— Всем привет! — Лина пришла на работу, когда коллеги уже устроились за столом и успели приложиться к коктейлям с концентратами. Может быть, уже начали обсуждать какие-то глобальные мировые или философские проблемы. Хорошо, Джей уже не выглядит как полежалый труп. Это ж надо так работать! Наверное, очень хочет создать вакцину. Только у всех по результатам толку чуть.

Лина пристроилась рядом с Растом и достала из рюкзака яблоко.

Раскрыла сообщение от Миши:

«С добрым утром! Сможешь уйти с работы пораньше? У меня сегодня выходной, и я подготовил для тебя сюрприз».

«М-м-м. Круче, чем вертолётная прогулка?» — Лина едва сдержала улыбку, когда набирала сообщение.

И тут на внутреннем экране мигнул красный флажок срочного сообщения. От Грея. Лина тут же развернула чат в полный формат.

«Администрация мегаполиса продала лес строительной компании. Будут рубить под новый жилищный комплекс. Срочно объявляем сбор наших!»

Что? Единственный парк на весь мегаполис?! Да они по закону не имеют права застроить!

«А они же должны изменить назначение земель! Без этого нельзя строить!» — отписалась в чат Лина.

«Уже изменили, вчера появилось, да ещё задним числом. Дистанционные слушания легко подделать, набрали голоса среди подчинённых. Выходи срочно. Там геологические изыскания уже!» — появилось сообщение от Вик.

Лина кинула яблоко обратно в рюкзак и вскочила. Схватила респиратор, чтобы надеть на ходу, и побежала на выход.

«Ну так что?» — снова сообщение от Миши.

Лина быстро набрала ответ:

«Национальный парк собираются рубить. Я — туда. Будем протестовать. Не знаю, чем это закончится. Возможно, нас всех арестуют. Вот в участке и увидимся!»

Она поставила смайлик в конце. Лина почувствовала, как внутри поднялась какая-то волна злости. На систему, на корпоратов и на Мишу тоже. Он же служит этой системе! Гвардеец!

— Ты куда это? — встрепенулся Раст. — Я, вообще-то, рассчитывал на премиум-огрызок!

— Надо срочно! Если Барин будет искать, скажи, что мне резко плохо стало! — крикнула уже в дверях Лина. — Вали всё на синдром Карпова в общем! Потом разберёмся!

Она бежала до самого метро, так спешила, что в комбинезоне включилось охлаждение.

Своих в заповеднике собралось удручающе мало. Грей, Вик и Серж. Все, согласно указу об СМО, в респираторах. Парк попадал под категорию общественных мест.

А вот на поляне происходило страшное. Несколько спиленных деревьев, примятый злосчастный борщевик и блестящая сталью машина в окружении десятка людей. Пятеро в рабочих комбезах. Остальные в дорогих деловых шмотках.

Неужели новые хозяева лично пришли оценить владения?

«Да это не сами владельцы, мелкие сошки, решили выслужиться, лично поприсутствовать», — скинул в чат Грей.

К группе жителей направились двое шкафов, похоже, что охранники. Судя по чуть пружинящим движениям, в комбезах был встроенный экзоскелет.

«У них, может, и оружие есть», — подумала Лина.

Один шкаф шёл чуть впереди и, видимо, был за главного у этой парочки. Респиратора не носил, правильно, там наверху закон не писан. Брезгливо повёл губами, скользнул взглядом по собравшимся и остановился на Грее, приняв его за лидера.

— Помехи уберите! Не мешайте работе техники! — грозно заявил верзила.

— Какие помехи? — искренне удивился Грей.

«Ты что, хакнул им машину?!» — не удержалась в чате Лина.

— Скажите, на каком основании идут работы? Три дня назад по информации открытого реестра территория всё ещё принадлежала мегаполису. Зона назначения: парк. А теперь якобы две недели назад зона назначения изменилась. Как вы объясните такой временной парадокс? — Вик вышла вперёд. Над её головой горела надпись: «идёт запись».

Шкаф вздрогнул. На секунду замялся.

— Запрос со скринами и датами уже направлен в прокуратуру, идёт трансляция данной записи в эфир. — Вик сделала ещё шаг вперёд. — Жители мегаполиса, неравнодушные к судьбе парка, приходите защитить свои права!

Взгляд шкафов затуманился почти одновременно, и к ним бодрым шагом направился худой высокий мужчина. Тоже без респиратора.

«Запросили подмогу в чате, — догадалась Лина. — А этот уже без экзоскелета, и взгляд наглый! Делец из мелких сошек!»

— Ваш призыв к сбору граждан в период эпидемии СМО нарушает закон о противоэпидемиологических мерах. Я отправил заявку в правоохранительные органы, — заявил он и повернулся к Грею. — Если вы не перестанете создавать помехи для работы геологоразведывательной техники, я вызову группу реагирования: статья проникновение на частную территорию, саботаж.

— Какая статья! Ещё вчера это был общественный парк! — возмутился Грей. — Вы совсем там, что ли, охренели?!

— Все документы оформлены по закону, — осклабился хлыщ. — Если есть какие-то претензии, можете подать иск.

Он явно пытался вывести из себя Грея, чтобы спровоцировать на оскорбление или ещё более решительные действия. Но Вик вела запись, Грей молчал, разглядывая хлыща, как диковинную зверушку. Он прекрасно понимал, к чему тот клонит. И у не него не было синдрома Карпова…

— Когда же вы нажрётесь, сволочи! — Лина поняла, что если сейчас не скажет всего, что думает, то просто взорвётся. Главное без личных оскорблений, и не кидаться на него с кулаками. Но тут Грей, наверное, не даст. — Сами-то виллы свои в лесах строите, с настоящими деревьями! Все заповедники отжали под свои коттеджи! А у нас бетонное гетто должно быть?! Для быдла деревья не предусмотрены? И всё, чтобы вы деньгами давились?

— Должен вас разочаровать, — картинно развёл руками хлыщ. — Виллы в лесу у меня нет.

— И не будет! — припечатала Лина. — Думаете, из собачки на побегушках как-то вырасти до уровня владельцев корпораций? Вы для них такое же быдло, как и мы! Расходный материал. Чуть не угодите — наймут свежих слуг. А вы пойдёте на должность клерка, давиться синтетическим дерьмом, которое рекламируете нам, как оптимальную еду!

Хлыщ улыбнулся, но улыбка вышла кривоватой. На плечо Лины легла рука Грея, Серж встал рядом. Вик продолжала снимать.

— Последний раз предлагаю вам покинуть частную территорию и не препятствовать работе техники! Иначе я вызываю отряд охраны, — заявил хлыщ. Прозвучало бы угрожающе, если бы его голос в конце не сорвался на фальцет.

Лина прыснула со смеху.

— Перед хозяевами не стыдно на кучку гражданских вызывать штурмовую группу?

Глаза хлыща недобро сверкнули и на мгновение затуманились. «Вызвал, или связался со своими», — догадалась Лина.

В перепалке она выпустила пар и успокоилась. Теперь ситуация её пугала: делают ведь, что хотят, закон переписывают, покупают суды. Да что там, правосудие давно превратилось в фарс, могли бы уж не держать ширму и сразу творить беззаконие. Хотя они, наверное, так бюджетные деньги отмывают.

Хмырь одарил Лину презрительным взглядом, торжествующе улыбнулся, и с двумя своими амбалами не спеша направился к своим. Продолжать разговор он не видел смысла.

«Вызвал группу реагирования, как пить дать, — сбросила в чат Лина. — Что теперь делать?»

— По документам они сейчас окажутся кругом правы, — Грей ответил вслух, как он любил. — Единственный выход — привлечь общественное мнение. Если мы сейчас промолчим, завтра они отберут воздух и заставят нас его покупать.

Лина поняла, почему Грей ответил вслух: Вик всё ещё вела запись.

«Зря стараешься, Грей, никто не придёт. Сам знаешь, что такое эти группы реагирования».

— Я живу этим лесом, — ответил здоровяк. — Вырос, гуляя по нему с отцом. Поступил на редкий факультет лесничества. Устроился работать здесь за копейки. Идиот, думал, власти будут заботиться о единственном парке города. В итоге вот этими руками каждый год выкапывал борщевик. Но мне и этого хватало, пока они не решили отобрать у меня лес. Мою жизнь…

«Хорошая речь, уже пятьсот комментариев, но никто не придёт», — скинула в чат Вик.

— Пусть все увидят в прямом эфире, что есть люди, готовые бороться против этих дельцов, — ответил Грей. — Ты останешься, чтобы снимать?

— Конечно, я журналист, это мой долг, — тоже вслух ответила Вик. — Если не будет независимых журналистов, у нас вообще не останется никаких свобод.

— У нас и так уже давно не прогрессивный, а тоталитарный капитализм, — усмехнулся Серж. — И я останусь, мне тоже особо терять нечего. Электрокары чинить и в тюрьме смогу. Говорят, там ещё и кормят бесплатно.

В чат Лине пришло сообщение от Грея: «Ты молодая ещё, уходи, не порть себе карьеру…»

Дальше Лина читать не стала, подошла вплотную к Вик.

— И я останусь! Думаете, я молодая? Вся жизнь впереди? Мне уже за тридцать, а выгляжу как подросток! Это всё из-за синдрома Карпова, эти дельцы изобрели такой классный стимулятор роста, а последствия для людей не изучили. Конечно, им же главное деньги заработать здесь и сейчас! Такие как я после тридцати умирают, так что мне недолго осталось. Спасибо вам, корпораты! И терять мне тоже особо нечего.

«Лина!»

— Лина! — сообщение от Миши пришло одновременно с тем, как он крикнул.

Она обернулась. По траве, оставив брошенный электрокар с раскрытой дверью, к ней бежал Миша.

— Лина, ты в порядке? Что вы тут делаете? — задыхаясь, произнёс он.

— Сейчас зададим этим драным хлыщам, вот что! — с вызовом ответила Лина.

— Нельзя нападать на представителей власти! Это нарушение закона. Если хотите протестовать — есть документы. — Миша говорил с такой верой, что Лине захотелось плюнуть ему в лицо. Наивный придурок. Марионетка системы!

— Хорошо, что ты пришёл, мальчик, — Грей повернулся к Мише. — Уведи её отсюда.

Лина почувствовала, как внутри снова поднимается волна эмоций. Жар ударил в щёки. Сдерживаться она не стала, проскочила мимо Грея и рванула к хлыщу. Хоть в лицо плюнуть ему. Мелкое хулиганство, зато сколько удовольствия!

Сознание как бы разделилось на два. Первое торжествовало и хотело поскорее оценить лицо важных птиц после плевка. Второе спокойно наблюдало и оценивало последствия. Это от медитаций на осознанность так. Выбор. Лина могла выбрать второе и успокоиться, но не захотела.

Сзади возмущался Грей, кричал Миша. Лина была уверена, что они побежали следом. Но куда там им до больного синдромом Карпова. Лина на гормонах сейчас в разы быстрее их. Хоть какой-то плюс от этой заразы. На шум обернулись шкафы-охранники. Или не на шум, наверняка у них импланты по обзору на 360. И плюнуть в лицо разве что только им получится. Главный шкаф, недолго думая, снял с пояса станнер. Лина замедлилась. Но, похоже, было уже поздно…

Второй тоже вытащил оружие, но не стал направлять его на Лину. Оба шкафа синхронно отвернулись в совершенно противоположную сторону. Туда, где стоял покалеченный машиной лес. Заросли борщевика как-то странно двигались и шумели.

Корпораты в дорогих костюмах как по команде бросились назад, но было поздно. Лина не поверила своим глазам: борщевик приближался, он как будто отделился от корней и превратился в шипящую зелёную массу с торчащими оттуда листьями, стволами, клыками и когтями…

Первыми волна настигла рабочих, резкий крик послужил сигналом и сорвал оцепенение со всех. Охранники начали палить из станнеров и чего помощнее в зелёную кашу, которая тут же окрасилась в багровый — попали в рабочего. С треском ломающихся костей и разрываемых сухожилий море перемололо свою жертву и двинулось ближе. Смело и машину, и электрокар корпоратов. Сами дельцы в ужасе побежали врассыпную.

— Так их! Лес, сожри эту погань!

Лину подхватило сзади, она взвизгнула, не сразу поняла, что это Миша. Он взвалил девушку на плечо и побежал. Впереди бежал Грей, и спиной назад пятилась Вик, продолжая снимать:

— Похоже, мы видим первый случай СМО среди растений. Неужели такое возможно? Морфирование растений!

Лина обернулась: зелёное море поглотило и охранников, и дельцов, окрасилось в багровый и бушевало волнами. Пахло соком борщевика, как при недавней зачистке.

Так им, подлюкам! Лес умеет постоять за себя. Ишь, чего захотели! Застроить заповедник.

Она почему-то не боялась волны, море как будто оно знало своих, и не должно было трогать. И потом поняла почему. Движение прекратилось. За ними не гналось зелёное море, оно бушевало в пределах парка, перемалывая тела осмелившихся посягнуть на его территорию.

— Миша, стой! Оно не преследует! — закричала Лина.

Они, и правда, остановились, когда добежали до электрокара. Миша снял с плеча Лину, обернулся.

— Наверное, не может отойти далеко от корней, — произнёс Серж, глядя на чавкающее добычей море. По его взгляду Лина поняла, что ему тоже не жалко дельцов. Он тоже торжествует, видя такую расправу.

По небу разлился тяжёлый протяжный гул:

— У-у-у-ур! У-у-ур!

— Вертушки группы реагирования! — Лина уставилась на три быстро растущих в размере вертолёта.

— Убираемся отсюда! — Вик уже свернула запись и потянула за руку Грея. — Пусть сами разгребают!

— Может, и этих заодно борщевик прихватит, — Серж зыркнул в небо и зашагал вслед за ребятами.

— Давай ко мне в электрокар, — сказал Миша, который всё это время не выпускал руку Лины.

Если бы не эпидемия, они завалились бы в ближайшую кафешку, чтобы вживую обсудить произошедшее. Но в кафешках нельзя было собираться больше двух из-за эпидемии СМО. За Греем числилось только место в комнате общежития, а у Сержа с Вик дома были семьи, не слишком радостно относящиеся к их деятельности активистов. Лина, косясь на Мишу, переписывалась в чате с лесной компанией и предложила для встречи свою студию.

— Адрес, куда ехать, у тебя в чате, — недовольно пробормотала она. — Если не жалеешь, что связался с безумной активисткой.

— Я просто хотел тебя защитить! — Миша уверенно повернул направо, простраивая новый маршрут. — Мы подадим жалобу, я спрошу у знакомых как всё правильно оформить. Правительство города разберется и поставит их на место!

Лине тут же захотелось его стукнуть, но она сдержалась. Вспомнила атаку борщевика и истерически захохотала:

— Теперь пусть только сунутся! Лес есть кому защитить!

Через полчаса все стояли на пороге студии Лины.

— Маленькая, но уютная, — подытожил Грей. Его голова почти доставала до потолка.

— Что-то не больно корпорации расщедрились, — заметил Серж. — Ты говорила, тебе дали в счёт компенсации за синдром Карпова?

Лина заметила, как Вик тихонько пнула Сержа за такие заявления, и махнула рукой.

— Всё так, они не особо щедрые, но это ещё и прижизненное жильё.

Серж, видимо получивший нагоняй от Вик в чате, промолчал. И не выдержала сама журналистка.

— Это как, прижизненное?

— Ну, когда я умру от Карпова, они квартиру заберут, — пояснила Лина. — Дали мне её в двадцать один, когда стала работать в НИИ, а помру я после тридцати. До сорока никто не дотянул ещё. Всего-то максимум лет двадцать жильё буду занимать. Потом эту подачку можно ещё кому-нибудь кинуть.

— Же-е-есть, — протянула Вик. — Вот жлобы!

Лина заметила, как Миша недовольно поморщился, и улыбнулась ему. Пусть привыкает. Кто-то ведь должен разбить эти розовые очки.

— Ну, тебе точно нельзя меньше сотни прожить, чтобы они от жадности передохли! — заключил Серж.

— Ты ведь учёный, придумаешь что-нибудь, — попытался обнадёжить её Миша, и Лине стало стыдно за свою выходку со злорадной улыбкой.

— Обязательно, — кивнула она. — Для этого туда и пошла. Так, у меня есть фруктовая вода и батончики. Присаживайтесь… где получится.

У Грея получилось устроиться на полу, Вик и Серж расположились на кровати, Миша уселся на подоконник, а Лина — на барном стуле у стола. Она разливала фруктовую воду, журналистка шарилась по Сети, а Серж озвучивал свои мысли:

— Не, вы только представьте, борщевик морфировал, сто процентов из-за СМО, и сожрал застройщиков. Это же сюр какой-то! Да я бы не выкапывал его, если бы знал, что так будет! Пусть растёт, охраняет.

— СМО у растений это плохо. Если и там начнётся эпидемия, — вздохнул Грей, — что же мы будем есть тогда?

— Батончики? — Серж повертел в руке батончик. — Как и раньше.

— Батончики — это продукты побочной переработки отходов при производстве еды премиум-класса. А её получают из растений. И биореакторы — там тоже растения, трансгенная ряска, — просветила своего соратника Лина. — Куда более интересный вопрос: почему растения морфировали и стали вроде как животные? И у меня здесь нет объяснений. Так в живой природе не бывает. Люди морфируют из-за биоботов. Это факт. В растениях биоботов нет.

Лина задумалась и вспомнила:

— Может потому, что борщевик наш и без того трансгенный? Нам в универе пример приводили неудачной генной модификации. Лет сто назад решили его истребить таким образом, ввели ген от глубоководной гидры, там белок… как бы это попроще сказать… в общем, должен был борщевик на солнце сгореть. В лаборатории так и было, и в природе поначалу. Только потом он адаптировался, стал выше, толще и ещё к морозам устойчив.

— А ещё в нём биоботы — есть! — Вик вылезла из Сети. — Я накопала материалы: корпорацию Биолайф обвиняли в незаконной утилизации отходов в Лосином острове. Это продолжалось несколько лет, потом был скандал, но дело быстро замяли. Причём инфу очень хорошо почистили. Биоботы могли попасть в почву, а потом — в растения!

— Это где ты нашла? — прищурился Грей. Я в парке работаю всю жизнь и такого не слышал.

— Наш эфир набрал пятьдесят тысяч просмотров, мне кинули файл в личку. Временный аккаунт, уже удалён. — Вик пожала плечами. — Наверное, из этих, параноиков, сторонников теории заговора. Но тут фото и документы. Не похоже на подделку.

Лина неловко поставила бутылку на место, чуть не разлила фруктовую воду.

— Если это правда, знаете, что это значит? Цель СМО — не организм человека, а биоботы! Получается, это искусственно выведенный боевой вирус!

— А такое возможно? Это же электроника, — удивился Грей.

— Ну нет! — фыркнула Лина. — Только управление завязано на чип. А все упростили и считают, что биобот это электроника. Он почти весь органической природы: конформационный белок и небелковая часть — гем. Белок принимает нужную свёртку, конформацию, в зависимости от сигналов чипа и работает как транскрипционный фактор или как фермент, влияя на другие белки. Так и контролируются процессы в клетке. А как этот конформационный белок с гемом взаимодействует, вообще до конца непонятно. Нашли закономерность и её используют. Это, наверное, только доктор Хайд и понимал!

— Слышала что-то, — наморщила лоб Вик. — Учёный, который пропал до того, как изобретение вывели на рынок?

— Да, почти сто лет назад, — кивнула Лина. — Разработчиками биоботов была группа учёных. Нынешний владелец просто выкупил их изобретение и размножил. Из русских там был учёный с ником Хайд. Ушел из исследовательской группы сразу после подписания договора. Остальные остались работать на корпорацию. Говорят, Хайд был гением. И он против наживы корпораций с этого изобретения, потому и ушёл.

— А ещё в Сети пишут, что его убили корпораты! — добавила Вик, которая, видимо, успела сделать поисковый запрос.

— Да нет, думаю, им это невыгодно, и Хайду удалось скрыться, — не согласилась Лина. — Иначе он в подвалах корпораций уже разработал бы новые модели. А их всё нет. В общем, биобот потому так и называется, что он содержит в основном не электронную, а биологическую составляющую. Я бы сказала, что он больше био, чем бот. А любая биологическая составляющая — мишень для вируса. Всё же борщевик не мог взять и пойти сам. Есть связка биоботы-СМО, просто она не такая, как мы предполагаем, с другой логикой.

— Или создал бы вакцину. Но как бы там ни было, он уже умер. Хайду бы сто пятьдесят уже стукнуло, — заметила Вик, судя по затуманенному взгляду, рыскала в Сети. — Кстати, то, что вирус поражает биоботы, было самым первым предположением, и его отвергли.

— Верно, — кивнула Лина. — Эта гипотеза не подтвердилась: биоботы, извлеченные из трупов, просто оказались очень изношенными. Без фатальных изменений. И выставили другое предположение. Биоботы ведь репарируют ткани согласно окружению, если ткань сильно нарушена, то они, грубо говоря, не знают в какую сторону репарировать. И начинается сбой. Получается, вирус так сильно повреждает клетки, и, возможно, и в ДНК встраивается. Но в телах морфов ДНК и белки настолько порушены, что невозможно разобрать, где фрагменты вируса, а где последствия.

— Да! Вот им бы заразить здорового! Тогда результаты будут свежачок, — злорадно заметил Серж. — Наверное, такие опыты ведутся в подвалах корпораций.

— Да и то, что вирус поражает биоботов, они наверняка знают, — кивнула Вик. — Но никто не хочет терять деньги на подписке. Вот и объявили, что мишень не они, а дело в этой… как её… репарации.

— Какие-то ужасы вы рассказываете, — не выдержал Миша. — Нет никаких подвалов у корпораций. Да и про биоботов: как их убрать? Все, кто старше восьмидесяти, только на них и держатся. Биолайф продлили средний возраст человека до ста лет. А вы тут из него монстра делаете!

— Да оно и делать не надо, — Лина замерла со стаканом концентрата в руках. — Ты что, не видишь, что они творят?

Ситуацию спас Серж.

— Но если вирус целенаправленно поражает биоботов и выведен искусственно, это же по факту война! — воскликнул он. — Как быстро там наверху придут к таким же выводам после случившегося?

— Зависит от мнения экспертов. — Вик вопросительно посмотрела на Лину.

— А тут точно никто не скажет, — пожала плечами Лина. — Любой вирус всегда специфичен к определённым белкам. Эти белки могут быть и в составе биобота. Так что эксперты могут решить в любую сторону. В зависимости от политической обстановки.

Лина криво улыбнулась.

— Но всё равно, выходит, Индия решила перекроить геополитическую карту мира? — предположил Серж. — Или вся Азия в сговоре?

— Да ну, — фыркнула Вик. — Это же не выгодно. Наш мир — прогрессивный капитализм. Со школы долбят: торговать лучше, чем воевать.

— Они все в сговоре. Будут рубить деньги на вакцине, — заключил Грей.

— Плюс можно ввести противоэпидемиологические ограничения, закрутить гайки, — добавила Вик. — А раскрутят ли обратно — большой вопрос. Немножко тоталитаризма власти не помешает. Независимых государственных СМИ у нас не осталось, теперь ещё собираться больше трёх можно запретить, и вообще шикарно. Туда и идём. Только со сбросом отходов биоботов в лесу они накосячили. Но всё равно с рук сойдёт.

— Да это какая-то теория заговора, — снова вмешался Миша. — Как будто корпорации корень зла. Просто есть отдельные не очень чистые на руку люди. Но не всё в целом плохо. Вы каждый день пользуетесь технологиями корпораций. Комбезы разработаны Нанотек. Биоботы — Биолайф. Чип и внутренний экран — всё это новые разработки. Да, бывают ошибки, но при быстрых темпах роста рынка они неизбежны. Мои родители погибли при добыче руды, но меня полностью обеспечила Гвардия. И ты, Лина, пострадала, но они же старались исправить, ты получила бесплатное образование, квартиру и медпомощь. Ещё и пособие. Санфлору сняли с производства.

Лина почувствовала, как жар приливает к щекам. Корпорация её, значит, обеспечила! Ну, сейчас она ему всё выскажет! Она медленно повернулась к Мише.

— Санфлора оставалась в ходу ещё десять лет после того, как выявили синдром Карпова. Всё это время шли суды. Я и ещё несколько десятков людей успели заболеть как раз за эти десять лет. А сняли её с производства, потому что создали новый, более выгодный препарат. И на волне скандалов с Санфлорой его очень хорошо пропиарили. Ничего личного, просто бизнес. — Лина на секунду замолчала, жадно вдыхая воздух. Сердце бешено колотилось. — Теперь раскрою тебе глаза на компенсации. Ты ведь уже знаешь, сколько мне лет. Я выгляжу на пятнадцать, но мне на самом деле тридцать пять. Это так у всех с синдромом Карпова. Бешеная регенерация, износ организма, что рано или поздно заканчивается раком. Но при этом мы вообще не стареем. Знаешь ли, как эти твари наверху хотят бессмертия или хотя бы протянуть подольше, чтобы чахнуть над своими богатствами? Да, у них есть всё: качественная еда, личные вертолеты, особняки, но перед смертью все равны. Ах вот если бы только им жить и набивать брюхо вечно! Поэтому такие как я, — прекрасный объект для исследования. Я получаю биоботы раз в месяц в главном офисе Биолайф, сдаю все возможные анализы. И мне платят именно за то, что я объект для исследования. А ещё я — учёный и сама ищу выход, ставлю эксперименты по регенерации. В основном на себе. И каждый год мне одобряют грант. А сами смотрят в отчётах, что у меня получится. Все эти льготы — не покрытие ущерба, не признание ответственности, а расчёт на препарат, который позволит им прожить подольше. А теперь о твоей ситуации…

— Лина, — Вик тронула Лину за плечо, но та лишь отмахнулась. Пусть слушает, раз такой наивный.

— Им нужны люди, чтобы защищать их безопасность. Надёжные люди, которые будут работать не за деньги, а за идею. Самое выгодное — взять молодого щенка и убедить его, что корпорация ему мать родная и новый дом. И что он ей бесконечно должен. Тоже очень выгодное вложение…

— Так, значит, ты меня видишь? Наивный щенок?! — лицо Миши побагровело.

— Именно! — воскликнула Лина. — Посмотри на себя! «Корпорации вам помогают, корпорации вас обеспечивают технологиями». Да тебя используют!

— Да это вы тут собрались, параноики! Сторонники теории заговора! — выкрикнул Миша вставая. — А ты… от тебя, как от учёного, такого не ожидал!

Он встал и прошёл мимо Лины, зло сверкнув глазами. Лицо его горело.

— Щенок отправляется домой! К хозяевам! — с этими словами Миша вышел за дверь.

— Ну и катись! — крикнула ему вслед Лина.

По щекам побежали слёзы, руки тряслись. Хотелось догнать и высказать ещё больше, подобрать слова, чтобы ударить ещё больнее!

— Лина… — Грей встал и положил ей руки на плечи. От спокойного взгляда его больших карих глаз стало легче.

А ведь она забыла задать себе главные вопросы.

«Кто я? Лина. Где я? У себя в студии, с гостями. Зачем я? Чтобы бороться за лес. Понять, что произошло с биоботами».

Она отдышалась и отстранилась от Грея

— Всё в порядке. Пусть катится. Всё равно бы у нас ничего не вышло, — произнесла Лина. — Хотите фруктовой воды? А то я зря, что ли, концентраты разводила.

Пока она раздавала друзьям бокалы, дыхание пришло в норму. Зашла в виджет внутреннего экрана и добавила Мишу в чёрный список. Не надо было и начинать всё это. Прекрасно же понимала, что ничего не выйдет. Молодой, наивный. А ещё и гвардеец!

— Да, если бы сегодня борщевик не сожрал застройщика, туго бы нам пришлось, — вздохнул Грей.

— Ну, ты мог бы перестать глушить их технику, — заметила Вик. — Кстати, чем ты их так?

— Да не глушил я ничего, — возмутился Грей. — Без понятия, что это было.

Он обвёл глазами присутствующих и все отрицательно покачали головой.

— Ну, если у нас нет друг от друга секретов, то там был кто-то ещё, — заключила Вик и снова посмотрела на Грея.

— Да не я это, — великан недовольно дёрнул плечом. — Будем считать, что кто-то нам помогает. Ты лучше проверь тот факт, что в лес скидывали отработанных биоботов.