Омрачает праздник лишь то, что и сын Сигизмунда тоже хочет со мной поздороваться. Мне достаточно лишь бровью повести, глядя на бдительную Гайку, и Августа схватят да кинут в темницу, где подох его папаша. Но так опрометчиво вершить чую — то судьбу нельзя. Ведь дети не должны отвечать за поступки своих родителей. Хотя те и являются чаще всего примером и авторитетами для оных.

Не стоит забывать и о том, что я больше не воин. Я — политик. Все личные обиды нужно припрятать подальше. И смотреть на вещи объективно, выискивая выгоду для своей страны. И прежде всего своих подданных.

Наверное, по этой причине я и не полез на Польшу. Наказать стоило, но они и без нас скоро развалятся.

Стоило начать неформальный приём иностранных гостей за своим столом, как сразу навеяло тех гадких ощущений, когда Сиги держал меня в клетке перед подобными людьми. Там тоже были пёстрые и расфуфыренные господа да дамочки. Почти все они были разорваны мной после. Поэтому я не переживаю, что кто — то меня узнает.

Может, они слышали, что великий польский император пленил тёмного лорда Ярослава, но теперь и вида не подают. Все такие сияющие и добродушные. Просто котята, да что там… одуванчики, подуй, и разлетятся весёлыми зонтиками под счастливый дебильный хохот.

Набежало иностранных делегатов столько, что пришлось добавлять несколько столов. Самые именитые представители своих государств явились приветствовать нас с королевой. Графы, герцоги и принцы с принцессами. Последние явились в сопровождении своих же послов, часть которых чалилась в городе уже несколько недель, не получив моей аудиенции. А теперь очень внимательно опекают отпрысков своих королей.

В целом, я рад, что мы привлекли столько мирового внимания. Нам оказали честь королевства Пруссия, Саксония, Франция, Бавария, Дания, Кастилия, Англия и даже Шотландия с Уэльсом. Из независимых герцогств — Флоренция и Кастро. Где — то тут шарятся и послы из Османской империи. Ну и представители тюркских кочевников тоже разгуливают где — то по городу.

Нельзя списывать со счетом и потрёпанную Польшу. Август оказался весьма учтивым, хотя он в курсе, что его отец умер в моей темнице. Принц расплылся в любезностях, поблагодарил за гостеприимство и в целом за наш новый крепкий мир. Хотя об этом пока речи не идёт. Услышав дрожь в его неуверенном голосе, мои князья рассмеялись гадко. Но я пригрозил пальцем, и все заткнулись.

Выслушав приветственные речи всех с добродушной улыбкой, я понял, что среди таких людей нахожусь не в своей тарелке. Неформальный ужин со своими сторонниками перерос в политический приём с серьёзным напрягом, где каждую сказанную в воздух фразу нужно рассматривать под рентгеном, и в свою очередь стараться не бросаться словами вообще. И дело не в том, что я должен показать лицо грамотного правителя. Пока я не понял расклад сил, нельзя давать кому — то предпочтение в присутствии всех прочих сторон.

К счастью, я понял это довольно быстро и прикусил язык. Даже улыбаться стал меньше. А вот мои князья понемногу разговорились, показывая, кто тут хозяин. И намекая на нашу непобедимость. Осекаю помаленьку, простреливаю взглядом.

Одно скрашивает застолье — это милые иностранки. Молоденькие, свеженькие, по — своему безупречные и красивые заграничные барышни. При том, что все они в статусе принцесс. Не готов утверждать, но, судя по всему, прибыли покорить моё сердце, и всем плевать, что у меня есть супруга. Я уже выслушал Белку о «политике партии» европейских монархов. Принцесс у них хоть задницей ешь, ими считаются и свои внучки, и могут быть дочери братьев да сестёр королей. Они разменная монета в династических браках. Выяснив вкусы объекта покорения, подбирается кандидатка в партию.

Оно и видно, как быстро сработали наши западные партнёры. Из семи представившихся принцесс три мне очень даже приглянулись. Рассмотрев их получше уже за столом, Василиса не притронулась к еде. А старая ведьма Истислава вскоре начала истошно кашлять, видимо, поперхнувшись ядом, пока не извинилась и не покинула мероприятие вообще. Мне аж задышалось легче. Пора её в монастырь отправлять.

Похоже, в нынешней обстановке никакая старая змеюка Василисе не поможет. Можно и думать забыть о прежней сопернице в лице ростовской княжны, тут акулы посерьёзнее будут. Вместо того чтоб слушать старую ведьму, жёнушке стоит озаботиться о своём ребёнке, рождение которого уже не за горами.

Это и ко мне относится. Мало кобелю любовниц? Всё ж понимаю, да ничего поделать не могу, тянет к свежим очаровательным лицам. Новые интересные типажи, новые горизонты красоты. Хотелось бы верить, что хочу просто полюбоваться.

Думаю, Василиса тоже хочет в это верить, поэтому не мешает мне, внезапно отлучившись, пока я любезничаю с барышнями.

От себя не ожидал, что так отреагирую на датскую принцессу Мари, ей явно ещё нет восемнадцати, лет пятнадцать от силы. Ну просто крошка, ростом метр пятьдесят. Худенькая, волосы рыжие карамельного оттенка — редкость тут. Подкупает детское ангельское личико с милыми веснушками, и завораживают яркие зелёные глаза. А от улыбки можно просто растаять, позабыв и о проблемах, и обо всех людях вокруг. По словам её опекающего посла, она любимая внучка датского короля, с именем на её устах последние две войны бились все рыцари королевства. И до сих пор вон на турнире бьются.

— О ваших подвигах в Дании ходят легенды, ваше величество, — прочирикала Мари во время знакомства на плохом русском. Но так чертовски очаровательно!

— Вы мне льстите, милая леди, — ответил, наблюдая, как стремительно розовеют девичьи щёчки.

— Простите, я плохо понимаю ваш язык, но учусь, — добавила, продолжая улыбаться.

Понятное дело, что она заучила лишь несколько фраз. Но как же старается мне понравиться, даже неловко. Поддавшись детскому очарованию, я сваял из дерева куклу буквально за минуту, постаравшись воспроизвести с максимальной точностью личико Мари. Все вокруг восторженно заахали, разразились несмелые аплодисменты на мои фокусы.

Мари ротик раскрыла от удивления, хватая куклу обеими лапками. Ну девочка же совсем, что с неё взять? На плечах только таскать, как милую дочечку.

В контраст ей предстала вторая принцесса из Уэльса по имени Изабелла. Высокая, голубоглазая блондинка с крупной грудью, которую выкатила почти всю. Взрослая, сексуальная, роскошная мясная кукла. Не знаю, что у неё в башке, но фигура прям то, что доктор прописал. А этот её блядский взгляд… давно я так внезапно не возбуждался.

— Рада приветствовать, король, — первое, что сказала своими сочными губами с большим акцентом, но дальше уже более уверенно выдала послу, чтоб тот перевёл: — Вся Европа дрожит, услышав ваше имя. Признаться, когда я ехала сюда со скептическим настроем, думая, что увижу монстра. Но передо мной красивый и добрый правитель, щедрость которого восхваляет весь его славный город. Я и сама вижу, как хорошо вы заботитесь о своих подданных. Вы внимательны к каждому, это большая редкость среди монархов. Многим из них есть, чему поучиться у вас. Рада знакомству, ваше величество.

После такой речи, понял, что мозги у неё тоже имеются. Не зная, что на всё это ответить, просто исполнил формальность:

— И я рад знакомству, леди Изабелла. Надеюсь, не разочарую вас в дальнейшем.

Посол перевёл, девушка улыбнулась обворожительно, пожирая меня взглядом с ещё большим аппетитом.

А вот третья понравившаяся мне принцесса королевства Кастилия по имени Бенедикта напротив не выказала никакой симпатии в ответ. Ещё бы! Зараза явно держала марку. Ведь это и была та самая девица с угольно — чёрными кудрями, которая отшила всех победителей.

Во время знакомства она улыбнулась сдержанно, не сказав мне ни слова. За неё озвучил приветствие кастильский посол.

— Мы рады получить честь от вас, славных правителей, — выпалил тот на кривом русском после того, как представил принцессу и себя. Как раз вернулась моя жёнушка.

— Добро пожаловать, — ответил я сухо, делая вид, что Бенедикта меня вовсе не интересует. Чтоб не зазнавалась. Хотя видно же, что цену себе эта сучка знает.

Невысокая стройная породистая красотка с крупными синими глазами выделяется среди прочих молодух. Видимо, потому что глядит на всех с едва скрываемой надменностью. Почти не улыбается, и на меня не смотрит, будто по другому поводу приехала.

На русском ни бе, ни ме, ни кукареку, зато уже за столом на испанском сладким голоском успела перекинуться парой фраз со своим делегатом. Мол, как ей скучно, что она тут вообще забыла. И почему король такой смазливый.

Я сделал вид, что не понял о чём речь, улыбнулся ей скупо и перевёл внимание на других гостей. На сидящую на другом столе Леночку, которой целует ручки саксонский принц. Похоже, если он её обрюхатит и свалит, заставив сестрицу страдать, мы объявим им войну. Или я просто слетаю за ним и принесу за шкирку обратно.

Удивительно, что главный союзник Польши Пруссия не прислала сюда свою принцессу, хотя в письме они чётко обозначили желание заключить династический брак. Но ныне обошлись лишь послами. Да и чёрт с ними. Других скользких хватает.

Основная масса за столами любезничает и перекидывается общими фразами, но я чую нутром, что почти каждый иностранец хочет переговорить без свидетелей. Меня хвалят за победу над поляками, за истребление легионов волотов. При этом половина иностранцев даже не слышала о последних. Спрашивают, как я умудрился выстоять, отшучиваюсь, как могу, потому что устал повторять, как попугай об одном и том же. Все смеются в унисон, но не Кастильская принцесса Бенедикта. Та всё закатывает глаза, а делегат шипит ей в ухо, чтоб вела себя сдержанно, иначе будет недоволен отец.

Мои князья сами переводят тему, чуя, что обсосали уже предыдущую, как могли.

Обсуждаем турнир, гости отмечают высочайшую организацию. Говорим о прошедших стычках и победителях. Какие — то прогнозы на лидеров уже начинаются. Очень много слов о нашей ростовской княжне, которая куда — то пропала после триумфальной победы.

Когда речь заходит о моих изобретениях, понимаю, что многие давно предвкушают об этом потрещать. Но я отвечаю скупо, не вдаваясь в подробности. Намекаю, что сюрприз будет, «но ложка дорога к обеду».

За нескончаемыми беседами не заметил, как стемнело, по всему стадиону загорелись огни. Спохватившись, поднялся и предложил всем занять свои прежние места, чтоб добить уже этап первого состязания.

Удивительно, что все принцессы тут же откланялись, чтоб покинуть мероприятие вообще. Тогда я и удостоверился, что они прибыли лишь чтоб на меня посмотреть и себя показать.

— Скучно, вычурно, варварски, — кинула Бенедикта своему делегату, поклонившись мне с лёгкой фальшивой улыбкой.

— Надеюсь, бал вам понравится больше, ваше высочество, — выдал я на её родном языке, явно обескураживая.

Принцесса распахнула глаза от удивления, крупные зенки стали аж на пол — лица, как у анимешки. Но вместо извинений, она сделала ещё более надменный вид, ничего не ответив. И поспешила ещё быстрее по живому коридору в сторону площадки с каретами.

Зато её делегат задержался и чуть в ноги мне не упал.

— Простите, простите, ваше величество, — залепетал мужчина. — Бенедикта славная и добрая, просто очень устала.

— Я понимаю, пусть отдыхает, — похлопал его по плечу и выловил зазывающий взгляд принцессы из Уэльса. Видимо, эта хочет отдохнуть не одна. Ох уж эта Изабелла.

Как же сложно смотреть в её голубые глаза, когда на тебя смотрят такие сиськи! Их даже Василиса оценила, выпалив мне в ухо чуть позже:

— Как вульгарно выпячивать такие шары…

— Согласен, милая. Эти дойки нужно хорошенько спрятать, — согласился, не скрывая иронии.

— Тебе не нравятся? — Спросила с подозрением.

— Нет, конечно, — соврал, глазом не моргнув.

Завершаем этап первенства ближе к полуночи. Вторая половина стычек прошла более динамично под светом факелов. Один труп, три тяжелораненых. Два новых фаворита нарисовались, показавшие отличную подготовку. Это мой друг Светогор из тульской гвардии Юрия, который уверенно вынес здоровенного быка с Казани. И мощный бородач из Шотландии, выдержавший три мощнейших удара от англичанина.

Вроде первый день завершается без серьёзных происшествий. Но хрен там плавал, на развилке уже какое — то время бьёт копытами местная стража во главе с комендантом города. Ивар не стал лезть, пока мы сидели на трибуне, дабы не пугать гостей. Однако, когда начали расходиться, сразу и подступился, чтоб сообщить лично.

— Беда, король, — шепнул он мне на ухо. — Поехали, глянешь.

Да твою ж мать.

Без лишней суеты, отправил жену на карете, а сам двинул со стражей. Василиса наградила меня беспокойным взглядом, но ничего не спросила. Всё ведь чувствует, всё понимает. А вот у меня сердце не на месте, по дороге мне уже рассказали, что за проблема.

На северо — западе в полукилометре от Каменцов у меня стоят новые кварталы для крестьян. Эти улицы видно со стен замка, они как на ладони даже вечером. Но это не помешало упырю забраться в один и обратить всю семью.

— А посол Франции так распинался, что у нас тут крайне безопасно, вопреки тому, что наша земля славится злющей нечистью, — прогнусавил я, встав у тел, выложенных на заднем дворе за крестьянской избой.

— Накаркал, супостат, — хмыкнул Ивар.

Стража из числа очевидцев и гвардия окружила восемь обезглавленных трупов. Один старик, две женщины, остальные дети… Для проведения следственных мероприятий головы приставлены обратно с характерными признаками: красные глаза, вампирские клыки, звериный оскал.

— Упыря так и не нашли? — Переспрашиваю.

— Нет, твоё величество, ни следа.

— Получается, обратились за один вечер? — Уточняю.

— Да, верно, Ярослав, — галдят.

— Днём почти всех видели соседи, — бурчат стражники, которые первыми обнаружили их и расправились, как положено.

— Детвора бегала, бабы стиркой занимались, — добавляют. — Не до турниров им всем было.

— Ой, горе — то какое, — ахнула пожилая соседка, подошедшая к забору.

— Я же сказал, уберите гражданских, — прошипел на десятника. Взбодрившись, стражники стали разгонять зевак.

— Странно, всё это очень странно, — прокомментировал, вспоминая недавнюю встречу с берендеями. Похоже, беда добралась и до Ярославца. Как же не вовремя.

— Это ещё не всё, Ярослав, — обозначился Ивар.

— Ну? — Встрепенулся, в груди похолодело.

— Мы осмотрели тела, — докладывает комендант. — Лишь у троих укусы, но они не воспалены. Остальные чистые.

— И что это значит?

— Непонятно, как они заразились проклятьем. Судя по ранам, упыри кусали уже обращённых, — добавил Ивар.

А вот это уже совсем не смешно.

— Избу осмотрели, нашли что — то подозрительное?

— В хате всё перевёрнуто, — отвечает. — Обращение в нечисть было болезненным и скорым.

— Показывайте, — скомандовал и двинул в хату, чтоб всё лично осмотреть.

Ещё на входе обратил внимание, что разломанный амбарный замок валяется на крыльце, одна из скоб на раме покорёжена.

Стоило перейти порог, под подошвами захрустел мусор. В комнатах погром. И такое ощущение сложилось, что вновь обращённых тут специально держали, дабы не разбежались. На ставнях и самой двери следы когтей с кровью — похоже, упыри ломились наружу. По словам стражи, на шум пожаловались соседи. Ну а дальше нагрянули уже специалисты по изничтожению.

Беглый осмотр помещений ничего не дал, всё в дребезги и щепки. Если и были какие — то следы, то всё уничтожено. Штудирую каждый метр, выискивая хоть какие — то зацепки. Судя по всему, у них было семейное застолье. Варёная курица, зелень — всё по полу разбросано. Они кушали нормальную человеческую еду. Это был ужин, сегодняшний ужин.

Один из командиров стражи присел на корточки и прихватил осколок разбитой глиняной тарелки. На ней и эмаль, и роспись.

— Откуда такая дорогая посуда у крестьян? — Поднял вполне логичный вопрос стражник. Хм, а я и не подумал об этом.

— Ищем дальше, — скомандовал, присел на корточки у печки и создал контакт корнями с половицами в надежде, найти что — то ещё.

Эта изба — ирская, стандартная, как и весь квартал. Я и без уловок знаю, что здесь хороший подвал, люк, ведущий туда, находится в соседней комнате. С помощью магии пытаюсь найти любые отклонения в планировке. Подкопы, тайные двери, тайники. Хоть что — то.

Прозвонив весь каркас на предмет целостности и инородных вмешательств, ничего не обнаружил. Спустился в подвал, пока мои копошатся наверху. Здесь уже порядок, полки, стеллажи стоят на местах, всё тщательно подметено, слишком тщательно… воняет, как в курятнике. Под этажеркой нашёл пуховое куриное перо.

Так, так, так. Осмотрев его, не обнаружил ничего особенного. Но сам факт! Зачем держать в подвале кур? Или они тут хранили пуховые подушки? Скорее, второе. Проштудировав магией пол, обнаружил инородную древесную стружку — явно не ирский материал. Ещё частички куриных фекалий, но слишком незначительные. Они могли попасть сюда как раз с перьев.

Поднялся обратно ни с чем. Трое стражников с Иваром расползлись по комнатам. Один копошится на чердаке.

— Интересно, а кто их мог закрыть тут? — Кинул я мысль бойцам.

— И то верно, — выпрямился Ивар, задумавшись.

— Значит так, — заключаю. — Поднять книги учёта по району, кто числится в этой избе. Если только погибшие, опросить соседей, не видели ли они тут кого ещё. Если же кого не досчитались — ищите. Теперь он или она — главный подозреваемый. Ведь кто — то же их закрыл тут. И это… хату, двор опечатать, поставить караул. Ко всему организуй секретный наблюдательный пост, мало ли, преступник решит вернуться. Такое бывает.

— Исполним, Ярослав, — кивнул комендант без лишних вопросов.

— Докладывай без промедления, если что нароешь.

— Да, мой король.

Вышел на улицу, где царит уже глубокая ночь. На заднем дворе стража тоже рыщет и, похоже, уже всё затоптала. Чувствуя моральную усталость, расправил крылья и полетел во Дворец, чтоб уже бросить кости на кровать.

Прежде отгонял эту мысль. Но теперь уже нет смысла себя обманывать. Похоже, убийство Могуты нам ещё аукнется. Предчувствие дурное. Что — то нехорошее грядёт и вскоре свалится на наш многострадальный Ярославец.