— Срочно! На помощь! Он убил всех! — Истерично провизжала Зверолюдка в связной камень.

— Где старший, Давор? Доложить по форме! — Донеслось из камня глухим раздраженным голосом.

— Сдох! Они все сдохли! Этот монстр убил их! И бежит за мной! Спасите!

— Какой монстр, ты…

— Я бегу на север! В дикие земли! К порталу! Он бежит за мной! Срочно! Помогите! — На этой ноте она запульнула связной артефакт в овраг и перевела глаза на меня, тяжело дыша. Для достоверности ей пришлось эмитировать крайнюю степень усталости.

— Неплохо. — Задумчиво произнес я.

Прошло уже пять часов. И к этому времени, если ее группа не вышла бы на связь, командование все поняло бы. А вот так вот, мы направили их по ложному следу, в абсолютно иную сторону, к диким порталам, ведущим в другие, пока еще неизведанные миры. Конечно, доверять этой лисе на сто процентов я не мог. Но когда разобрался с рабской печатью и протестировал ее, то немного успокоился.

— Только больше без причины не активируй наказание… А то я могу и подохнуть. Или навсегда стать инвалидкой. — Насуплено произнесла она. Ну да. Не протестировать функционал «поводка» я не мог. А потому без предупреждения, чтобы исключить имитацию, врубил наказание. За пару секунд зверолюдку скрутило буквой зю. И по ее же словам, ей оставалось совсем немного, чтобы не лишиться какой-нибудь звезды. А это всегда было или смертью, или в случае, когда звезды съедались печатью, сильной травмой.

— Ты вообще слишком хлипкая. Я даже удивлен, почему таких, как ты поставили убивать меня.

— Не убивать, а ловить. — Голосом преисполненным злости поправила она меня. Впрочем, меня бы дико насторожило, не злись она. Тогда бы это за версту воняло какой-нибудь подставой. Первичный шок у нее прошел. Теперь она полностью осознала ту дерьмовость ситуации, в которую попала. Или смерть, от своих же. Или рабство от незнакомого хмыря.

— Тем более. Ловить куда тяжелее, чем убивать. — Достал я какую-то лепешку из запасов командира молниевиков, начав ее с аппетитом уплетать. Бежал я все это время в темпе. А какой бы нечеловеческой выносливостью я ни обладал, давая фору десантникам на марш-бросках и марафонцам, но все равно уставал.

— Всего сорок пять звезд. Низкие закалки, две техники, ничтожного и низкого ранга. Ну и пятая ступень коснувшейся молнии. Выглядит даже жалко… — Поднял я на руке рабскую печать, продолжая познавать ее возможности. И одной из таких было получение всей основной информации о рабе. Так я и узнал об этой Линессе все ее характеристики и даже возраст. Двадцать пять лет. Неудивительно, что я ее в бою просто отпинал подальше. Хотя другие воины, в среднем, были куда сильнее. Она скорее была там самой слабой или одной из. Это же объясняло и то, зачем такую печать хотели истратить на меня. Чтобы с полной точностью выяснить чем я обладаю и стоит ли меня убивать. Или оставить рабом.

Кучу команд и приказов, сжимая печать в руке, я ей тоже наотдавал. Типа не планировать мне навредить действием или бездействием и еще сотня пунктов. Но сам понимал, что это не даст особой гарантии. Рабов держало в узде в первую очередь то, что где бы они ни находились, наказание может их настичь и в течение секунд или минут убить. В остальном же они были свободны. И даже вроде как могли нарушать приказы, хоть это и терзало их душевно, на уровне инстинктов. И вздумай эта лиса меня предать, ей это вполне могло удастся. Да, она умрет. Но сделает свое дело.

— Это тебе все далось легко. Обычным же практикам приходится десятилетиями копить эссенции. Недоедать и отказывать себе во всем, ради еще одной звезды. Ради одной еще безуспешной попытки познать стихию. Год за годом. Чтобы школа тебя заметила. Каждый на это надеется. Но кто-то так и становится стариком и умирает, не получив ничего. Ни ресурсов, ни уважения. Лишь дрянную алхимию, от которой часто только становится хуже. Техники? Их тебе не дадут, пока не посчитают что ты их отработаешь сполна. Да, у меня есть мусорный покров и молния, которую я познала у массива, даже не со свитка. И на это ушел месяц. И пока я не получу восемьдесят звезд, не стоит и надеяться, что мне дадут что-то еще. Это жесточайший отбор, в котором ты или умираешь, или встаешь на еще одну ступеньку чуть выше. Только для того, чтобы снова прозябать в тщетных надеждах. — Ее монолог резко оборвался, а в глазах я прочитал ярость. Может, на меня, а может на школу или положение дел в принципе. Картинка действительно вырисовывалась печальной.

— Можно же пойти в свободные земли. Туда, где монстры… — Произнес я, понимая, что надо спешить, но и отдыхом пренебрегать нельзя. А вопрос был интересным. Не может же быть все так плохо? Или может? Да и где мне качаться, если я отсюда выберусь?

— Можно. — Усмехнулась она, протягивая раненую ногу поудобнее. Теперь на ней были новые чужие штаны. Но под ними все еще был уродливый спаленный до аппетитной шашлычной корочки шрам, довольно глубокий, с рваными краями.

— Если заплатишь. Только для того, чтобы тебя походя потом убили те, кто сильнее. Ведь там нет закона, кроме закона силы. У меня было множество знакомых, кто решил рискнуть. И лишь один теперь жив. Потому что остановился. Остальные сгинули.

— Ладно… — С набитым ртом произнес я, и видя ее голодный взгляд, кинул ей запеченного осетра, прихваченного из данжа. И лисица жадно впилась в него зубами.

— Лучше скажи. Куда мы пойдем, если вырвемся из этого мира. — Начал я думать наперед.

— В Даржнасжтан лучжше больжше не соваца. — С набитым ртом произнесла она.

— А ближайший большой город, вроде как, Маракан. Там можно будет затеряться.

— А меня будут искать? И тебя? Как вообще это будет с точки зрения закона?

— Не знаю. Школа точно попытается тебя найти. И, возможно, подключит власти, обвинив тебя в нападении и краже.

— То есть я стану разыскиваемым преступником… — Протянул я. — Хотя с другой стороны, паспортов тут нет. Хоть это радует.

— Есть. Только их нищебродам не выдают. Но не обольщайся. С твоей комплекцией тебя очень быстро вычислят. — Огорчила она меня.

— Ладно. Полезай снова в кольцо. — Приказал я, и Линесса, уже проглотившая рыбину вместе с костями, заковыляла к открывающемуся порталу, на одной ноге ловко запрыгнув внутрь. После чего я продолжил спринтерский забег.

Да, такой фокус, оказывается, можно было провернуть. Кольца вполне подходили для переноски живых созданий хоть такой способ и не пользовался популярностью. Все упиралось в нехватку воздуха. И если вовремя не выпустить пассажира, то он имел свойство обращаться в труп от удушья. Или в фарш, если осмеливался разрушить внутреннее пространство артефакта. Плюс, по словам же Линессы, там начинались галлюцинации, да и энергетический фон был ужасен и давил на тело. В остальном же ничего страшного.

Естественно, все ценное из кольца я переложил в походную сумку, чтобы вдруг не обнаружить потом кровавую кашицу, гордо булькающую от осознания того, что она сдохла, но сожрала все мои трофеи мне же назло. Как минимум капли стихии жизни этапа «познавший» были весьма опасны, как я понимал. Да и лиса когда их увидела, то прифигела.

— Куда идем с лисичкой мы, это вовсе не секрет!

— Любой спросивший это, получит наш ответ!

— Мы бежим к порталу желтому, к нему лежит наш марш!

— А из врагов злодейских мы сделаем лишь фарш!

Еле слышно я что-то напевал себе под нос, вспомнив, как пытался в молодости творить стихи. Хорошее было время. И, быть может, тогда во мне умер великий писатель.

А сейчас это скорее стало отвлечением, чтобы уж слишком сильно не переживать за будущее, пока я бежал по холмам, оврагам и лесам из странных высоких столбов, похожих скорее на грибы. Крюк я взял просто огромный, километров на десять в сторону. Но иначе был огромный шанс, что меня засекут. Да и так, ориентироваться я мог только на глазок и по горам, вспоминая совету молниевички и ее попытки нарисовать карту на земле.

— Ни карты в интерфейсе, ни стрелочек перед глазами. Неправильное это рпг… — Пробурчал я, на ходу доставая еще несколько эссенций и пуская их в морфизм. Изменить внешность настолько, чтобы меня не узнали? Эту идею мы тоже рассматривали, но решили отбросить. Эссенций у нас было немного. Кровавые мы использовать не могли. И такого количества не хватило бы для серьезных изменений. Да и кроме того, даже поменяй я себе лицо, меня в первую очередь будут искать по габаритам. А их изменить? Можно было бы. Я, наверное, мог бы экстренно похудеть. Но тогда я лишился большей части своих сил. И риск был неоправдан. Так что я использовал это умение чисто как аналог регенерации, заставляя раны срастаться. Работало медленно, но работало. Частично я это сделал еще на месте бойни и потихоньку продолжал и теперь.

А дальше все слилось в однообразную картину. Бег рысцой по пересеченной местности, доставание лисы из кольца, «проветривание» артефакта, поправка в курс и снова бежать. Так наступила уже ночь, и я смог в очередной раз посмотреть на местные «звезды» странные туманные образования. Небо вообще тут было странным. Его синева не была бесконечной. Она была туманной. И там, в тумане, что-то мерцало ночью, как звезды, только куда рассеяннее и тусклее.

Потом снова посветлело. А еще через несколько часов я вышел на уже обжитые территории. И вот тут без помощи Линессы уже было не обойтись. На меня трофейная форма школы не налезала. А вот перешить их символику на свою одежду? Теоретически это было можно. И после раздумий мы так и решили сделать.

— Запасливый был мужик… — Произнес я, доставая из кольца нитки и иголку. И протягивая их лисице. Хоть я и сам мог их пришить, и даже неплохо орудовал со всеми этими вещами. Но должна же быть хоть какая-то польза от рабыни! Рубаха, полученная из белого портала, сидела на мне идеально. В этом был плюс покупок из магазина. Вот только пара дырок портили всю картину.

А пока она начала пришивать все эти знаки различия, я снова достал местный образчик технологий. Довольно большую фузею. Выглядела эта хрень странно, как слепленная на коленке винтовка огромного калибра. Собственно, она примерно этим и являлась. И про нее я у лисы расспросил в первую очередь. Вот только всего три патрона меня огорчали и не давали сделать даже пробного выстрела. Хотя я и так во всей красе прочувствовал ее мощь на себе.

Отщелкнув затвор, я убедился, что патрон на месте и вернул все как было. Именно снаряды, огромные, тяжелые, и были причиной дороговизны и малой распространенности всего этого.

— А порох у вас есть? — Спросил я, вспоминая, что тут вообще-то уровень технологий был не самым низким.

— Есть. И автоматы калашникова есть. И радио есть. И антигравы есть. Только это все дорого, редко и бесполезно. Пули на порохе покров не пробьют. — Злость в выражении лица лисицы исчезла, оставляя только какую-то усталость и обреченность.

— О как… — Почесал я репу. Нет, калашников это было круто! Это вселяло какую-то надежду… Ну то самое чувство, когда читаешь про прогрессоров и радуешься тому, как цивилизация приходит в мир. Вот только столкнувшись с магией, похоже, прогресс оказался не нужен.

— А антигравы откуда? Или они магические?

— Не, вроде обычные есть. Но это так, для забавы при дворах богатеев. — Флегматично добавила она.

— А работают они как? Откуда вообще появились? — Не стал я отставать. Даже сейчас, перед лицом смерти, это было жуть как интересно.

— Каком работают! Как-то… Не знаю я. Мне вообще по барабану, как эти хрени на электричестве работают. А узнали от них от таких же людей. Только тех, кто чуть из будущего, обычно из каких-то шестидесятых годов двадцать первого века. — Раздраженно произнесла она. Впрочем, я тоже был на взводе.

— Из какого промежутка временного вообще сюда люди попадают? — Вопрос был интересен. Ведь если высшие силы решили спасать всех, не будут же они спасать всех только из двадцать первого века. Хотя я уже слышал и про двадцатый.

— Обычно из двадцатого и двадцать первого веков. Иногда древнее, на сотни или тысячи лет. Но таких куда меньше. Кажется, кто-то говорил про двадцать второй и третий века. Но там люди уже часто стоят на грани вымирания. Я так слышала. — От услышанного мне стало как-то не по себе. То есть это что получается? Никакого светлого модернистского будущего у Земли нет? Никаких полетов в космос, колонизаций планет и всего прочего? Или их просто на другой сервер кидают? Куда-нибудь, где есть роботы и космические корабли…

— Готово. — Мои мысли прервали. И я нацепил на себя рубаху, разглядывая символ молнии. М-да… Выглядело это комично.

— Ты же понимаешь… Мы в одной лодке… — Произнес я хмуро, глядя на зверолюдку.

— Естественно. — Грубо произнесла она. Но больше никакими гарантиями я заручиться не мог. Только тем, что она понимала, шансов выжить у нее почти что нет в случае предательства. А шестиугольник печати я теперь постоянно сжимал в ладони, чтобы иметь возможность мгновенно активировать наказание. Вот только фузею пришлось прятать в кольцо. Слишком она была редкой и приметной.

— Ты только что поступивший на службу воин. Давид. Коснувшийся четвертой ступени. Пятьдесят звезд. Получил сильное стихиальное отравление концептом огня от выпитой настойки огневки. Не можешь применять свою стихию. Идем мы к порталу по особому распоряжению Давора. Говорить буду в основном я. И тебе бы подстричься и побриться…

— Понял. — Принял я свою легенду. И еще какое-то время мы потратили на приведение моей шевелюры в порядок. А потом спокойным шагом вышли из леса, направляясь к виднеющемуся вдали желтому порталу. Однако до того было еще пара километров.

— Здесь уже собираются что-то сеять? — С удивлением начал я рассматривать, как люди с помощью каких-то массивных тварей, отдаленно похожих на ящериц, вспахивают землю. Здесь почему-то вместо тракторов использовали животных.

— Земля не должна простаивать. Еда, корм для скотины. Все всегда нужно. — Спокойно ответила зверолюдка.

— Как-то я не замечал недостатка в продуктах. Скорее уж наоборот. — Вспомнил я изобилие фруктов на рынке.

— Но он есть. На полях выращивают и травы, и деревья, что потом станут ресурсами для алхимии или кормом для тварей, что потом тоже станут ингредиентами. И всего этого нужно в огромных количествах.

— Понял. — Задумался я, понимая, что наличие магии полностью меняло всю экономику. И производство здесь постоянно росло, стремясь создать как можно больше алхимии. Перепроизводства можно было не опасаться никогда. Ведь ресурсов всегда всем не хватало.

Очень скоро мы вышли на дорогу, вернее на колею, по краям от которой уже трудились люди. Много людей. В основном они таскали камни, выковыривая их из земли. А камней здесь было столько, что превращение почвы в плодородный грунт напоминало скорее сизифов труд и адские пытки.

— Сюда тоже можно наняться? — Спросил я, хотя уже и видел кое-что важное. Важные отличия у некоторых людей.

— Ага. Только чаще здесь используют рабов. Им не нужны особо звезды для безопасной работы. — Спокойно ответила лисица.

— И естественно, никто не тратится на печати. — Добавил я, видя у многих ошейники. Особо изможденными те не выглядели. Но и работали без особого энтузиазма.

— Конечно. Такая печать стоит невероятных денег и используется только для контроля самых ценных кадров.

Через несколько минут мы прошли мимо тройки воинов с нашивками школы, которые хмуро глянули на нас, но ничего не сказали. Пронесло. Хотя сердце и забилось чуть чаще. Что решили те, кто отправились за нами в погоню? Смогли ли мы обмануть их такой тупой дезинформацией? Или нас уже поджидают с расставленными сетями?

Неожиданно взгляд зацепился за какую-то женщину, несущую огромную корзину с булыжниками. Черты лица показались чем-то знакомы. Хоть и отдаленно. И только пройдя еще с десяток шагов, я ее вспомнил. Новичок. Та, что появилась со мной в храме, получив сто эссенций, и ушла потом, по увещеваниям кошколюдки Иксандры. Кажется, Изабелла…

Внутри вспыхнуло удовлетворение оттого, что я тогда не купился на сладкие посулы. И даже какое-то злорадство. Впрочем, и инстинктивное желание помочь несчастной тоже было. Но уже какое-то вялое. Почти безразличное. Да и ради этого рисковать своей маскировкой я точно не планировал.