— Что значит «Странники — дятлы»? — смотрела на меня недоумевающая Беллатриса, пытаясь понять мой, как мне казалось, вполне себе однозначный посыл.

Да, два моих эльфа, наконец-то вернулись из своих путешествий и, в принципе, выполнили то задание, которое я им дал. Задание было простым: разобраться с логистикой от одной конкретной планеты, точнее от одного конкретного Запретного мира, с названием Земля, в любую другую точку, будь то Многомерная Вселенная или другие Вселенные.

Да, с помощью Эрании я смог обойти ограничение Запретного мира, но прямо сейчас Эрания и Медоед бесстыдно дрыхли в целебном сне. В то время, как их перенапряженный мозг возвращался в нормальное состояние. А эльфы были всегда под рукой. Именно используя их услуги, можно было бы быстро перемещаться, куда нужно. А нужно было мне много куда, ведь барьер над Запретным миром никуда не делся. У меня складывалось ощущение, что он становится сильнее.

Да, я смог перенаправить усилия этой долбанутой троицы в Равномерную Вселенную, но, похоже, они уже вернулись обратно, и не думаю, что они в восторге от устроенной им познавательной экскурсии.

Опять же, своих братьев из Ордена Охотников я бы предпочитал иметь под рукой, чтобы можно было, в случае чего, опереться на их крепкие плечи. Об этом кричала уже не только моя интуиция, которая за последнее время, кажется, подхватила одновременно: тревожное расстройство, панические атаки, да и вообще всё, что только можно, требовала отдыха. Так что, даже несмотря на вопящую интуицию, я простым разумом понимал, что здесь дело нечисто.

Земля отличается, в том числе, и от других Запретных миров, которые разбросаны тут и там по Многомерной Вселенной. Как я это понял? Да по одной простой причине: весь трындец устраивается именно здесь. И долбаные боги, и прочие сущности, вместо того, чтобы тихо попытаться пролезть в какой-нибудь другой Запретный мир, где не находится такой умный и красивый Охотник, как я, долбятся сюда, как бараны в новые ворота. Значит, конкретно этот мир имеет для них какую-то ценность. Проблема в том, что я не знал, какую именно. Более того, боги тоже не знали, какую именно.

Я говорил с моей «придворной» бабс… гхм… простите, женской троицей — Мораной, Пандорой и Тёмной, — какого хрена они здесь все забыли изначально. Ответ поверг меня в лёгкое недоумение: они чувствовали, что им нужен этот мир, потому что… Да потому что нужен, и всё!

Тёмная кивала на свою матушку, Бездну, Морана предполагала, что Предвечная знает больше. Пандора ничего не предполагала и ни на кого не кивала, она просто развлекалась. В последнее время у неё появилась новая идея-фикс: кажется, она почувствовала, что её любимчик Викториан объявился где-то в окрестностях и снова взялся за своё любимое дело — производство химер.

Короче, со всем этим мне кровь из носу нужны были услуги Беллы и Ларика. Но врать я им не хотел, поэтому вывалил всё, что смог разузнать.

Когда закончилась первая истерика эльфийки, во время которой было выдвинуто требование немедленного и безоговорочного визита к Страннику, я немножко выдохнул, потому что мне меньше всего хотелось, чтобы эльфийка, обладающая охренительной мощью, поехала кукухой и сотворила что-то, что я не смогу предотвратить.

Всё-таки в отличии от Медоеда и Пустотного Дракона, при всём моём уважении к этим двум чудесным существам, было понятно: эльфийка с тысячелетним опытом и навыками Странников могла натворить дел. Ещё как могла!

Устраивать их очную встречу я точно не собирался, но, собственно, после этого я и высказал своё мнение, которое заключалось в том, что Странники — настоящие «дятлы». Ну да, я реально так думаю. А что в этом такого?

Забавно было наблюдать, как Белла проходит фазы: гнев, отрицание, гнев, торг, депрессия и, наконец, принятие. После чего, неожиданно, похоже, её снова накрыла депрессия.

Почему? Да потому что Белла была в шоке.

— То есть получается, и мы с Лариком тоже дятлы?

Я еле сдержался, чтобы не заржать. Затем перевёл взгляд на Ларика, но всё-таки не выдержал и улыбнулся.

Илариона меньше всего на этом свете беспокоило, кто такие Странники, дятлы ли они, и тем более дятел ли он сам. Почему? Да потому что Ларик точно знал, что он не дятел. В отличие от Беллы, конечно же. Его больше интересовали лаймы, которые, походу, закончились у него в коротком путешествии, и сейчас он наверстывал упущенное, поедая их с двух рук так быстро, что огромная гора на большой тарелке перед ним таяла прямо на глазах.

— Белла, послушай меня внимательно, — вдохнул я и попытался сделать наиболее благожелательный тон, на который был способен. — Дело в том, что Странники изначально созданы Демиургами. Если у вас есть кровь, или как у вас там это называется, я не совсем понимаю… ну или — часть этих Странников, то это заслуга не самих Странников, это не они поделились с вами, они обычный инструмент. Да, чрезвычайно сильный, умный, изворотливый инструмент, но их создателями были всё-таки Демиурги. И, получается, вся ваша сила от самих Демиургов!

Я улыбнулся и продолжил.

— Так вот, вы с Лариком, в том числе, создания Демиургов. И если вы будете действовать в соответствии с изначально заложенным в вас смыслом, а не свернёте на кривую дорожку, куда ушло большинство этих, как я уже сказал, дятлов, то всё будет хорошо.

— А какой изначальный план был у Демиургов? — осторожно поинтересовалась Белла, заметно успокоившись.

— Так кто ж это узнает? — пожал плечами я. — Это ж Демиурги! Я лично вживую Демиургов не встречал.

— И я не встречала, а тоже только слышала, — горько вздохнула Белла.

— Опа! — тут же вскинулся я. — А ну-ка поподробнее. Как так случилось, что я, Великий Охотник, про них ничего раньше не слышал, а ты слышала?

— Ну, может, потому что я часть Странников, сотворённая Демиургами, — наконец-то к Белле вернулась её обычная язвительность, и она саркастически улыбнулась.

— Хороший вариант. Многое объясняет, — согласился я. — Но конкретнее?

— Я слышала, что Демиурги не ушли из Вселенной окончательно, — проговорила Белла, заставив меня превратиться в слух. — Более того, я слышала, что Демиургом всё ещё может стать обычный человек. Как становятся Охотники, Паладины или Лекари. Но там есть один нюанс.

— Какой-то нюанс? — удивился я. — Такой, как у нас, что Охотник должен быть Душеловом?

— Не-не-не, там другое. Там для становления Демиургом нужно прямое благословение самого Демиурга.

— Это как это, если они не существуют? — опешил я.

— Ну вот я и говорю: они вроде как ушли, а вроде как и не ушли. Потому что благословение кто-то должен дать. Как это происходит, я понятия не имею, — Белла пожала плечами.

— Охренеть вообще, — покачал головой я. — Понятно, что нихрена непонятно. Но речь не об этом. Что ты думаешь о тропинке, проложенной ранее Эранией?

Я бросил ей сжатый мыслеобраз всего, что мы с драконихой сотворили, в том числе и встречу со Странником, которая как раз немного отбила охоту у прагматичной эльфийки встречаться с ними лично.

— Это выполнимо, — сказала она. — Но всё же Пустотный Дракон — это существо, которое специально заточено под одну задачу: прорвать Пространство. Мы же… мы же с братом простые эльфы, — развела она руками.

Это вызвало у меня истерический смех. Я еле смог удержаться от комментариев.

— Да-да, конечно же. Простые. Самые простые.

Белла улыбнулась в ответ, довольная своей шуткой.

— В общем, нам нужно попробовать. Мне нужно попробовать… Нет, нам нужно попробовать, — добавила она после короткого раздумья. — Одной моей силы мне может не хватить.

— Отлично, — смахнул рукой я. — Тогда действуйте.

— Что значит «действуйте»? — Белла нахмурилась. — Как же: принять ванну, выпить чашечку кофе, поесть нормально…

— Запас лаймов. Мне нужен запас лаймов, — наконец подал голос Ларик.

— Вот! Брату нужны лаймы!

— Слушайте, ну я не собирался вас отправлять на задание прямо сейчас, — немного смутился я.

— А звучало так, как будто ты нас выгоняешь, как долбаный рабовладелец.

— Ши-ши-ши! Не только лиш-ш-шь я щ-щ-щчитаю тебя рабовладельцем, — заржал у меня под ухом Шнырька.

— Заглохни! — пробормотал я тихо.

Но Белла услышала, и она начала надуваться прямо на глазах.

— Что значит «заглохни»? — протянула она угрожающе. — Угрожаешь, да?

— Это не тебе. Вы знаете: мой дом — ваш дом. Отдыхайте, оттопыривайтесь сколько надо, но не забывайте о том, что нас в любой момент могут убить неожиданным и очень изуверским способом. А так — отдыхайте, конечно же сколько захотите!

— Вот ты Сандр, гад! — выдохнула Белла. — Знаешь, как бить по больному месту.

— А ещё я знаю, что ты исключительно ответственная девушка и не задержишься здесь больше, чем действительно нужно для отдыха. Так что я в тебе совсем не сомневаюсь.

— Ага, прогиб засчитан, — рассмеялась Белла. — Ладно, вали уже куда-то там, куда собирался валить. Мы с братом сами разберёмся и сделаем всё в лучшем виде.

Собственно, никуда я особо не собирался, но дела у меня всё же были. Я посетил Иркутск, переговорив с Сарой Абрамовной, еще раз предложив ей отправиться в Многомерную, и присмотреть за Аней и правнуками.

Но, в очередной раз нарвался на её веселый смех и утверждение, что «Анечка о себе позаботится, не то, что некоторые поцы». Уточнять, кого она имела ввиду, я не стал, просто убедился что в городе и губернии все под контролем. Как бы не звучало это странным, но мое губернаторсво над Иркутской губернией никуда не делось. Да и я не возражал, ведь инае придется Абрамовну куда-то пристраивать, а не на своем месте, а тем более, не дай Кодекс, находясь в скуке, эта уважаемая… гхм… женщина, могла натворить делов!

Дальше я отправился в Гору, чтобы провести ревизию новых «ништяков», но Крендель был занят на испытаниях, Арнаутский и Говорушкин тоже где-то отсутствовали, а в одиночку лазить по своему промышленному комплексу мне не хотелось.

Я поймал себя на мысли, что просто тяну время, ожидая какой-то пакости.

Я сам не понял, как в последнее время я перешел в «реактивный» режим, реагируя на возникающие угрозы. Да, я с ними успешно справлялся, но блин!

Как так получилось, что я фактически отдал инициативу всякой непонятной срани, возникающей тут и там, работая в режиме аварийной бригады, затыкающая прорывы?

Нет, так дела на делаются. Нужно взять себя в руки и вернуть инициативу. Всё же не зря меня считали хоть и не лучшим стратегом в Ордене, но вполне достойным. Да, я любил ввязываться в бой и решать все в процессе — тут у меня в Ордене конкурентов не было. Но пора сесть и подумать, что и как сделать, чтобы задница горела не у меня, а у моих врагов.

Возможно, связаться с Орденом, возможно — запросить подкрепление… Я улыбнулся. Есть у меня кандидаты, которых можно было припрячь и пусть только попробуют отказаться!

Ханство Великой Степи

Хан Ашик откровенно скучал.

Гражданская война в его ханстве закончилась. Революционеры либо сдались и перешли на его сторону, либо были уничтожены.

Соседняя Империя Драконов, получив нового Императора-Дракона, также стала абсолютно миролюбивой и дружелюбной страной. Товарооборот увеличился, сотрудничество во всех областях тоже процветало. Их северный сосед, Российская Империя, тоже сейчас выступал в роли союзника.

Мир, казалось бы, приходил в норму. Но это если только не посмотреть на небо и не ощутить себя зверьком, запертым в одной огромной клетке.

Что-то готовилось. Грандиозное. Это чувствовали все. Да и он всё же общался с Александром Галактионовым, который на самом деле оказался Великим Охотником Сандром. Да, сейчас в меньшей степени, но всё же.

Единственный совет, который он получил от своего друга, бывшего господина и всё ещё наставника, давным-давно звучал так:

— Наслаждайся миром, но готовься к войне, Ашик. Рано или поздно мне понадобится вся твоя Орда. Даже не так. Земле понадобится твоя Орда.

И Ашик внял словам Александра. Бюджет на армию, несмотря на то, что вокруг творился полнейший мир, оставался существенным. Бравые степняки, которым был абсолютно неведом страх, проводили учения и комплектовались лучшим оружием, которое только можно достать.

А лучшее оружие ныне изготавливалось корпорацией Галактионовых — главным центром, конечно же. Заказы были раскиданы на многие годы вперёд, но у хана было преимущество: он отлично знал главного артефактора Галактионовых, Василия Сорокина, в просторечии Кренделя. Ну и вообще пару хитрых моментов молодой хан, не стесняясь, использовал для того, чтобы сделать свои войска наиболее боеспособными. Всё во благо Земли, конечно же.

Казалось бы, в мирное время самое время воплотить мечту и устроить мировой тур «Мёртвого Монархиста». И его родные товарищи были не против. Вот только эти самые товарищи в последнее время были редкими гостями у него. И каждый их приезд был по-настоящему событием.

Вот и сейчас они сидели втроём. После отличной репетиции выпивали и беседовали о будущем. Как бы всё хорошо ни складывалось, но в этом ближайшем будущем никак не просматривалось мировое турне их группы.

Бухич пропадал на Аразе, помогая местным отстраивать планету, фактически забрав бразды управления у Доброхотова, который не сильно и сопротивлялся этому. Как-то само собой он стал официальным представителем Земли на планете Аразе.

Бурбулис же скучал по старым дням, когда имел возможность проявить свои недюжинные бойцовские навыки, а прямо сейчас просто сопровождал Бухича в его командировках. Нет, не в качестве собутыльника, конечно, а в качестве советника и инструктора войск. Ну, по крайней мере, они настаивали именно на этой версии.

Да и сам Ашик, если осмотреться и подумать внимательно, понимал, что Ханство он сейчас не может бросить на месяц или на два. Не в этой обстановке. А это значило, что им так и оставалось: не часто видеться, играть для себя и для души, выпивать и расходиться с мечтаниями о будущей мировой музыкальной славе.

Бурбулис травил старый анекдот. Бухич пошёл ещё за одним бутылём, вернулся, поставил на стол, выдернул пробку и принюхался, зажмурившись.

— Хорошая. Забористая, — одобрил Бухич. — Давайте ваши стаканы…

И тут он замер на полуслове. Температура в комнате начала ощутимо подниматься.

— Брат, что случилось? — встревожился Ашик.

Но температура начала подниматься ещё более стремительно. В отличие от этих двоих, Ашик, несмотря на помощь Александра, так и не стал выдающимся воином. Его сила была в голове, и поэтому прямо сейчас он чувствовал дикий дискомфорт.

Кожаный диван под ним задымился. Лежащие на столе тетради с текстами и нотами вспыхнули ярким пламенем.

— Дружище, ты что⁈ — вскочил Бурбулис, бросился к Бухичу и через секунду отлетел в сторону, сбитый сильным ударом.

— Что с тобой, брат? — Ажик начал паниковать, когда заглянул в глаза своему старому другу, которые горели невероятно жарко и мощно.

Но был один нюанс. В красно-оранжевых бликах явно проступала невнятная чернота, которая почти полностью, стремительно захватывала и заливала белки его глаз.

— Слушаюсь, повелитель! — сказал Бухич и исчез во вспышке пламени.

— Что это было? — Ашик потёр опалённые брови.

Встревоженный Бурбулис тут же поднялся со своего места.

— Не знаю. Но об этом явно стоит доложить Александру. Вряд ли это что-то хорошее.