Глава 13: Магия в Раскадровке: Рождение Великого Бренда

Освобождение от кресла Мэра ощущалось как снятие очень тугого корсета, который я сама же себе и зашнуровала год назад. Ксилос теперь жужжал, как исправный сервер: Зефирион с упоением позировал для утренних газет, Эребус молчаливо и эффективно вычислял тех, кто не платил налоги, а Мирабель… ну, Мирабель просто правила ими обоими, не выходя из своего кабинета.

Четвёртая стена не рухнула. Она не осыпалась алмазной пылью, как я надеялась. Но она стала прозрачной, как дорогое антибликовое стекло. Я видела сквозь неё очертания своего ноутбука, но уже не рвалась биться лбом о преграду. Если я не могу уйти сейчас, я сделаю этот мир ещё более «своим».

— Храбс, принеси мне стопку чистого пергамента самого тонкого помола и набор угольных карандашей, заряженных маной светотени, — распорядилась я, устраиваясь в уютном кресле своего нового творческого ателье.

Я начала рисовать. Не чертежи метро и не схемы налоговых отчислений. Я начала рисовать комиксы.

Сначала это были короткие стрипы о забавном круглом существе по имени «Мана-Кот», который постоянно попадал в нелепые магические ситуации. Потом — полноценные графические новеллы. Я вложила в них весь свой сарказм, всё мимими и современный визуальный сторителлинг.

— Иллирия, это… это поразительно, — Зефирион зашёл ко мне, держа в руках первый выпуск «Приключений Грозового Кота». — Почему у него такие огромные глаза? И почему я чувствую к этому коту больше сострадания, чем к героям древних эпосов?

— Это называется «стилизация», Зеф. И «эмоциональный отклик».

Через три месяца Ксилос накрыла волна «милоты». На зданиях рядом с пафосными статуями предков появились муралы с кавайными монстрами. В лавках начали продавать плюшевых фамильяров, которые выглядели точно как мои персонажи. Маги-артефакторы, вместо того чтобы ковать мечи, переключились на выпуск коллекционных фигурок.

— Это уже не просто книги, — констатировал Эребус, поправляя на лацкане значок с изображением сердитого облака. — Это Бренд «Иллирия». Мы начали экспортировать эти товары в соседние королевства. Король Снежных Пиков лично заказал партию подушек с твоим «Сонным Дракошей». Говорит, помогает от бессонницы лучше любого зелья.

Мои рисунки стали символом королевства. Ксилос превратился в самую «милую» и современную точку на карте. Четвёртая стена, казалось, начала резонировать с этим новым, мягким стилем. Я заметила, что если я рисую что-то очень детально, оно начинает обретать почти осязаемую форму в этом мире.

Я сидела у окна своего ателье, дорисовывая финальный кадр новой главы. Мир за окном был ярким, ироничным и невероятно живым.

«Может быть, — подумала я, — я не ломаю стену, а просто... перерисовываю её? Делаю её частью общего сюжета?»

В этот момент на моём столе материализовалась записка от Мирабель. Короткая, сухая, в её стиле: «Госпожа Иллирия, делегация из Мира Грёз просит права на экранизацию Вашего "Мана-Кота". Жду вашего утверждения сметы. И да, Зефирион опять пытается сделать кота золотым. Я ему запретила».

Я усмехнулась. Жизнь продолжалась, и она была очень похожа на хороший многосерийный комикс.