— Выходит, я их сам сжёг, — удручённо проговорил Снежински. — Но зачем?

— Сходите к месье Леру, сэр, — посоветовала Лея.

— Он может ответить?

— Он даст вам успокоительное. У вас тахикардия и...

— К чёрту, — Снежински махнул рукой и скрылся в темноте подземного коридора.

— Он не снял с нас штрафные баллы? — удивился Дэн, когда шаги человека в чёрном смолкли.

— Не до баллов, видимо, — пожала плечами Лея. — Выйдем на воздух. Мне нехорошо.

— Вот они, голубки, — через перила свесилась Клара. — Где взяли ключ?

— Какой ключ? — Лея сделала удивлённое лицо и вдруг почувствовала, как Дэн сжал её ладонь.

— Райс, у тебя?

— Нет, — ответил парнишка.

— Ли, не глупи, — Каприс спустилась с лестницы. — Вы оба вышли из этой двери.

— Тебе показалось, — как можно беззаботнее сказала Лея, в ответ сжав пальцы Дэна.

Клара выставила ладонь.

— Дай ключ, или я расскажу директору, что вы незаконно проникли в подвал. И вообще... ЧТО вы там делали?

— Где? — Лея продолжала играть роль.

Каприс ухватилась за цепочку на её шее и потянула. Как хорошо, что ключ успел превратиться обратно в зуб дракона.

— Но я видела, — выплюнула Клара и, одарив парочку злобным взглядом, убежала прочь.

Таких противоречивых чувств Лея никогда прежде не испытывала. Ей было приятно держать ладонь Дэна, находиться с ним рядом. Но вместе с тем очень хотелось остаться одной и бежать в Шато. К двери вникуда. Ведь если не там параллельная комната, то где? Нужно проверить. И не осталось ли там ещё шариков памяти Снежински. И что это вообще за комната такая? Чем она поможет расследованию? С этими мыслями Лея ходила за руку с Райсом вокруг фонтана, односложно отвечая на его вопросы. Иногда лишь возвращаясь в состояние здесь и сейчас, когда он стоял близко-близко и обнимал её, смотрел в глаза, касался её кожи. Его дыхание было таким родным. А парфюм Дэна переносил её в то время, когда они были ещё просто друзьями, детьми. Но теперь... теперь всё серьёзно.

— Давай завтра в заброшку сходим, — предложил парнишка.

— Угу. Крис пойдёт?

— Не знаю. Позвать?

— Как хочешь.

— А ты КАК хочешь?

— С вами вместе я бы чувствовала себя более уверенно, но... Дэн, мы так редко можем побыть только вдвоём.

— Тогда не пойдём в заброшку. Погуляем.

Они сделали ещё круг по парку. Потом по лесной дорожке вышли к школе.

— Давай возьмём Криса, — согласилась Лея.

— Можно и девочек позвать, — предложил Райс. — Соня как-то спрашивала меня, правда ли в заброшке есть библиотека.

— Соня? — от удивления Лея даже остановилась. — Вот не ожидала от неё.

— Почему?

— Не замечала за ней интереса к библиотекам.

Райс улыбнулся, и так захотелось обнять его, этого милого парнишку с серыми глазами. Такого тёплого, родного... любимого.

В комнате досуга у камина грелась Каприс.

— Ли, прекрати вешаться на Райса, — ультимативно сказала она.

— Имею право. Дэн — мой парень.

Клара громко засмеялась.

— Ну разумеется, Ли. Мальчишка из богатой семьи с аристократической родословной заинтересовался бедной сироткой. Ты сама-то себе веришь?

— Не говори ерунды, Клара. Какая родословная? Двадцать первый век на дворе.

— Ну ты и глупая, Ли. Магическая ДНК должна передаваться дальше, не смешиваясь с простолюдинскими.

— Я ведь волшебница.

— Да какая разница, если ты не знаешь своих корней. Кто ты? Кто твои родители? Какой дар они тебе передали? Имеет ли твоя магия вектор, или тебе суждено быть статиком? Уважающий себя волшебник предпочтёт статичку из известной магической семьи, чем проявленную безродную ведьму.

— Почему? — не поняла Лея.

— Потому что волшебники должны закреплять и усиливать ДНК магии в роду. Особенно сейчас, когда в популяции так много статиков.

— Не морочь мне голову, Клара. Близкородственные связи ведут к вырождению. Не это ли ответ на вопрос о статиках? — уверенно парировала Лея.

— Да что ты понимаешь, Ли, в генетике?

— Многое. Мой дядя — великий учёный. Он работает с ДНК.

— И чем же он знаменит?

— Он клонирует животных.

— Пф-ф, зачем? — закатила глаза Каприс. — Никогда этого не понимала. И не пойму. Глупости.

— Вовсе нет. Это очень востребовано. Многие не могут пережить смерть своего питомца и обращаются к дяде Хенгу. Спустя время получают точную копию любимчика. Видела бы ты их радость. Это невозможно передать словами. Но знаю точно, дядя Хенг делает людей счастливыми.

— Постой. Он ведь... китаец?

— Да. Сейчас живёт в Гонконге.

— Профессор Ли Хенг Ан?

Лея округлила глаза. Даже дыхание спёрло.

— Ты знаешь его?

— Читала как-то в газете. Он выступал на конференции по репродуктивным технологиям. Здесь, в Канаде.

— В газете?

— В газете, Ли. Ещё про тебя вспомнила, — усмехнулась Клара. — Подумала, вдруг родственники. Потом смотрю, он-то китаец, а ты... Кто ты, Ли?

— Я не знаю, — устав от разговора, Лея направилась в спальню.

— Ты — овечка Долли, — захохотала вслед Каприс.

Рано утром Лея ушла в библиотеку. Она решила подготовить доклад по династии Габсбургов. Как близкородственные браки привели к вырождению. Эти волшебники должны узнать правду. А то живут, как в каменном веке. Но научный прогресс давно шагнул вперёд. Жаль только, информации по теме было очень мало. Да и то, что Лея нашла, не соответствовало действительности. Так что доклад она писала, в основном, по памяти со слов дяди Хенга, рассказов тёти и статей в некогда прочитанных научных журналах. Получилась довольно объёмная работа. Осталось только в понедельник договориться с миссис Бих о дате выступления. Лея была уверена, что старушка учительница будет не против. Дэн ведь регулярно что-то рассказывал на уроках.

— Так и знал, что найду тебя здесь, — запыхавшийся Райс плюхнулся рядом. — Ребята не дождались. Ушли без нас.

— Прости, я увлеклась докладом. Минуту. Закину рюкзак и переоденусь.

Забравшись через окно в малое здание, Лея и Дэн немного побродили по первому этажу.

— Бабуля говорит, тут жили студенты и практиканты. Но с приходом Чёрной Тьмы всё превратилось в руины. Она несколько лет терроризировала американский континент. В Канаде несколько волшебников и волшебниц пострадали.

— Как?

— Она вселялась и управляла ими.

— То есть, волшебник становился безумцем?

— Типа того. Как инфекцией заражала собой.

— А сейчас она где?

— Не знаю. Никто не знает. Давай руку, — Дэн помог перебраться через отвалившийся кусок стены. — Смотри, там тоже лестница. Пойдём?

— Угу.

— Кстати, ты поняла, кто такая эта Чёрная Тьма?

— Сумасшедшая ведьма. Но она что, правда, бессмертная?

— Это чума.

— Что?

— Прабабушка так говорит. Инфекция. Но не болезнь от микробов, а болезнь души. Очернение помыслов. Человек теряет себя, полностью подчиняясь ей. Кто-то заболевает и умирает, а кто-то... сам становится Чёрной Тьмой. И заражает других.

— Как так "становится"? — не поняла Лея.

— Буквально. Меняется внешне. Взгляд. Помыслы. Даже возраст. Крис говорит, что узнал от деда, как в его времена Чёрная Тьма вселилась в старуху, и та помолодела. Ходила по городу с красной тряпкой.

— С красной?

— Да. Есть такая легенда о чуме.

— Я читала в сборнике медицинских баек монаха Лао Фу. Красный шёлковый шарф. Знаешь... Ладно, не важно.

— Слышишь? Там ребята. Идём скорее.

— Угу.

Они быстро преодолели коридор и оказались у входа в библиотеку. Соню было хорошо слышно. Она очень громко комментировала всё, что видела.

— Я не верю ни в какую Чёрную Тьму, — говорила она. — Это просто сказки.

— МакБраун, ты ведь видишь. Это её пытались сжечь, откуда-то из-за стеллажей слышался голос Клары.

— Ага, поэтому затопили, — засмеялась Соня. — Это всего лишь инфекция. Чума. Так мама говорит.

— Удивительно, что не Сара, — с усмешкой сказала Каприс.

— И она тоже, — буркрула в ответ Соня и, увидев вошедших, помахала рукой.

— На самом деле тут был огонь, — подошёл Крис. — А водой его тушили. Но почему забросили здесь всё, не понятно. Вы где бродите? — обратился он уже к Лее и Дэну.

— Смотрите-ка, — из-за стеллажей громко позвала Клара. — Оказывается, жена мистера Ланде жила здесь. Ли, а это не твоя тётя? Чунь Шэн.

Лея была уверена, что цвет её лица, как бумага. Настолько ей стало дурно. Если бы не поддержка Дэна, она могла рухнуть в обморок.

— Какая прелесть, — пропела Клара. — Тут и наша овечка Долли есть.

— Дэн, там Лейла, — тихонько сказала Лея.

Парнишка поспешил за стеллажи, оставив её посреди библиотеки. В разбитом окне виднелась башня Шато. Лея смотрела на неё и будто бы видела бушующее пламя. И слышала голос: "Огонь. Только огонь, Снежински. Стихийный огонь". Кто говорил, не понятно, но так отчётливо звучало, будто говорили за спиной. Лея оглянулась — никого. Даже голоса друзей померкли в гуле испепеляющих языков пламени. И сквозь него отчаянный крик "Лейла! Лей-ла-а!"