Внутри старой боевой машины оказалось на удивление тесно. Но при этом мы могли чувствовать себя в безопасности. Твари продолжали бесноваться снаружи, мы слышали их, они долбили по броне, но пробиться внутрь не смогли бы никогда. Эта штука рассчитана на то, чтобы снаряды держать, пусть и устаревшие, и голыми руками ее точно не вскрыть.

Только тогда я выдохнул. А потом стащил со спины рюкзак, потянул за молнию и принялся вскрывать пачки патронов. Достал одну из них и посмотрел.

Так как внутри было абсолютно темно, оптика выкрутила яркость и контрастность на максимум, но цвета все равно были блеклыми. Однако что-то разглядеть было можно.

Гильза серая, сама пуля жёлтая, а кончик у нее потемнее. Soft-Point, получается, патрон охотничий, ну и для спортивной стрельбы, бумагу убивать, тоже годится. Но при попадании расширяется, урон у нее лютейший. Так что против зомби тоже вполне себе пойдет.

Главное, чтобы утыканий и осечек не было на каждом втором выстреле. Патрон коммерческий, да еще и русский, с Барнаульского Патронного Завода, должен быть похуже армейских, тех, что я использовал до этого.

Я стал набивать магазины, привычно раскладывая их на полу рядом с собой. Аля же просто согнула ноги, обхватила их руками и оперлась спиной о металл.

Тесно здесь было, даже с учётом того, что девушка габаритами не выделялась. Интересно, у них ведь экипаж был в пять человек, как они сюда помещались? Парни типа меня и втроём бы в этот так не влезли б.

— Он был военным, — вдруг сказала девушка.

— Кто? — спросил я, продолжая набивать магазины.

— Альберт, — ответила она, как будто это все объясняло.

Нерусское какое-то имя. Она это про маньяка, которого я выпотрошил что ли? И чего это вдруг ей захотелось об этом поговорить?

— А, — сказал я, не зная, что ответить.

— Он был военным хирургом, — продолжила она. — Оттуда-то он и знает, как делать все эти… Штуки. Воевал в Африке. Если бы ты оставил его в живых, он бы обязательно выкарабкался бы. Сам бы зашился, если б только смог спрятаться. А потом снова пошел бы по нашему следу.

— Ну, не сможет уже, как видишь, — сказал я, вставляя очередной патрон в магазин, по привычке постучал им по металлу днища танка и отложил в сторону. — А откуда ты об этом знаешь-то? Он рассказал?

— Я его видела, — ответила она. — В интернете много про него писали. Он в зверствах замешан. Они там резню устроили. А этот больше всех лютовал. Если обычные парни просто стреляли, то этот резал, потрошил. И скульптуры делал, как и здесь.

— Ну в таком случае, он больной просто, — сказал я. — Убить кого-то, когда это нужно… Ну, я не ангел, спустившийся с небес. И народа перемочил достаточно, наверное уже под две сотни будет, честно скажу, пусть тут и хвастаться нечем совершенно. Но убивать, издеваться над трупами и выставлять все это на показ… Не по-людски это.

— Он не издевался над трупами, — ответила она. — Он живьём их резал. Притаскивал к себе в логово в бессознанке, привязывал к столу препарационному, а потом потрошил. У него трубка была такая, которая иглами стреляет, вот он и усыплял людей.

— А ты откуда знаешь? — снова спросил я.

— Он заставлял смотреть, — проговорила Аля и отвернулась. — Показывал и рассказывал все.

Я посмотрел на нее и покачал головой. Чего она мне высказаться решила вдруг? Я не психотерапевт, я наемник, людей убиваю за деньги. Но, надо сказать, что не для удовольствия, хотя некоторых из них я пришил с великим наслаждением. Но это тех, что обязаны мне были чем-то. И с такой же превеликой радостью я Темноводова пришью, если у меня получится из Казани выбраться.

— Он меня первой поймал, — сказала она.

— И все это время держал? — спросил я.

— Ага, — девушка кивнула.

Снова наступило молчание. Я разорвал промасленную синтетическую бумагу на следующей пачке, и продолжил набивать патроны. Закончил с последним магазином, постучал им по металлическому днищу, и принялся рассовывать по карманам разгрузочного жилета.

С полным боезапасом я сразу же почувствовал себя лучше. Теперь, в принципе, можно выбраться наружу и перестрелять всех тварей по одиночке. А потом валить.

— Он меня не ловил, — вдруг сказала она. — Я сама к нему присоединилась.

Я посмотрел на нее, поднял бровь. То есть она была в курсе, что это за человек, маньяк, военный преступник, а все равно решила, что с ним будет лучше, чем одной?

Да уж, женщины в пубертатном возрасте иногда совершают очень глупые поступки. И многие парни этим пользуются. А потом эти девчонки взрослеют, понимают, что натворили, и получают душевные травмы на всю жизнь.

— Я не знаю, что сказать, — ответил я. — Это было твое решение.

— Он сперва нормальный был… — задумчиво проговорила она. — Ну, то есть, мы просто по городу шарились. Тайники искали, убивали зомби. Полезные вещи к нему стаскивали. А потом в первый раз игроков встретили. И что-то как будто щелкнуло. Сразу другой человек стал, придушил, а потом мы вместе его тащили домой. Я сбежать попыталась, а он меня на цепь посадил в итоге, и стал на моих глазах его потрошить. А потом следующего. И еще.

— А как сбежала-то, если на цепи сидела? — спросил я.

— Притворилась, что мне это нравится. Попросила, чтобы помочь разрешил, но он сказал, что я испорчу все только, и что это искусство, а я на него не способна. А потом…

Она замолчала, но тут и так все было понятно. Легла она под него. А потом, когда он поверил и выпустил ее с цепи, ушла. Правда, недалеко, и кончилось бы все это очень плохо, если бы меня не встретила.

Ладно, чего тут осуждать-то. В жизни самые разные ситуации случаются. Иногда нам на пути попадаются сумасшедшие маньяки, иногда вот такое вот происходит. Причем, сумасшедших-то гораздо больше, и каждый дурак по-своему с ума сходит. Что я, мало адреналиновых наркоманов встречал что ли, еще в свою бытность наемника?

Хладнокровных убийц, готовых на все ради денег, там как раз-таки минимальный процент был.

— Мне тебе кое-что сказать надо, — проговорил я, добивая последний магазин, тот, что до этого был примкнут к автомату. — За мной охотятся. Группа людей, снаружи. Они последние сутки меня найти не могли, потому что добрая душа индивидуальную трансляцию выкупила. Ну, ты заметила, наверное, нам за все время ни одного дрона не встретилось, не летали они вокруг нас. А сейчас сутки закончились, я снова в общем доступе. И они смогут меня найти.

— И что? — будто не поняла она.

— А то, что рядом со мной опасно может быть. Их еще несколько, причем вооружены они по первому классу. Даже гранатометчик есть, парень в экзоскелете таком, ну, может слышала, военные разработки. Один раз мне от них отбиться удалось, да только вот… Я тогда сам был вооружен так же. Этот патрон, — показал я один из тех, что держал в ладони, — бронежилет не берет. А уж про экзоскелет я вообще молчу.

— И что? — продолжила спрашивать она.

Да чего она заладила-то, будто не понимает, к чему я веду. Ладно уж, скажу прямо, хрен ли там.

— Рядом со мной опасно будет, — проговорил я. — Думаю, одна ты выжить сможешь, тем более, что у тебя оружие есть теперь, пайки и все остальное. Хоть бы и в тот дом, где мы прятались, вернешься, он крепкий, оттуда просто так тебя не выбить, а вокруг частный сектор, там много чего полезного достать можно. И зомби немного.

— Ты меня прогоняешь? — посмотрела она мне прямо в глаза.

Если бы оптика немного не светилась в темноте, я бы этого даже не понял. Но белки искусственных глаз было видно достаточно хорошо.

— Да нет, — сказал я. — Дело не в этом. Ну, это реально опасно, и ты можешь пострадать, хотя ты здесь совсем не причем. Это мои личные терки с одним парнем, снаружи. Он уже вторую группу по мою голову посылает.

— Так убей их всех, да и все.

Я чуть не засмеялся в голос. Ну да, легко говорить — убей их всех. Как будто я чертов «киборг-убийца» из старого фильма, которого и пули не берут, да и сам он ловкий, быстрый, смертоносный. Даже со всем тем железом, что в меня вживили, я по-прежнему всего лишь человек. Самый обыкновенный.

— Ну, ты ведь смог убить Альберта, — сказала она. — Хотя я в это не верила. И не хотела идти с тобой. Думала, что он нас подловит, и убьет в итоге. А в итоге что? Он сбежал от тебя, нарвался на зомби, его покусали, и нашли мы его абсолютно беспомощного, уже умирающего. С чего ты думаешь, что с этими парнями так же не выйдет?

— Потому что есть разница, — сказал я.

— Какая? — спросила она.

— Ну, потому что Альберт, пусть и ловкий сукин сын, но всего лишь участник шоу. И ресурсы его, естественно, ограничены тем, что можно найти в городе, ну и заказать из этого магазина, доставкой с дронов. А эти парни заряжены покруче любого специального подразделения. Я уже сказал, вот этим вот патроном я бронежилеты их не пробью. Да, наверное, даже шлемы не пробью.

— Так стреляй по ногам, — заявила она. — Ты неправильно думаешь. Навяжи им свои условия, встреть там, где это будет тебе выгодно. А потом убей их всех.

И тут я задумался. Расставить на этих парней ловушку? Они ведь идут за мной, не я за ними. Я-то сомневаюсь, что разыскать их смогу при всем желании, город большой. А за мной как раз-таки следят дроны, и они всегда знают, где я нахожусь, и куда иду.

И если заманить их туда, где перебить их будет проще всего?

Почему бы и не попробовать, в самом деле? От этого головняка нужно избавляться, потому что все время убегая, я рано или поздно попаду в такую задницу, из которой выбраться уже не смогу.

Значит, нужно действовать самому. Как?

Ну об этом мы подумаем. Первичная задача — выбраться из ловушки, в которую мы попали. Потому что танк, окруженный толпой зомби, это и есть ловушка.

— Я с тобой, — сказала она. — Ты мне помог. Я ведь боялась Альберта, до смерти боялась. Ты, наверное, это заметил.

Ну да, еще б не заметил. Если бы она не впала в ступор, а стала действовать еще в тот момент, когда он напал на меня во дворе коттеджа, то этого всего вообще не произошло бы. Выкинули б труп за забор, да остались в том доме еще на один день.

Ну а теперь.

— Хорошо, — сказал я. — Будем думать, как отсюда выбираться.

Я дернул затвор, досылая патрон в магазин, и тут же поставил автомат на предохранитель. Пусть уж лучше так.

Тем временем удары по броне стихли. Либо до гнилых мозгов тварей дошло, что до нас таким образом не добраться, либо они уже забыли о том, что внутри кто-то спрятался. Так или иначе, они должны покончить с трупом этого сумасшедшего маньяка, а потом разойтись по территории.

Лучше подождать еще немного. Тогда выбраться будет гораздо проще.

— Ты сможешь отвести меня туда, где вы с Альбертом прятались? — спросил я.

— Зачем? — не поняла девушка.

— Там может быть много полезных вещей, — пожал я плечами. — Он ведь не просто людей убивал, он забирал их имущество. Да и ты сама говоришь, вы сперва сами туда вещи таскали и несколько тайников нашли. А у нас все, что сейчас есть — это то, что в рюкзаках. Пайков для на три осталось, патронов мало, особенно если встретим какую-нибудь тварь по типу этого мегакрушилы. Лекарств практически нет.

Девушка замолчала. Похоже, что ей совершенно не хотелось идти туда. Я ее понимал. Когда получаешь травму, тебе совсем не хочется возвращаться к этим событиям, и снова переживать их.

— Хорошо, — вздохнул я. — Мы не пойдем туда. У нас достаточно денег, чтобы заказать все, что нам будет нужно.

Ну и хрен с ним на самом деле. Что мы там найти можем? Самое ценное — запасы супрессанта, все равно у нас, а остальное можем и заказать. Конечно, дрон нас демаскирует, но прятаться, когда тебя видят по камерам все равно смысла нет. Тут, блин, спрятаться шансов меньше, чем в Новой Москве, где видеонаблюдение на каждом шагу. Там хотя бы можно было маску с чужим лицом натянуть.

— Спасибо, — проговорила Аля. — Я рада, что ты меня понимаешь.

Ладно, раз нам тут еще сидеть, да еще и хрен знает, сколько времени, почищу оружие. Делать это придется, конечно, практически наощупь, потому что даже хорошая оптика не сделает так, чтобы ты мог видеть в полной темноте так же, как днем. Но все же.

Отомкнул магазин, дернул затвор, поймал патрон, вставил его к остальным и принялся разбирать автомат. К счастью все эти новые модели «калашникова» разбирались примерно одинаково, и я был в курсе, что и как делать.

А как руки занял, так и мрачные мысли отступили. Выберемся, куда мы денемся еще. В первый раз что ли?

— Это правда ты был? — спросила вдруг Аля.

— Ты о чем? — вопросом на вопрос ответил я.

— Ну, про башни те. В Новой Москве Сити. Говорили, что это ты их взорвал. Из ненависти к корпорациям.

— Ну, смотря что тут считать правдой, — пожал я плечами. — Башню я взорвал одну, вторая по случайности сложилась. Первая накренилась, да сбила вторую, вот все и рухнуло. Ненависти к корпорациям как таковым я никогда не испытывал. Я даже работал на одну из них, было время, штатным сотрудником службы безопасности числился. Пиджаков, да, не люблю до сих пор. А кто их любит-то, этих утырков, которые себя хозяевами жизни считают? А причина была в другом.

— Расскажешь? — спросила девушка.

И я принялся рассказывать ей обо всем, что со мной произошло. С тех времен, когда я еще был простым менеджером низшего звена и торговал водкой оптом, до моего становления Легендой Новой Москвы и террористом номер один в России.

* * *

Я открыл люк танка, стараясь сделать это как можно тише, чтобы не лязгнуть лишний раз. После запаха металла и масла воздух парка, в котором растет много деревьев, мог бы показаться мне свежим, если бы не вонь крови и дерьма от растащенного трупа маньяка, и не уксус, которым смердели зомби.

Твари от танка уже разошлись и толпились там, где чуть раньше валялись убитые мной зомби. Самая большая толпа была у трупа мегакрушилы, от которого осталось совсем немного. И как они умудрились его сожрать, он ведь в броне весь был?

Часть зомби бродила по площади мимо установленных здесь в качестве памятников образцов военной техники. Другие ушли обратно в заросли. Ну, с виду их тут было совсем немного, площадь-то большая, рассредоточились.

Наметив наиболее чистый маршрут, я выбрался наружу и спрыгнул с брони. Выхватил топор из креплений и, пригнувшись, пошел вперед. Первая тварь даже не успела среагировать, обернуться, когда я вогнал лезвие своего тактического томагавка ей в затылок.

Повреждение затылочной кости. Повреждение мозга. Прекращение жизнедеятельности.

Вы убили кусача. Получено 20 опыта. Получено 50 кредитов.

А ведь они разожрутся тут. Биомассы мы оставили достаточно, а зомби не так уж и много. Думаю, одного трупа мегакрушилы будет достаточно, чтобы с десяток кусачей через несколько дней продвинулись по зомбиэволюционной лесенки до рвачей. Одно хорошо, их слишком много, чтобы они могли обратиться в морфов.

Второй зомби развернулся, но очень медленно, и это ему не помогло. Я пробил ему висок обухом топора.

Повреждение височной кости. Повреждение мозга. Прекращение жизнедеятельности.

Вы убили кусача. Получено 20 опыта. Получено 50 кредитов.

Мы вышли на дорожку, и побежали по ней в сторону шатров эвакуационного центра. Слева от нас раскинулось небольшое озеро, рядом даже была пристань с катамаранами. Похоже, что жители и гости Казани приходили сюда, чтобы покататься и освежиться в жаркие дни.

Вот тут-то та тварь и сидела, поэтому она была в водорослях и воняла тиной. У зомби вообще странные отношения с водой, вроде они туда и не лезут, но во время дождей становятся гораздо более активными. Но это значит только одно, воды тоже стоит избегать, ведь там могут сидеть такие же огромные злобные твари.

Мы двинулись дальше.