Эдвард Ной – эльф.

Ужасающе красивый эльф.

Он высокий и стройный, ростом чуть выше ста восьмидесяти сантиметров, с роскошными светлыми волосами до плеч. У него кристально чистые фиолетовые глаза и фарфорово гладкая кожа – такая, что при первой встрече даже женщина будет очарована. Конечно, как и полагается у эльфов, кончики ушей у него острые.

Излишним было бы говорить, что он принадлежит к волшебным формам жизни, но описать его можно только так. Слова «красавчик» недостаточно. Это совершенно другой уровень. Потусторонний.

Безупречный современный темно-серый костюм был едва ли способен заставить Эда казаться реальным. К тому же он ездил на «роллс-ройсе», имел скверный характер и занимал должность в Бюро гораздо более высокую, нежели Лэнс…

– Лэнс не здесь? – спросил Эд с подозрительно идеальной улыбкой.

Он всегда улыбался.

– Похоже, нет. – Я поставил свежезаваренный черный чай на стол. Конец мая, субботнее утро, первый день длинных летних каникул. Погода стояла отличная, поэтому я думал о долгой прогулке с Ханпэном, а тут… он. Я понятия не имел, что Эд заявится в отсутствие Лэнса.

– Мог ли случиться Фантазм? – Эльф наклонил голову.

Фантазмом он, похоже, называл состояние паники, которое испытывают люди при встрече с магическими существами… Впрочем, если они сохраняют полное спокойствие, Фантазмом можно назвать любое происшествие или неприятность, вызванные феями, духами или демонами.

Британское Специальное Бюро по предупреждению и сообщению об иллюзиях – это организация, которая борется с подобными инцидентами, а мой сосед Лэнс Фарлонг – анти-Фантазм в нашем городе Витсберри.

Другими словами, Эд интересовался, не попал ли Лэнс в передрягу именно с волшебными формами жизни.

– К сожалению, я не знаю, – ответил я, боясь показаться грубым.

– Эльфы эти… – говорил Лэнс, – не только физически и внешне, но и в общем стоят выше людей и сами это понимают. Многие из них гордые и грубые. Они часто используют эвфемизмы и легкий сарказм, что раздражает, но ругаться с ними не стоит. Они будут мстить всю жизнь… то есть до самой смерти человека, ведь эльфы живут гораздо дольше…

А теперь мне приходилось иметь дело с кем-то подобным, сидя на диване в гостиной. Пожалуй, это худший способ начать день.

– И то верно, – бодро сказал Эд и изящным движением потянулся к чашке. – Это Лэнс присматривает за тобой, а не наоборот.

Все так. Однако соглашаться с большинством его реплик и слушать его манеру речи было трудно. Чтобы отвлечься от неприятных мыслей, я тоже отхлебнул из чашки.

– Он же был здесь вечером, верно?

– Да. Ну, по крайней мере, пока я не лег спать.

– Значит, он ушел посреди ночи. В таком случае логично предположить, что имеет место инцидент с Фантазмом.

– Возможно. Но я проснулся чуть раньше восьми. Может, он вышел на прогулку?

– Вот как. Лэнс всегда был совой, пока жил в Бюро. Неужели что-то изменилось?

Я сглотнул слюну. То, что мне приходилось осторожничать, раздражало. Казалось, эльф просто пытался вытянуть из меня информацию. Ну, если работа Лэнса – следить за мной, то работа Эда – следить за нами двоими, так что ничего с этим не поделать.

…Но как же злит.

Мы многое скрываем от Бюро. Хранить секреты – значит лгать, а это непросто. Живя в Англии, я понял, что для этого нужно хорошо владеть языком.

– Думаю, он все-таки сова, но со сбитым режимом. Поэтому, видимо, утром он еще не спал.

– Ясно. Должно быть, жизнь с Лэнсом довольно тяжела, Кай.

Я нисколько не изменился в лице и попытался удержаться от желания покивать в знак согласия.

– Мы не особо мешаем друг другу, так что нет.

Это большая ложь. Мой английский стал значительно лучше.

Эд пожал плечами и уронил взгляд на свои дорогие часы.

– Не понимаю, ладите ли вы двое… Ну, если Лэнс не вернется минут через десять, то и я пойду.

Не думаю, что он придет в течение десяти минут. Я мысленно проклял Лэнса и вежливо улыбнулся.

Эд пробыл в доме меньше тридцати минут, но по ощущениям прошло три часа. Убедившись, что роскошная машина, которая совсем не подходила для провинциального городка, уехала, я закрыл дверь и облокотился на нее на несколько секунд.

– Как же я устал…

Бормоча себе под нос, я вернулся в гостиную и почуял легкий аромат роз. Лэнс говорил, что запах, напоминающий мне дорогие духи, – естественный запах эльфов. Мне как-то все равно. Эд – единственный эльф, которого я встречал в своей жизни, но как раз из-за него представление у меня о них сложилось довольно двоякое.

Я помыл кружки и лег на диван. Близился полдень. Хотелось приготовить обед, но сил совершенно не было. Куда вообще занесло Лэнса? В последнее время он часто куда-то уходил. Говорил, что на работу, но откуда в Витсберри столько происшествий с Фантазмами? Я позвал его домой, еще когда готовил чай, но он так и не ответил.

– Черт… – Я посмотрел на потолок и захотел цокнуть языком.

Как и сказал Эд, цель этого совместного проживания – по крайней мере, теоретически, – чтобы Лэнс за мной присматривал. Однако я как-то сомневаюсь, что он за мной следит. Если уж так говорить, это я за ним присматриваю, и ему это, по всей видимости, мешает.

В любом случае он не приспособлен жить в одиночестве – я понял это, когда мы поселились вместе. Лэнс не придерживается распорядка дня, ест и спит как попало, а когда начинает читать, теряет счет времени. Он сам виноват в своем постоянном недосыпе, но, когда устает, засыпает где угодно, но не на кровати. Он приходил домой и сворачивался калачиком в прихожей или в коридоре второго этажа (при этом волосы у него были мокрые – вероятно, он только что принимал душ), а однажды я нашел его валяющимся на полу кухни.

Он не умеет готовить. Не покупает продукты. Ничего не делает по дому. Не умеет печь хлеб. Привередлив и почти ничего не ест. Он без конца пьет чай, а когда голоден, перекусывает помидорами. По какой-то причине он думает, что этого достаточно. Его рацион составляет загадочное сочетание сухого хлеба, помидоров и вяленой говядины.

Не успел я опомниться, как уже готовил еду на нас обоих и будил Лэнса по будням каждое утро, проживая жизнь любопытного коменданта в общежитии. Лэнс меня об этом не просил. На самом деле я думаю, что его это немного раздражает. Однако я сам, будучи самым слабым ребенком в семье, просто не могу бросить этого беднягу на произвол судьбы.

Хотя тети, которая обращалась со мной как с прислугой, больше нет, я все еще продолжал делать всю работу по дому.

Лэнс переехал сюда в ноябре прошлого года. Марико, которой принадлежал дом, призналась, что она ведьма, и исчезла, оставив после себя лишь записку. Лэнс тогда защищал духа Синтию от уничтожения, но был серьезно ранен. Оправившись, он сообщил о произошедшем в Бюро.

Вскоре после этого Эд прибыл вместе со стариком по имени Лоуренс Хайд. Поскольку они прилетели из лондонской штаб-квартиры, похоже, инцидент с Фантазмом в Витсберри вызвал беспокойство у руководства Бюро. Господин Хайд, видимо, занимал там довольно высокое положение, раз у него даже был личный секретарь.

– Кай Минагава, – хриплым голосом обратился ко мне мужчина. Как ни странно, он был даже выше Эда – около ста девяноста сантиметров. На вид ему было лет семьдесят, но густые, пепельного цвета волосы, черный костюм и ровная, будто бы под пиджаком у него была линейка, осанка выдавали настоящего британского джентльмена. – Обладатель Второго взгляда, племянник Марико Минагавы, ведьмы, о существовании которой Бюро не в курсе. Если вы вернетесь в Японию, мы не будем вас беспокоить, но, если планируете остаться в Великобритании, будьте готовы к тому, что при необходимости мы будем связываться с вами.

Взгляд темно-зеленых глаз господина Хайда был проницательнее, чем можно было ожидать от старика. Тогда я впервые понял, что у меня есть варианты: например, вернуться в Японию. Если я уеду из Англии, то и Фантазм меня не достанет. А Второй взгляд… мои способности никуда не денутся, но мне больше не придется общаться с феями и духами. Однако теперь я достаточно хорошо знал английский, чтобы поддерживать повседневный разговор, так что смог бы найти подходящую работу. Глядя на бесстрастное лицо Лэнса, улыбающегося Эда и внимательного господина Хайда, я ответил:

– Я не вернусь в Японию.

Это было необдуманное решение – слова просто слетели у меня с губ. Выражение лица господина Хайда осталось тем же. С того момента ко мне и «приставили» Лэнса, чтобы убедиться, что я не контактирую с тетей и не совершаю никаких подозрительных действий.

– За Витсберри отвечает Лэнс Фарлонг, но, если вы захотите отказаться от его опеки, мы подберем вам другого человека, поэтому не стесняйтесь говорить, – улыбнулся Эд, несмотря на то что предмет разговора стоял рядом.

Я ответил, что все будет в порядке и Лэнс меня устраивает. Может, он и странный, но мы хотя бы были знакомы.

Затем под предлогом выяснения обстоятельств нас с Лэнсом подробно расспросили о том, что произошло между моим приездом в Англию и исчезновением тети. Лэнс тогда рассказал все в подробностях, но историю Синтии не упомянул вовсе. Я стоял рядом и слышал, что он говорит чистую правду не только о тете, но и о Патриции, Найджеле и Нэше. Однако о фее воды не было сказано ни слова, будто ее никогда и не существовало. Лэнс предупредил меня заранее, поэтому я просто стоял и кивал.

Похоже, господин Хайд и Эд ничего не заподозрили. Они сказали, что заберут Патрицию в Бюро для дальнейшей беседы, а также проведут собственное расследование в отношении тети. Последняя, по всей видимости, запечатала озеро вместе с той парочкой. В любом случае их пока оставят в покое. Разговор прошел легче, чем я ожидал. Эд пообещал, что время от времени будет наведываться к нам, и они ушли. Провожая их, Лэнс устало вздохнул, еще сильнее взъерошил и так лежащие в беспорядке рыжие волосы и пробормотал:

– Спасибо, Кай.

– Гав! – раздалось со второго этажа.

Я встал. Когда к нам заявился Эд, я отвел Ханпэна в комнату тети.

– Гав-гав, – снова заскулил он.

Странно. Ханпэн – умная собака. С ним гораздо проще, чем с Лэнсом. Обычно он не шумит просто так, значит, сейчас было что сказать.

Я поднялся наверх и открыл дверь в комнату тети. В тот же миг Ханпэн вскочил, кинулся мне под ноги и побежал вниз по лестнице со всех ног.

Плохое предчувствие.

Я поспешил за ним и увидел его уже сидящим в прихожей. Пес снова подал голос.

Я открыл дверь.

Лэнс лежал на лестнице прямо у порога.

– Ты чем занимаешься? – цокнул я. Вылетев наружу, перевернул его и положил руку на лоб, который оказался необычайно горячим. Ханпэн, находившийся рядом, обеспокоенно лизнул его в щеку. Юноша тяжело дышал и не открывал глаза.

– Ты совсем дурак, что ли? – не задумываясь, выпалил я по-японски, отнес Лэнса в дом и уложил на диван. Видимо, он переутомился – явно слишком много работал в последнее время. К тому же он был склонен забывать поесть. Было бы странно, если бы с таким образом жизни он не заболел. Я глубоко вздохнул, смочил полотенце в ледяной воде, положил ему на лоб и вышел в сад.

Только после исчезновения тети я заметил, что в глубине находилась клумба с лекарственными травами. Насколько я помню, она никогда не работала в саду, поэтому и представить себе не мог, что она могла что-то выращивать – возможно, она занималась этим, пока меня не было рядом. Если уж и говорить о саде, то нельзя не упомянуть, что он был довольно ухожен, хотя за ним особо не следили. Я толком и не обращал на это внимание.

Конечно, раз Марико ведьма, то должна была знать о растениях все, что только можно. Лэнс, по всей видимости, тоже неплохо ориентировался в этой области, поэтому забота о саде плавно перетекла в его руки. Каждый раз, когда я жаловался на здоровье, он собирал все необходимое, чтобы заварить для меня травяной чай. Возможно, такой способ лечения не отличался от традиционной китайской фитотерапии.

Сейчас на месте Лэнса я бы выбрал что-нибудь жаропонижающее или питательное… но постоял посреди сада, рассматривая клумбу, сдался и вернулся в дом. Я чувствовал, что различия между этими растениями были, но для меня они все выглядели как обычная трава. Они даже подписаны не были – кто знает, что случилось бы, выбери я не то? Тем более это клумба моей тети. Я бы не удивился, если бы на ней росло что-то ядовитое.

Лэнс все еще выглядел неважно, но хотя бы его дыхание выровнялось. Ханпэн лежал под диваном. Я погладил его по голове и решил пообедать. Утренний приезд Эда и обморок Лэнса полностью испортили мои планы, но после обеда я все равно собирался постирать и прибраться.

Моя учеба в Англии должна была стать дорогостоящим, но все-таки побегом от реальности, но я чувствовал, что за все время приобрел лишь невероятно приземленные навыки – научился неплохо готовить, стирать и убирать.

Я успел приготовить плов на двоих, поесть, протереть в доме пыль, освежить вещи и уже пил чай на диване, угощая Ханпэна печеньем, когда спавший напротив Лэнс застонал и открыл глаза. Левой рукой он придержал полотенце, которое чуть не соскользнуло со лба, и моргнул. Я остался на месте, но пес сразу же подбежал к нему, виляя хвостом.

– Ты злишься?.. – хрипло пробормотал парень, искоса взглянув на меня и протянув Ханпэну правую руку.

– Я просто раздражен.

– Извини.

– Ты мог рухнуть хотя бы в прихожей?

– А… где я упал?

– На крыльце.

– А-а… – Лэнс аккуратно приподнялся и при– щурил темно-зеленые глаза. – Я подумал, что уже вернулся, и отключился… но, видимо, все было не так, – продолжил он полушепотом. Цвет его лица все еще был неважным.

На самом деле мне хотелось злиться, но каждый раз, когда такое происходило и он снова терял сознание, я просто падал духом. Именно поэтому все, что мне оставалось, – молча злиться. И Лэнс меня раздражает, и от себя я не в восторге – мной вечно манипулировали.

– Переутомился, видимо.

– В Японии же умирают от переутомления?

– Ты не японец, но все равно слишком сильно устаешь. Неужели уже две недели тебя не видно из-за Фантазма? С каких пор Витсберри стал таким опасным?

Лэнс рассеянно почесал запрыгнувшего на диван Ханпэна за ухом, опустил голову и начал раскачиваться туда-сюда.

– Эй! – Я бросил в него подушкой.

– Что?..

– Поешь чего-нибудь. Или выпей. Травяной чай подойдет.

– А где мой телефон? И сумка? – Лэнс несколько секунд наблюдал мое пустое выражение лица, а затем пробормотал: «Ладно, выпью чай».

Как только он осторожно попытался встать, то тут же схватился за голову и сел обратно. Я вздохнул.

– Ладно… просто поспи. Если будешь обычный черный, я тебе заварю.

– Календула и шалфей…

– Шалфей – это который в мясо добавляют, да? А календула?

– На моей полке.

– Их вообще можно смешивать?

– Да.

Под «своей» Лэнс имел в виду нижнюю полку кухонной этажерки, где он хранит вяленое мясо и разные травы. На ней было то немногое, что он покупал сам. Возможно, мне стоило бы поучиться у него заваривать травяной чай для себя, но я не был уверен, что хочу. И без этого мне хватало богатого багажа знаний о феях, духах и других вещах, которые я не очень понимал.

Заварив чай из смеси календулы и шалфея, я вернулся в гостиную, но Лэнса там не было. Я обнаружил его в коридоре – как и ожидалось, он ушел за сумкой, стоящей у входа.

– Эд приходил? – нахмурившись, спросил он и проверил свой телефон. – О чем вы говорили?

Я молча поставил чашку на стол. Лэнс тоже покорно отложил смартфон в сторону.

– Спасибо за чай.

– Пожалуйста.

– Так что насчет Эда?

– Как обычно, ничего особенного. Он подождал тебя, отпустил несколько саркастичных замечаний, выпил чаю, сдался и ушел еще до полудня.

– Он что-то спрашивал обо мне?

– Интересовался, не из-за Фантазма ли ты так рано ушел.

– А ты что ответил?

– Что не знаю. Не знаю, когда ты ушел и как долго тебя не было.

– Я ушел часа в три, кажется…

– Из-за Фантазма?

– Ну… как тебе сказать.

– И поэтому ты так занят?

Лэнс прищурился и допил чай, оставив мой вопрос без ответа. Затем он откинулся на спинку дивана и тихонько вздохнул.

– Я не хотел тебя беспокоить.

– Уже поздно. Надеюсь, ты не пытаешься опять спасти какое-нибудь волшебное существо.

Юноша убрал чашку ото рта и устало улыбнулся.

– Мари сказала, что слишком часто вмешиваться плохо. Сейчас я работаю только по запросу.

– Лжешь.

– Я не лгу… ну, в основном, по крайней мере.

– Знаю. Ты просто не говоришь правду. Это хуже лжи.

Лэнс нахмурился.

Допив чай, я отнес чашку на кухню, а когда вернулся в гостиную, Лэнс снова уснул. Телефон, который он держал в руке, вот-вот должен был упасть. Я подкрался ближе и попытался его забрать.

Парень не проснулся.

Тогда я положил маленький черный телефон в карман джинсов. Если ему позвонят по поводу Фантазма, я все равно не смогу ответить, но он хотя бы не уйдет без моего ведома. Ну, хотя бы не должен.

Что я делаю?

Все время задаюсь этим вопросом. Вместо любопытного коменданта, следившего за порядком, я стал больше похож на отца, который присматривает за провинившимся мальчишкой.

Что я делаю в Витсберри?

В конце концов, я приехал сюда учиться.

Закончив с домашними делами, я решил вернуться в свою комнату и заняться учебой. Ханпэн лежал под диваном. Если бы Лэнс оказался при смерти, он бы залаял и дал мне знать.

Телефон зазвонил в пять утра.

Естественно, я спал у себя в комнате.

В полусонном состоянии я все-таки снял трубку, забыв, что звонят не мне. Говорила молодая женщина, голоса которой я не знал, и, конечно же, на английском – так быстро, что я ничего не понял.

Это меня и разбудило.

– Подождите минутку, пожалуйста, – ответил я и пошел в комнату Лэнса. В кровати никого не было. Вспомнив, что прошлым вечером он уснул на диване, я слетел по лестнице вниз в тускло освещенную гостиную и, подойдя, похлопал его по щеке.

– Лэнс, тебе звонят. Я случайно ответил.

Он слегка нахмурился, но не проснулся. Я посмотрел на Ханпэна – похоже, он послушно пролежал рядом с юношей всю ночь.

– Пэн, давай! – скомандовал я, и он, виляя хвостом, запрыгнул на диван и лизнул Лэнса в лицо. Будить его рано утром – не самое приятное занятие, поэтому я научил Ханпэна такому трюку. Лэнс застонал и приоткрыл глаза, а я сразу же протянул ему телефон.

– Что…

– Телефон. Девушка. Работа.

Лэнс сел, пошатываясь, и прислонил смартфон к уху. Я спустил Ханпэна с дивана.

– А… это вы…

Я закрыл глаза и зевнул, пока Лэнс слушал и кивал. На часах было пять. Пять утра. Он сказал, что ушел вчера в три часа ночи. Неужели у анти-Фантазма нет приемных часов?

– Я же говорил вам не ввязываться в такие дела… – Лэнс выдохнул. – Хорошо. Вы будете дома до девяти, правильно? Я зайду позже, – ответил он и положил трубку.

Когда я снова потянулся к нему, он уже послушно протянул мне телефон, но через пару секунд понял, что что-то не так.

– Почему мой сотовый был у тебя?

– Потому что я забрал его, пока ты спал.

– Это же днем было, правильно? Ты вернул его за ужином…

– Потом ты снова уснул, вот я его и забрал.

– Зачем?

– Было бы довольно хлопотно, если бы ты сбежал посреди ночи и вернулся полумертвым на рассвете.

Лэнс призадумался, покачал головой и поплелся в ванную. Пока он не примет душ и не выпьет чаю, мозг не сможет до конца проснуться.

Я пошел на кухню и увидел посуду, которая вчера осталась в раковине, вымытой и аккуратно стоящей в сушилке – видимо, ночью приходила Сью. В миске все еще оставалось молоко, которое я оставлял в качестве благодарности. Фея выпила капель пять, поэтому я передал его Ханпэну – такой был у меня утренний ритуал.

Что тут поделаешь, если собаки и феи полезнее людей, а Лэнса и тем более?

Я зевнул и потрепал Ханпэна по голове. Сон прошел, возвращаться в кровать не хотелось, так что я решил умыться и переодеться. Иногда не вредно и по воскресеньям вставать рано.

Фарлонг сел за обеденный стол. Растрепанные влажные волосы делали его похожим на промокшего кота. Он отпил чай и медленно моргнул – было видно, что постепенно просыпался. Стол в этом доме был неоправданно длинным, поэтому между нами было приличное расстояние. А Ханпэн… всегда деловито расхаживал между нами туда-сюда.

– Извини, что тебе тоже пришлось встать.

– Опять Фантазм?

– Ага. Поем и выхожу.

– До весны они появлялись не чаще раза в неделю. Что за переполох у них перед летом? Прямо как у студентов.

– Ага.

Лэнс поставил чашку. Его темно-зеленые глаза безучастно смотрели в пустоту. Я впился взглядом в его бледное лицо.

– Что на этот раз?

– Кэтрин Уайлд, живет недалеко от университета. Видимо, любит гадать и колдовать. Мы виделись раньше.

– Женщинам такое нравится, в чем проблема?

– Она попробовала использовать любовный амулет, и он сработал, но, похоже, ей начали сниться кошмары. Возможно, она призвала что-то странное.

– Например?

– Вероятней всего, слабого демона.

– Будешь так стараться – снова поднимется температура и грохнешься в обморок.

– Это уже слишком.

– Я пойду с тобой.

Лэнс замер.

– К клиенту домой? Зачем?

– Потому что впервые за долгое время цвет твоего лица не лучше, чем у замороженного трупа.

– Все равно не понимаю. К тому же ты не анти-Фантазм.

– Серьезно? Не знал.

– Ты будешь теперь каждый раз за мной на работу ходить, когда мне плохо?

– Ну как тебе сказать. Может, еще пару раз упадешь в обморок и осознаешь. А я, если продолжу в том же духе, своего к концу месяца добьюсь.

Лэнс закрыл глаза и выдохнул.

– Это все влияние Эда.

– Что именно?

– У тебя все лучше получается раздражать людей.

– Спасибо.

– Это не комплимент.

– Знаю.

Кэтрин Уайлд жила в квартире поблизости от Университета Витсберри. Наш дом стоял довольно далеко от автобусной остановки, поэтому быстрее всего было добираться на велосипеде – но ведь Лэнс не умел на нем ездить. Он, конечно, настаивал, что просто не силен в этом, но я-то понимал. Вот и получалось, что, когда мы выходили вместе, выбора у нас особо не было – либо на автобусе, либо пешком. Учитывая состояние Лэнса, мы, естественно, садились на автобус.

До места мы добрались чуть позже семи. Фарлонг позвонил в дверь – и она тут же открылась. Миниатюрной девушке внутри было лет двадцать пять. Я слышал, что она не училась, а работала в цветочном магазине. Ее пушистые и чуть кудрявые каштановые волосы доходили до середины спины. В светлом платье с цветочным рисунком она выглядела вполне обычно, даже довольно мило. Большие карие глаза казались яркими, но… под ними были огромные синяки.

Наверное, от недосыпов из-за кошмаров.

– Лэнс! Спасибо что пришел, давно не виделись. А это?..

– Кай Минагава. Сопровождает меня.

– Ого, так у тебя есть друг? – пронзительно высоко заговорила она, широко раскрыв глаза. Щеки Лэнса дрогнули.

– Как-то так… он не из Бюро, просто пришел понаблюдать. Если хотите, он останется снаружи.

– Ой, да я не против, – улыбнулась девушка. – Кай, зови меня Кейт.

– Приятно познакомиться.

– Откуда ты?

– Из Японии, – как можно бодрее ответил я, чтобы не обращать на себя лишнего внимания.

В университете у меня не было возможности поболтать с другими студентами – разве что на семинарских занятиях, – а в свободное время я общался только с Лэнсом, Ханпэном и волшебными существами. С женщинами же я встречался редко, а о том, чтобы прийти к ним в гости, и речи не шло.

– Чем говорить о нем, – перебил нас Лэнс, – расскажите мне о Фантазме.

– А-а, да, точно. Извини за утро – я увидела ужасный сон и позвонила, даже не подумав… точно, сначала же ты ответил, Кай.

– Да, мы живем в одном доме.

– Правда? Я не знала. Лэнс, ты должен был мне сказать.

– Я? Вам? Зачем?

– Я же тебе говорила, что хочу подружиться.

– Я не завожу личных отношений с клиентами, мисс Уайлд.

– Зови меня Кейт. – Она подняла указательный палец. Лэнс старался сохранить бесстрастное выражение лица, но, видимо, она ему не сильно нравилась. Я его понимал – мне девушка тоже показалась немного надоедливой.

Кейт провела нас в гостиную, усадила за стол и сразу же принесла чай. Комната была не очень большой, но белый винтажный стол и такие же цветы в розовой вазе создавали довольно романтическую атмосферу, отчего мне стало не по себе.

– Этот человек…

Я отпил чай, но сидящий рядом Лэнс не пошевелился. Видимо, Кейт не возражала – вместо этого достала фотографию и положила на стол.

На снимке молодой человек целовал ее в щеку. Блондин в светло-голубой рубашке был довольно симпатичным. Эти двое казались хорошей парой.

– Разве он не прекрасен? – мечтательно воскликнула Кейт.

– Неужели вы встречаетесь только благодаря магии? – тут же ответил Лэнс.

– Простой приворот.

– Я же говорил, что без подготовки действовать опасно.

– Да, я знаю. – Мисс Уайлд поджала губы. – Но что я могу поделать, если уже влюбилась?

Я молча слушал. С виду обычная девушка, беззастенчиво лопочущая о привороте, показалась мне более пугающей, чем мрачный на вид Лэнс.

– И что вы сделали?

– Знаешь растение под названием вороний глаз?

– Оно ядовитое.

– Его еще называют настоящей любовью.

– Это ядовитое растение. Где вы его достали?

– Я гуляла и случайно на него наткнулась.

– Вы же его специально искали, да?

Кейт пожала плечами.

– Дэрил – так его зовут – даже не смотрел на меня, поэтому я внезапно решилась…

– А что насчет снов?

– Я уже не очень хорошо помню. Я всегда просыпаюсь напуганной. Во сне такое чувство, будто на меня вот-вот должны напасть, но когда открываю глаза – уже не могу вспомнить, что именно должно было случиться. Остается только страх… Я сначала держалась, но больше не могу.

– Смотрели что-то в интернете или в книгах?

– Нельзя верить информации из интернета.

– Да и книги, как я вам говорил, правдивостью не отличаются.

– Но в этот раз все сработало! Он впервые пригласил меня на свидание, и мы продолжаем общаться, – похвасталась она. – Погодите, сейчас принесу! – Кейт, громко топая, ушла в спальню.

– Правда есть трава под названием «настоящая любовь»? Жуть какая, – прошептал я.

– Колдуны считают, что ее можно использовать в приворотных зельях.

Кейт вернулась с тонкой старой книгой в кожаном переплете. Вот тебе и Англия – все серьезно. Когда я учился в средней школе, мои одноклассницы обожали гадание – все перемены они хихикали и баловались, – но то был совершенно другой уровень.

Цветочница ищет ядовитое растение. Если так подумать, это уже клиника.

– Лэнс, ты не собираешься забрать эту книгу? – спросила Кейт, крепко сжимая ее, будто ребенок, у которого забирают одеяло.

– Для начала просто покажите.

Юноша достал телефон, открыл какое-то приложение и ввел название книги и имя автора. Через несколько секунд он поднял взгляд.

– Я пробил книгу по базам данных Бюро. Если вы разрешите мне вырвать еще две страницы с заклинаниями по этой траве, отбирать ее не буду.

– То есть есть еще два заклинания, которые точно сработают? – спросила Кейт. Ее глаза загорелись.

Урок она не усвоила.

– При определенных условиях можно добиться результата, но только в некоторой степени.

– Ах, Лэнс, у меня есть еще одна просьба… – начала было Кейт, но он ее перебил.

– Я уже вас предупреждал: если в Бюро решат, что мне это не по силам, то пришлют другого специалиста, и он уже обыщет весь дом, конфискует все книги, травы, свечи и кинжал.

– Ого! Откуда ты знаешь про мой кинжал?

– Я не знал. Просто проверил. Значит, он есть.

Кейт растерялась, да и я тоже. Свечи? Кинжал? Сколько всего подобных вещей спрятано в спальне этой милой девушки?

– Если я отдам нужные страницы, ты на меня не доложишь?

– Только в этот раз. Следующего уже не будет.

Кейт удрученно кивнула. Лэнс глубоко вздохнул, пролистал книгу, достал из кармана небольшой складной нож и вырезал около десяти страниц. Их он свернул в рулон, перевязал коричневой веревкой и убрал к себе в сумку.

– Итак, мисс Уайлд…

– Пожалуйста, Лэнс. Зови меня Кейт.

– Кейт. Сосуд с ядовитой травой у вас в спальне, да?

– Не говори так. Это «любовное зелье». Надо просто поставить его на подоконник и каждый вечер молиться ангелу любви. И тогда Дэрил…

– Просто ответьте на вопрос, – устало проговорил Фарлонг.

Кейт кивнула.

– Да.

– Извините, но мне тогда нужно в спальню.

– Ты думаешь, ангел сейчас там? – Кейт удивленно подняла взгляд.

– «Оно» должно быть в спальне, но без Второго взгляда его все равно не увидеть.

– Мо… можно я с тобой?

– Я пойду вперед и позову вас позже, посидите пока.

Кейт уже была готова подскочить, но осталась на своем месте. Вид у нее был разочарованный. Видимо, это было в ее характере – не запаниковать перед волшебным существом, а самой на него напасть. Если уж на то пошло, единственная проблема была в том, что мы оставались вдвоем.

Лэнс встал. Я заметил, как он покачнулся, и положил руки на стол. Он обернулся и слегка прищурился, поняв, что его раскрыли.

– Кай…

– Заткнись.

Парень открыл рот, чтобы что-то сказать, но оставил эту идею, увидев, как широко Кейт от недоумения раскрыла глаза. Видимо, после этого сил спорить со мной не осталось. Оставив мисс Уайлд в комнате и выйдя в коридор, Лэнс забубнил:

– Ты знаешь, что такое гиперопека?

– Таких сложных слов по-английски не знаю.

– Демон в ее спальне настолько слаб, что может влиять только на сны. Просто останься в гостиной…

– Если он такой хилый, то и ты с ним справишься?

Лэнс вздохнул, взялся за дверную ручку спальни и посмотрел на меня своими темно-зелеными глазами.

– Слушай, лучше не делай ничего такого. И советую тебе не рассказывать мисс Уайлд про свой Второй взгляд.

Юноша открыл дверь прежде, чем я успел что-то спросить.

Первым делом в глаза бросилась аккуратно заправленная кровать: лавандовое постельное белье, белые подушки с изображениями листьев на них… Как и положено флористу, ковер, шторы и другие ткани были украшены растительными мотивами. Этакая типичная «девчачья спальня». Я снова на мгновение замешкался, но Лэнс вошел почти сразу же.

Мы осматривали комнату по кругу – от кровати к столу, от стола к окну. Наши взгляды уперлись в одну точку.

Я замер.

Это что, демон?..

Как бы его описать… Он был похож на маленькую обезьянку. Хотя нет. У обезьян хотя бы есть шерсть, а у него – только длинные конечности и хвост. Как я заметил, кожа у существа была темная, как у ящерицы, а рост не превышал сорока сантиметров. Раздетый, монстр сидел, скрестив ноги, в кресле-качалке у окна, грыз ногти на правой руке и поглядывал то на меня, то на Лэнса. Мне показалось, что именно так могла бы выглядеть маленькая кукла в виде обезьянки, сделанная из покрышек или чего-то подобного. Красивым его назвать было нельзя, но и отвращения он не вызывал. Даже выглядел глуповато – возможно, из-за больших глаз и маленького роста.

– Все понятно.

В ответ Лэнсу раздался пронзительный, похожий на ультразвук, крик – не знаю, можно ли его вообще было назвать голосом. Существо казалось рассерженным, но его слова было трудно разобрать. Фарлонг все равно подошел ближе. Присмотревшись, я увидел, что демон держал стеклянный сосуд размером с собственное туловище.

– Отдай.

В ответ снова раздался крик.

– Я знаю, что ты не виноват. Я не хочу тебя обидеть.

Демон опустил голову и некоторое время сверлил Лэнса взглядом, а затем внезапно, прямо как обезьяна, запрыгнул на кровать. Юноша потянулся за сосудом, и я тоже подошел ближе.

– Ты действительно понял, что он говорит?

– Не понял. Но это подействовало.

– И это «любовное зелье»?

– Почти. Кейт еще учиться и учиться.

В сосуде виднелось много всего. Темно-зеленые округлые листья, вероятно, и были тем самым ядовитым растением.

– Красное – это роза?

– Ага.

– И что-то похожее на чернику.

– Это ягоды вороньего глаза, на вкус на чернику совсем не похожи. Съешь их – отравишься, – ответил Лэнс, поднял сосуд и начал рассматривать его дно.

– А это волосы.

Я проследил направление его взгляда и невольно воскликнул:

– Ого! – В воде и впрямь плавали две какие-то нити: коричневая и белая. – Так это правда… волосы Кейт и Дэрила?

– Похоже на то. Их завязали, а потом еще и натерли воском, чтобы лучше держались.

– Мурашки по коже.

– Такие вещи привлекают демонов, да и в ее желаниях прослеживается неопределенность, вот он и появился. – Лэнс повернулся к демону, и тот снова пронзительно закричал. Судя по движениям, он был очень возмущен. Юноша вздохнул, опустился на колени у кровати и встретился с ним взглядом.

– Ты же знаешь. Старые способы уже не работают. Она не понимает, что тебе нужно.

Демон снова ответил криком.

– Да, я знаю, но не собираюсь тебе помогать. Хватит ее соблазнять, разрывай контракт.

Существо продолжало вопить, но Лэнс был прав: ничего не происходило. Успокоившись, я прислонился к окну, оперся двумя руками на подоконник и в тот же момент… нащупал что-то странное.

Я обернулся. Появилось нехорошее предчувствие.

За цветочными занавесками было спрятано зеркало.

Вернее, его разбитая часть.

Осознав это, я бросил взгляд на левую ладонь. В нескольких сантиметрах от основания большого пальца начиналась красивая рана. Из нее легко потекла кровь, и мне внезапно стало больно.

– Кай! – послышался голос Лэнса. Я удивленно поднял голову.

– А?..

Я вскрикнул, потому что демон, только что сидевший на кровати, внезапно оказался прямо передо мной. Сквозь разведенные губы виднелись острые зубы.

Я подумал, что сейчас он бросится на меня, и машинально поднял правую руку, чтобы защитить лицо. Краем глаза я заметил Лэнса.

Всплеск.

Вместо боли я почувствовал на коже воду.

Монстр закричал еще сильнее, но вскоре затих.

Я опустил руку, а Лэнс встал между нами, когда демон вернулся на кровать.

– Он слаб и мало чем отличается от призрака, поэтому физического вреда не причинит, – пробормотал Фарлонг, не отрывая глаз от кровати.

– Сказал бы раньше… – так же тихо ответил я. Впрочем, я бы все равно испугался, даже если бы знал.

– У тебя кровь? Почему?

– У окна было разбитое зеркало.

– Вот что его так взбудоражило. А-а, как они мне надоели. Не брызгайся.

Я посмотрел на левую руку. Кровь скопилась в центре ладони. По шее пробежал холодок, и я пожал плечами.

– У тебя есть салфетки? У меня вся одежда мокрая! Чем ты меня облил?

– Святой водой. Мне пришлось – демон внезапно бросился вперед. Он не может тебя коснуться, но может выпить кровь, тем более у тебя есть Второй взгляд… Стой смирно, я ничего тебе не сделаю.

Последняя фраза была адресована существу, которое вновь протестующе кричало с постели. Пока я стоял, стараясь не пролить кровь из ладони, Лэнс схватил с прикроватной тумбочки несколько салфеток и протянул мне.

– Сильно поранился?

– Не особо, – ответил я. На самом деле порез покалывал, но я не был уверен, насколько серьезной была рана.

– На зеркале есть кровь?

– Нет.

– Извини, конечно, но ты можешь уйти? Демон не может успокоиться.

– Похоже, я только мешаю.

– Не двигайся, – тихо приказал существу Лэнс.

Тот сердито посмотрел на меня, но в его взгляде больше не читалась угроза. Я медленно подошел к двери.

– Дойдешь до гостиной – позови мисс Уайлд.

– Понял.

Я вышел из спальни, все еще сжимая в левой руке салфетки.

Я сидел в гостиной, ожидая Кейт и Лэнса. Меньше чем через десять минут они вернулись: Лэнс выглядел довольно измученным, а Кейт – недовольной.

– А-а, ну почему у меня нет Второго взгляда?

Похоже, об этом она беспокоилась больше всего.

– Я хотела хотя бы одним глазком взглянуть на ангела перед его уходом…

– Он не ангел, мисс Уайлд…

– Зови меня Кейт.

– Кейт, – вздохнул Лэнс, садясь на стул рядом со мной. – Я бы хотел перед уходом перевязать Кая. Можно одолжить марлю и другие вещи для обработки ран?

Девушка откуда-то достала аптечку, опустилась на колени и принялась сама накладывать мне повязку. От этого стало не по себе, тем более что она смотрела на меня снизу вверх.

– Так что случилось с сосудом? – спросил я.

– Лэнс велел мне открыть его и сжечь волосы. Он забрал траву, но ягоды я все-таки отдала ангелу.

Кажется, у юноши больше не было сил ее поправлять, поэтому Кейт продолжила:

– Слушай, а что будет с Дэрилом, если ангел исчезнет?

– Его больше не будут соблазнять волшебные формы жизни, поэтому он придет в себя. Но это не значит, что он потеряет память, – время, проведенное с тобой, никуда не денется. Просто пройдет запал, но почему его к тебе тянуло, он не узнает, – резко ответил Лэнс.

Но мисс Уайлд не собиралась сдаваться.

– Я думаю, что и у любви, выросшей из магии, есть шанс… что думаешь? Хорошо вышло? Руки-то у меня золотые. – Она закончила и с улыбкой взглянула на меня. Хотя я и посчитал Кейт милой, ее поведение не радовало. Я просто поблагодарил ее, а затем спросил:

– А зачем разбитое зеркало?

– Тоже часть ритуала, – беззаботно пояснила она, бросив салфетки и марлю в пластиковый пакет. Похоже, девушке было совсем не стыдно, что из-за нее кто-то пострадал. Да, я сам был неосторожен, но и ее равнодушие не осталось незамеченным.

– Какого?

– Оно собирает магическую силу лунного света. Если увидишь в нем свое отражение, останешься навсегда красивой.

– Оно не работает, – пробормотал Лэнс, а Кейт незаметно показала ему язык.

Я задумался над ее словами. Не «станешь красивой», а «останешься красивой». В этом был глубокий смысл.

– Кэтрин Уайлд.

– Что, Лэнс Фарлонг?

– Это я заберу с собой.

Девушка замерла, а я удивленно посмотрел на приятеля: он говорил об использованных кусках марли и салфетках. Я поднял взгляд на Кейт. Она поджала губы и сделала щенячьи глазки. Нет, это совсем не мило!

– Что ты собираешься делать с моей кровью? Того черного существа же больше нет?

– Нет, зато она обязательно… – Лэнс посмотрел на меня, а потом на девушку.

На лице ее отразилось некоторое смятение. Она замерла, а затем ахнула.

– Ничего себе! Кай, неужели у тебя действительно есть Второй взгляд? – Кейт с силой схватила меня за плечи и начала кричать: – Ты видел ангела? Лэнс, ты же пошутил, да? Ты даже не британец!

Зря я сказал про черное существо.

Лэнс нахмурился.

– Мисс Уайлд…

– Почему ты мне не сказал? Ах, если бы я только узнала раньше, я, я…

– Успокойтесь, пожалуйста. Я ухожу. – Лэнс выхватил у нее из рук пакет и подмигнул мне.

– Да, мне тоже пора… – Я встал и протянул обе руки перед собой, словно пытался успокоить собаку. Карие глаза Кейт неистово светились.

– Подожди, подожди, Кай. Лэнс, что это значит? Он тоже из Бюро?

– Нет. У него нет никаких способностей.

– Но есть Второй взгляд?

– Мы уходим.

Я подскочил к двери. Конечно, девушка последовала за мной.

– Послушайте, мисс Уайлд… если вы еще раз специально устроите Фантазм, я возьму с вас плату за работу. И вещи заберу.

– Ты живешь в Витсберри? Работаешь? Или учишься?

– Лучше не отвечай.

– Лэнс! Ты мешаешь мне налаживать личную жизнь!

Словосочетание «личная жизнь» заставило ме– ня поперхнуться. Стоявший между нами, словно мой личный телохранитель, юноша скривился: ему это надоело.

– Ни в коем случае. Живите свою жизнь так, как вам нравится, но не трогайте ни меня, ни людей, которые со мной связаны, ни тем более Фантазм… всего доброго.

Лэнс вылетел за дверь так, будто его вытолкнули. Закрывая дверь, я успел мельком увидеть опечаленное лицо мисс Уайлд. Однако, подойдя к лестнице, я вновь услышал шаги.

– Кай, подожди! – Она подбежала к нам и схватила меня за правую ладонь, вложив какую-то бумажку своей маленькой холодной рукой.

– Позвони мне, ладно? – робко попросила она, глядя на меня слезящимися глазами.

Видимо, она написала мне свой телефон.

– Спасибо за чай, но мне нужно идти. – Я попытался сгладить ситуацию и быстро спустился за Лэнсом, который уже ждал внизу, а затем снова посмотрел на окно квартиры. Кейт высунулась из окна и махала рукой нам вслед.

– Думаешь, лучше бы не приходил? – Лэнс отвернулся, даже не подняв руки при виде девушки. Я посмотрел на его хмурое лицо.

– Ага. Чтоб я еще раз о твоем здоровье побеспокоился.

– Позвонишь ей?

– Еще чего. Первая девушка в Англии, которая дала мне свой номер, и та травит своих возлюбленных!

– Она… с детства хотела стать ведьмой. До сих пор спит и видит, как встречается с волшебным существом. Наверное, поэтому она отчаянно хочет сблизиться хоть с кем-то, кто имеет Второй взгляд. Я уже почти потерял надежду, но ты так нерешительно с ней разговаривал.

– Эй, что значит «нерешительно»?

– Она слишком открытая. Таких волшебные существа не особо жалуют. Просто не могут с ними поладить.

Я все еще чувствовал пристальный взгляд на своей спине, но разворачиваться очень не хотелось, поэтому я заставил себя продолжать смотреть вперед. Как только мы дошли до остановки, Лэнс устало сел на лавочку.

– Ты в порядке?

– Так ты же решил больше не беспокоиться обо мне? – Он слабо улыбнулся. Его лицо побледнело, он шумно выдохнул. – Никто не идеален.

– Да уж, как обычно… извини, – сказал я, садясь рядом. Юноша удивленно посмотрел на меня.

– За что?

– Я мало того что поранился, так еще и демона взбесил.

– Да ладно, это было ожидаемо.

– Но откуда он вообще взялся? Разве любовными делами не ангелы заведуют?

– Это Ubique Daemon.

– Чего?

– На латыни значит «демон, который находится повсюду». Их много, они выполняют разные поручения, и необязательно плохие. Иногда в делах любовных они хотят помочь – так же, как и ангелы.

– А есть ли вообще от их вмешательства какая-то польза?

– Ну… это дело природы. Они любят сводить людей с ума и наблюдать, как с их же подачи те поддаются грехам.

– Понятно.

Я подумал, как же спокойно Лэнс на самом деле говорит о довольно страшных вещах. Наконец-то пришел автобус, и мы уселись на самые дальние места. Еще даже двенадцати не пробило – мало кто возвращался домой в такой час, – поэтому людей почти не было.

Я вышел на полпути. Раз уж в воскресное утро я все равно был на ногах, то неплохо было бы заглянуть на рынок. Показалась станция Витсберри – давненько я ее не видел, – перед которой скопилась настоящая толпа.

Рынок здесь работал каждое воскресенье, с самого утра и почти до вечера. На столах громоздились не только разноцветные фрукты и овощи, но и различные старинные вещи, которые так любят англичане. Когда я был здесь впервые, то хорошо провел время. Вот она – Европа во всей красе. Прямо как на картинке. Перед исчезновением тетя часто брала меня с собой в качестве носильщика.

Интересно, где сейчас Марико и чем она занята?

Я думал об этом, разглядывая вещицы, которые бы ей понравились. Не сказал бы, что я о ней беспокоился. Лучше думать о глобальном потеплении, чем волноваться за нее. Не думаю, что она вообще могла попасть в неприятности.

Это просто было бы странно.

Но все-таки. Где она сейчас и чем занята?

Я даже никогда не спрашивал, почему она переехала в Англию. Когда я был маленьким, отец говорил, что после переезда она сильно изменилась, но он даже не знал, чем тетя занималась. Я не совсем понимаю почему, но его уверенность, что Марико какая-то «странная», передалась и мне.

Однако она была не из тех людей, которые специально сбегали от реальности. Как я, например. Единственное, что нас объединяло, – наличие Второго взгляда.

Неужели она приехала в Англию, чтобы стать ведьмой?

Можно ли вообще стать ведьмой без ведома Бюро? Но почему ей пришлось остаться в этой глуши после того, как она получила способности? О чем она думала, когда мой отец попросил ее присмотреть за мной?

Не знаю.

С исчезновения тети прошло уже больше полугода. Я просто плыл по течению, стал не слугой, а нянькой для Лэнса. Я поступил в британский университет и жил на деньги родителей и тети, присматривал за Ханпэном… Что будет дальше, после выпуска?

Что я буду делать? Чем заниматься?

Господину Хайду я ответил, что в Японию не вернусь. Почему – и сам не знаю.

– А вот и я!

Вернувшись домой с горой фруктов и овощей в бумажных пакетах, первым я увидел Ханпэна, который подбежал ко мне, виляя хвостом. Он делает мою жизнь лучше. Вместе мы направились в гостиную, я – спокойно, а он – подпрыгивая от радости. В комнате на диване спал Лэнс.

Судя по всему, у него опять поднялась температура. Я узнал об этом, когда приготовил на обед пасту и разбудил его к столу. Чай по такому случаю я заварил тот же, что и вчера. Лэнс жаловался, что ничего не хочет, поэтому я быстро приготовил и заставил его попробовать пресное томатное ризотто – он не ел ничего питательного со вчерашнего дня.

Пока юноша был в полубессознательном состоянии, я снова взял его телефон и выключил. К ужину я снова разбудил Лэнса – выглядел он гораздо лучше.

– Получается, тебе не хватает сбалансированного питания и сна.

Я поставил тарелку не на обеденный стол, а на кофейный. Питались мы с Лэнсом одинаково. Я собирался съесть его порцию ризотто, а ему бы досталась моя паста с обеда. Если бы я оставил юношу в покое, он продолжил бы питаться помидорами и вяленым мясом. Хоть он и привередлив, ему ничего не мешало есть одно и то же снова и снова.

Лэнс сидел на диване и лениво щурился.

– Я только что ел.

– То был обед. Сейчас ужин.

– Уже вечер, что ли? – ошеломленно спросил Лэнс, глядя на закрытые шторы. – А телефон?

– Не знаю.

– Не звенел?

– Я не слышал. – Почти не соврал: сотовый же был выключен, поэтому и не звонил. – Да и я бы все равно никуда тебя не пустил в таком виде.

Лэнс ненадолго задумался, затем вздохнул и отпил остывшего чая.

– Кай…

– Чего?

– Мои физические силы правда ограничены.

– Ты это только сейчас понял?

– Я давно заметил, но не хотел сообщать об этом в Бюро.

Я опустил руку, в которой держал вилку. Наши взгляды пересеклись.

– Что ты имеешь в виду?

– У анти-Фантазмов два раза в год настает напряженное время.

– И этот период, конечно, сейчас?

Лэнс кивнул.

– Перед летним солнцестоянием… они подходят ближе всего.

Он говорил невнятно, слегка хрипловатым голосом, а его взгляд был устремлен куда-то в сторону. Иногда казалось, что его сознание уносилось далеко в старые воспоминания.

– Но даже в пик сезона, при обычных обстоятельствах, Фантазмы не так часто случаются один за другим, как сейчас… Так что весьма вероятно, что в Витсберри происходит что-то, кроме приближающегося летнего солнцестояния, – пробормотал он себе под нос и глубоко вздохнул.

Я слушал молча.

Лэнс необщителен и скрытен, поэтому обыч– но не раскрывает того, что потом не сможет объяснить. Короче говоря, раз он завел этот разговор сейчас, значит, собирался мне все рассказать.

– В ночь перед летним солнцестоянием наш мир и Страна фей сближаются.

– Страна фей? Такая вообще есть?

– Конечно. С наступлением летнего солнцестояния травы возвращают себе изначальную силу, и в свои права вступают древние законы. Восславляются всевозможные виды магии, а волшебные существа широко празднуют…

– Какое отношение все это имеет к Витсберри?

Взгляд темно-зеленых глаз мягко опустился на меня. Мечтательное выражение лица Лэнса постепенно сошло на нет, в голосе вновь зазвучала усталость.

– В этом году путь в Страну фей откроется где-то здесь. Другой причины для появления всех этих Фантазмов я не вижу.