Глава 37
- Выкладывай все, как есть, иначе я за себя не ручаюсь, - грозно прикрикиваю, и Арина вжимается в диван, пытаясь просочиться сквозь него. – Я из-за тебя чуть не совершил ошибку, так что ты мне за все ответишь.
Образ Лили, всплывающий в сознании, опять причиняет боль. Я бы рад переложить это гнетущее чувство вины на кого-нибудь другого, но не получается. По-прежнему ненавижу себя за то, что не смог совладать с внутренними демонами, которые полезли из меня под воздействием какой-то дряни. Слабак – только и всего.
Злюсь на себя, а тем временем рука сильнее сдавливает подрагивающее горло.
- Эй, стоп, - врывается в кабинет Костя, благоразумно закрывая за собой дверь на ключ. Мне надо было самому это сделать. – Спокойно, Вить, если ты придушишь ее при свидетелях, я не смогу тебя отмазать.
- М-м-м, - жалобно мычит Арина, осознавая, что союзников у нее здесь нет. Из огромных, полных страха глаз брызгают слезы.
- Почему бы и нет? – не отпускаю ее. - Ты же знаешь, мне терять нечего.
- Лиля, - хлестко бросает брат, как пощечину дает. Отрезвляет.
- Тц, иди к черту, - цыкаю на него, но хватку ослабляю.
Вздохнув, выпрямляюсь и прячу руки в карманы брюк. Некоторое время молча наблюдаю за плачущей Ариной. Даю ей возможность откашляться и отдышаться.
- Ну! – резко окликаю спустя пару минут, и она дергается. – Чем ты меня вчера опоила? Не вздумай отнекиваться!
- Это не отрава! – истерично выкрикивает и зажмуривается, ожидая, что я ее ударю. Хотя я даже не двигаюсь с места.
- А что? – холодно повторяю.
- П-прив-ворот, - заикаясь, сипло шепчет.
- Что-о? – непонимающе переспрашиваю, а Костя рядом застывает, обращаясь в каменную статую. Юрист шокирован: Фемида его к такому не готовила. Я же вообще в полной прострации.
- Приворот. На любовь, - объясняет Арина, но легче не становится. – Кажется, вчера я переусердствовала с мужским порошком. Добавила больше, чем тетя написала, чтобы наверняка. Это был последний шанс вернуть тебя.
- То есть все это время вы на пару с Альбиной меня… привораживали? – повторяю, скривившись с отвращением. Надеюсь, мне послышалось. Однако секретарша утвердительно дергает головой, и я взрываюсь: - Вы идиотки?
- Обычно тетушка готовила отвар дома и добавляла тебе в кофе, а я иногда использовала готовый. Если ты задерживался в офисе допоздна или… - смущенно сглатывает, - если мы оставались в служебной квартире. А так хватало того, что ты пил у Альбины.
- Идиотки, - киваю сам себе, пока Костя давится нервным смехом. – Что было в составе? Вы меня угробить раньше времени могли своим приворотом! Что конкретно вы мне намешивали?
В сердцах подлетаю к столику у дивана, смахиваю на пол поднос со стаканами и минералкой, который всегда стоит здесь для посетителей. Звон разбитого стекла оглушает, а Арина вскрикивает, зажимая уши дрожащими ладонями.
- Не знаю, тетушка все травы собирает и сушит сама. Она потомственная ведьма, - заявляет громко и тут же вжимает голову в плечи.
- Бляха, потомственная дура она! И ты такая же, - выплевываю гневно и разочарованно. Я ведь полагался на них обеих, хозяйство и бизнес доверил.
- Спокойно, брат, мои люди разберутся, чем тебя пичкали, - ровным, строгим тоном уговаривает меня Костя. – Все виновные понесут заслуженное наказание.
- Наказание? Я же не преступница, - хнычет секретарша.
- Арина, ты ведь умная, красивая баба, - приседаю на диван рядом с ней, устраиваюсь вполоборота, облокотившись о колено. - Во что ты ввязалась? На хрена это тебе?
- Влюбилась, - делает брови домиком. Цокаю и закатываю глаза, а на фоне потешается Костя. - И все ведь хорошо у нас было, пока не появилась эта… Лилия.
- Правильно, - открыто насмехается брат, падая в мое просторное кресло. Закидывает ногу на ногу, покачиваясь вальяжно. - Вот тетка твоя какая ведьма? Черная или белая?
Смотрю на него, как на умалишенного. Какое-то массовое помешательство, а я словно врач в психбольнице.
- Костя, что ты несешь, - обреченно потираю лоб.
- Черная, - ведется на провокацию глупая секретарша.
- А Лиля белая, - бьет ладонью по столу. - Шах и мат.
- Хватит, а, - рявкаю на брата, и он поднимает руки в знак капитуляции. Обращаю внимание на задумчивую Арину. Видимо, восприняла слова этого паяца всерьез. - А вы с Альбиной обе уволены!
- Тетушка меня убьет, - прячет лицо в ладони.
- Проваливай, пока я сам это не сделал, - лениво взмахиваю рукой в сторону двери. - Сначала на допрос, а потом на все четыре стороны, если отпустят. Травки все ваши экспертиза проверит. Молись, чтобы в сборе не нашли запрещенных веществ.
- Вик, - касается моего плеча кончиками пальцев.
- Исчезни, - цежу сквозь зубы.
Рука машинально превращается в кулак, ноздри раздуваются, как у бешеного быка при виде красной тряпки. Почувствовав мое настроение, Арина ретируется к выходу. Суматошно борется с замком, трясет несчастную ручку и вываливается прямиком в руки правоохранителей. Вежливо извинившись перед нами, ребята закрывают за собой дверь.
- Мда-а, - тяну с налетом шока и жестом прошу Костю освободить мое место. Утопаю в мягком, кожаном кресле, уставившись в одну точку. Брат стоит над душой, сложив руки на груди.
- О чем думаешь? – донимает меня, нарушая приятную тишину. – Может, самое время перепроверить диагноз?
- Какая связь, Костя? На снимок МРТ их гребаный приворот никак не мог повлиять, сам понимаешь, - выдыхаю с безысходностью. Не хочу тешить себя ложной надеждой. - Единственное, теперь понятно, почему мне лекарства не помогали и от чего раскалывалась голова. Надо будет Петру Эдуардовичу передать состав, мать его, приворота, - сплевываю с горькой ухмылкой. - Скажешь кому – на смех поднимут.
- Да уж, такого я точно не ожидал. Ни хрена себе, какой у меня братец завидный холостяк, - хохочет Костя, похлопывая меня по плечу.
- Отстань. Я теперь женат, - перебиваю его поток ехидства. И мы оба, как по щелчку пальцев, становимся серьезными. Переглядываемся молча, но красноречиво.
- Куда следующим этапом? В дом?
- Да, только пусть Лиля с детьми уедет.
Открываю ноутбук, ввожу пароль, удаленно подключаюсь к камерам. Видео транслируется в реальном времени, но без звука. Однако и так можно догадаться, что происходит. Судя по жестам и мимике, Лиля препирается с бедным Игорем. Заставляет меня расслабиться и легко улыбнуться. Она все такая же бойкая, упрямая и дотошная, будто и не случилось ничего вчера. Может, простит?
- Ты не собираешься посвящать ее в свои дела? – зудит над ухом Костя, бестактно заглядывая в монитор. – Она все-таки твоя жена.
- Позже, - убедившись, что Лиля послушалась, я ревниво захлопываю ноутбук, словно прячу сокровище в сейф от посторонних глаз. – Не хочу ее волновать.
- Неизвестность страшнее правды, даже самой горькой, - поучительно выдает младший брат, и я начинаю жалеть, что решил наладить с ним отношения спустя столько лет. У него отвратительный характер. Впрочем, это у нас семейное.
- Сказал же, позже, - резко поднимаюсь. – Можем выдвигаться. Пока доедем, Лили с мальчишками уже в доме не будет, и твои люди смогут его обыскать. Пусть хоть вверх дном все перевернут, - бубню под нос и набираю СМС Игорю.
- Мне кажется, ты просто ее избегаешь, - не умолкает Костя за моей спиной. – Вы живете под одной крышей, все равно когда-нибудь пересечетесь. Придется контактировать с супругой, - специально выбирает провокационную формулировку.
Знал бы он о нашем вчерашнем «контакте» - не шутил бы над этим. Черт! Раздражает.
- Так, прекрати, - останавливаюсь у двери. – Ты вмешиваешься не в свое дело. Не забывай, что наш с Лилей брак фиктивный.
- Пф-ф, лучше тебе самому об этом поскорее забыть, - нагло хмыкает, обходя меня и открывая дверь. – Пока очередная секретутка не приворожила, - прыскает смехом.
Хохочет на протяжении всего пути через приемную, невзирая на работающую там команду. Все-таки хорошо, что мы с ним не росли вместе. Я бы точно его прибил еще в детстве.
Вместе присутствуем на обыске. Дома его проводят очень аккуратно, видимо, по приказу Кости, но при этом быстро. Замечают на кухне травы в стеклянных банках, на которые косо поглядывала Лиля, забирают их как улику. Снимают записи с камер. Находят в личных вещах Альбины какую-то оккультную хрень, травники, мешочки с неизвестным содержимым. Все это тщательно упаковывается, а мне тем временем хочется сквозь землю провалиться.
Я надеялся, что хотя бы у Альбины остались проблески здравого смысла, подозревал ее в работе на конкурентов, перебрал все возможные серьезные версии, но… Они обе оказались сумасшедшими. А ведь этих глупых баб я держал рядом с собой и, что самое страшное, своими детьми. Благо, Лиля полностью взяла на себя заботу о близнецах, да и мне с ней стало гораздо легче. Теперь я понимаю, почему. Очень вовремя она появилась в нашем доме. Моя вредная белая ведьма. Во всем всегда права.
- Виктор Юр-рьевич, а что здесь… - замирает на пороге Альбина, покрасневшая и запыхавшаяся, в верхней одежде и с пакетом в трясущихся руках. Бесцветные глаза испуганно кружат по комнате, останавливаются на мне, зло прищуриваются.
- Принимайте, парни, пока я ее не убил, - не приказываю, а, скорее, прошу.
Я правда не могу больше держать себя в руках. От мысли, что все это время безумная крыса была вхожа в мой дом, касалась семьи, оставалась с детьми и цепляла Лилю, я чувствую отвращение и ярость. Прежде всего, к самому себе, потому что не раскусил ее и не прогнал.
- Ладно, я с ними поеду, прослежу за всем, - пожимает мне руку Костя. Подумав, подается ближе и неуклюже обнимает, похлопывая по спине. – А ты Лилю дождись, - тихо командует, словно у него есть свой интерес.
Дожидаюсь, пока брат уедет, созваниваюсь с Игорем, чтобы убедиться, что у жены с детьми все в порядке. Затем, несмотря на наставления младшего Воскресенского, возвращаюсь в офис.
Османов на больничном, а у меня по-прежнему много дел, тем более, я теперь без секретарши. Но даже когда я справляюсь со всей работой, все равно домой не спешу.
Гипнотизирую взглядом ноутбук, прокручиваю в голове события этой ночи, пытаюсь упорядочить их, разложить по полочкам в измученном мозгу. Тщетно. Уму непостижимо все, что случилось.
Лиля звонит мне четко один раз, потом – Игорь. Разумеется, по ее просьбе. Сухо отчитываюсь, что задержусь допоздна. И тихо ненавижу себя. Недостоин я такой жены, даже фиктивной.
Мелькает мысль развестись и отпустить ее, обеспечив всем необходимым, но мальчишки и мой диагноз останавливают. Я обещал Лиле, что ей не придется меня долго терпеть. Но не думал, что буду мечтать о том, чтобы сократить этот срок.
Съедаю себя изнутри до глубокой ночи. Заставляю себя поехать домой в то время, как Лиля уже наверняка мирно спит.
В нашей спальне.
Останавливаюсь под дверью, перевожу дух. Стараясь не шуметь, захожу в комнату.
Несмотря на полумрак, взгляд мгновенно цепляется за крохотную, свернувшуюся калачиком фигурку посередине огромной постели. Непослушные ноги несут меня к ней.
Сажусь на край матраса, проминая его. Мысленно прошу у Лили прощения. Обнимаю взглядом изящные изгибы тела, скрытого под тонким пледом. Рассматриваю нежные черты лица, и рука сама тянется к нему. Пальцы застывают буквально в сантиметре от бледной в лунном свете щеки, сжимаются в кулак, которым я упираюсь в свое бедро.
- Что я делаю, - беззвучно ругаю себя.
Вряд ли Лиля будет рада застать меня в своей кровати после всего, что случилось между нами. Испугается сильнее, замкнется или, не дай бог, бросит меня и уедет навсегда. Роняю голову и, облокотившись о колени, невидящим взглядом буравлю темный пол. Искоса поглядываю на диван, где я сплю все эти ночи. В нем единственный плюс – с него видно Лилю. Невольно улыбаюсь. Вздыхаю устало. Уговариваю себя встать и отойти от спящей жены, которая притягивает магнитом.
- Вить?
Тело прошибает высоковольтным разрядом тока, импульс прокатывается вдоль позвоночника, заставляя меня выпрямиться. Поворачиваюсь к Лиле - и встречаюсь с ее серебристыми, широко раскрытыми глазами.