— Беда с этим Витьком, — вздохнула Лина. — Вчера его попросила планшеты зарядить. Сто раз объяснила, так всё равно напутал. Как будто в руках ничего подобного ни разу не держал. Не удивляюсь, что его корпораты попёрли.

— Может, ему какой-нибудь работы с данными подкинуть? — предложила Мэй. — Он вроде в этом не так плох, мне вчера отладил загрузку на компе. И ноут, кстати, просил из сейфа. Обещал больше нейро не грузить. Хочет читать отчёты Лины, чтобы во всём разобраться.

— Ты дала? — Джей уставился на Мэй. — Ноут?

— Нет, ты же потом меня заворчишь, — улыбнулась она.

— Вот и правильно, — удовлетворённо кивнул Джей. — Этот парень — реально копробрах. Он и Диву нам сломает, только дай. Я считаю, нужно дождаться, пока он поймёт, что не годится у нас работать, и отвалит восвояси. У нас тут не корпорация, но и не приют для убогих.

— Так он не поймёт никогда, — гоготнул Раст. — Я ему вчера говорю: может наука — не твоё? Он так раздражённо ответил: почему это не моё? Мне так нравится всё биологическое. Я обязательно хочу своё исследование сделать. Вот немного научусь, освоюсь.

— Ну, пусть учится трубки мыть, — кивнул Джей. — Мэй, наверное, не против.

Он кивнул на девушку, но, судя по остекленевшему взгляду, та успела залипнуть на что-то в Сети и никак не вступилась за Витька.

В остальном рабочий день прошёл как обычно. Разве что Витька никто не позвал пить концентраты перед уходом с работы. Все добирались до дома не меньше двух часов, и перед такой поездкой следовало подкрепиться.

Лина миновала сканирующую рамку, которую Раст прозвал «железная бабища», и поспешила в метро. Час пик был в самом разгаре. Лина удачно приткнулась в торце вагона. Теперь можно опереться о стену и спокойно сёрфить в Сети всю дорогу. Удобно. Ещё комфортнее было бы сесть, но в такое время это уже сродни чуду. Лина не успела развернуть внутренний экран, как её окликнули.

— Лина! Добрый вечер! Вот так встреча!

Лина вздрогнула и переключилась на обычное зрение. Перед ней стоял молодой парень, и в его карих глазах плясали задорные искры. Наверное, он ещё и улыбался, но из-за респиратора не разобрать. Где-то она уже видела этот взгляд? Слишком тёплый для мегаполиса. Точно! Только он теперь в обычном комбезе. Без шлема. Оказывается, у него такие пышные волосы, целая шапка. Смешной.

— Я из патруля, помните, в супермаркете? — дружелюбно продолжал парень. Но теперь в его голосе читались нотки смущения. Ещё чуть-чуть, и ему станет совсем неловко.

— Ой, не узнала вас без формы, — поспешила ответить Лина. — Как там всё прошло с маркетом?

— Я специально узнал: охранника не уволили, всё в порядке, — заверил её парень. — У вас доброе сердце. Такая редкость для мегаполиса.

Ага, «для мегаполиса». Вот он чего такой чудной. Лина улыбнулась своей догадке:

— А ты откуда приехал?

И тут же спохватилась:

— То есть вы.

— Да можно и на ты! — обрадовался парень. — Я ведь не при исполнении сегодня. А приехал из маленького городка, там в основном рудники и рядом фермерство.

Фермерство… перед глазами сразу встал небольшой домик родителей, крыши теплиц и ровные ряды посевов, обработанные тем самым усилителем роста «Санфлора».

Лина надеясь, что смогла удержать лицо, спросила с вежливой улыбкой:

— А что за город?

— Ой, такой маленький, что его и не знает никто, — отмахнулся парень. — Кстати, если выйти на следующей станции, то там наверху есть прикольное местечко. Продают фреши из натуральных фруктов. Ты же любишь такие?

— Люблю, — согласилась Лина.

— Тогда пошли? — открытый взгляд, полный надежды. Лина и забыла, когда на неё последний раз смотрели так. Может, и никогда.

— Почему бы и нет, давно не пила фреши, — согласилась она.

Дорого. Дико дорого было в этой кафешке. Может быть, успели поднять цены из-за пандемии СМО. Столики были отгорожены переносными ширмами и стояли на приличном расстоянии друг от друга. Наверное, чтобы соблюсти новые требования, владельцам пришлось вдвое сократить количество мест. И вдвое задрать цены! Лина сразу кинула в систему вместе с ID ещё и сертификат. Чтобы опять не пристали по поводу несовершеннолетних в дорогом ресторане. И попросила разделить счёт.

— Погоди, я же позвал, значит, угощаю! — возмутился парень. Статус заказа отразился в инфополе столика, и тут же стало ясно, что Лина попросила обслужить отдельно.

— Нет, привилегию угостить меня надо ещё заслужить, — заявила Лина. — А я даже ника твоего не знаю.

Тут же к ней упал запрос на переписку с ID Misha56794. А на деле Михаил Сергеевич Зеленов, двадцать лет. Совсем молодой.

— Миша, — улыбнулась Лина. — Сейчас редко встретишь ник по имени.

— Ага, это у нас семейное. Отец англиканизмы не любил. У отца, у меня и у братьев — всё по имени. Банально вроде, но до такой степени, что стало редкостью.

— А почему ты не продолжил семейное дело, ферму? — поинтересовалась Лина.

— Ферму? — Миша улыбнулся. — А-а-а, нет. Мои родители на добыче руды работали. А я вот пошёл в академию Гвардии… так вышло. Но у меня шанс стать больше, чем патрульным. Говорят, очень хорошие показатели реакции и быстрый отклик по чипу. Сейчас стаж получу как патрульный и пойду в штурмовой десант! Может, останусь в столице. Брата к себе заберу, оплачу обучение.

Лина кивнула и улыбнулась. Не нашла, что сказать. Таких знакомств она ещё не заводила. Разве что по видео, где отряды совсем не нежно разгоняют протестующих. И этот парень собирается туда?

Принесли коктейли, Лина пригубила свой, разглядывая Мишу.

— Как давно ты в патрульной службе?

— Месяц, только начался стаж.

Месяц. И правда, совсем зелёный. Если академия Гвардии не стёрла эту наивность из взгляда, то через сколько с этим справится служба?

— Хорошо ли тебе будет в мегаполисе после маленького города? Здесь человек человеку волк, — заметила Лина.

— Мне нужно брата забрать. — На миг из глаз Миши пропали тёплые огоньки. Взгляд сделался решительным. Пальцы сжались в кулак. — Нужны деньги, а штурмовым отрядам хорошо платят.

— Понятно, — Лина кивнула. Похоже, ситуация у Миши была не простой. — Ты молодец.

Миша улыбнулся, радуясь похвале, как маленький ребёнок.

— Я знал, что ты поймёшь. Не будешь нос воротить, что я патрульный. Некоторые смотрят на нас, как будто мы звери какие. Или с брезгливостью, вроде как «фу, обслуживающий класс!» А ты не такая.

— Миш, ты ведь видел мой диагноз? Мне тридцать пять лет. Это я выгляжу так молодо, — вкрадчиво произнесла Лина.

— Ну и что же. Ты в душе молодая! Я вижу! — парировал Миша.

— Этого не отнять, — усмехнулась Лина. — Но с моим синдромом дольше сорока не живут. Если что.

— Правда? — Миша взял её за руку и заглянул в глаза. — Ты серьёзно или просто хочешь от меня отделаться?

— Серьёзно, — ответила Лина.

— Ну, ты же учёный-биолог, в НИИ работаешь! Что-нибудь придумаешь, — ободряюще сказал он.

Лина отхлебнула фреш и убрала руку:

— У меня в ID-карте не указано, что я учёный и место работы тоже. Признавайся, мы не просто так встретились в метро? Ты отслеживал меня по смарту?

Вместо ответа Миша под проницательным взглядом Лины покраснел.

— Так и знала, превысил служебные полномочия. И откуда у простого патрульного доступ к слежению?

— Я следователя попросил, из соседнего отдела. Мы же там все друг друга знаем, — пробормотал Миша и тут же быстро добавил: — А как ещё было тебя найти? Только не уходи! Ты мне правда очень понравилась!

Лина сама удивилась, что не разгорелась как обычно в праведном гневе. И уходить ей от этого наивного паренька тоже не хотелось. Хотя надо бы. Как раз самый удачный момент обидеться и завершить это знакомство раз и навсегда. Ничего хорошего ведь всё равно не получится. Но она не ушла.

— Я передумала. — Лина выдержала паузу. — Ты оплачиваешь весь счёт. Это тебе штраф за превышение полномочий!

В глазах Миши снова вспыхнули тёплые огоньки.

Домой Лина пришла, ощущая лёгкость во всём теле. Встреча с молодым парнем, гормоны. Всё этот синдром Карпова! Тело так же реагирует, как в пятнадцать лет. Пусть и ясно, что ничего не получится, но как же хорошо! Она лежала на кровати, пытаясь успокоиться и уснуть. В медитации на этот раз она усидеть не смогла. Вспомнился рассказ Ирины про осознанные сновидения. Почему бы не попробовать? Что она там говорила? Главное перед сном настроиться на то, что нужно осознаться во сне. Так и сказала «осознаться». Термин такой. Забавный. Так о чём она говорила? Точно! Мозг всегда знает, что ты спишь. Главное поставить ему задачу, вывести это на уровень сознания. Хорошо, попробуем! Лина сосредоточилась на мысли, что должна обязательно догадаться, что спит. Постаралась удержать на этом внимание как можно дольше. А скоро сказалась усталость прошедшего дня, и сознание скользнуло в уютное забытие.

Лина шла по лесной тропинке, яркая зелень радовала глаз. Так много деревьев вокруг! Как давно она мечтала побывать в таком лесу, где сосны прямо до неба, а мох пушистый-пушистый, и ноги прямо утопают в нём. И не надо больше носить этот дурацкий универсальный комбез. Босыми ступнями прямо по мягкому мху! Прохладный ветерок мягко касается открытой кожи. Как в детстве!

Что-то больно кольнуло. Воспоминание, что-то нехорошее, то чего не должно быть, но оно случилось.

Синдром Карпова! Она должна умереть совсем скоро, никто не прожил больше сорока. А если уже умерла? Вот почему такой лес, каких не бывает!

Лина вздохнула и тут её снова озарило. Это же сон! Конечно, сон! Не может быть в реальности такого леса. Ирина правильно научила! Получилось осознаться!

Тут же картинка стала «плыть». Лина вспомнила, что нельзя радоваться, так можно и проснуться. Она взглянула на руки, потёрла их по совету Ирины, чтобы закрепиться во сне. Картинка вновь стала чёткой. И тут Лина не удержалась, оттолкнулась от земли и взлетела. Может, из-за синдрома Карпова — она и до этого часто летала. Но совсем другое дело сделать это осознанно!

Лина рассмеялась. Ветви деревьев расступились и открыли голубое небо. А там внизу, до куда хватало глаз, простирался лес, огромным зелёным морем.

На горизонте что-то блеснуло, и Лина полетела туда посмотреть.

Это что-то оказалось полосой бирюзового цвета и всё расширялось, по мере того как Лина подлетала ближе.

— Море! Не может быть! — Лину захватил восторг. — Я никогда не видела его во сне!

От избытка радости она чуть не проснулась: мир стал блёкнуть. Но усилием воли удалось удержать внимание, и Лина оказалась прямо на берегу. До самого горизонта плескалась вода, соединяясь с небом. И яркое солнце! И облака над ним! Шумная волна накатывала на берег и оставляла пену. Лина шагнула к воде, а под ногами зашуршали мелкие камешки.

«Галька», — вспомнила Лина.

Интересно, откуда я знаю, что она должна быть такая приятная и гладкая, если никогда по ней не ходила, тем более, босиком?

Лина вошла в воду. Тёплая, как в душе. И ещё какое-то странное ощущение, уютное, убаюкивающее.

— Океан — твоя родина, — раздался рядом мягкий женский голос. — Вот почему его прикосновения похожи на прикосновения матери.

Лина обернулась и к своему удивлению увидела женщину-киборга. Она ведь снилась ей недавно. В лесу! Надо же, какой навязчивый образ. Видимо, подсознание крепко за него зацепилось. Может, не просто так? Может, оно хочет что-то сообщить Лине? Нужно поговорить с ней и выяснить, что именно.

— Как тебя зовут? — спросила Лина.

— Нейт, — отозвалась женщина, чуть улыбнувшись. Как будто знала о планах Лины и о том, что имя ей ничего не скажет.

Ничего, не факт, что первый же вопрос что-то даст, это подсознание. Ирина говорила, что оно оперирует символами и иносказаниями. Оно и есть Лина, только та, которая знает и подмечает всё. Можно сказать, это полная база данных всей её жизни. И из неё можно получить ключ или решение той проблемы, которая волновала долгие годы. Как много в ней информации по СМО? А что если…

— Как вылечить синдром Карпова? — вопрос вылетел у Лины мгновенно. В голове как будто щёлкнула лампочка. Разве не над этим она билась долгие годы? Разве не это нужно было спросить в первую очередь?

Женщина, теперь её имя было известно, Нейт, сразу как-то выпрямилась и подобралась. Окуляры нацелились в Лину в упор.

Нет! Она ошиблась! Ирина же говорила не спрашивать прямо! Подводить к теме осторожно, чтобы не спугнуть. Но как подводить, если вопрос сам вылетел?

Лина замерла, опасаясь ещё одним неосторожным словом всё испортить. А что если незнакомка исчезнет и больше не приснится? И эта дверь в подсознание закроется навсегда. Чёртов синдром Карпова, эта импульсивность подростка вылезает в самый неподходящий момент!

— Ты боишься смерти? — спросила Нейт.

Лина выдохнула. Исчезать её ключик к подсознанию не собирался. Теперь нужно аккуратно поддерживать диалог, войти в сюжет сна.

— Да, очень, — кивнула Лина. — Не могу отделаться от мысли, что это наступит так рано. Мне осталось-то года два-три.

— Время имеет значение? Раньше или позже? — заинтересовалась Нейт. — Ведь ты и так умрёшь. Если бы не твой синдром Карпова, то не боялась бы?

— Ну, это было бы ещё нескоро! — махнула рукой Лина. Внутри она ликовала от радости. Подсознание само заговорило о синдроме Карпова. Можно аккуратно попытаться…

— Нескоро? — улыбнулась Нейт и щёлкнула глазами-камерами. Наверное, по-своему прищурилась. — Проблема не в том, что человек смертен. А в том, что он внезапно смертен. В мире нет силы, что могла бы на сто процентов гарантировать тебе, что ты проживёшь ещё хотя бы минуту. Другими словами, ты абсолютно не знаешь, когда умрёшь. Может, даже, не от синдрома Карпова.

— Может, ста процентов нет, но есть вероятности, — фыркнула Лина. — И да, я не знаю, от чего у меня сейчас больше шансов сдохнуть — от синдрома Карпова или от СМО! Ни от того, ни от другого не хотелось бы.

— Я поняла. Страх смерти, — Нейт сменила гнев на милость и перестала улыбаться. — Я тоже боюсь смерти, но ты, в отличие от меня, бессмертна, пусть и не знаешь об этом. Идём. Я покажу.

Она протянула Лине механическую руку.

«В точку! Сейчас мы пойдём на более глубокие слои подсознания, и я что-нибудь разведаю!» — от внутреннего ликования картинка вокруг чуть смазалась, но Лина справилась, посмотрев на руки, как учила Ирина. А потом Нейт сжала её пальцы в своей металлической ладони, и они пошли в море.

Лина едва успела сделать шаг, как погрузилась в воду с головой. Она начала падать вниз, на глубину, увлекаемая Нейт, которая внезапно оказалась тяжёлой. А стальная хватка её искусственных пальцев не оставляла шансов вырваться. На секунду Лину охватила паника. Под воду! Глубоко! Она никогда не была под водой, там нельзя дышать и можно утонуть — это точно!

«Это же сон, детка. Дыши ровно и спокойно», — голос Нейт раздался в голове.

Через мгновение перед Линой возникло её лицо. Глаза! Теперь у Нейт появились глаза, зелёные, с широкими тёмными зрачками.

— Я вижу тебя, — сказала она. Её тёмные длинные волосы развевались в воде как гигантские осьминоги. — А видишь ли ты, что вокруг?

Вода сделалась прозрачной, и Лина поняла, что стоит на дне моря. Под ногами мягкий ковёр из водорослей разных оттенков: розовых, фиолетовых, красных, оранжевых. Они шевелили длинными листьями в такт движению воды. В зарослях водорослей шныряли рыбы. Разноцветные, полосатые и пятнистые, шипастые и круглые, как пузыри, а некоторые совсем плоские, почти как голограмма 2D. А ещё были ракообразные: волочили своё членистое тело по дну, ощупывая путь перед собой длинными усами. Моллюски опасливо выглядывали из витых раковин. Лина так загляделась на подводных обитателей, что чуть не забыла, что спит.

Голос Нейт привлёк её внимание:

— Это жизнь, она вышла из океана и распространилась по всей планете. Бесконечно перерождаясь, приобретая всё новые формы, которые перетекали одна в другую. Есть множество теорий возникновения жизни и ни одна из них не нашла стопроцентного подтверждения. Может быть, жизнь это просто чудо?

Нейт, убаюкивая заворожённую разговором Лину, зашла ей за спину, схватила за плечи и резко развернула.

Девушка и ахнуть не успела, картинка перед глазами метнулась разноцветными полосами и сменилась. Они стояли в лесу.

— Олени! Настоящие олени! — Лина забыла обо всём на свете. Стройное пятнистое животное с ветвистыми, словно дерево, рогами вышло на лесную поляну. Оно повело носом, вдыхая широкими ноздрями воздух, и грациозно ступая тонкими ногами на копытцах, проследовало в лесную чащу.

Лина переключила внимание с оленя на картину в целом и только сейчас поняла, что мир вокруг наполнили звуки. Пение птиц на все голоса! Пощёлкивание, свист, писк — всё это доносилось с разных сторон и сливалось в одну цветастую мелодию. Столько разных птиц пело сразу!

— Жизнь. Многоликая, разнообразная. — Нейт улыбалась. Она тоже слушала пение птиц. — И ты — часть этой жизни. Ты бессмертна, девочка моя, твоё тело уходит в землю, встречается с микрофауной почвы и перерабатывается, становясь новой формой. Растения, звери, птицы — всё это постоянно обновляется и возрождается. И ты — часть этого цикла. Разве это страшно, стать частью леса?

Лина посмотрела на зелёные заросли. Мысль Нейт не была нова, но сейчас заиграла новыми красками. Течение жизни, вот, значит, как.

Лес обступил Лину, нахлынул зелёной волной, заполнил уши птичьими песнями и… она проснулась.

Эх, не удалось выудить информацию про Карпова! Лина стукнула кулаком по простыням. Но через пару секунд задумалась. А сон всё равно был интересным. Да, она могла бы принять такую смерть, стать частью леса. Лина встала, потянулась, разминая затёкшее после сна тело, и подошла к окну. Там в багровом от смога рассветном мареве стоял серый частокол многоэтажек.