Глава 36. Игорь

Рабочий день подходил к концу, когда мне позвонил Егор.

— Игорь, тебе твоя жена не звонила? — как-то сердито спросил он.

— Нет, а что? — я складывал папки на рабочем столе и вдруг замер, — А твоя Вера с моей ушла?

— Да, — уныло произнес Егор, — Я звоню, абонент не абонент.

— Это плохо... — призадумался я, — Плохо, что моя с твоей пошла, и они одни, без нас.

— Да причем тут твоя жена? Плохо, что моя с твоей пошла, можно ждать всего что угодно!

— Значит, они обе не внушают нам доверия, — кивнул я и бросил свое дело по перекладыванию папок нас столе, пошел к выходу из кабинета, сдергивая с плечиков в шкафу свое пальто. Кивнул секретарю, которая тоже уже собиралась домой и спустился на лифте.

— Не знаю, как твоей, а вот моей точно доверять нельзя. Учудить может все что угодно, да еще и в положении, — возмущался Егор и я услышал звук двигателя машины.

— Ты куда-то едешь?

— Да, домой, проверю наличие своей жены. Если ее там нет, то поеду искать, — сердито сказал Егор.

— Сейчас, я своей позвоню, — отключился от разговора с Егором и набрал Марту. Абонент временно не доступен. Да что же такое!

— Моя тоже недоступна, — возмутился, снова набрав Егора.

— Ох, чуяло мое сердце, что добром этот шопинг не кончится, — взвыл Егор и прибавил скорость, было слышно, как он газует.

— Что делать будем? — спросил я, растерянно посматривая по сторонам, словно Марта могла быть где-то здесь.

— Поезжай домой, проверь, дома ли твоя жена, а я проверю свою, потом созвонимся. Может у меня или у тебя сидят по домам и чай пьют.

— Сомневаюсь, — проворчал, подходя к своей арендованной машине и садясь в салон.

— Самое неудивительное, что я ни в чем уже не сомневаюсь, — ответил загадкой Егор и отключился.

Я выехал со стоянки у Делового центра и помчался по улицам Берлина домой, игнорируя дорожные знаки. Представляю, какой штраф придет на арендованную тачку, как удивятся правильные и педантичные немцы. Через полчаса был уже дома, встречая в гостиной милую сцену. Отец Марты ругался с фрау Хельгой, причем она с ним общалась на немецком языке, а он с ней на русском.

— Вы, Хельга, никак не поймете, что читать Айвенго на вашем тарабарском языке — это кощунство! — возмущался дядя Максим.

— О, май Хер Максим! — заламывала руки Хельга.

— Я не ваш хер! — почти визжал отец Марты, — Сколько можно меня так называть!

— Май хер Максим, — снова начинала бедная женщина.

— Да что же это такое! — кричал дядя Максим, — О, Игорь, да объясни ты ей, почему она меня все время обзывает?! Я отказываюсь с ней общаться!

— А где Марта? — махнул я на них рукой, вбегая на второй этаж и заглядывая в комнату жены.

— Она как ушла в обед, еще не приходила, — кричал внизу отец моей жены, — Да тише вы, все равно не понимаю, что говорите, — это уже Хельге.

Я прошел в комнату Марты, заглянул в ванную, в шкаф. Вещи были на месте, многочисленные тюбики с кремами и шампунями тоже. Если бы Марта от меня ушла, явно бы забрала все, а да, отца бы тоже забрала. Снова спустился вниз, где дядя Максим сидел надутый, пока ему что-то втолковывала Хельга.

— Вы понимаете, хер Максим, — говорила ему на немецком языке сиделка, — Я читаю вам Айвенго, понимая, что вам совсем не интересно. Возможно эти слишком древние, рыцарские времена не вызывают у вас симпатии, — почти плакала милая женщина.

— Я сейчас ее задушу, — огрызнулся отец Марты, а я решил вмешаться.

— Фрау, Хельга, — обратился к женщине, которая уныло побрела к столику, чтобы положить несчастную книгу, — А вы знаете, что ваш пациент ни слова не понимает на немецком языке?

— Как?! — удивилась Хельга, встревоженно рассматривая отца Марты, — Хер Максим не понимал меня всю эту неделю?!

— Ну, вообще-то да, — заулыбался я, но тут же вспомнил про Марту, — Моя жена не возвращалась?

— Нет, нет, — покачала головой Хельга и направилась к отцу Марты, — О, май Хер!

— Тьфу! — взвелся в кресле отец Марты и стремительно увеличивая скорость на своей коляске, помчался на террасу. Женщина тяжело вздохнула и побрела за ним.

Я посмотрел им вслед и снова достал телефон, набирая Марту. Абонент, не абонент, пропищала трубка. Убью, когда найду, вот клянусь! Снова набрал Егора.

— Ну? — рявкнул тот.

— Моей нет дома и не появлялась, — отчитался я.

— Моей тоже нет. Убью! Нет, сначала родит, потом убью! — закричал Егор, — Ни записки, ни смски, ничего. Что будем делать?

— Ну, скажем так, будем думать логически, — начал я, слушая сердитое сопение Егора в трубке, — Сразу обе пропасть не могли, не могли ведь?

— Моя могла, а твоя?

— И моя могла, — согласился я, — Значит, сразу обе могли пропасть.

— Наши да, — подтвердил Егор, — А куда и как?

— У обычных женщин может сесть телефон и сидят в каком-нибудь кафе, болтают и не знают, что мы их ищем, — предположил я.

— Твоя обычная женщина? — к чему-то спросил Егор.

— Э-э, нет, — признался я.

— Вот и моя нет, — дал ответ друг.

Мы немного помолчали, посопели в трубку.

— Час, я дам своей час, если не объявится, иду в полицию. Всех на уши подниму! — снова закричал Егор.

— Хорошо, тогда и я, час, — кивнул, забыв, что говорю по телефону. Отключился и пошел на террасу, разнимать двух пожилых людей. А то там разворачивалась третья мировая война.

Пока пытался объяснить обоим, что да как, все смотрел на свой телефон, ожидая звонка.

— И чтобы ноги ее больше не было в моем доме, — возмущался дядя Максим, — Фашистка!

Хельга фыркнула и взяла свою сумочку из гостиной, пошла к дверям, где обернулась к нам:

— Я ухожу, хер Игорь, — возмущенно произнесла она, натягивая свой серый плащ, — Если хер Максим пересмотрит свое мнение, извинится, я возможно вернусь.

— Фрау Хельга, конечно, он пересмотрит, — пытался успокоить я сердитую женщину.

Тут в кармане завибрировал мой телефон, входящая смска от Егора. «Милый, мы улетели в Париж, люблю, Вера» и тут же звонок:

— Прочитал? — чуть ли не рыча, спросил друг.

— Не понял, они что в Париж умотали?

— Да, я через час вылетаю туда.

— Я с тобой! — подхватился я, отключая звонок.

— Теперь мы оба херы, — выругался отец Марты, скрываясь в своей комнате. Хельга ушла, а я стоял посреди прихожей, первый раз в жизни готовый к убийству женщины.