совсем не заслужила. Прости, — произнес Андрей, словно прочитав в её глазах растерянность.

— Я тоже наговорила лишнего, просто… — вздохнула Олеся, подбирая слова.

— Просто я обманул твои ожидания, я понимаю, — закончил за неё фразу Андрей, — пойми, мне понадобится чуть больше времени…

— Тсс, — Олеся приложила палец к его губам, — давай не будем о грустном, не будем рушить настоящий момент.

Андрей раскрыл губы и оставил на её пальце влажный поцелуй. Внизу ее живота стала закручиваться невидимая спираль.

— Мне скоро пора сменяться. Нужно одеться и собраться, пока не приехал Петрович, — подмигнул Андрей, прижавшись к её ладони щекой. — Ты согрелась?

В груди разрывало от его близости и ласки. Хотелось остановить время.

— Да, стало получше, — мышцы, которые сводило судорогой ещё болели, в ушах шумело, но в целом она перестала ощущать тот дикий всепоглощающий озноб.

— По крайней мере, твои губы и щеки порозовели, цвет лица перестал быть белым, — прогудел Андрей, выбираясь из-под одеяла.

Он стал искать на вешалках запасную спецодежду. Олеся прошлась по его лицу и телу жадным взглядом. Ей хотелось вернуть его в свои объятия немедленно. Он так сильно ей нужен. Если бы выбор стоял за ней, она бы предпочла, чтобы он был рядом. Всегда.

Мозг не хотел возвращаться в реальность из их уютного кокона. Где-то в потайных уголках ее души снова начала теплиться надежда. Звонки, поездки друг к другу, видеосвязь опять же никто не отменял. Должен быть выход. Может быть, завтра они что-нибудь придумают. У них по крайней мере ещё есть завтра.