Приятный день превратился в рабочий. Ник отвёз меня в студию, где мы некоторое время работали со звуком и записали демо-версию моей новой песни.

Затем Кристиан Дуглас пришёл меня прослушать. Нам пришлось ждать его больше часа. Я нервничала, потому что за окном начинало темнеть, и мои планы разыскать Нэнси таяли с каждой прошедшей минутой.

Что ещё меня беспокоило — Райан до сих пор не появился. От одной только мысли о том, что он исчез навсегда, меня бросало в дрожь.

Наконец работа была закончена, меня отпустили. Схватив рюкзак, я поспешила к выходу, надеясь ещё успеть в тот магазин. Но Ник перехватил меня.

— Куда это ты так быстро убегаешь?

— Как это — куда? Домой.

— Не торопись. Подожди меня минутку. Раз уж ты сегодня здесь… а выступление через каких-то два дня, хочу подобрать тебе наряд. К субботе он будет готов. Нужны лишь твои размеры.

— Э… я могу сказать…

— Нет, нет, нет. Мне нужны точные, и я сам замерю тебя.

Я растерянно хлопала глазами.

— Где?

— Что значит «где»? У меня дома. Или ты меня боишься? Я ведь не чужой человек. Райан был моим другом. В субботу на тебя будут смотреть сотни зрителей. Это моя работа.

Ник так быстро говорил, что я не могла вставить и слова. Иногда кивала, но как только хотела что-то возразить, он перебивал. При этом широко улыбался своей голливудской улыбкой. Отказать такому мужчине крайне сложно.

Через полчаса мы подъехали к небольшому кондоминиуму. Ник жил на восьмом этаже, и пока мы ехали в лифте, я переступала с ноги на ногу. Зачем я иду туда? Надо уходить. Уже поздно…

Створки лифта раскрылись, и Ник жестом пригласил идти первой.

— Если можно, то недолго.

— Не сомневайся.

Но только мы оказались в просторной современной гостиной, он принёс два бокала, наполнил их чем-то бронзовым и протянул один мне.

— Расслабься, София.

Я взяла бокал, но тут же поставила.

— Нет. Я не за этим здесь.

— Хорошо.

Кажется, Ник смутился, но мне было всё равно. Я чувствовала себя не в своей тарелке и боролась с желанием сорваться с места и немедленно сбежать.

Без Райана в этом городе я как будто руки лишилась, причём правой. Да, призрак. Но он меня вёл, помогал делать выбор, защищал… А сейчас я была одна, беззащитная и пустая.

Ник ушёл и вернулся с сантиметровой лентой.

— Надо понять пропорции. На примерки времени не будет, — говорил он, обходя меня кругом. — Платье через два дня сразу отправится на сцену. Самое нежное, летящее.

Он работал сам. Без ассистентов и без стилистов. Лента скользнула по моим плечам, по талии, задержавшись дольше, чем требовалось. Его пальцы будто случайно касались кожи. Я дёргалась, он извинялся.

— Отличная линия шеи, — почти прошептал он. — Камера тебя полюбит.

Я сделала шаг назад, но он шагнул ближе. Лента мягко обвила запястье, затем он снял её, не отпуская моей руки. Я сглотнула.

— Голос есть, лицо есть… — напомнил Ник с той самой обворожительной улыбкой. — А вот кто ты, мы ещё посмотрим.

Его дыхание стало ближе. Моё сердце билось всё сильнее, и, признаюсь, не от предвкушения. От страха. Его пальцы коснулись моего подбородка, губы оказались на уровне его губ.

— Лицо прекрасно, — томно произнёс он и наклонился, чтобы поцеловать. И я знала, что не смогу сопротивляться. Руки, однако, уткнулись в его грудь. Он задержался, глядя мне в глаза. — Не бойся, София. Тебе понравится…

После этих слов в комнате что-то изменилось. Сначала это был сквозняк. Холодный и внезапный. Окно распахнулось с такой силой, будто его толкнули изнутри. Занавеска взметнулась и хлестнула по стеклянной вазе на маленьком столике. Та качнулась — нереально медленно — и сорвалась вниз.

Хруст. Звон. Осколки разлетелись по полу.

Ник отшатнулся от меня, выругался сквозь зубы, сказал что-то о баснословной стоимости вещицы, затем машинально присел, собирая блестящие фрагменты дорогого стекла.

— Чёрт… Да что за… Здесь никогда не было сквозняка!

Занавеса накрыла его лицо, и Ник не нарочно запутался в ткани.

Я не сдвинулась с места.

Прохлада стала ощутимее. Я осматривала комнату, желая увидеть своего спасителя. Я чувствовала его рядом, но не видела.

Ник никак не мог высвободиться из ткани, ладонь угодила на разбитое стекло. Занавеска окрасилась кровью. И вот тут я увидела… В воздухе, над склонившимся Ником, начали проступать очертания. Сначала едва заметное дрожание, как марево над раскалённым асфальтом, потом уже я разглядела плечи, светлые волосы, капюшон худи.

Впервые Райан был виден так неясно. Очень прозрачный — не такой, каким я его встретила в подземном переходе в первый день. Он как будто таял.

Он стоял прямо над Ником, глядя на него сверху вниз с таким выражением, от которого даже у меня перехватило дыхание.

— Ты мне не поможешь? — раздражённо бросил Ник.

Я молча присела и помогла собрать осколки. Райан молчал, а я не могла ни о чём спросить. Зато я смотрела на Ника и пыталась понять, что здесь не так. Ясно, что он не просто самоуверенный имиджмейкер. В нём было что-то ещё. Какая-то странная тень.

— У вас с Райаном Финчем были ссоры, да? — спросила я спокойно, хотя внутри всё дрожало.

Ник замер.

— Что?

— Похоже, вы недолюбливали друг друга…

Лицо Ника изменилось мгновенно. Удивление, почти испуг. И вдруг — жёсткая усмешка.

— Он тебе рассказывал? Что ты знаешь об этом?

— Только то, что между вами не было дружбы.

Несколько секунд он смотрел на меня, поражённый.

— Слушай сюда, София, — голос стал ниже, — лучше не пытайся лезть в прошлое. Там ничего полезного для тебя нет. Живи сегодня. Финч умер, его нет, а значит, и проблем нет. — Он вздохнул, когда я промолчала, затем смягчился: — Через два дня у тебя выступление. Сосредоточься на нём. Не порть со мной отношения, София. Это не в твоих интересах.

Вот теперь стало по-настоящему ясно: он не просит, а предупреждает.

Я вдруг почувствовала усталость и злость.

— Уже действительно поздно, — сказала я сухо и, не дожидаясь ответа, схватила рюкзачок и направилась к выходу.

— София…

— Увидимся в субботу, — не оборачиваясь, бросила я и вышла.

Я не стала ждать лифта, сбежала вниз по лестнице. На улице воздух стал ещё холоднее, чем я ожидала. Сердце колотилось так сильно, что я слышала его в ушах. Райан предупреждал, чтобы я держалась от Ника подальше, и это не шутки.

Я пошла к дороге. И вдруг рядом со мной проявился Райан. Теперь он был чётче, почти осязаем. Из моего рта не вырвалось ни слова. Хватало уже того, что он не исчез. Он вернулся и стоял рядом.

Зато Финч был серьёзен и сказал мне то, чего я совершенно не ожидала.