Когда Мэй вошла, в лаборатории уже возился Джей — добивался чего-то от анализатора и недовольно пыхтел. В последнее время он стал приходить раньше всех. Так увлёкся созданием вакцины?

Почти следом за Мэй вбежала Лина.

— Я вам сейчас такое расскажу! Блог, конечно, почти сразу заблокировали, объявили новость фейком! Но я была там! Это правда. Борщевик морфировал и напал на этих хлыщей из корпораций. СМО поражает растения, а значит, биоботы!

Джей оторвался от анализатора.

— Видел инфу в Сети. Ты реально там была? Почему в чат не написала?

— У меня были дела… надо было всё проверить, — почему-то смутилась Лина, но через несколько секунд снова затараторила. — Вообще, мы думали, что если им удастся вычистить всю информацию, то постараются дело замять. Вик, наша журналист, очень переживала. Её канал заблокировали. Правда, после того, как она сделала пост, что Биолайф сливала в Яузу отработанных биоботов. А это неподтверждённая информация. Зато очень логичная.

— Если так, то это может вызвать прорыв в создании вакцины, — заметил Джей.

— Это точно! Теперь можно из образцов биоботы выковыривать и анализировать. У тебя же есть оборудование? — глаза Лины горели.

— Да. Только судя по отчётам, которые лежат в открытом доступе в Сети, — Джей скептично прищурился, — это было первое, что сделали корпораты, и ничего не нашли. Конечно, ясно, что биоботы и вызывают опосредованное морфирование. Но причина так и осталась неизвестна.

— Плохо искали или искали не то, — не унималась Лина. — А у нас есть свежие образцы.

— Действует на все эукариотические клетки, — пожал плечами Джей. — А вот в организмах, где есть биоботы, наступает такая реакция. Сюда хорошо ложится информация, про загрязнение биоботами. Но то, что именно биоботы и мишень…

— Я бы на месте Биолайф до самого конца старалась опровергнуть эту информацию! — заявила Лина. — Иначе у их дверей окажется огромная разъярённая толпа.

— Ну, немногие решатся остаться без медицинской страховки. — Джей задумался. — А извлечь полностью биоботы нельзя. До двадцати процентов остаётся в тканях и медленно диссоциирует. Я тоже про это думал и в даркнете читал, что ещё в Индии были психи, которые извлекли биоботов. Одного такого потом нашли среди СМОшников.

— А те, кто изначально был без биоботов? — наседала Лина.

— Кто же выясняет, от чего сдохли маргиналы? Они вообще в таких условиях живут! Может, и правда, вирус у них иначе проявляется, но на одиночках параноиках, которые по трущобам скрываются, статистику не соберешь. Их ещё поймай, — развёл руками Джей. — А среди бомжей разве что с просроченной подпиской. До совершеннолетия она полагается бесплатно, знаешь же.

— Ну, мы точно можем сказать, что все образцы СМО, которые к нам попадали, содержат биоботов в тканях, — подняла палец вверх Лина.

— Что совершенно не исключает смерти человека без биоботов просто от повреждения, вызванного вирусом, — заметил Джей.

Мэй наблюдала за этим и в разговор не влезала. Если даже знать точно, что биоботы уязвимы, создать вакцину невозможно, тем более биологам. Нужны не просто по-другому настроенные биоботы, а новые, неуязвимые. А за сто лет даже модификаций не смогли создать. С этим справился бы разве что доктор Хайд, и то, если бы имел приличную лабораторию под рукой.

Лина не утерпела и в разгаре обсуждения достала яблоко. Ест она, конечно, как не в себя. И не толстеет ведь. Наверное, из-за синдрома Карпова.

— А где Раст? Мало того, что такой рассказ пропустил, так и огрызок от яблока опаздывает доедать! — пошутила Лина.

И правда. Пора бы уже. Мэй проверила чат. Сообщений не было.

Ребята тоже чуть «подзависли». Все вынырнули из Телепата почти одновременно и переглянулись.

— Он в Сеть со вчерашней ночи не выходил. Сигнал вне доступа, — заметил Джей. — Браслет, видимо, разрядился.

— Он ведь по ночам в рейды ходит! — сообразила Мэй. Воскликнула она слишком громко, и все уставились на неё. Пришлось продолжить: — Он же в порядке? Может, заблудился там и не получается выбраться. Поезда пошли, например, а они не успели.

— Всё возможно, — согласился Джей. — Надеюсь, это не связано с рейдом. Я уже написал его напарнику, но он пока молчит.

— А вдруг они оба погибли?! — выпалила Лина и тут же зажала рот руками, помотала головой.

— Давайте будем надеяться на лучшее, — предложила Мэй. — Может, спит после рейда и браслет зарядить забыл.

— Вот это на Раста очень похоже! — поддакнул Джей. — К обеду припрётся.

И всё же к обеду Раст не появился.

Когда ребята, не дождавшись его, нервно поглощали обеденные батончики, двери распахнулись.

В лабораторию заявился Барин в респираторе. Вглубь проходить не решился, встал на пороге.

— Должен с прискорбием сообщить коллективу, — хрипло донеслось из динамиков респиратора. — Что Сергей погиб в подземке, сегодня пришло письмо.

— При патрулировании? Его морф убил?! — подскочила Лина.

— Вот за этим я и зашёл, — даже шипящий динамик передал недовольство в голосе шефа. — Вы же помните, что нет никаких патрулирований и морфов в метро. Официально он попал под поезд. Тело изуродовано, браслет повреждён. Будут сжигать в закрытом гробу.

— А неофициально? — «встала в позу» Лина.

— А неофициальные версии можете между собой сколько угодно обсуждать. Но не за пределами лаборатории. Ясно? — рявкнул Барин и уже более спокойно добавил: — Нам скинут ссылку для подключения к трансляции прощания. Очно, сами понимаете, положение сейчас такое, только близкие родственники могут присутствовать.

Он чуть помялся на пороге и добавил:

— Новых сотрудников вряд ли быстро пришлют. Вы разделите между собой его обязанности. Потом премию выпишу.

— Вот зараза! Ему даже совсем Раста не жалко! — воскликнула Лина, чуть только Барин вышел. — Обязанности разделите! Вот о чём он думает!

— Ну, он босс, о чём ему ещё в первую очередь думать? — заметил Джей.

— Сейчас огрызком кину, будешь оправдывать этого ушлёпка! — пригрозила Лина.

— Раст был бы против такого разбазаривания органической еды, — ухмыльнулся Джей.

— Тебе ещё и смешно! — Лина вскочила и нависла над Джеем.

— Нет, я просто констатирую факт, — Джей явно издевался.

— Ребята, перестаньте, — попросила Мэй. — Раст погиб, а вы ведёте себя как…

— Да не погиб он, — махнул рукой Джей. — Ребята отписались. Там он, в подземке. Браслет в крошево превратился после столкновения с морфом. Морфы какие-то пошли, этот оказался телепат-карлик. Дикий глитч! Эволюционируют они, что ли…

Лина не дала ему договорить. С криком «Ура! Раст жив!» она сгребла Джея в охапку и принялась душить в радостных объятиях.

— А почему он там? В метро? — уточнила Мэй, когда Джей выбрался-таки из смертельной хватки. — Ну разбил браслет в рейде. Что, подземка не могла придумать правдоподобную историю, почему браслет разрушен?

Мэй вдруг осеклась и посмотрела на Лину.

Та спала с лица, бледнея, она уставилась на Джея.

— Он что, был в близком контакте? Он заражён?

— Почти наверняка, — кивнул Джей. На этот раз говорил без всяких кривляний, серьёзно. — Эта тварь выпустила какие-то щупальца. Пробила ему плечо. Руку пришлось ампутировать. Но это не беда с нынешними технологиями. Крутой протез ему уже делают. А вот то, что вирус точно попал в кровь… В общем, сегодня вечером нам передадут образцы тканей и крови. Будем работать в связке с той подпольной лабораторией. Теперь мы просто обязаны сделать вакцину.

Мэй кивнула своим мыслям. Свежие образцы только что заражённого — это верный путь, чтобы найти нужный белок. С учётом информации о том, что вирус поражает биоботы, они, и правда, могут создать вакцину. Хорошо, что сегодня у неё запланирован дайв. А то с ума можно сойти от волнения.

Мэй едва дождалась конца рабочего дня. Несколько ночей после происшествия она не могла попасть в дайв-бар. Сначала работали, чтобы изучить биоматериал, полученный из Витька. Мэй передёрнула плечами — до сих пор коробит! А потом оказалось, что из-за пандемии СМО кабинки в дайве разделили по приватным боксам с собственной вентиляцией, и скопилась очередь. Запись подошла только сегодня.

У входа в дайв-бар стояли четверо охранников в тяжёлой броне, лица закрыты забралами шлемов. И это всё равно не остудило пыл толпы у входа. Периодически кто-то лез к охране с вопросом. Раздавалось как робкое: «Может, кто-то отказался от своей сессии?» или «Я заплачу вдвойне», так и откровенно агрессивные возгласы:

— Пустите людей, изверги!

— Задрали цены, уроды!

— Гарбатый билд! Мне неделю ждать записи, а я и так месяц без дайва! Хотите, чтобы я сдох прямо здесь, у вас под порогом?

Мэй хмыкнула. Может и права Лина? Дайв тоже наркотик, если люди так к нему привязываются? Хотя с такой логикой — интернет наркотик ещё более страшный. Что начнётся, если всем отрубить доступ в Сеть?

Напустив на себя обычный задумчивый вид, Мэй дошла до охранников, будто бы залипла в Сети. Скинула билет и ID-карту в инфополе бара. А когда безопасник выслал ей одобрение и слегка кивнул, скользнула внутрь мимо амбалов. Толпа за спиной взвыла! Но было поздно. Мэй уже успела проскочить.

Внутри дайв-бара было, напротив, слишком тихо, пустовато. Даже музыка изменилась — вместо клубного техно играло что-то тягучее и невнятное. Бармен обзавёлся защитной броней, лица обычно приветливо улыбающихся девушек-кураторов скрывали маски.

Мэй выпила таблетку, оплатила сеанс, который вырос в цене почти в три раза, и направилась к капсуле. Она улеглась в мягкий ложемент и блаженно закрыла глаза. Наконец-то!

Привычное место загрузки — неоновая тропа. Внизу город. Мэй посмотрела на руки и довольно похлопала себя по бёдрам. Отлично! Вот она и в дайв-пространстве. Кажется, коннект полный. И Мэй прыгнула вниз, раскинула руки в полёте. Жаль, что в сеансах с коллегами приходилось изображать, что она так не может. А Джей оказался способный, без подсказок научился! Ну да какая теперь разница.

Улица города горела неоновыми огнями. Наверху клубились серые облака смога. Да, именно таким она этот город и видела. Город серых людей и ненасытных корпораций. Только теперь на улице было пусто. Пара-тройка случайных NPC-прохожих, значит, трафик совсем низкий.

Раньше сны дайва приносили просто тупую расслабленность и лёгкую эйфорию, но чего не помнишь, того как будто и не было. Мэй была рада, что она больше не забывает сны. И тут точно ясно, кого за это благодарить.

Она поспешила свернуть с шумной улицы мегаполиса. Там в тёмном переулке горела вывеска кафе с надписью «Выход». Быстро нашлось! Осталось совсем немного. В баре во всю шла вечеринка. Под тяжёлые биты электронной музыки плясали морфы. Мэй продиралась между щупальцами, рогами, когтями, стараясь, чтобы её не затоптали. Конечно, последствий для реального тела от этого не будет, но переживать такие ощущения неприятно.

— Не меня ищешь? — перед Мэй вынырнула девица с розовыми волосами.

— Наконец-то! Давай коктейль!

— В подарок от заведения! — Официантка произнесла дежурную фразу и протянула бокал с голубой жидкостью. Мэй тут же опрокинула содержимое в себя. Горло обожгло, а тело бросило в дрожь.

Мир дрогнул, и картинка пошла волнами. Потом пол под ногами провалился, и Мэй полетела вниз. У неё всегда захватывало дух от этой гонки. Стены подземного тоннеля были расписаны неоновыми картинками. Стилизованные змеи, птицы, буйволы, фигурки людей, мелькали, создавая яркое мельтешение. Казалось, будто рисунок двигался. Или не казалось. Это дайв, чего бы ему не двигаться. Мэй засмотрелась и пропустила момент, когда её выкинуло из тоннеля прямо на серый песок. Он мягко спружинил и вытолкнул её из песчаного карьера.

Мэй поднялась на ноги. Её затащило на самый край сновиденной карты. Город остался за спиной. Впереди простиралось поле с пожухлой зеленовато-рыжей травой, а линия горизонта вдали размывалась, сливаясь с серым небом. Мэй остановилась и посмотрела на свои руки. Они оказались почему-то бледными, с тонкими пальцами и без маникюра. Неважно. Главное правильно выполнить поисковый жест. На левой руке Мэй соединила большой и указательный палец в кольцо прижала его к середине вытянутого указательного пальца правой руки. Под ногами вспыхнуло фиолетовым. Свечение оформилось в навигационную стрелку, и Мэй пошла по ней. Стрелка поворачивала, задавая направление, как компас. Высотки удалялись, трава стала пышнее и сменила цвет на ярко-зелёный. Мэй пришла к камням, уложенным кругом. Стрелка замерла в его центре и стала пятном.

Значит, здесь. Теперь — слои.

Мэй встала в центр круга. Надо нырять в землю. Не падать, не проваливаться, а именно нырять. Формулировка имеет значение. Это точно. Земля под ногами стала зыбкой, как только Мэй сосредоточилась на слове «нырять». Её с хлюпаньем затянуло в топь. Вокруг стало темно и плотно. Мэй продолжала стремиться вниз и снова оказалась на поляне, в центре каменного круга. Только мир вокруг сменил краски, стал воплощением оттенков серого. Недостаточно глубоко. Нужно нырять ещё. Серая трава под ногами дрогнула, и Мэй снова нырнула в землю.

На этот раз её выкинуло совсем в другой локации. Исчезли трава и серые скелеты недостроенных небоскрёбов на горизонте. Мэй стояла под каменными сводами пещеры. С потолка размеренно и звонко капала вода, как таймер, отмеряя секунды, что можно провести здесь. Насыщенность и плотность локации, почти как в реальности, выдавали тот самый слой сна, на который Мэй стремилась. А вот и оно — из тёмного хода в стене пещеры повеяло холодом, затем оттуда потянулись языки чёрного густого тумана.

— Нейт! Я так скучала! — Мэй бросилась в объятия женщины в чёрном комбинезоне, едва та отделилась от тьмы, клубящейся в тоннеле. — Дайв ограничили из-за пандемии, даже на связь никак не выйти!

— Я тоже рада видеть тебя, милая. — Нейт погладила Мэй по голове. Совсем как мать в детстве.

— Можно уже восстановить серый браслет? Я вечность не общалась с наставницей! Мы ведь разобрались с Витьком! — Мэй заглянула Нейт в глаза. Большие, как два тёмных озера, с ярким ободком янтарной радужки, они были наполнены грустью.

— Потерпи, пока нельзя. Есть опасность, что они пришлют кого-то ещё. Я не хочу, чтобы ты пострадала. И ты молодец, сама отлично справилась, всё сделала. Привела Барина, и он помог всё скрыть.

— Лина могла и медбригаду вызвать, тогда все попали бы на зачистку, — ответила Мэй.

— Ты хорошо читаешь людей. — Нейт отстранилась и задумчиво посмотрела на Мэй. — Лучше, чем я думала. Теперь всё идёт по плану. Нужно только немного подождать.

Мэй решилась и спросила то, что мучило её все эти дни:

— Я не понимаю, почему я не могу изменить вакцину? Почему именно Лина?

— Ты уже и так достаточно рисковала, Мэй, — мягко ответила Нейт. — Ты угостила Лину батончиком с дайвом, загрузила в Диву код, сделав её частью меня.

— И спалилась! — воскликнула Мэй.

— Ничего, Виктор же не смог понять, что слияние продолжается через ваши ID.

— Если бы не ты со своим СМО — всё пропало бы!

— Не я. Это Джей его заразил, выбрал попробовать спастись самому и поставил под удар всех. Занятный мальчик.

— Занятный?! Да он только и думает, что о собственной выгоде. Он не должен принадлежать к поколению новых людей! Почему он не заболел? Он ведь почти начал морфировать!

— Он догадался о принципе работы вируса и борется. Если дойдёт до вакцины, я перепрограммирую наниты и дам ему шанс. Он это заслужил. Иногда люди меняются. В естественном отборе тоже были исключения. Это играет на пользу популяции и нового вида.

— А Лина? Почему именно она? — не отставала Мэй.

— Однажды я уже выбрала не спрашивая, и всё сошло на нет, — ответила Нейт. — Теперь я даю возможность выбора людям. Ты из тех, кто помогает. Лина из тех, кто решает. Таков алгоритм.

— Но почему не я решаю? Я так хочу новый мир! — Мэй почувствовала, как на глазах выступают слёзы, там, в капсуле. Если бы Нейт не держала её за руки, давно бы проснулась. Программа дайва, как и осознанный сон, не терпит резких всплесков эмоций.

— У тебя в сердце слишком много ненависти, но ты помогаешь мне, ты вступишь в новый мир. А Лина уже в новом мире, если мы не возьмём туда, таких, как она, всё будет бессмысленным. — Слова Нейт причиняли почти физическую боль. Мэй закусила губу, чтобы не заплакать. — Она ключ и должна открыть дорогу всем нам. Если она согласится, тогда мы всё сделали правильно. Мы не должны ошибиться и во второй раз. Потом шанса может и не быть.

Нейт заметила смятение Мэй и тепло улыбнулась, потрепала её по голове.

— Не расстраивайся, у каждого своя роль. Я тоже не гожусь для той, что предназначена Лине. И для твоей тоже. Я лишь могу указать дверь, войти вы должны сами.