Глава 23

Ривер

Пригласить её на ещё одну деловую встречу — это либо риск, либо глупость. Пока не могу решить, что именно.

Но чего я точно не ожидал от моей маленькой дьяволицы, так это её визита в приют. Когда она сказала, что будет свободна только вечером, я поручил одному из своих людей последить за ней. Из чистого любопытства, конечно же. Я не собираюсь ей об этом рассказывать — думаю, ад замёрзнет раньше, чем она признает, что у неё есть хоть одна добрая черта.

Я узнаю о Ане всё больше. Особенно то, что её ядовитый язык и стальная решимость, какими бы прекрасными они ни были, — это всего лишь щит, которым она прикрывается. И это ещё одна вещь, которую я никогда не озвучу, если не хочу, чтобы мне в следующую же секунду прострелили мозги.

После вчерашнего вечера и того поцелуя, я понял: Аня намного ценнее, чем я думал. Эта женщина никогда в жизни не знала ласки или привязанности. Я не уверен, что смогу дать ей это, но точно готов постараться изо всех сил.

Я никогда не думал, что будет женщина, которой я захочу поклоняться, которой я захочу дать всё, что у меня есть. У меня нет всех ответов, но я сделаю своей целью добиваться её счастья. Даже если мне придётся разориться ради этого.

Притормаживаю у нового ресторана, и она тяжело вздыхает, явно недовольная тем, что мы снова здесь. Я усмехаюсь и отстёгиваю её ремень безопасности.

— Всё не так плохо, Аня. Если бы ты попробовала еду, возможно, даже получила бы удовольствие, — говорю я.

— Я бы предпочла заехать в жирную забегаловку с фастфудом, — парирует она.

Я снова смеюсь.

— Сомневаюсь, что ты хоть раз была в такой.

Она поджимает губы, и я понимаю, что прав. Она прекрасно знала, что значит жить на грани нищеты, пока её с Алеком не взяла третья и последняя приёмная мать, которая оказалась чертовски богатой. Но эта маленькая принцесса ни разу не «терпела лишения» с тех пор.

Я так и не смог найти никакой информации об их биологических родителях. В четыре года они едва умели писать свои имена, не говоря уже о том, чтобы сообщить что-то полезное о семье.

— Почти символично, что я снова привёл тебя сюда, — замечаю я, когда она не продолжает разговор. — Ведь именно здесь мы впервые встретились.

Она «колючая» со вчерашнего вечера. Я знал, что она снова ко мне придёт, особенно после того, как узнает, что я купил особняк по соседству. В одну секунду — она рядом, расспрашивает о моей племяннице, следующая — закрывается и исчезает.

И я абсолютно уверен, что всё из-за этого чёртового поцелуя.

— Если мы не устраиваем здесь перестрелку, то мы выходим из машины или как? — спрашивает она, скрестив руки на груди.

Я снова смеюсь, выхожу из машины, и один из моих людей сразу подходит забрать ключи. Ещё один забирает ключи у её охранников, которые припарковались позади нас. Я был достаточно снисходителен, позволив ей взять с собой сопровождающих, учитывая, что они всё равно бы нашли способ пробраться внутрь.

Я поправляю костюм, обхожу машину и открываю ей дверь. Она по-прежнему хмурится, но больше не хлопает дверьми, как раньше. Теперь она ждёт, что я сделаю это за неё. Прогресс.

Протягиваю ей руку. Она берёт её и выходит.

Аня великолепна. Я никогда не устану смотреть на эту женщину с ледяным взглядом в обтягивающих платьях и юбках.

Она пытается выдернуть свою руку, но я лишь крепче переплетаю наши пальцы. Её люди замечают этот жест и переглядываются с недоверием.

— Фу, — цедит она. — Не думала, что ты из тех, кто душит своим вниманием.

— Кто-то ведь должен компенсировать твою колючесть, — спокойно отвечаю я, ведя её внутрь.

Хостес приветствует нас, но, когда её взгляд падает на Аню, она бледнеет. Да, Аня так влияет на людей. Это наполняет меня гордостью.

Нас провожают в приватную зону, где уже собрались мои люди. Гул голосов стихает, и они вежливо кивают мне, но на неё смотрят с опаской. Они знают, насколько она опасна, и знают, что случилось с Игорем, когда он её недооценил. Они советовали мне разорвать с ней любые связи и вести бизнес на её территории без её ведома. Но мне нужно не только её разрешение, но и доступ к её аукционам.

К тому же, я приказал своим людям: если хоть один из них осмелится прикоснуться к Ане, умрёт не только он, я убью всю его семью и всех, кого он когда-либо любил.

Майкл встаёт, когда мы подходим ближе. Стол уже заставлен едой и алкоголем.

— Это не похоже на деловую встречу, — говорит Аня, когда я отодвигаю для неё стул рядом с моим.

— Это именно она. Просто будь терпелива, — отвечаю я.

Она ничего не говорит, лишь садится. Её охранники встают позади неё у стены, мрачные и напряжённые, как всегда. Официант ставит на стол ещё больше еды, а я беру бутылку вина и наливаю себе. Затем беру графин с водой, наполняю её бокал и ставлю перед ней, помня, что она не пьёт алкоголь.

— Что будешь есть?

— Что, собираешься кормить меня с рук? — поднимает она идеально изогнутую бровь.

— А ты хочешь? — Я бы и правда накормил её, если бы это означало, что смогу поиграть с её губами. Одними из них я уже наслаждался, так почему бы не второй парой?

— Давай попробуем. Посмотрим, сколько пальцев я смогу откусить, — парирует она.

Я улыбаюсь, загипнотизированный ею. Чёрт, мне хочется согнуть её пополам и наказать. От одной только мысли мой член становится невыносимо твёрдым.

Я наклоняюсь и шепчу на ухо:

— Может, нам стоит закончить то, что мы начали прошлой ночью?

Её рука скользит под стол к моему бедру, и она медленно улыбается.

— Хочешь, чтобы я подрочила тебе прямо сейчас перед всеми твоими людьми?

Едва ощутимое прикосновение её пальцев вызывает болезненное напряжение в моей челюсти.

— Ты ведь хочешь меня, Ривер? — произносит она сладким, но ядовитым голосом. — Контракт почти выполнен. Это твоя вторая встреча. Осталось только трахнуть меня.

В этот момент Майкл прерывает нас:

— Сэр, ваши гости прибудут через десять минут.

Я лишь сильнее провожу пальцами по её гладкой коже, заставляя Аню покрыться мурашками.

— Спасибо, Майкл, — с трудом выдыхаю я.

Аня смотрит на меня затуманенным взглядом.

— Я не хочу это есть, — говорит она, указывая на тарелку. — Я хочу чего-то другого.

— Я не трахну тебя. Пока, — говорю я. Чёрт, если бы она только знала, как сильно я её хочу. Если я поддамся сейчас, позволю ей выиграть, она уйдёт.

— Посмотрим, — ухмыляется она, начиная спускать лямку платья с плеча.

Я резко хватаю её за руку и отталкиваю.

— Мы ненадолго, — бросаю я.

Майкл пытается возразить:

— Но ваши гости...

— Подождут.

— Мисс? — один из её охранников смотрит на неё вопросительно.

— Я ненадолго. Оставайтесь, — командует она. На этот раз — без возражений.

Я хватаю её за руку и веду прочь. Мы едва не сбиваем с ног официанта, когда я толкаю дверь маленького кабинета, где менеджер просматривает счета.

— О, мистер Бентли, что-то срочное?

— Вон, — бросаю я.

Менеджер моргает, но быстро хватает свои вещи и исчезает.

Как только он выходит, я поворачиваюсь и с силой прижимаю Аню к двери, заставляя её захлопнуться за нашими спинами.

Её рука тут же тянется к моему ремню. Я же одной рукой держу её за бедро, а другой — за горло, большим пальцем очерчивая резкий изгиб её скулы.

— В этот раз ты не убежишь, Ред, — рычу я.

— Никаких нежностей, — парирует она.

Границы моего самоконтроля лопаются, когда я накрываю её губы своими. Её пальцы замирают на моём ремне. Я чувствую её нерешительность. Её колебания перед тем, как позволить мне большего. Но когда я сжимаю её сосок, из её губ вырывается короткий стон. Я углубляю поцелуй, и её язык медленно, неуверенно начинает двигаться в такт моему.

Рука Ани расстёгивает мой ремень, и наши поцелуи становятся всё более дикими, отчаянными. Она медленно раскрывается мне, нравится ей это или нет. Мы оба на грани безумия от этого голода.

Она оборачивает ремень вокруг моей шеи, притягивая меня ближе, в то время как я закидываю её ногу себе на бедро, пальцами погружаясь в её уже мокрую киску.

Её губы скользят по моей щеке, пока она смакует ощущения. Эта женщина сведёт меня с ума.

— Хочу тебя видеть, — требую я.

Её глаза расширяются, тёмные ресницы бросают густую тень на скулы.

— Раздвинь ноги и наклонись над столом.

Она сильнее затягивает ремень вокруг моей шеи.

— Я не подчиняюсь приказам.

— Подчинишься, если хочешь, чтобы я вылизал твою сладкую киску так, чтобы она стекала по моим пальцам. — Я сжимаю её чувствительный клитор, и она шипит от удовольствия. — Без секса.

Она закатывает глаза, и я тут же сжимаю её щеки.

— Хватит вечно брыкаться и дай мне сломать тебя на миллионы кусочков.

Я отступаю, наблюдая, как её взгляд задерживается на моём напряжённом члене, с трудом скрытом в брюках. Она облизывает губы в предвкушении, но прежде чем она успевает двинуться, я забираю у неё ремень.

Я хватаю её запястья и заламываю их за спину, стягивая их ремнём.

— Ты заставишь меня кончить, — цедит она.

— Могу сказать то же самое. Или твой прекрасный рот хорош только для того, чтобы язвить?

Она открывает рот, но я уже наклоняю её над столом, резко задирая юбку и раздвигая её ноги.

Облизав губы, я прижимаю свой твёрдый член к её мокрой щели, даже не высвобождая его. Её тело вздрагивает от неожиданного толчка, и она пытается посмотреть через плечо.

Я прекрасно представляю, как погружаюсь в эту восхитительную киску.

— Однажды я разнесу тебя изнутри, — обещаю я.

— Так сделай это прямо сейчас, — бросает она.

— Бесит тебя, да? — ухмыляюсь я. — Бесит, что я единственный мужчина, который может сказать тебе «нет»?

И это самая большая ложь, которую я когда-либо говорил.

— У тебя язык только для того, чтобы болтать? — огрызается она.

Я ухмыляюсь, дёргаю её связанные запястья и опускаюсь на колени, зарываясь лицом в её мокрую киску.

Аня стонет и чуть не взлетает на стол, но я держу её крепко, не давая вырваться. Второй рукой я проникаю в неё пальцем, двигаясь всё быстрее.

— Чёрт, — стонет она, когда я продолжаю работать языком, забирая всё, что эта шикарная женщина готова мне отдать.

Мой член разрывает брюки от напряжения, пока я погружаюсь в неё глубже, наслаждаясь её вкусом. Чёрт, я мог бы просто взять её прямо сейчас. Просто трахнуть и положить конец нашим мучениям.

В дверь раздаётся стук, но Аня тут же кричит:

— Отъебитесь!

Я усмехаюсь, продолжая вылизывать её, добавляя третий палец, увеличивая темп.

— Чёрт, прошло столько времени, — стонет она.

Я усмехаюсь. Её ноги начинают дрожать, её тело поддаётся, и вдруг она замирает, резко сжимаясь вокруг моих пальцев.

— Ривер, сука, доведи меня до конца, иначе я тебя убью!

Я оставляю её киску лишь на секунду, чтобы прикусить её упругую задницу, и она вскрикивает от удовольствия.

— Думаю, ты не совсем понимаешь, в каком шатком положении сейчас находишься, — ухмыляюсь я, прежде чем снова припасть к её клитору.

Она замирает на мгновение, а затем оргазм накрывает её волной. Её киска пульсирует вокруг моих пальцев, и она вскрикивает, захлёстываемая этим чувством.

Она изливается прямо мне в рот, и я вылизываю каждую каплю, пока её тело не становится расслабленным и безвольно не опускается на стол.

Я отступаю, оставляя её дрожащей, с юбкой, задранной к бёдрам, запястья всё ещё связаны за спиной. Ожидаю, что она попытается вырваться, но, когда её взгляд поднимается, в нём бушует лишь чистая похоть.

Я позволяю ей встать, а затем хватаю её за подбородок и притягиваю для поцелуя.

Она сначала замирает, но не отстраняется.

— Видишь, как мы хороши на вкус вместе, — шепчу я.

— Никакого «мы». Есть только секс. Без этого подросткового дерьма с поцелуями и нежностями, — произносит она с выражением полнейшего безразличия.

Я ухмыляюсь, наклоняюсь и развязываю её запястья.

В дверь снова стучат.

— Да отъебитесь уже! — одновременно кричим мы.

Я бросаю взгляд на настенные часы и понимаю, что мы были здесь уже больше тридцати минут.

Аня одёргивает юбку, медленно облизывает губы и улыбается.

— Я могу идти?

— Нет. У нас ещё встреча, — отвечаю я, скользя взглядом по комнате.

На полу разбросаны бумаги, подушка от стула валяется в стороне, а на кожаном кресле остался отчётливый след от моего горячего тела.