Наше правление столкнулось с восстанием пуристов в городе на другой стороне планеты. Эта группа выступает против связи с людьми, хотя мы и сами происходим от них. Недавно они похитили Джейн, и Ашер вместе с нашими элитными бойцами сражался, чтобы спасти ее.

— Посмотрим, — наконец говорю я. — Возможно, это просто влечение. Возможно, это вовсе не истинный импульс.

Друг смотрит на меня с пониманием.

— Ладно. Может и нет. Но если это он, то оно того стоит.

Я резко выдыхаю и слегка закатываю глаза.

— Принято к сведению.

Как раз когда Ашер собирается добавить что-то еще, приближается Джейн. Его принцесса, та самая женщина, что украла его сердце за считанные минуты. Он ловит ее взгляд.

— Любовь моя, — бормочет он.

Джейн останавливается рядом и улыбается нам обоим. Ашер берет ее за руку и переплетает пальцы.

— Да? — отзывается он.

— Я пришла сказать Кайдену, что у нас сегодня вечером мероприятие, — отвечает она, переводя взгляд на меня.

— Для чего? — спрашиваю я.

— Смотрины, — говорит она. — Надин будет там, если ты все еще обдумываешь кое-какие мысли.

Я сдерживаю раздраженный вздох.

— Обдумываю мысли?

Джейн, которую я знаю совсем недавно, игриво вскидывает брови.

— Возможно, я и новичок на Афродитее, но я кое в чем разбираюсь.

— В чем именно? — я почти рычу.

— Хелена рассказала мне о поцелуе, — говорит она с лукавым видом.

— Конечно, она рассказала, — бормочу я под нос.

— Я понимаю, у тебя репутация человека, который не любит связывать себя обязательствами, но… — Джейн пожимает плечами.

— Но что? — не удерживаюсь я.

— Ты же знаешь, насколько это важно. Тот шторм убил слишком много женщин на Афродитее. Без союза с людьми наш народ обречен.

Несмотря на то, как мало времени она провела на нашей планете, я чувствую гордость за нашу принцессу. Она приняла роль лидера и защитницы. Наш народ почитает женщин, ведь они дают жизнь. Без них нас бы не существовало. Веками мы проводили ежегодный фестиваль в их честь. Когда несколько лет назад на праздник обрушился космический шторм, он унес жизни стольких женщин, что мы до сих пор не можем оправиться. В ответ руководство разработало план по привлечению женщин с Земли. Наш народ смешивался с людьми с тех пор, как сюда попали ковбои из Америки и Франции. Это укрепило оба народа. Практика продолжалась веками, но нам никогда не требовался формальный план по поиску пар. До этого момента. Теперь мы нуждаемся в нем отчаянно.

— Я знаю, — отвечаю я, торжественно кивая.

— Думаю, на Земле Надин пришлось несладко, — добавляет Джейн.

— Она заслуживает мужчину, который будет ее защищать.

Когда мое сердце резко сжимается в груди, я понимаю, что у меня проблемы. Я вспоминаю синяк у нее под глазом. На Земле с женщинами часто обращаются ужасно, их унижают. Хорошо, что я не живу там, иначе я бы выследил того подонка и заставил его пожалеть о самом факте его существования.

Мне не нужно бояться, что мужчины на моей планете обидят ее. Но в тот миг, когда я просто подумал о возможности того, что она будет с кем-то другим, моя судьба была решена. Я бросаю взгляд на Надин. Словно чувствуя жар моего взора, она медленно поворачивает голову. Наши взгляды сцепляются. Даже на расстоянии я чувствую этот импульс и тягу к ней, будто воздух между нами вибрирует от электричества.

Я с усилием отвожу глаза и натыкаюсь на изучающие лица Ашера и Джейн. Она смотрит с пониманием, а он с сочувствием. Я испускаю покорный вздох.

— Я хотел бы поговорить с Надин наедине. Можешь это устроить?

Джейн кивает.

— Конечно.

Глава 3. Надин

Тревога кружится в животе, взмывая спиралью вверх и сжимая грудь.

Мой взгляд снова и снова скользит туда, где стоит Кайден вместе с Джейн.

Принцесса Джейн. Она чертова принцесса! Ее нужно называть именно так.

Хотя Джейн и говорила нам, что можно обойтись без церемоний и титулов, я до ужаса боюсь упустить шанс остаться здесь. Не хочу все испортить.

Мне не следовало позволять Кайдену целовать меня. Теперь я просто не могу этого забыть. Мне стоило бы готовиться к встрече с кем-то другим. Пока что эта планета меня просто поражает. Она прекрасна, и здесь нет адской жары, как на Земле. Там, на улице, я чувствовала себя яйцом на раскаленной сковороде. Люди и вправду жарят яйца на солнце. Это считается деликатесом, потому что яйца большая редкость. На Афродитее климат более умеренный. Воздух мягкий, с легкой влажностью.

Здесь есть деревья, цветы и озера.

Всю мою жизнь на Земле шла работа над тем, чтобы снова сделать ее красивой. Нам говорят, что на восстановление почти уничтоженной экосистемы уйдут века.

Я трясу головой. Нужно перестать думать о Земле. Это мое прошлое. А здесь моя новая жизнь. Мне больше никогда не придется туда возвращаться. Даже если меня не выдадут замуж за кого-то, кто целуется как Кайден, женщины здесь и вправду пользуются почетом. В любом случае моя жизнь станет лучше. Если я просто буду в безопасности от мужчины, который меня избивал, этого уже более чем достаточно.

Я с трудом отрываю взгляд от Кайдена, стараясь не задерживаться на его широких плечах и не размышлять о его хвосте. У большинства местных мужчин они есть.

Ассистентка Джейн, Хелена, вежливо объяснила, что у некоторых женщин они тоже бывают, но реже. У самой Хелены симпатичный хвост с розоватым отливом. Местные женщины выше ростом, и у них такая же мерцающая кожа, как у мужчин. Однако их оттенок скорее серебристый, чем бронзовый. Хелена также рассказала, что эта планета центральный транспортный узел для всей галактики, так что мы увидим здесь

множество других инопланетных рас. Я уже видела других существ, включая женщину-орка. Она была поразительно высока и с первого взора внушала трепет, но оказалась очень дружелюбной.

Я нервно переплетаю пальцы, уговаривая себя, что все будет хорошо. У меня есть безопасное место для жизни. Мне больше никогда не придется видеть своего бывшего.

Я чуть не подпрыгиваю от неожиданности, чувствуя легкое прикосновение к плечу. Ладонь инстинктивно прижимается к груди.

Оборачиваюсь и вижу Джейн с ее теплой улыбкой. Я быстро выдыхаю.

— Простите. Я просто немного нервничаю.

Джейн кивает.

— Конечно. Переезд на новую планету это серьезно. Спроси меня, откуда я знаю?

Я делаю успокаивающий вдох и виновато пожимаю плечами.

— Да, многое нужно осознать. Когда мы собираемся встречаться с мужчинами?

— Обещаю, мы не будем выставлять вас напоказ. Это мероприятие задумано как неформальное. Я подошла, потому что Кайден хотел бы поговорить с тобой.

Сердце делает резкий скачок в груди.

— Правда?

— Да. Ты хочешь поговорить с ним?

— Стоит ли? — пищу я.

— Если тебе некомфортно, ты не обязана с ним разговаривать. Ты знаешь, чего хочешь?

— У меня есть представление, но я не совсем уверена, — мой голос звучит прерывисто.

Взгляд Джейн становится серьезным.

— Кайден хочет создать с тобой пару. Как я упоминала раньше, я верю, что между вами есть то, что называют импульсом бесконечности.

Ашер объяснил, что Кайден, возможно, чего-то боится.

— О.

Я про себя думаю, что уже одно лишь отсутствие побоев это больше, чем я когда-либо могла себе представить. Я справлюсь с любым багажом, который появится на моем пути. Хотя концепция импульса бесконечности для меня чужда, кажется, на инстинктивном уровне я понимаю, что имеет в виду Джейн.

— Мы сможем поговорить наедине? — спрашиваю я.

— Конечно. Идем за мной.

Джейн поворачивается, продевает руку под мой локоть и слегка сжимает его. Она проводит меня туда, где Кайден разговаривает с Ашером.

С принцем Ашером, если быть точной.

Хотя о принце и принцессе, а также о короле и королеве говорят с придыханием, никто здесь не кланяется им и не делает реверансов. Когда мы подходим, Джейн отпускает мой локоть и обращается к Кайдену:

— Она вся твоя.

Она указывает на дверной проем поодаль. Сердце колотится так сильно, что я почти ничего не слышу из-за гула крови в ушах. Золотистый взгляд Кайдена скользит по мне, когда он протягивает руку.

Глава 4. Кейден

Маленькая ладонь Надин кажется совсем теплой в моей руке, пока я веду ее по коридору. Мы переступаем порог, я оборачиваюсь, чтобы закрыть дверь, и щелчок защелки громко отдается в тишине кабинета.

Даже не видя лица девушки, я ощущаю отзвук ее присутствия всем телом. Это похоже на эхо притяжения, неумолимо влекущее меня к ней.

Связь между нами сокрушительна.

Я делаю глубокий вдох, стараясь успокоиться, расправляю плечи и поворачиваю к ней лицо. Непривычное чувство. Эта уязвимость, осознание того, что ты полностью во власти женщины, сбивает с толку.

Она ждет молча. На щеках проступил румянец, я кожей чувствую ее нервозность. Взгляд падает ниже: пальцы сплетены, один большой палец судорожно потирает другой. Она сглатывает, и в замкнутом пространстве этот звук кажется отчетливым.

Сама комната ничем не примечательна: четыре белые стены, обычный кабинет. Я бывал здесь раньше. Когда я был мальчишкой, в этом здании устраивали летние лагеря, теперь же пространство используют для общественных событий.

Простота обстановки резко контрастирует с той связью, что вибрирует между нами. Теперь я понимаю, почему это называют «импульсом бесконечности». Это настоящий ритм. У меня нет научных доказательств, но я верю: ее сердце бьется в унисон с моим, будто барабанный бой, отдающийся во всем существе.

Она слегка откашливается, и взгляд мгновенно приковывается к ее глазам. Кажется, воздух вокруг наэлектризован и вот-вот рассыплется искрами.

— Ты хотел поговорить со мной наедине? — спрашивает она и проводит языком по нижней губе.

Один этот жест бьет наотмашь, словно удар кнута, разжигая возбуждение. Желание подобно небесному огню перед раскатом грома, когда воздух становится тяжелым и насыщенным.

Я путешествовал по всей галактике. На каждой планете бывают бури, везде есть нечто похожее на гром и молнию. Наши штормы по характеру больше всего напоминают земные.

— Небесный огонь, — произношу я, не собираясь говорить это вслух.

— Небесный огонь? — переспрашивает она.

— Это как молния на Земле, но иначе. Сначала она шипит, а потом

гремит взрыв и появляются настоящие языки пламени. Поэтому мы так ее и называем, — объясняю я.

— А… У нас часто бывают молнии, но дожди на Земле теперь почти редкость. Здесь они идут?

Я киваю и, не раздумывая, делаю шаг навстречу. Импульс бесконечности обладает магнитным притяжением: мне жизненно необходимо быть ближе.

Останавливаюсь в шаге от нее. Зрачки Надин расширяются, она резко вдыхает, чуть приоткрыв рот.

— Ты не заявил на меня права, — шепчет она. — Значит, это может сделать кто-то другой.

Она слегка вскидывает подбородок, и я чувствую в этом жесте вызов. За ним прячется неуверенность и та самая дерзость, которая мне так нравится. Она злится на меня.

— Никто другой тебя не получит, — заявляю я.

— Откуда ты знаешь? Что, если я почувствую то же самое к кому-то другому? — парирует она.

Разум говорит: импульс бесконечности бывает лишь раз в жизни, и далеко не каждому дано его испытать. Годы напролет я наблюдал, как отец скорбит по матери, и твердил себе, что эта связь не стоит такой боли. Но сейчас одна мысль о том, что Надин может принадлежать другому, невыносима. Внутри вскипает ярость и инстинкт защитника.

— Это невозможно.

Я делаю еще шаг, стирая разделяющее нас расстояние. Чувствую тепло ее тела и наслаждаюсь тем, как густеет румянец на ее щеках, когда она запрокидывает голову. Хвост слегка дергается, а пах наполняется тяжелой кровью.

— Как и сказала наша принцесса, ты вся моя.

Хриплый шепот превращает слова в приказ. Я больше не могу сдерживаться: мне нужно снова ощутить ее губы под своими. Обнимаю Надин за талию, притягивая ближе, и позволяю руке лечь на ее аппетитную попку. Она издает тихое «Ох!», когда мое возбуждение прижимается к изгибу ее живота. Я хочу ее до безумия и уже чувствую, как влага проступает на кончике набухшего члена.

Я и раньше испытывал страсть и вожделение, но никогда этой необходимости заявить права, пометить женщину. Я изучаю ее лицо,

задерживая взгляд на побледневшем синяке на щеке. Мысль о том, кто его оставил, отзывается вспышкой яростного гнева.

Надин быстро моргает, в глубине ее глаз мелькает тень боли. Незнакомая прежде горечь пронзает мое собственное сердце: кажется, я буквально разделяю ее страдания. Рука непроизвольно сжимается на ее спине.

— Синяк скоро сойдет, — быстро говорит она.

— Я отомщу за тебя, когда вернусь на Землю, — клянусь я.

Надин резко качает головой.

— Нет. Я не хочу этого. Я хочу оставить прошлое позади.

За этой просьбой я чувствую стальную силу, скрытую под пережитой болью. Я заставляю себя вдохнуть. Как бы мне ни хотелось настоять на своем, я не буду. Это ее право, и я никогда не стану ее контролировать.

— Здесь ты будешь в безопасности, — говорю я.

Она сглатывает и часто моргает.

— Надеюсь.

Я окончательно отвлекся от главной цели. Все, чего я хочу, целовать ее, утолить потребность, которая бьется внутри, словно кулак, требующий свободы.

Делаю еще один крошечный шаг, и в этот момент она кладет ладонь мне на грудь. Сердце рвется навстречу этому прикосновению, будто чувствуя, как она заявляет на меня права.

— Я не хочу, чтобы ты снова целовал меня, если собираешься передумать, — заявляет она.

Я долго изучаю ее.

— Что ты имеешь в виду?

— Ты уже целовал меня, а потом игнорировал. Джейн сказала, что ты не заговаривал о нас с тех пор, как мы покинули корабль.

Я склоняю голову набок, понимая, что она не знает моей истории. И все же эта связь между нами дает ей ключ к моей душе. Я собираюсь с духом.