ГЛАВА 6

Александр

— С этой будет та же проблема, что и с Синитой? — спрашивает Аня.

— Нет, — говорю я, глядя, как Елена уходит. Она прекрасна. Слишком красива, чтобы танцевать там в клетке. Ее задница идеально выглядывает из-под платья.

Все эти сочные округлые изгибы, не как у Синиты, которая была кожа да кости. Она следила за собой, пока не заболела. Какие же они разные.

Обращаю свой взгляд на Аню, которая пристально меня изучает. Она никогда ничего не упускает.

— Не позволяй ей снова здесь работать, — произношу я сквозь зубы, не впечатленный всей ситуацией.

— Почему? — спрашивает Аня, не отступая. Она слишком настойчива.

— Разве моего слова недостаточно?

— Нет, не достаточно. Теперь скажи мне, почему.

Качаю головой и прохожу мимо нее. Мы можем быть близки и поддерживать друг друга, несмотря ни на что. Но есть некоторые вещи, которые даже я имею право держать при себе.

— Алек, скажи мне, почему, — кричит она мне в спину, но я не отвечаю.

Когда-то давно я бы все ей рассказал, но с тех пор, как случился провал с Синитой, все изменилось.

Многое.

Во-первых, где, черт возьми, Синита?

Я нашел ее однажды и смогу сделать это снова.

Как ей удается ускользать от внимания общественности?

Распахнув дверь в примерочную, вижу, как Елена ворчит, снимая с себя одежду.

— Тупые гребаные мужики. Кем он себя возомнил? — шипит она, и мне хочется улыбнуться, если бы я был способен на подобное. — Думает, что может указывать мне, что делать, как будто в моей жизни недостаточно мужчин, которые думают так же.

— Я не говорил тебе, что делать, и я все еще плачу тебе. — Киваю на четыре тысячи долларов на боковом столике. — Не возвращайся.

Ее голубые глаза почти как кристаллы. Они сияют, когда Елена в ярости смотрит на меня.

— Всего лишь говорю тебе, что делать на случай, если ты запуталась.

Она смотрит на деньги, затем снова на меня.

— Не волнуйся, старик, я уверена, что мой подростковый мозг способен это переработать, — огрызается она.

Мои брови невольно взлетают вверх. Она вообще понимает, с кем разговаривает? Очевидно, нет.

— Старик... такого я не слышал.

— Я просто предположила, потому что ты лысый.

— Волосы сбриты.

Она небрежно пожимает плечами.

— Я пока их не видела.

Вступаю в ее личное пространство, потому что эта женщина явно не осознает, какой опасности подвергается, разговаривая со мной.

Она отходит назад, пока не ударяется задом о стол. Ее сиськи полностью выставлены напоказ, и они больше, моих ладоней. Когда она выпрямляется и поворачивается ко мне спиной, передо мной предстает вид сзади на ее фигуру в форме песочных часов.

— Кажется, ты не понимаешь, когда тебе грозит опасность, — говорю я, стараясь сохранять дистанцию, но при этом оставаться достаточно близко, чтобы напугать ее.

Она разворачивается ко мне лицом.

— Звучит ровно так, как сказал бы старик, — парирует она, но ее грудь тяжело вздымается. Эти сиськи поднимаются и опускаются.

— К твоему сведению, мне еще нет и тридцати, — отвечаю я, и сам удивляюсь, почему все еще с ней разговариваю.

— Я бы сказала, что ты уже на полпути в могилу.

Эта ненормальная женщина. Она не более чем человек, который даёт мне информацию о Сините, но... вот я здесь... можно сказать, что спорю с ней?

Делаю шаг назад, прислоняюсь к одному из розовых стульев, засовывая руки в карманы и наблюдая за ней. Ее взгляд мечется между мной и ее одеждой, которая лежит в сумке на полу.

— Ты что, настолько маленькая, что тебе все еще нужна помощь, чтобы одеться? — бросаю я вызов.

— Не уверена, что твои трясущиеся старческие руки справятся с задачей застегнуть бюстгальтер.

Она наклоняется за сумкой, и улыбка дергает уголок моего рта. Я озадачен и сбит с толку этой маленькой певицей.

— Может быть, она сбежала от тебя, — говорит Елена.

Не обращая внимания на лифчик, она достает из сумки платье и надевает его через голову. Хотя она, наверное, именно этого и ждала, я не смотрю на ее грудь, даже несмотря на то, что её идеальные соски отчетливо проступают сквозь ткань. Не буду притворяться джентльменом, потому что, очевидно, я им не являюсь.

— Может быть, — соглашаюсь я, шагая обратно в центр комнаты. Она осторожно наблюдает за мной со стороны.

— Спасибо за деньги, мудак.

Она хватает деньги, открывает сумку и засовывает их внутрь, затем делает шаг ко мне.

— Подвинься, — говорит она, когда я преграждаю ей путь. — Ты сказал мне уйти, но твоя мудацкая задница мешает. Или вы уже потеряли чувство направления, сэр?

Она пылкая. И у нее характер, который наверняка приведет ее к неприятностям. Я удивлен, что они ее еще не настигли.

— Почему ты дружила с ней? — спрашиваю я.

Эти двое совсем не похожи. Несмотря на свои не очень хорошие качества, Синита пыталась угождать людям. Тогда как чувствую, что Елена покладистая только когда ей это выгодно, сейчас она показывает мне другую сторону.

— Тебя это как-то волнует?

Она проталкивается мимо меня, ее плечо задевает мое. Собираюсь отодвинуться, но она врезается прямо в меня. Я напрягаюсь от соприкосновения.

— Спокойной ночи, Алек.

Она откидывает шоколадного цвета волосы за плечо и оглядывается на меня, словно ожидая, что я пожелаю ей доброго вечера в ответ.

— Похер, — фыркает она и уходит.