Сильный порыв ветра и барабанная дробь мелких капель дождя о стекло, за которым спешат по своим делам люди, кутаясь в плащи и перепрыгивая через лужи. Элла провожает взглядом одну из проезжающих мимо машин и непроизвольно крепче сжимает в руке чашку с горячим чаем, словно пытаясь впитать в себя его жар. Кажется, осень в этом году наступит раньше срока. Вот уже шесть дней, как она приехала в Лейпциг. Шесть дней, как она не может нормально спать, чувствуя себя совершенно потерянной. Конечно, она увидела родителей и друзей и безумно рада снова очутиться дома, в родном городе, где выросла и откуда так смело уехала навстречу своей мечте, но эйфорию долгожданной встречи и тёплых воспоминаний быстро сменило чувство холодного одиночества и пустоты.

Да, здесь её воспоминания о детстве, школьных годах и первых шагах во взрослой жизни, но, гуляя по до боли знакомым улицам, она с каждым часом всё чётче и чётче понимает, что её место не здесь. Она чертовски сильно отвыкла от этой, прошлой, жизни. Отвыкла от тихих скверов и улиц и всего, что не связано с Рэйвеном. Телефон в кармане привычно молчит на беззвучном режиме, и Элла даже не тянется проверить уведомления. Она знает, что Рэйвен ей не напишет. Элла сама попросила не трогать её на время поездки, а теперь хочет выть от чувства неправильности происходящего и пустоты внутри. Она так сильно отвыкла от того, что Рэйвен может быть не с ней, что происходящее кажется абсурдом.

Телефон в кармане ощущается холодным камнем, и Элла знает, что может всё исправить — стоит лишь достать его и найти до боли знакомый контакт. Конечно, она не будет этого делать, прекрасно помня, что сама просила об этой передышке. Ей просто необходимо побыть вдали от привычной жизни и разобраться в себе. Вдали от Рэйвена. Он проник в её жизнь слишком глубоко, окружив заботой, вниманием и вседозволенностью, и дал ей так много возможностей, что теперь понять, кто она без Рэйвена Мейера, было уже сложно. Рэйвен дарил ей тепло, бесконечно обожал, нежил и стремился дать всё, что только Элла пожелает, а от мысли, что всё это может закончиться, становилось по-настоящему страшно. Нет, Рэйвен точно не собирался с ней расставаться и был очевиден в своих намерениях, но Элла знала, что даже самые сильные чувства способны расколоться от закономерных отказов принять предложение руки и сердца.

Рэйвен никогда не шутил, говоря, что видит Эллу своей женой, и предлагая ей выйти за него замуж. Он был серьёзен и искренен в своих намерениях, неизменно получая на своё предложение отказ и раскалываясь на части после. Элла видела, как тухли его глаза после очередного «нет», и от этого щемило сердце. Рэйвен был слишком открытым в своих чувствах, слишком безоружным и слишком любящим. Она не сомневалась в нём ни на цент, но при этом неизменно отвечая «нет» на очередную попытку предложения руки и сердца. Существует ли кто-то способный любить её больше, чем Рэйвен? Каждый раз, задавая себе этот вопрос, Элла приходила к одному и тому же выводу: не существует. Так почему же она тогда усердно отвергает предложение замужества? Ответ был до абсурдности простым: она боится.

Боится связать свою жизнь с тем, кто так безусловно её любит, готовый разрушить всё на своём пути и развязать за неё войну. Рэйвен так стремительно набирает силу и так упрямо намерен положить к ногам Эллы весь мир, что от этого действительно становится страшно. Через несколько лет, когда Рэйвен укрепит свои позиции и в бизнесе, и в картеле, любое неверное решение и правда может грозить войной, и причиной тому неизменно будет Элла. Она видела, как быстро теряет голову Рэйвен, когда дело касается её, видела, что он может сделать, и не уверена, что готова принять на себя эту ответственность. Очевидно, что Рэйвена нужно сдерживать, и очевидно, что любая ситуация, касающаяся Эллы, может стать его триггером. Элла Брандт достаточно взрослая, чтобы понимать: это и есть сущность Рэйвена и другим он не станет. Готова ли она связать свою жизнь с таким человеком? Вопрос, на который Элла не может себе ответить вот уже почти неделю.

Она уехала в Лейпциг неожиданно, после новой попытки Рэйвена сделать ей предложение, и внезапно поняла, что дальше так продолжаться не должно. Рэйвен не может бесконечно звать её замуж, выглядя после нового отказа всё более потухшим и теряющим надежду, и Элла не хочет его понапрасну мучать. Она может либо принять предложение Рэйвена, бесповоротно связав с ним свою жизнь, либо окончательно сказать «нет», поставив точку в этом вопросе и, очевидно, в их отношениях. Рэйвен Мейер не тот, с кем можно играть, и Элла знает это. Как бы сильно блондин ни обожал её, как бы много ни позволял и каким бы терпеливым ни был, у него всё же был лимит, который с каждым отказом истончался всё больше и больше. Пусть он в этом и не признается, но Элла видела, как больно ему было после её отказов, и с каким пустым взглядом Рэйвен потом переживал это.

Элла смотрит на моросящий за окном дождь и буквально каждой клеточкой тела чувствует, как затягивает в себя воронка холодной тоски. Без Рэйвена буквально ломало рёбра, но упрямый мозг продолжал анализировать ситуацию под микроскопом, все действия, чувства и воспоминания. Согласившись выйти за Рэйвена замуж, она получит в этой жизни всё и даже больше, взамен смиряясь и принимая тот мир, в котором живёт Рэйвен, — полный насилия и по уши завязанный в криминале. Элла видел, каким может быть Рэйвен, видела его лицо, когда он держит в руках оружие и когда заносит кулак над человеком: так выглядит хищник, любящий насилие и упивающийся запахом крови. Это нельзя было изменить — лишь принять, научившись не позволять зверю Рэйвена брать над ним верх. Это то, что примет на себя Элла, согласившись связать свою жизнь узами брака с Рэйвеном.

Элла смотрит на прогибающиеся за окном под очередным порывом ветра деревья и одним глотком допивает чай в чашке, подзывая официанта и расплачиваясь, надевает пальто и выходит на улицу. Прохладный воздух и моросящий дождь остужают путанные мысли, проясняя голову. Колючие порывы ветра заставляют поёжиться, рождая холодное чувство тоски внутри. Наверное, именно в такую погоду и просыпается обычно загоняемое в самые дальние уголки души ощущение одиночества, которого, кажется, и вовсе не должно было быть. Элла знает, что она не одинока, в её жизни есть близкие и любящие люди, но сейчас, бесцельно бродя по знакомым с детства улицам, она как никогда чувствует себя одинокой, пустой и потерянной. Пальцы почти физически горят от желания достать из кармана телефон и позвонить Рэйвену, услышать его голос и понять, насколько он рад её слышать. Всё, что её останавливало — данное самой себе слово: пока она окончательно не разберётся в своих мыслях, она не станет тревожить Рэйвена.

В Берлин Элла должна вернуться с окончательным ответом, и Рэйвен тоже это понимал. Конечно, Элла может больше не затрагивать эту тему, вести себя так, словно не было никаких сомнений, и она ездила просто навестить родителей, но это будет означать медленное и верное разрушение всех построенных между ними мостов. Рэйвен обладал поистине упрямым характером и железным терпением, но он не признавал полумер: либо Элла полностью и целиком с ним в качестве его жены от начала и до конца, либо не с ним вообще. Он не озвучит этого вслух, но Элла достаточно хорошо знает блондина, чтобы понимать его мысли. Рэйвен Мейер всегда был честен с ней, и Элла хотела быть честной в ответ.

Городские улицы сменяются пустым парком, где Элла находит пруд с утками, которым, кажется, совершенно не было дела до непогоды в отличие от людей. По воде расползаются круги от капель дождя, гипнотизируя и словно успокаивая мысли. Она останавливается на проходящей около пруда дорожке и замирает, словно в анабиозе следя за разводами дождя на поверхности воды. Когда-то Элла уже стояла под дождём у пруда, такая же потерянная и разбитая. В голове тут же всплывают воспоминания о том дне, когда она, сотрясающаяся от холода в насквозь промокшей одежде, звонила Рэйвену, не в силах встать с мокрой и грязной от дождя травы у пруда в парке. В тот момент Элла признала то, что не принимала в своей голове долгое время: она нуждается в Рэйвене.

Из всех, кому могла позвонить тогда Элла, она позвонила именно Рэйвену, доверяясь ему и видя в нём именно то, что ей так было нужно — надёжное плечо. Элла всегда считала, что она может со всем справиться сама, но именно там, у пруда, промокшая до нитки и позволяющая дождю смывать со своих щёк слёзы, она перестала отрицать своё самое потаённое желание — довериться. Рэйвен не раз решал её проблемы, приезжал, когда Элла звонила, находил для неё время даже в самый загруженный день и окружал заботой с головы до ног. С Рэйвеном не нужно было думать и волноваться о чём-то, Элла знала, что какая бы сложная ситуация у неё ни сложилась в жизни — Рэйвен способен всё решить и полностью взять на себя ответственность. Рэйвен Мейер был надёжным, с ним можно было расслабиться и отбросить все волнения, и это именно то, в чём так сильно в последние годы нуждалась Элла. Рэйвен подарил ей чувство спокойствия, уверенности и защищённости, и для Эллы это стоило всех денег мира.

Дождь усиливается, обрушиваясь на землю уже большими каплями, и Элла задирает голову к небу, подставляя лицо и позволяя воде скатываться с кожи. Раздирающие до этого голову противоречивые мысли и чувства, кажется, утекают вместе с дождевыми каплями, оставляя за собой лишь пустоту. Бродя по пустым дорожкам парка, она не замечает, как выходит к совсем другому району, где лучше не появляться с наступлением вечера. Серый, унылый спальный район, который облюбовали мелкие хулиганы и наркоторговцы. Элла идёт по залитой лужами дорожке и думает, что ей бы лучше развернуться, но голова всё ещё до скрежета пуста, а ноги продолжают жить словно своей собственной жизнью.

Серые обшарпанные дома, уличные торговые ряды местного рынка и слишком много для одного района пивных баров. Элла чувствует, как ощущение мокрой одежды сменяется неприятным холодом, и останавливается возле дверей одного из баров, заходя внутрь. Она не очень любит пиво, но чувство стекающей за шиворот холодной дождевой воды напоминает, что выбора у неё сейчас особо нет. Спускаясь в полуподвальное помещение небольшого бара, пустого и сонного сейчас, в дневное время, Элла устраивается за стойкой, заказывая себе единственный вид чая, который был в меню.

— Неслабо вы промокли, — оглядывает её с головы до ног девушка за барной стойкой. — Снимите пальто и обувь, я повешу их сушиться, — смотрит она на Эллу взглядом, который пресекает все возражения.

— Спасибо, — неловко улыбается Элла, стягивая с себя пальто и промокшие насквозь ботинки.

— И носки тоже, — требует девушка.

Элла смотрит на неё немного удивлённо, но слушается, снимая свои мокрые носки и оставаясь сидеть в одной толстовке и джинсах.

— Спасибо ещё раз, — смущённо улыбается Элла, немного ёжась от остаточного чувства влаги на коже.

— Да пустяки, — машет рукой девушка. — Что, не успели до дома добежать?

— Вроде того, я живу в другом районе, — усаживается удобнее на барном стуле Элла.

— А я вот в этом живу, — иронично фыркает девушка, заваривая Элле заказанный чай.

— Не нравится район? — на автомате спрашивает Элла очевидную вещь, поддерживая разговор.

Девушка едва заметно вскидывает брови, накрывает крышкой залитый кипятком чайник и ставит его перед Эллой на стойку.

— Да кому же здесь нравится. Никаких перспектив.

— Вы можете переехать отсюда в любой район или город, — логично предполагает Элла, на что получает поникший взгляд в ответ.

— Не могу. Я … Мой парень… В общем, у него кое-какие проблемы, и всё сложнее, чем хотелось бы. Я завязана с этим местом, — делает паузу девушка, и Элле не нужно вдаваться в подробности, чтобы примерно предположить, в чём дело. — Ну а ты почему оказалась здесь?

Элла смотрит на девушку перед собой, её несмелую улыбку и слегка напряжённые плечи и совершенно опускает фривольный переход на «ты».

— Я приехала к родителям, — обхватывает ладонями свою чашку с горячим чаем Элла, греясь.

— Откуда? — тут же заинтересованно вытягивается вперёд девушка.

— Из Берлина. Последние несколько лет я живу там.

— Вау, — вполне искреннее восхищение. — Классный город, я бы тоже хотела там побывать.

— Но мешает парень и «всё сложнее, чем хотелось бы», да? — усмехается Элла, и девушка лишь грустно улыбается в ответ, кивая.

— Да. Я не могу отсюда уехать.

Молчаливый кивок в ответ, рождающий ощущение сочувствия и взаимопонимания.

— Тебе не нужен такой человек, — задумчиво смотрит в свою чашку с чаем Элла. — Если ты не чувствуешь себя счастливой рядом с ним, то зачем тогда всё это? Я думаю, что ты можешь добиться очень многого, если освободишься от того, что тянет тебя назад.

— Ты что, психолог? — усмехается девушка, ловя взгляд Эллы.

— Нет, врач.

— Надеюсь, не психиатр? — снова усмешка.

— Нет, хирург. Точнее пока только ассистент хирурга, — делает глоток чая Элла.

— Да ты талантливая, — присвистывает девушка.

Элла всматривается в лицо напротив и пытается рассмотреть на нём хоть каплю усмешки, но видит только искреннее восхищение.

— С чего ты это взяла?

— Ну, тебя взяли ассистентом хирурга, и ты явно слишком молода, чтобы иметь какой-то основательный опыт в хирургии, так что… ты явно чего-то стоишь.

Элла неосознанно закусывает губу, водя пальцем по дереву столешницы, и пытается обдумать эти слова.

— Я тоже так думала, пока не узнала, что главврач больницы, куда меня взяли работать, знакомый моего парня.

— Тебя это напрягает? Думаешь, тебя взяли на работу только из-за связей твоего парня?

— Не знаю, — пожимает плечами Элла, стараясь не пропускать в голову лезущие мысли о собственной бесполезности. — Но это вряд ли просто совпадение.

— Возможно, — кивает девушка за стойкой. — А, может, и нет. Ты мне кажешься толковой девчонкой, хотя я знаю тебя меньше получаса. Не думаю, что тебя взяли бы на эту должность, будь ты совсем никудышной. Тебе дали шанс, и ты его использовала — всё честно.

Элла слышит все эти слова, так ясно отзывающиеся в ней, и впервые чувствует себя полной дурой. Почему она так усиленно отказывается верить, что её взяли на работу, потому что она и правда была хороша? Рэйвен мог быть знаком с половиной Берлина, но это ведь не значит, что вся эта половина будет потакать Элле, верно? В конце концов, она окончила институт с блестящими результатами и имела опыт работы в больнице, так что её навыки точно можно было считать полезными.

— Возможно, ты права, — заключает Элла. — Я подумаю об этом.

— Подумай, — довольно хмыкает девушка. — Твой парень явно о тебе заботится, так что не будь совсем идиоткой. Если бы кто-то мне предоставлял такие шансы, я бы использовала каждый, поверь.

Отчаяние, с которым произнесены эти слова, буквально пропитывает воздух вокруг, заставляя предположить, что ситуация у девушки сложилась и правда не слишком-то радужная.

— Расскажешь?

— Ты точно не психолог? — кривая усмешка в ответ.

— Нет, но могу предположить, что держать все переживания в себе — явно не выход.

Девушка переводит взгляд на потёртую столешницу барной стойки и нервно кусает губу, явно обдумывая слова Эллы.

— Ладно. Хорошо, — делает она глубокий вдох. — Мой парень… он подсел на всякую дрянь, вроде азартных игр и наркоты, накопил долгов, просрал работу, а теперь мне нужно где-то достать триста штук, чтобы оплатить его залог и расплатиться с долгами. Я знаю, что сама выбрала себе такого дерьмового мужика, но, поверь, раньше он был совсем не таким.

Элла смотрит на сконфуженную девушку и ей почти ощутимо становится её жаль. Женщина, которая разгребает проблемы своего мужчины — что может быть хуже.

— Беги от него, — говорит самую очевидную на свете вещь Элла. — Даже если боишься до чёртиков — всё равно беги. Лучше не будет. Люди не меняются, и ты совсем не обязана хоронить свою жизнь в этих проблемах так же, как и он.

— Знаю. Всё это знаю и не могу ничего с собой сделать. Мне некуда бежать. Здесь моя семья, близкие мне люди… Он или его друзья их достанут, понимаешь? Они настоящие отморозки, — голос девушки почти срывается на шёпот, и Элла понимает, насколько больную точку задела. — Чёрт, прости, что тебе пришлось всё это слушать. Не грузись этим, ладно? Я разберусь, как смогу, — пытается вернуть своему голосу былую уверенность девушка, быстро смаргивая с глаз появившуюся влагу.

Элла прикусывает губу, смотря на свою пустую чашку в руках, и думает, что хотела бы ей помочь. Думает, что могла бы ей помочь.

— Как тебя зовут? — спрашивает она у девушки, принимая слишком быстрое решение.

— Зачем тебе?

— Я Элла Брандт, — протягивает ей руку через стойку Элла, ловя удивлённый и недоверчивый взгляд в ответ.

— Вельма Холлз, — неуверенно жмёт её ладонь в ответ девушка.

— Один человек может тебе помочь, и я бы очень хотела, чтобы ты приняла эту помощь, — говорит Элла быстрее, чем осознаёт свои слова.

Брови Вельмы ползут вверх, а во взгляде читается сомнение напополам с неверием. О чём Элла вообще думает? Рэйвен имеет прочные связи в Берлине, но распространяется ли его влияние на другие города? Элла надеется, что сети картеля гораздо длиннее, чем она думает.

— Ты же понимаешь, что простым предупреждением тут не поможешь? — с опаской спрашивает девушка, ловя уверенный взгляд Эллы и получая кивок в ответ. — И откуда у ассистента хирурга такие связи?

— Не переживай об этом. Просто позволь тебе помочь, ладно?

Девушка смотрит на Эллу немигающим взглядом, прежде чем робко кивнуть.

— Что хочешь взамен? — настороженно спрашивает она.

— Мои высохшие вещи, — улыбается Элла, вытягивая свои босые ноги.

Вельма усмехается, окидывая её ещё раз изучающим взглядом, и удаляется в подсобку, куда до этого относила мокрые вещи.

— Не знаю, в каких кругах ты вертишься, раз у тебя такие знакомые, но… спасибо, — протягивает девушка нагретые и сухие вещи.

— Позвони по этому номеру через пару дней, ладно? Я предупрежу, — с улыбкой отвечает Элла и кладёт на столешницу телефон с открытым контактом.

— Рэйвен Мейер? — переспрашивает девушка, переписывая себе номер.

— Да, скажешь, что от меня, — натягивает на себя пальто и завязывает шнурки на ботинках Элла.

— Спасибо… Элла Брандт, — робко улыбается девушка.

— И тебе спасибо, — проводит рукой по своей сухой одежде Элла. — Надеюсь, у тебя всё будет хорошо.

Девушка снова неловко улыбается, пряча покрасневшие щёки. Даже если они больше никогда не встретятся, Элле будет приятно знать, что хотя бы у одного хорошего человека в этом мире жизнь стала лучше. Из бара она выходит с мыслью, что какие бы чувства и сомнения ни испытывала по отношению к Рэйвену, он остаётся первым и единственным, на кого Элла может положиться в любой ситуации. Все её дороги неизменно ведут к Рэйвену, и если это и была изначальная стратегия блондина, то она оказалась полностью действенной.

* * *

Элла скользит взглядом по проплывающим за окном машины домам и чувствует, как всё тело охватывает отдающееся в каждой клеточке волнение. Она предупредила Эрика и Луизу, что прилетает сегодня, отказавшись от того, чтобы её встречали, и попросила ничего не говорить Рэйвену. Почему? Элла и сама не знала. Она хотела увидеть блондина так же сильно, как и боялась этого момента, и хоть никаких ссор между ними не происходило, Элла прекрасно помнила, что послужило причиной её спешной поездки в Лейпциг. Она должна была дать Рэйвену ответ, которого тот так ждал, и Элле кажется, что впервые за всё время, она готова это сделать.

Сумбурное знакомство с Вельмой Холлз в зашмыганном пивном баре, как ни странно, помогло всё поставить на свои места и ясно показало, на чью помощь рассчитывает Элла в случае проблем. Отрицать было бессмысленно: она видит в Рэйвене сильного и надёжного мужчину, с которым ей спокойно и безопасно. Элла может довериться ему и сейчас, и в будущем, точно зная, что положение дел не изменится. Когда такси подъезжает к дому, где они жили с Эриком и Луизой, она уже знает, что сделает после того, как забросит чемодан в квартиру. Поедет к Рэйвену. Ну конечно, куда же ещё. Всегда только к нему.

Квартира встречает её непривычной для субботы тишиной, и Элла тут же пишет в общий чат с Луизой и Эриком, что уже дома. Бросив чемодан в коридоре, она моет руки, умывается и проходит в гостиную, где на столе лежит слишком выделяющаяся белая коробочка и записка сверху, а в кресле, свернувшись комочком и посапывая, спит крохотный серый котёнок. Элла осторожно подходит к котёнку, борясь с желанием разбудить его и взять на руки, разглядывает серую шёрстку и белые лапки и тянется к записке на столе. Их оказывается две, лежащие друг на друге: одна из тонкого тетрадного листа — от Луизы, а вторая, больше похожая на открытку, из плотной бумаги с гравировкой — от Рэйвена. Элла берёт в руки записку от Луизы, и, по крайней мере, становится ясно, откуда взялся котёнок, которого, как выясняется из записки, Луизе подарил Рэйвен в обмен на полное пособничество в его затее.

Луиза давно хотела завести котёнка британской или персидской кошки, уговорив на свою идею даже Эрика и откладывая на это деньги. Элла совершенно не разбиралась в кошках, но точно могла сказать, что спящий в кресле котёнок был явно не из дешёвых, наверняка купленный у заводчика и имеющий в родословной каких-нибудь британских вельмож или персидских шейхов. Ей не верилось, что её друзей было так просто подкупить — всего лишь породистым котёнком! Элла смотрит на шевелящего во сне носиком котёнка и с тихим вздохом откладывает первую записку, беря с крышки коробочки вторую.

Рэйвен был немногословен, тем не менее, как всегда, попадая прямо в сердце. Трясущимися от волнения руками Элла развязывает бантик на коробке, находя внутри чехол, под крышкой которого покоится лаконичное кольцо из белого золота. Боже, Рэйвен действительно решил ещё раз сделать ей предложение. Элла кладёт на ладонь кольцо, рассматривает с каким-то непонятным даже ей самой трепетом и, кажется, впервые готова дать ответ прямо на месте. Раньше предложения замужества от Рэйвена казались какой-то игрой, развлечением, которое ему скоро надоест, но сейчас, поняв после такой странной встречи в баре с Вельмой Холлз простую истину её неразрывной связи с блондином, Элла признаётся сама себе, что видит будущее только с этим человеком.

Мозг, поражённый столькими эмоциями одновременно, кажется, и вовсе перестаёт работать, зависая в моменте, и Элла совсем пропускает ту секунду, когда она одним движением надевает кольцо на безымянный палец и срывается с места, захлопывая за собой входную дверь. Ей нужно срочно к Рэйвену: в офис, домой или казино — неважно. Элла набирает ему короткое сообщение с вопросом, где он, ничего не объясняя, и улыбается в экран, когда блондин без лишних слов отвечает: «В офисе». Рэйвен всегда безоговорочно доверял ей, полагая, что если Элла спрашивает его о чём-то — значит, так нужно, и она знает, что делает.

До офиса «М-Групп» Элла доезжает уже через тридцать минут, чудом не попав по дороге ни в одну из возможных пробок в этот час. Охрана на входе подозрительно на неё смотрит, требуя паспорт, и тут же пропускает, сверяясь с чем-то на экране компьютера. Элла подозревает, что, когда Рэйвен говорил о бессрочном пропуске на территорию компании, он не шутил, действительно оформив ей пропуск. Кольцо на пальце ощущается чем-то бесценным, и Элла еле унимает в ногах дрожь, когда заходит в лифт. Очевидно, что понятие выходных в «М-Групп» было чем-то вроде шутки, потому что плотный поток входящих и выходящих на разных этажах людей сбивал с толку. Элла готова была бы посочувствовать рабочей нагрузке этих людей, если бы буквально не умирала на месте от расходящегося по телу волнения.

Когда табло показывает цифру последнего этажа, а двери лифта расходятся в стороны, Элла чувствует себя действительно несколько раз умершей и воскресшей заново. Секретарша в холле сдержанно кивает ей и провожает напряжённым взглядом, не говоря ни слова и, видимо, тоже зная о бессрочном пропуске в компанию. Хотелось надеяться, что Рэйвен не слишком переусердствовал, говоря своим сотрудникам всегда и везде пропускать её. Дверь кабинета легко поддаётся руке, когда Элла слегка толкает её, открывая и заходя внутрь. Рэйвен, сосредоточенно изучающий до этого какие-то бумаги, тут же поднимает голову, услышав звук открывающейся и закрывающейся за спиной Эллы двери. Он в простой толстовке, джинсах и белых «найках», выглядящий безумно уставшим, словно всю ту неделю, что Эллы не было в городе, работал без перерыва. Зная Рэйвена, это вполне себе могло быть правдой.

— Элла! — оживляется он, мгновенно сбрасывая с себя всю усталость. — Почему не сказала, что приехала?

— Хотела сделать сюрприз, — улыбается Элла, подходя к столу и наблюдая, как Рэйвен поднимается ей навстречу. — Я практически сразу поехала к тебе.

Взгляд Рэйвена на мгновение взбудораженно вспыхивает, прежде чем снова вернуться в норму.

— Так не терпелось меня увидеть? — ухмыляется он, замирая на месте.

— Очень, — не сдерживает улыбки Элла. — Я так по тебе соскучилась, — руки тянутся к чужой шее, привлекая ближе, и Элла буквально каждой клеточкой чувствует, как расслабляется Рэйвен в её руках.

Конечно же, он тоже переживал. Тоже ждал и сходил с ума от неопределённости.

— Я тоже скучал, — выдыхает Рэйвен, обнимая в ответ.

Элла чувствует дыхание Рэйвена на своей щеке, слышит, с каким облегчением он выдыхает, проводя носом по виску, и ловит себя на мысли, что она по-настоящему дома. Здесь, сейчас, с Рэйвеном.

— Я видела котёнка. Так ты подкупаешь моих друзей, да?

— Это подарок. Бескорыстный и от чистого сердца, — усмехается уголками губ Рэйвен.

— А у Эрика есть такой же бескорыстный подарок от чистого сердца? — иронично поднимает брови Элла, слегка отстраняясь, но не пытаясь выпутаться из объятий.

— Приставка и билеты на футбольный матч.

Такой честный и прямолинейный, что у Эллы пропадает всё желание ёрничать. Это было слишком обезоруживающе.

— Моих друзей так легко купить, — закатывает она глаза. — И что же стоило таких подарков?

— Благословение.

— Боже, Рэйвен, — делает медленный вдох Элла, ловя чужой серьёзный взгляд. — Ты же понимаешь, что это значит? Ты уже не сможешь взять свои слова обратно.

— Я не хочу брать свои слова обратно. Ни сегодня, ни завтра, ни когда-либо потом. Я говорил тебе уже и скажу ещё столько раз, сколько потребуется: ты моя пара, и я не хочу видеть рядом с собой кого-то другого. Только ты, Элла. Всегда только ты.

Элла смотрит в серьёзные глаза Рэйвена, видит в них своё отражение и чувствует, как бешено разгоняется пульс под кожей. Рэйвен выбрал её ещё тогда, когда сама Элла и не подозревала о его существовании, нахально вошёл в её жизнь и завладел мыслями, а сейчас смотрит ей в глаза и говорит то, от чего сердце готово было остановиться на месте. Рэйвен всегда выбирал только её.

— И где же тогда твоё кольцо, Рэйвен Мейер? — приподнимает брови Элла, читая на его лице мимолётную растерянность.

Рэйвен на секунду замирает, а потом опускает взгляд на руку Эллы, где на безымянном пальце так идеально смотрится тонкая полоска кольца из белого золота.

— Элла?.. — с неверием смотрит на неё Рэйвен. — Это значит…

— Да. Это значит, что я отвечаю тебе «да», — не сдерживает она улыбки, наблюдая, как сменяются эмоции на чужом красивом лице — от неверия до невозможного счастья.

— Блять, Элла, — почти рычит Рэйвен ей в шею, прижимая к себе так сильно, что Элла начинает всерьёз опасаться за свои рёбра. — Ты понимаешь, как я счастлив?

— Не уверена, — усмехается она, отстраняясь. — Покажи мне.

Рэйвен абсолютно противозаконно источает счастье каждой клеточкой тела и притягивает Эллу к себе, целуя чувственно и напористо и передавая всю гамму эмоций, что сейчас испытывал сам. Элла обвивает руками его шею, с радостью отвечает на поцелуи и совершенно плавится в руках этого невозможного человека. Рэйвен Мейер ворвался в её жизнь так стремительно и так нахально расчистил в ней для себя место, что не сдаться ему было просто невозможно. Пусть Рэйвен не был тем хорошим парнем, которого всегда желали для Эллы родители, но он определённо точно обожал её больше, чем даже самый лучший парень в мире.

Рэйвен является членом влиятельного картеля, готовясь взять бразды правления в свои руки, имеет огромные проблемы с тягой к насилию и неординарные взгляды на решение многих вопросов, но он готов расшибиться ради Эллы в лепёшку, не уставая каждый день показывать, насколько сильно он любит её, и это тот самый решающий фактор, из-за которого Рэйвен всегда будет лучшим парнем в мире. Элла с жадностью подставляется под сильные, горячие руки, млея от въевшегося в её кожу аромата одеколона, и ощущает себя самым счастливым человеком на свете. Человеком, который сделал определённо правильное решение, выбрав Рэйвена и связав свою жизнь именно с ним.

— Рэйвен Мейер, — отрывается от горячих губ Элла, опаляя своим дыханием и ловя поглощающий взгляд голубых глаз. — Я тебя люблю.

Слова срываются с языка так просто и легко, ощущаясь настолько правильными и нужными, что Элла искренне не понимает, почему не сказала их раньше. Рэйвен смотрит на неё поплывшим от переизбытка чувств и эмоций тёмным взглядом и с тихим рыком припадает к губам. Элла чувствует, что он еле сдерживается, чтобы не взять её прямо в этот же момент без подготовки, и сильнее прижимается к нему, позволяя усадить себя на стол.

— Блять, Элла, ты такая космическая, — шепчет Рэйвен, избавляя Эллу от одежды и действительно беря её на своём столе, ставя трепетные отметки по всему телу и безбожно залипая на кольце на её пальце.

Женщина, перевернувшая его жизнь с ног на голову и согласившаяся связать с ним свою судьбу. Женщина, ради которой Рэйвен завоюет любую планету в Галактике и для которой принесёт любое сокровище. Если Рэйвену Мейеру и есть, за что благодарить мир, то это определённо за шанс встретить в своей жизни Эллу.