Глава 37. Марта

— Ничего нет, — сказала Вера, присаживаясь рядом со мной на скамью в торговом центре. Мы уже два часа ходили по бутикам, и все было не то. Серое, льняное, шерстяное, безликое.

— Они совсем не умеют одеваться? — возмутилась я, — Какие это вечерние наряды? Только на пугало в огороде нацепить.

— И то, правда, — засмеялась Вера, — Я все хожу и думаю, на что похоже. А туфли? Наши женщины в таких корову доить не выйдут.

— Точно! — захохотала я.

— Но что-то нужно придумать, — обреченно обвела Вера широкий коридор с бутиками, — Вот француженки знают толк в вечерних нарядах.

— Думаю да, — согласилась я, — У меня подруга в Париже живет, когда учились в университете у нее такие платья были шикарные, весь курс завидовал.

— Вот бы туда поехать, — запечалилась Вера.

— А если? — мы повернулись друг к другу, встречаясь взглядами, и произнесли эту фразу одновременно.

— Ты с подругой связь поддерживаешь? — глаза Веры загорелись в предвкушении, да и мои уже полыхали от восторга.

— Конечно, Жаннин — моя лучшая подруга, — согласилась я.

— Как вообще можно из Берлина в Париж улететь? — стала перебирать варианты Вера.

— Не знаю, на самолете точно, — мы снова переглянулись, и я достала из сумочки телефон.

— Ты серьезно? — приподняла брови Вера.

— Да, — твердо ответила я, набирая номер Жаннин через ватсап.

— Мне конец, — пробормотала Вера, видимо имея в виду своего мужа.

— Умрем вместе, — кивнула ей и заговорила на французском языке.

Жаннин не то что бы была рада, она была в восторге и визжала добрых пять минут, когда узнала, что я могу приехать с подругой.

— Когда вам нужны наряды? — тут же задала она вопрос.

— К субботе.

— Так, сегодня среда, почти вечер, — начала перебирать варианты Жаннин, — У вас всего два дня. Срочно садитесь на самолет и ко мне, я вас встречу. Как возьмете билеты, сразу напишите мне номер рейса и время. Я вас по таким магазинам проведу, что долго вспоминать будете.

— Что, вот так сразу? — опешила я, — Просто летим и все?

— Да, садитесь в самолет и все, час и вы у меня, — уговаривала нас Жаннин.

Я переглянулась с Верой, и она кивнула.

— Что мы творим? — весело спросила ее, когда мы вышли из Торгового центра и направились к ближайшему туристическому агентству. Я видела на углу такое, когда мы сюда пришли.

— Ничего не буду говорить Егору, — решительно сказала Вера, — Если скажу, он меня не пустит.

— Я тоже не буду, — согласилась я, — Игорь не поймет.

— Мы банда! — вытянула мизинец крючком Вера и я, смеясь, зацепилась своим.

— Я в шоке, — честно призналась ей, когда мы вышли из агентства с авиабилетами на руках. Причем, взяли билеты обратно только на вечер пятницы, уж если ехать, то ехать.

— Что-то мне не хорошо, — пробормотала Вера, — Как представлю свое возвращение обратно...

— Давай об этом не думать, — предложила я, и мы повеселели, садясь в такси до аэропорта.

Наш самолет вылетал через два часа, и мы чуть ли не бегом успели до окончания регистрации. Очнулись уже сидя в самолете, рассматривая Берлин в иллюминатор.

— Если честно, сама не могу понять, как согласилась на такое, — сказала Вера после взлета, когда нам принесли напитки.

— О да, — пробормотала я, вспоминая Игоря и думая о том, что он мне устроит по приезду.

— Мы даже зубные щетки не взяли, — возмутилась Вера, — Как так можно, взять и улететь в другую страну без всего?

— Не переживай, обратно поедем с чемоданом, — успокоила ее и мы захохотали.

— Ущипни меня, — попросила я Веру, та легонько тронула мою руку, — Я в Париже! Твою мать! — чуть не завизжала от восторга, когда мы пролетали над Эйфелевой башней.

— Я мечтала об этом, — Вера тоже смотрела вместе со мной в иллюминатор.

— Париж, — выдохнули мы вместе, смотря широко раскрытыми глазами на город внизу.

Самолет заходил на посадку, будто танцуя и Вера сидела белая, с пакетом в руках. Да и мне было не очень хорошо, но все перебила журчащая речь из динамика на французском языке:

— Мадам, месье, мы приземлились в замечательном городе Париж, температура за бортом отличная, дождя нет, а самый красивый в мире город вас ждет, — сказал, смеясь, капитан и мы с Верой заулыбались.

— Нужно отправить смску Егору, — достала Вера телефон и замерла.

— Что? — встревожилась я.

— Чуть позже, — ответила она и снова убрала телефон в сумочку, — Не хочу портить первое впечатление о Париже.

— Это точно, — согласилась я, убирая свой выключенный на время полета телефон обратно.

А дальше ... У нас случилось состояние аффекта, причем у обеих сразу. Жаннин встретила нас на выходе из аэропорта Шарль де Голь, воплями и визгом. Обнимая и целуя то меня, то Веру.

— Как я рада, словами не передать, — на ломанном русском восторгалась Жаннин, — У меня как раз три дня выходных. Я покажу вам Лувр, Версаль, Мулен руж...

— О! — закатили мы с Верой глаза в восхищении, забыв обо всем и о бутиках к слову тоже.

— Вечером пойдем на Эйфелеву башню, посмотрим, как она красива ночью. Затем, я поведу вас в мой любимый ресторан, морепродукты все кушают? — улыбалась Жаннин, пока мы шли к ее маленькой машинке, Renault Twingo.

— Какая прелесть, — сказала Вера, когда мы вырулили на дорогу от аэропорта.

— Можно, я здесь останусь, — засмеялась я, — Девочки, я всю жизнь мечтала побывать в Париже. Я даже не знаю, что мне сейчас делать: визжать или плакать от счастья.

— Я тоже об этом думаю, — заулыбалась Вера, — Куда мы едем? — спросила она Жаннин, которая ловко выворачивала руль на своей маленькой, цвета спелого апельсина, машинке.

— Ко мне, а потом гулять, на Монмартр и к башне, — улыбнулась Жаннин, и мы застонали в один голос. Одни названия приводят в трепет, а улицы какие!

Не сильно широкие, петляющие среди высоких четырех и шестиэтажных домов с кованными ажурными балкончиками. Везде велосипедные дорожки по которым мчались сами велосипедисты и молодежь на самокатах. Витрины магазинов, рестораны, все словно в историческом фильме.

— Ах, я сейчас завизжу, — сказала вдруг Вера, смахивая слезу с глаз, — Мечта.

— Ага, — подтвердила я, причем никто из нас даже не вспомнил о мужьях, как-то так, да.

Париж