С каждой минутой вечер становился хуже и хуже. Ник изо всех сил пытался улыбаться и говорить о простых жизненных вещах, но Райан вставлял своё слово, портя моё настроение, и в конце концов я уже не могла даже фальшивую улыбку выдавить.

Язык оказался на вкус, как асфальт, зато телятина Ника выглядела аппетитно. Я почти ничего не съела.

— Расскажи о себе, София, — внезапно попросил Ник, а тем временем его пальцы подбирались к моим. Кажется, он флиртовал. Над столом нависал тёмной тучей Райан Финч. — Я бы хотел узнать о тебе больше.

— Э… что именно ты хочешь узнать? Мне особо нечего рассказывать.

— А я думаю, что любой девушке есть что рассказать. Например… ты в отношениях?

— Ну да! — буркнул Финч. — Единственный вопрос, который мог прийти ему на ум. София, если ты начнёшь рассказывать о своём хобби или кошке Пушинке, он слушать не станет.

— У меня нет кошки Пушинки! — вырвалось у меня.

Ник отпрянул.

— Кого? Я спросил не про кошку.

— О… я, наверное, не расслышала. Здесь шумно немного. А что ты спросил? — а про себя ругалась, одновременно борясь со смехом.

— Я спросил, свободна ли ты.

— У меня нет парня, если ты об этом. И… не думаю об этом по правде говоря.

— И это правильно, — согласился Ник, что стало несколько неожиданно для меня. — Но тебе не помешает покровитель. Человек, который будет рядом, пока ты поднимаешься по тропе к славе. Уверен, София, у тебя есть всё, чтобы добиться славы. Но одной пробиваться гораздо сложнее.

— Чёрт! Он меня бесит. Она не одна, — парировал Финч. Он метался, появляясь то с одной стороны, то с другой. Не думала, что призраки могут нервничать. По сути, я вообще ничего не знала о призраках и не верила в их существование. До появления Финча.

— Да, я понимаю, Ник, — только и сказала я.

Потом на сцену вышла полная женщина в ярко-зелёном платье и копной кудрявых рыжих волос. Она подошла к микрофону и поприветствовала публику.

— А вот и Иона! Божественная. Неповторимая.

— Она транс, — буркнул Райан, и я тут же прищурилась.

— Ник, это же… мужчина.

— Да, но давно себя таковым не считает, — пожал он плечами. — Только послушай. Голосок тонкий, убаюкивающий.

— Вот и стал бы её покровителем. А от тебя пусть отстанет. Спроси, где они познакомились.

Только чтобы Финч успокоился, я спросила:

— Вы давно знакомым Ионой?

— Да… уже и не вспомню, сколько лет знаем друг друга. Частенько прихожу сюда послушать её.

— Почему тогда не продвинешь её?

— Иона сама не хочет. Ей нравится здесь, и она говорит, что никакой славы ей не надо.

А может, мне тоже не надо никакой славы?

Пригубив стакан с водой, я задумалась. Выполню просьбу Финча, куплю билет и вернусь домой. Зачем мне Лос-Анджелес? Это чужой город. И если подумать хорошо, то я здесь совершенно одна. Привидение меня не защитит. До сих пор мне просто везло, но однажды… Боюсь представить, что может случиться.

Я посмотрела на полупрозрачного Райана Финча. Чаще всего он виделся, как обычный человек. Но если свет попадал на его тело, оно просвечивалось.

Затем посмотрела на симпатичного Ника, и он мне улыбнулся.

— Значит, говоришь, мне пойдёт чёлка?

— Да. Ты будешь миленькая. А вот красить волосы не советую. У тебя свой цвет?

Сейчас у меня были волосы цвета тёмного шоколада, но я несколько раз их перекрашивала. Хотя кардинально цвет никогда не меняла.

— Нет, не мой. Но близок к моему.

— В таком случае, перекрась в свой и больше не меняй. София, ты даже не представляешь, каким обаянием обладаешь.

— Мне впервые об этом говорят.

— Приятно, что я стал первым. Просто я вижу перед собой будущую звезду, София. Придумай себе псевдоним. Или давай придумаем вместе. Что скажешь?

Я усмехнулась и взглянула на хмурое лицо Финча. Странно, что он молчал.

— Софи Найар. Звучит?

— Почему Найар?

Пожала плечами.

— Первое, что пришло в голову.

А Райан улыбался. И казалось, его глаза сверкали. Потому что он понял: я взяла его имя и прочитала наоборот. Получилось Найар. Ему понравилось имя. А вот Ник не одобрил, попросил ещё подумать.

— Ты же не собираешься идти у него на поводу? — возмущался Финч, когда я шла по дороге к его имению.

Так вышло, что Ник захотел меня проводить, но несмотря на мой отказ, заставил сесть в машину. Райан подсказал адрес, и я назвала его Нику. Выйдя из машины, я скрылась в магазине. Райан вывел меня через заднюю дверь, а потом мы пошли проулками к дороге.

Темнело, но я не рисковала ловить машину. Райан развлекал меня, отвлекал от плохих мыслей. Прогулка вышла утомительной, но весёлой. С Финчем мне было комфортнее, чем там — в ресторане с Ником.

— О чём ты?

— Мне понравилось имя. И я хочу, чтобымою песню ты пела под псевдонимомНайар. И никак иначе.

— Не глупо?

— Почему это должно быть глупо? Просто открой список хит-парадов и скажи, сколько имён в нём нормальных. Вот тогда и будем спорить. Я бы тебя с лёгкостью София Финч назвал.

Я замедлила шаг. Сердце вздрогнуло.

София Финч.

Вот это да.

— Это невозможно, ты же знаешь. Хочешь признание? Иногда мне кажется, что не ты невидим, а я… Это я не существую. Потому что меня никто не знает, кроме круга моих родных и знакомых. А тебя знает весь мир.

— Ты не права. Ты тоже станешь известной, а потом устанешь от популярности…

— А что ты делал, когда устал от популярности?

Мы свернули на узкую асфальтированную дорогу. Я наслаждалась запахом хвои и приятной прохладой после шумного, загрязнённого газами, города.

Финч молчал, глядя вдаль. Потом сказал:

— Пил…

В этот момент я вспомнила слова экономки, и сердце моё вновь сжалось до боли. Он был одинок и несчастен, хотя по факту имел всё, что только желал.

— Если бы тогда мне встретилась женщина, которая искренне любила бы меня, наверное, я мог бы измениться. В самолёте я был пьян… Мы много пили, весь полёт прошёл как в тумане. Я не понял, что произошло. Самолёт ведь уже сел, и, казалось, опасность была позади. Мы радовались. И вдруг… Голова кружилась, я почти ничего не понимал. Но успел подумать: «Как же Кайл? Я же обещал».

— Это и задержало тебя в этом мире, Райан. Я уже думала об этом.

— Почему, София?

— Почему я думала об этом? — не поняла я.

— Нет.

— Тогда…

— Почему я не чувствую себя мёртвым? Почему я чувствую себя живым? Почему, София?

Показались ворота. Я устала и еле передвигала ногами. Вопрос Райана сбил меня с толку. Некоторое время я шла молча, но вдруг услышала:

— Опять этот писк. Невыносимо.

Он зажмурился и скорчился, словно от внезапной боли. А затем тихо растворился в воздухе, оставив меня стоять одну посреди сгущающихся сумерек с этим странным вопросом и пустотой внутри, в которой не находилось ответа.